Миндальная связь

Я буду маленькой резиновой уткой В большой бензиновой луже Найди, если нужен

— Ну, как ты, боец? Живой? Том прошел в комнату Антонина и остановился у его кровати. Северус понятливо поднялся с кресла и вышел, а русский так и лежал на боку, не поворачиваясь к высокоранговому гостю. — Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, - подпустил командных ноток в тон Лорд. — Простите меня, Милорд, – хрипло отозвался Тони, с гримасой боли присаживаясь на постели. — Я не смею смотреть вам в глаза после этого позора. Я не справился с предоставленной мне честью, подверг вашего партнера опасности... Подставился сопливому мальчишке... — Заканчивай, – поморщился Том. — Мне хватает Гарри с его депрессией и чувством вины, всю ночь у твоей кровати просидел. — Хороший пацан, добрый, — улыбнулся Тони. — Подвел и вас, и его, не прощу себе... — Кончай, сказал, – отрезал Лорд. — Если ходить можешь, то жду на собрании через пять минут, и чтобы без самобичевания. Весь удар на себя принял, так что я тебя не виню. Всё, поправляйся быстрее, чтобы Гарри полегче стало. Он развернулся и зашагал к выходу, развевая за собой мантию и тлеющую ненависть на обстоятельства. Кивнув Снейпу возвращаться в комнату, он пошел по коридору, вызывая через метку всех Пожирателей, чтобы поделиться новыми деталями операции "Убить сталкера". Достигнув синей гостиной, он заглянул внутрь и увидел, что Гарри сидит в окружении своих друзей, которых привел в мэнор Север, и сигарета, тлеющая в пальцах – самое целое, что есть в нем сегодня. Том отвел от него сочувственный взгляд и, прикрыв двери, прошел дальше, оставляя Гарри с друзьями. — Короче, Коллинз сказал, что у них в штате нет такого аврора. Единственный Макс – отставной дед, которому под восемьдесят, и он явно не тянет на того сексапильного ушлепка, которого они видели в моих воспоминаниях. Более, блять, того, они проверили архивные записи, там нет ни одного мага с похожей внешностью, так что это либо Империус, либо Оборотное. — Либо, если это маггл, только Оборотное, Тони ведь ранили магически, – дернул плечом Малфой. — Медики нашли магический след? — Подставная палочка, – щелкнул по сигарете ногтем Гарри, сбивая пепел. — Пидор злоебучий. — Как там Тони? – спросила Гермиона, положив ему руку на плечо. — Оклемался вроде, – опустил взгляд Гарри. – На Секо присадка была хреновая, он из-за этого крови много потерял, любой другой бы откинулся, а этот, – он грустно улыбнулся. — Рот, вон, уже не затыкается. Северус утром сказал, что его палочку аноним с собой прихватил – орал, как черт, весь мэнор перебудил, – он откинул бычок в камин и уронил голову, спрятав лицо в ладонях. — Поверить не могу, что пока Тони истекал кровью, я этому ублюдку сам лично глазки строил! Еще лезвие достал, в шейку потыкал, попугал, поржал, еблан. Надо было всадить ему в сердце по рукоять прямо там и скинуть с восьмого этажа, чтобы башка его, как арбуз, лопнула об пол, с-сука! Гермиона и Панси прильнули к нему с обоих сторон, положив головы на плечи, утешая. — Ты же не знал, милый, – протянула Панси, поглаживая его по спине. — Выходит, этот психопат может оказаться кем угодно, – вздохнул Рон, нервно дергая ногой. — Рон, ты придурок? Как такое можно говорить напуганному человеку? – нахмурился Невилл, стоя над ним со сложенными на груди руками. Гарри даже не возразил. Он всматривался в пейзаж увядающего сада за стеклами. Там, за большими окнами в пол, что делали гостиную бесконечной, осень входит в свои права, принося с собой запах какао, сырости и депрессии. Друзья тоже сидели молча, каждый по-своему переваривая тяжелую