Котик под наркотиком

Итэр оставил своих друзей и направился в аптеку. Сяо написал, что ему совсем нездоровится. Конечно, когда под такие дожди гуляешь в одной толстовке. Итэр уже раз десять отчитал своего парня за это. Но сейчас нужно как можно скорее купить лекарств и направиться домой. Взяв нужные таблетки, Итэр как можно скорее пошёл в квартиру. На улице был ветер и ливень. Парень надеется, что его друзья уже дома, пьют горячий чай. Итэр уже поднимается на нужный этаж, доставая ключи. Открыв дверь, блондин разулся и помыл руки. Сяо не вышел его встречать. Видимо ему настолько плохо. Недолго думая, Итэр достал лекарства из пакета, чтобы отнести их старшему. Поставив чайник, блондин полез в холодильник. Вся еда на месте. Неужели Сяо ничего не ел? Нахмурившись, Итэр услышал свист чайника. Наливая его в кружку, парень взял таблетки и направился в комнату брюнета.Зайдя в неё, блондин увидел Сяо, который лёжа на кровати листал что-то в телефоне. — Приветик! Как ты себя чувствуешь? Я тут тебе лекарств прикупил. Не будешь пить — сам в тебя всё запихаю! — крикнул младший. — Итэр… Потише пожалуйста… — прохрипел Сяо. — Ой, прости. Вот, это тебе чай и таблетки. Головную боль понизят. — Мгм. Спасибо. — Да не за что! Кстати, мы сегодня на паре с твоим отцом изучали такую интересную тему! — Итэр, я не хочу сейчас… — Я не думал, что твой отец так хорошо всё объясняет! Просто Кудзё оказывается уволилась. Она помоему и у Кадзухи вела! — Итэр, можешь помолчать хотя бы минуту! Мне и так говорить сложно, так тут ещё и ты со своими никому неинтересными историями! Просто свали нахуй из моей комнаты! По спине блондина пробежали мурашки. Видимо Сяо встал не с той ноги. В такие дни его лучше не трогать. Молча развернувшись, Итэр направился в свою комнату. Ругаться со своим парнем он не хотел. Уж лучше тихо уйти. Сев за стол, блондин начал готовиться к завтрашним парам. Настроение было спокойным. Итэр не особо обижался на Сяо. Просто не умеет. Хоть что ему сделай, он не обидится. Через какое-то время, блондин заглянул в рюкзак и увидел там листик с заданиями для Сяо. Преподаватель попросил передать его брюнету. Итэр встал со своего кресла и направился в чужую комнату. Постучав пару раз, парень приоткрыл дверь. На него уставился достаточно недовольный взгляд. — Сяо… Меня попросили передать тебе листик с заданиями. Вот держи. — Чего сразу не дал? Я бы уже хотя бы пару тем изучил. — Просто… Не хотел тебя беспокоить… — Ага, уж лучше я буду в спокойствии, но без этого всратого листка? Тебе мозг сегодня кто-то мячом отбил или что? — Не кричи… Горло напрягаешь же… — Блять, тебя только это и волнует. Меня иногда так подзаебывает твоя доброта. На серьезные темы ну никак не поговоришь. Ведёшь себя как ребёнок. Когда ты уже это перерастёшь… Итэр впал в ступор. Сяо впервые настолько сильно зол на него. Из глаз блондина начали литься слёзы. Обычно всё заканчивалось извинениями или объятиями. Но сегодня… — Тц, только и рыдать можешь. С Чжун Ли жить было гораздо проще. Перееду на время к нему, пока у тебя в башке всё на места не встанет. — Сяо… Что я не так сделал.? — Я не слышу твоего бурчания под нос! Говорить хотя бы научись! Брюнет взял куртку и вышел на улицу. Все его вещи остались на местах. Либо он вернётся сюда назад жить, либо вернётся за ними… Итэр упал на пол, осознавая, что сейчас произошло. Самый любимый человек бросил его…                                                 *** После того, как Скарамучча немного пощекотал нервы Каэдэхары, он ушёл в комнату своей, так называемой матери. Синеволосый никогда не принимал эту женщину за родную, ведь она его просто приютила, как друга. Но почему-то Тарталья решил, что она в доме родитель. Никто так и не понял почему, но и разбираться желания не было. А в комнату зашёл Скарамучча за сигаретами, так как у него они закончились. Найдя нужную вещь, синеволосый направился в свою