Je me souviens de toi

      Пули нещадно настигли цель, и боль пронзила тело Ната. Парень всеми силами старался держаться, ведь сейчас главное скрыться из виду, но раны были серьёзные и даже смертельные для обычного человека. Но Натаниэль — не обычный человек. Не дав толпе опомниться, он, стиснув зубы, сделал рывок и скрылся за углом. Мысленно запустил обратный отсчёт: пять, четыре, три, два, один… Нат выдохнул, но тело свело судорогой, напоминая о ещё не затянувшихся ранах. Несмотря на своë бессмертие, тело у Натаниэля и Нила оставалось человеческим и ранимым, просто в меньшей степени. Сейчас Веснински была необходима медицинская помощь, иначе боль придëтся терпеть на протяжении долгих часов. Поднявшись, Натаниэль вернулся на место преступления и замахал руками, привлекая внимание. Вид у него был не очень, Нат был весь в крови: в своей и в крови своей жертвы. От серьёзных внутренних повреждений Веснински побледнел, и его то и дело бросало в дрожь. — Прошу помогите, — еле подал голос Нат. — Меня ранили.       Так как Скорая приехала на место преступления уже давно, Натаниэля сразу окружили врачи. Убедившись, что помощь близко, Нат хотел закрыть глаза, но его внимание привлёк молодой человек, который со смесью страха и гнева прожигал взглядом Веснински. — Да это же ты! — воскликнул незнакомец и, растолкав врачей, подошëл к Нату, выуживая из кармана наручники. Только сейчас Натаниэль обратил внимание на внешний вид парня: это был невысокий, но статный молодой человек, на вид ему было около двадцати пяти лет, волосы светлые, почти белые, взгляд суровый, лицо не выражает никаких эмоций, одет в чëрные джинсы, водолазку с высоком воротником и кожаную куртку, весьма тонкую для зимней погоды. Врачи хотели помешать незнакомцу, но тот показал значок и бросил им в ответ: — Лейтенант, Эндрю Миньярд. Врачи отошли от раненого Натаниэля, решив не мешать полицейскому, но сказали: — Сэр, ему нужна помощь.       Самому Нату очень не нравилась сложившаяся ситуация, поэтому он заставил себя придать голосу достаточную громкость и спросил: — Что тут происходит?       Видимо, Эндрю не собирался ничего объяснять, потому что нагло завëл руки Ната за спину и сцепил их наручниками. Натаниэль попытался оттолкнуть странного слугу закона, но всё ещё был слаб, а потому рухнул на землю. Врачи тут же подлетели к нему и перетащили на носилки. В это время к их компании присоединились остальные представители правоохранительных органов и с неким недоумением наблюдали за сложившейся ситуацией. — Сэр, — обратился к Эндрю врач со скорой, — этого парня ранили и ему срочно нужна помощь. Вы не могли бы снять наручники? — Нет. Почему вы так спокойны? — вопрос Миньярда был арестован всем присутствующим. — Этот парень — убийца. — Что? — воскликнули врачи. — Что? — подали голос остальные полицейские. — Что? — возмутился Натаниэль, будто в жизни не слышал ничего абсурднее. — Что? — подумал Нил, до этого момента отгородивший себя от всего цирка, что устроил Нат. — С вами всё нормально? — резко бросил Миньярд. — Буквально пять минут назад этот молодой человек перерезал горло Крису Брауну, а затем каким-то образом скрылся и выжил, хотя снайперы в него стреляли. — Лейтенант, — подал голос парень лет двадцати из толпы, — Вы что-то путаете. Снайперы никого не ранили. Я только что с ними связался, они сказали, что убийца скрылся до их выстрелов. А этого парня мы все видим впервые. Он никак не может быть убийцей, ведь он сам ранен, да и где это видано, чтобы убийца сразу возвращался на место преступления? — Но я видел, — стоял на своëм Миньярд. — Эндрю, ты устал, — солидный мужчина, по-видимому, кто-то выше Миньярда по званию, положил ему руку на плечо и грустно улыбнулся. — Мы его упустили, так бывает. Но нельзя вымещать злость на невиновном. Сними с него наручники, — Эндрю с неохотой подчинился.        Натаниэль и Нил были в шоке. — Нат, ты понимаешь, что сейчас произошло? — Не совсем… — Этот Эндрю нас узнал. — Но это невозможно. — Я знаю. Но это случилось. — Интересно, однако это лишь твоя теория.       Врачи быстро подготовили окончательно обессилевшего Весниниски и собрались ехать в больницу. Сказав полицейским адрес, чтобы те приехали для опроса и составили протокол, все загрузились в машину и уехали.       Разумеется, никто не приедет в больницу, потому что этот момент сотрëтся из памяти у всех, кто его видел. Но в душе Нила теплилась надежда, что он, этот загадочный лейтенант, будет их ждать.       Прошëл час. Нат лежал в больничной палате, к нему была подключена капельница. Веснински смутно помнил, что конкретно с ним делали, видимо, всë-таки отключился в дороге. Но сейчас это не имело значения. Натаниэль чувствовал себя отлично, а потому вытащил иголку, нашëл свою одежду и вылизнул из палаты. Никто на него внимания не обращал, и он беспрепятственно спустился вниз. Почти выйдя из больницы, Нат почувствовал как кто-то схватил его за запястье. Не теряя времени, Веснински развернулся и прижал нарушителя его личного пространства к стене, но вдруг обнаружил, что к его горлу приставили лезвие. — Ты же не думал, что я дам тебе уйти? — пара опасно весëлых глаз смотрели на Натаниэля. Невольно съëжившись под взглядом Миньярда, Нат небрежно произнëс: — Опять ты. — Да. А сейчас ты отпустишь меня и сделаешь вид, что ничего не произошло. — А если я закричал? — съехидничал Нат, и на его губах расцвела та самая улыбка Мясника. — Не успеешь. Я перережу тебе горло. — Оу, я уж думал, ты сможешь сложить два плюс два, — с напускной грустью сказал Веснински, на что Эндрю кинул на него недоумëнный взгляд. — Ах, видимо не смог. Ну, что ж, поясню: ты думаешь, что я убийца? — Не думаю, а знаю. — Уверен в себе, похвально. Ты видел, как в меня стреляли? — Да. — Ранения были смертельные? — Да. — Но я жив-здоров? — Да, — голос Эндрю дрогнул. — Вывод? — Я сошëл с ума? — Неверно. Попытка номер два. — Тебя невозможно убить? — Бинго.       Эндрю убрал нож, потому что перепалка парней начала привлекать внимание, а это было ни к чему, поэтому Миньярд и Веснински под шумок покинули больницу. Остановившись около относительно безлюдного сквера рядом с больницей, Нат посмотрел на Эндрю и спросил: — Кто ты? — Лейтенант полиции, Эндрю Миньярд, — спокойной ответил Миньярд. — Нет, давай ещё раз: кто ты такой? — голос Натаниэля приобрёл стальные нотки. — Я же сказал, я лейт… — Понимаешь, меня невозможно убить, а ещё меня невозможно запомнить обычному человеку, — Веснински говорил медленно, растягивая каждое слово и неотрывно смотря на нового знакомого. — Но я помню, — уверенно сказал Эндрю. — Il se souvient, — неуверенно подумал Нил. — Dieu a raison, — вздохнул Нат.