Котик под наркотиком

У кого-то по субботам учёба. У кого-то выходной. А в нашем универе — какое-то выступление. Преподавателям вообще нечем заняться? Ну да ладно. Кадзуха и Итер договаривались сесть вместе. Но… Они же в ссоре. Каэдэхара так и не извинился перед другом. У него есть ещё один день, так как сегодня пятница. Хотя, на вряд ли сегодня что-то поменяется. Идя по почти пустому коридору, Каэдэхара увидел Скарамуччу, который был видимо не в распоряжении духа. Пепельноволосый думал, что сейчас его опять толкнут плечом, но у синеволосого были другие планы. Подойдя к Кадзухе, Скарамучча резко схватил того за запястье и повёл куда-то в сторону раздевалки для мальчиков. Пепельноволосый невольно вскрикнул от такого действия, но не сопротивлялся. Он же знает, что будет хуже. Открыв дверь в раздевалку, Скарамучча грубо прижал Каэдэхару к стенке. Здесь редко бывают люди, потому что некоторым впадлу идти на физкультуру. Руки пепельноволосого начали предательски трястись. Плечи сильно держали. Скарамучча сначала рассмотрел лицо Кадзухи, и потом сильно толкнул того на пол. Нога синеволосого оказалась на чужой груди. Чуть наклонившись к Каэдэхаре, Скарамучча произнёс: — Ты действительно странный тип. После абсолютно любого грубого обращения с тобой, ты вечно куда-то уходишь в безлюдное место. Возвращаешься таким… Расслабленным. Еле на ногах стоишь. Кадзуха молчал. Он не умеет врать. Тем более, его разум мало что понимал сейчас. Каэдэхаре недавно начало казаться, что они с синеволосым смогут подружиться. А что сейчас? Опять унижения, да ещё и не пойми с чего. Этому типу явно стоит сходить к психологу. — Ты ещё вечно посматриваешь на свой карман. Что же там такого лежит? — продолжил Скарамучча. Чужая рука потянулась к карману серой толстовки Кадзухи. Но тут, Скарамучча почувствовал, как его запястье сильно удерживают. Не пошевелить. Когда дело доходит до наркотиков, Каэдэхара точно не будет силы жалеть. Тем более, Скарамучча точно настучит всем преподавателям об этом. — Прошу… Не надо… — еле слышно, сказал пепельноволосый. Скарамучча с неким удивлением смотрел то на руку, то на лицо собеседника. Эта ситуация его полностью запутала. Он не понимал, что за секрет прячет Каэдэхара. Синеволосый был уверен, что парень ему расскажет из-за собственного страха. Он сам не понимал, на какой хер ему эта информация. Просто был не в настроении, поэтому надо было на ком-то выплеснуть весь гнев. Да ещё и на прошлых выходных Кадзуха странно себя вел. — Слушай, не строй из себя невиную овечку. Какую хуйню ты с собой носишь постоянно, что на тех выходных назвал меня прекрасным?! — со злобой в голосе спросил синеволосый. — …Что? После этих слов, Каэдэхара, сам того не ожидая, покраснел. Ему сейчас было жутко неловко. Но рука не ослабла. Наоборот, от волнения ещё сильней сжалась. Скарамучча тихо прошипел от боли в запястье и от безвыходности, дал пощечину пепельноволосому свободной рукой. Кадзуха вскрикнул от боли и ослабил хватку. Скарамучча резко поднялся и убрал ногу с груди парня. Пепельноволосый принял сидячее положение, поглаживая ключицы, чтобы унять боль. Синеволосый так просто оставлять это не собирался. Сев рядом с Кадзухой, Скарамучча резко схватил того за шею. Пепельноволосый зажмурился от боли, открывая рот в немом стоне. Казалось, что его сейчас на месте убьют. — Кадзуха, блять! Какого хуя ты себе так много позволяешь?! Думаешь, что я