комнату. Но в коридоре его уже поджидал Тарталья. — Слушай, Скарик-комарик, а кто этот паренёк был? — Тц, тебе какая разница? Знакомый с универа. — Вау, я так рад, что ты нашёл ещё одного друга, помимо Итэра! А что вы с ним такого делали, что ты мне запретил в комнату заходить? — с ехидной улыбкой спросил Аякс. — Придурок. Фантазию почисти. — Ой-ой, какие мы злобненькие! Слушай, а вы с ним это… Ну… — Что ну? Можно без намёков? — Вы с ним типо парочка, да? Скарамуччу будто током прошибло. Сейчас ярость его заполняла так, как никогда раньше. — Уйди с прохода урод! Ты обещал не говорить на эту тему! — Тише-тише ты. Я всего лишь спросил. Не хочешь — не отвечай! Рыжая макушка сразу скрылась с коридора. Скарамучча направился в комнату, сваливая вещи по дороге. Эта ситуация вывела его из себя. Зайдя в комнату, он достал одну сигарету и зажёг её. Ярость сменилась на резкую грусть. Хоть и Скарамучча ненавидел плакать, но сейчас он не смог сдержаться. Воспоминания его таким образом скоро до могилы доведут. А что собственно было? В девятом классе, Скарамучча не был задирой. Просто тихий мальчик за последней партой. В один из учебных дней, в класс зашла девушка с двумя хвостами. На её синей рубашке было множество рисунков созвездий. Выглядела она очень привлекательно. Синеволосый немного встрепенулся, когда девушка предложила ему познакомиться. Раньше мальчик был достаточно скромным и стеснительным. Удивительно, не так ли? Спустя время, они стали лучшими друзьями. Девушку звали Мона. Как оказалось, она очень увлекается астрологией. Скарамучча старался внимательно слушать каждое её слово. Что-то он в ней видел. То, чего не видел в остальных. Да и с чувством внутри тоже самое. При виде Моны, Скарамучча начинал немного нервничать. Хотя при остальных такого нет. Однажды кто-то из одноклассников решил устроить вечеринку. Все согласились. Мона и Скарамучча в том числе. Конечно на вечеринке была такая игра как правда или действие. Мона была первой, кому задавали. — Тебе сейчас кто-нибудь нравится? — Да! Почему-то от такого ответа в груди синеволосого что-то кольнуло. Обида или ревность? Он сам не знает. Спустя какое-то время, ребята решили поменять игру, на всеми любимую бутылочку. И судьба решила так, что сегодня будут целоваться Мона и Скарамучча. Девушка выглядела счастливо, а парень смущенно. Поцелуй вышел как размашистый чмок. Но даже он подарил синеволосому незабываемые эмоции. Спустя какое-то время, ребята решили пойти по домам. Мона решила проводить своего друга. Девушка что-то увлеченно рассказывала, но в какой-то момент остановилась. — Слушай, Скар… Помнишь первый вопрос для меня, когда мы играли в «правду или действие»? — Да, а что такое? — В общем… Я тогда имела ввиду тебя! Если это не взаимно, прошу давай останемся друзьями! Просто после поцелуя, я уже не могу скрывать от тебя чувства! Скарамучча густо покраснел. Он явно не ожидал такого поворота событий. Но всё же ответил взаимностью. И так продолжалось до первого курса в универе. Скарамучча побывал в компании, в которой как раз состоял Сяо. Потом подружился с ребятами, которые называли себя «Фатуи». Их звали Синьора и Тарталья. Синеволосый недолюбливал рыжего парня, но не отказался с ним дружить. Проведя какое-то время с этой троицей, характер Скарамуччи явно начал меняться. Парень уже не был стеснительным и замкнутым. В его речи стали всё чаще и чаще проскальзывать нецензурные словечки. Моне это совсем не нравилось. Она полюбила не такого Скарамуччу. Но последней каплей для неё стало то, что она увидела, когда синеволосый курил сигареты. Девушка рассказала всё матери Скарамуччи — Райден. Хоть и парню было восемнадцать лет, но жил он всё так же с мамой. Женщину очень разозлил тот факт, что её сын курит. Да у них и раньше были не самые приятные отношения. Когда Скарамучча пришёл вечером после очередной прогулки, его ждала разъяренная мать. Райден начала