информацию, пытаясь понять, что чувствует их друг. Их Гарри Поттер, с трудом управляющий своими эмоциями человек, внезапно переходящий от смеха к слезам, не умеющий прятать ни любовь, ни ненависть, что он чувствует сейчас? В адреналиновом состоянии такие люди, как он – это красиво, это привлекает, будоражит чувство прекрасного и жажду острых ощущений. Очень немногие способны выдержать Поттера в таком состоянии больше нескольких часов. На это способны только Том и Тони. Том – не без ущерба для себя и их отношений, потому что сам такой же, хотя они и очень хорошо смотрятся – парочка в вечном накале страстей. Тони – благодаря своей мудрости и способности принять любого тем, кто он есть. Ведь его приняли, такого русского неподарка. Что ему, сложно чушь послушать, не заболеет же? Такие как Гермиона, Дин и Невилл смотрятся рядом с ними заурядно, но это же к лучшему. Ведь если бы мир состоял из Гарри, Томов, Ронов, Симусов и Беллатрисс, таких ярких и особенных, он давно бы скатился в истерику. — Откуда бы взяться логике в роновом организме? – задумчиво изрекает Гарри, не отрывая взгляда от окна, за которым красиво кружатся опадающие листья садовых деревьев. — Но если тебе, дорогуша, там не терпится порассуждать, если тебе мало взрослых мрачных дум на эту тему, коих предостаточно за стеной в Зале Собраний, если тебе нужен поток свежих размышлений с применением всех известных дедуктивных методов, то мы вместе можем пораскинуть мозгами. На последних словах он, наконец, переводит взгляд на Рона, за плечом которого заламывает брови Симус, которому, принимая во внимание взвинченность Поттера, это вовсе не кажется хорошей идеей. — Итак, это действительно может быть кто угодно. Кто-то, кто хорошо знает моё расписание, мои интересы, мои страхи, мои секреты, словом, меня. Кто-то из замка, не глупый, не слабый ни физически, ни магически, ни психологически, явно с нехилыми претензиями ко мне и моему существованию в подлунном мире. К примеру, ты, – он сверкнул глазами, наблюдая за Роном исподлобья. — Захотел поквитаться со мной за многолетнее рабство второго плана, отомстить за то, что сменил сторону, предал твои идеалы нравственной чистоты, убить за свою собственную зависть моей славе и популярности? Что тебе предложили за мою смерть, вернее, сколько? Наверняка, много, хватит на новую жизнь в роскоши, верно? Как же так, дружище, я же верил тебе... Что я тебе сделал, почему ты не хочешь, чтобы я просто жил? Рон просто окаменел, открывая и закрывая рот. Побледнев, он вскочил, не дожидаясь, пока Гарри переведёт дыхание и продолжит зачитывать ему приговор, ведь стоит ему закончить и щелкнуть пальцами, в комнату запросто ворвутся те, кто приведёт его в исполнение. Гарри продолжал сидеть, глядя на него холодным взглядом с выражением осуждения на лице. — Что ты... Гарри, я бы никогда... Где ты это взял, вообще... – пробулькал, краснея и бледнея, Уизли. — Да я магией клянусь! — Выдыхай, ковбой, – усмехнулся Гарри, хлопая его по колену. — Я просто угораю. — Ну и шутки у тебя, Гарри, – ткнула его в плечо Гермиона, нахмурившись. — Да уж, ты так убедительно говорил, что я ж поверил, – выдохнул Дин, сваливаясь на диван, с которого аж привстал от напряжения. — Какие вы внушаемые, – фыркнул Драко. — Как Уизел мог быть нападавшим, если он находился в комнате, когда Гарри порезали? Обретший дар речи Рон не успел ответить – в двери тактично постучали, и ребята увидели на пороге Люциуса Малфоя. — Мистер Поттер, можно вас на два слова? — Том придумал какую-то хитрую штуку, которая проверяет всех на внушение и оборотку, так что я всех вас проверил, когда мы здоровались, – поднимаясь, сверкнул плетенным браслетом на руке Гарри и зашагал к дверям. — Что такое, Люц? — Для вас послание, – дружелюбно ответил Лорд Малфой и протянул Гарри конверт. Гарри, нахмурившись, взял конверт, разорвал и уставился на ебучий почерк, который никогда уже не забудет. "Долго будешь прятаться? Я скучаю" — Где ты его... – начал было Гарри, не отрывая взгляда от записки, прокручивая её в пальцах так и эдак. Позади него, Рон, наблюдая за старшим Малфоем, заметил, как тот нехорошо улыбнувшись, дернул свою трость за серебряный набалдашник, вытаскивая палочку. В три шага длинных ног преодолевая расстояние до Гарри, Рон одновременно толкает его в сторону и орет во все лёгкие: — ЛОЖИСЬ! — Авада Кедавра! – выкрикивает одновременно с ним Люциус, посылая зеленый луч в Гарри, который уже летит на пол, прикрываемый Роном. — Вы живы? – вскрикнул Невилл. — Авада... — Отец! Папа! Рон толкает Гарри к Невиллу и Дину, которые запихивают его за колонну-подставку, обнажая палочки. Драко бежит к отцу, командуя, чтобы никто не атаковал в ответ главу рода в его замке. — Тони! – орет во всю глотку Симус, прикрывая голову от осколков стекла, когда одно из заклинаний попадает в окно. — Том! — Помогите! – кричат девушки, забившись вместе с Гарри в угол, прикрытые колонной и опрокинутым Симусом креслом. — Кто-нибудь! — Прочь! – толкает сына в грудь Люциус и снова посылает смертельное в ту сторону, где спрятался Гарри. — Авада Кедавра! Высокие двери Зала Собраний грохнули о стены, и в коридоре неподалеку послышался грохот десятка шагов, спешащих на выручку. Люциус, даже не взглянув в сторону опасности и уже обездвижив Драко, продолжал атаковать мебель, за которой спрятался Гарри, прорываясь дальше в гостиную. — ЛЮЦИУС! – грянуло на весь этаж. — Нет! Господин, умоляю, не убивайте его! – закричала следом Нарцисса. В Малфоя-старшего полетело несколько заклинаний, но едва он, расплескав в воздухе свои белоснежные волосы, увернулся, как замок сотрясся так, что волшебники едва удержались на ногах. Родовое гнездо предупредило гостей о каре за причинение вреда Главе Рода. — Убрали палочки! Никто не колдует! – приказал Том, надвигаясь на Люциуса. Нотт и Макнейр оказались быстрее, они скрутили Малфоя и, забрав палочку вручную, прижал к стене. — Успокойся, Люц! Что ты творишь? – рявкнул на него Северус. — Отпустите! – бился и шипел Люциус, сверкая глазами. — Вы не понимаете, я должен убить Гарри Поттера! Это он зло, я должен... Лорд подошел к нему, отталкивая остальных, и отвесил тяжелую пощечину. Не обращая внимания на вскрик Нарциссы, он схватил Люциуса за подбородок и развернул лицом к себе, вглядываясь в серо-голубые глаза. — Милорд, прошу, поверьте, – лихорадочно продолжал Малфой. — Его нужно убить... — Он под Империусом, – вынес вердикт Лорд. — Уведите, я сниму и посмотрю память. Северус, там, похоже, ещё зелье подчиняющее, займись. Сопротивляющегося Малфоя утащили в коридор, но он продолжал кричать и взывать к господину: — Мой Лорд, вы должны мне поверить! Это он во всем виноват! Убейте его! Убейте! Бледная Нарцисса обнимала расколдованного Драко. Том отдал ей палочку супруга и подошел к Гарри, что, тяжело дыша, оглядывал друзей на предмет повреждений. — Простите, господин Поттер, – со слезами в голосе попросила Нарцисса, сама не своя от переживаний. Гарри рассеянно кивнул и посильнее обнял Тома. — Идите к нему, присмотрите, – бросил ей Лорд. — Иди тоже, – отошел от него Гарри, отпуская. — Расколдуй его. Том провел рукой по его спине и зашагал к выходу, на ходу цепляя валяющуюся посреди осколков и кусков штукатурки, записку. От того, кто до смерти соскучился.