громко кричать на сына и в какой-то момент дала ему сильную пощёчину. Синеволосый обомлел, а после выбежал из квартиры. Он прекрасно услышал от матери, что Мона рассказала о курении. Парень был очень зол на девушку. Он впервые испытал гнев. Идя по улице под дождём, синеволосого заметил Тарталья, который был в кафе. Рыжий сразу подбежал к парню и начал спрашивать, почему он ходит под дождём. — Блять Аякс! Отъебись от меня! Мона самая последняя шмара ебанная, которая рассказала матери о курении! Я ебал в рот их обоих! — Тише-тише. Ну чего ты так разозлился? Мы с Синьорой вместе живём, хочешь, можешь к нам присоединиться? — Мне всё равно больше некуда идти. — Окей, тогда пошли. Тарталья немного напрягся, когда увидел в каком сейчас гневе был его друг. Он впервые такой. Рыжий хотел подбодрить синеволосого, но на него лишь только срывались. Спустя месяц, это стала обычная черта характера Скарамуччи. Гнев. Тарталья уже смеялся, когда синеволосый злился. Настолько он уже привык. А Синьоры почти не было дома. Вечно влезала в какие-то передряги. Синеволосый сидел на лавочке в парке. В его руках был журнал со знаменитостями. В какой-то момент к нему подсели. Даже не поворачивая голову, парень понял, кто это был. Мона. Девушка немного с дрожащими руками сидела рядом с синеволосым. Немного посидев, Мона неспеша обняла Скарамуччу за талию. Из её глаз уже начинали течь слёзы. — Слушай… — начала девушка. — Я не хочу расставаться… Я тебя люблю. Очень-очень. Прости за то, что рассказала твоей маме про курение! Скарамучча молчал. На нём не было лица. Было непонятно, что он думает об этой ситуации. Он любил Мону. Сильно. Но только любил, а не любит. — Ты мразь, которая не заслуживает ничьё внимание. Ты больше никто для меня. Иди на все четыре стороны. Мне похуй, что будет с тобой в будущем. Ты не заслуживаешь прощения. Синеволосый встал с лавочки и направился в другое место. После этого момента, он перестал встречаться с друзьями на поле. Больше не желал слышать о любви. Хотя с Сяо и Итэром это получалось сложно. А сейчас парень с гневом вспоминает эту историю. Чертов Тарталья! Умеет потянуть за нужные ниточки! Скарамучча не ненавидел его. Он ненавидел людей, в которых не было минусов. Исключением был только Итэр. Каэдэхара входил в список «идеальных людей». Для Скарамуччи первом местом в этом списке была Мона. Но после расставания, его занял Кадзуха. Вроде в парне не было ничего такого. Но и не было минусов. Как казалось Скарамучче. Парень был добрым, в каких-то моментах беспомощным, таким невинным. Синеволосому было действительно жаль Кадзуху, когда он заплакал при виде кота. Но эта жалость быстро ушла, вспоминая Мону. Как-будто все прекрасные люди, могут сделать такую же подлость, как и девушка. Хотя, Каэдэхара не выглядит так. Скорее, Скарамучча видит в нём не Мону. Он видит себя. Тогда, в девятом классе. Скарамучча ненавидит себя с таким характером. Над ним часто издевалась какая-нибудь толпа подростков. Если бы не Синьора с Тартальей… Богу известно чтобы было. А сейчас над Кадзухой издевается Скарамучча. Парень как-будто запугивает себя из прошлого. Делает так, чтобы Каэдэхара больше не дрожал от одного вида синеволосого. Скарамучча хоть и жестоко его этому учит, но учитывая то, что с ним делали в школе… Лучше не вспоминать. Синеволосый сам не знает. Издевается ли он над Кадзухой или учит взрослой жизни? Даже если и второе, то получается у него херово. Каэдэхара только шуганней становится.                                                 *** Кадзуха сидел на подоконнике. Всё так же под кайфом. В его руках была сигарета. На улице была уже глубокая ночь. Рядом лежал телефон с музыкой. Играла какая-то американская группа. Явно старая. Было спокойно. Хорошо. Такая атмосфера нравилась пепельноволосому. Завтра нужно будет ехать в то самое поле. Надо ещё набраться смелости, чтобы ехать со Скарамуччей в одной машине.