просто пройду мимо после этого?! Много думаешь значит. Кадзуха попытался убрать чужую руку с горла, но безуспешно. Он никогда не был настолько близок к смерти. Ему страшно. Глаза постепенно смыкались. Воздуха критически не хватало. Увидя постепенно закрывающиеся глаза, Скарамучча резко отдернул руку. Он не хотел когда-то стать убийцей. Даже сейчас не знает, что на него нашло. Каэдэхара упал на пол, громко кашляя. Нос пытался взять как можно больше воздуха. Скарамучча какое-то время просто наблюдал за этим, а потом решил быстро уйти. Но уже прикасаясь к ручке двери, синеволосый услышал: — Почему… Ты такой? Скарамучча заметно нахмурил брови. Какой такой? — Что я тебе сделал.? Я уже начинал думать, что мы сможем подружиться, но ты меня сейчас чуть не задушил… — говорил Каэдэхара. Из его глаз уже постепенно текли слёзы. — У тебя что, какая-то цель по жизни привязаться к Итэру, а остальных возненавидеть? Теперь мне прекрасно понятно, почему ты дружишь только с ним. Да и понятно, почему у тебя только бывшая девушка, а не нынешняя. После этих слов, Кадзуха быстро направился на выход. Ему сейчас было жутко больно. Как-будто отняли что-то важное. Парень прошелся куда-то вглубь этажа. Как только он это сделал, Кадзуха прижался к стене, медленно скатываясь к полу. Глаза были полны слёз. Ему до боли обидно. Даже не хочется принять очередную таблетку. Отдаться эмоциям — то, чего давно парень не делал. Шея сильно болела. Наверняка следы от руки остались. Теперь придется их прятать. Кадзуха бы ещё так просидел, но его кто-то легонько потряс за плечо. Подняв свою голову, парень приятно удивился. Это Ёимия. — Ты чего здесь плачешь? Тебя кто-то обидел? Хочешь, я обидчику петарду в одно место запихну?! — чуть смеясь, спросила девушка. — Да так… Не хочу об этом говорить. Рыжая кивнула и подала руку, чтобы пепельноволосый встал с пола. Каэдэхара нежно улыбнулся и принял помощь. — Я… Не представился в тот раз… Каэдэхара Кадзуха. — Какое у тебя имечко красивое! Довольно необычное! Кадзуха почему-то смутился от этого комплимента. Ёимия была настолько комфортной, что даже не хотелось отходить от неё. — Слушай, а ты же пойдёшь завтра на пьесу? — задала вопрос рыжая. — Да, мне интересно, что там будет. — Сядем вместе? — Я не против… — Отлично! Тогда до завтра, Кадзуха! Пора спешить на пары! Пепельноволосый проводил девушку взглядом и направился в свою аудиторию. Ёимия была такая необычная. Не в плане внешности или характера. Она приносила Каэдэхаре не те чувства, которые приносят другие. Какое-то приятно журчание в животе. Кадзухе это нравится. Он не жалеет, что не вдохнул порошок. Он опаздывает уже на примерно минут десять. Но его голова была забита совершенно другим. Зайдя в аудиторию, первое что услышал парень: — А по какой это причине, мы опазываем? Преподавательница Шень Хэ не любила такое уважение к её паре. Но лицо ничего не выражало. Только глаза непрерывно смотрели на шею. — И-извините… Просто мне стало плохо и я… — Подожди-подожди… Тебя что, душили?! Женщина подошла к Каэдэхаре, чтобы посмотреть горло. Оно было в темных пятнах, которые были вокруг всей шеи. Шень Хэ аккуратно приподняла подбородок пепельноволосого, чтобы всё как следует осмотреть. Одногруппники с неким испугом смотрели на Кадзуху. — Кто это сделал? — сторого спросила преподавательница. — Это… Я не знаю его имени… Какой-то парень с другой группы… — М-да. Звучит неубедительно. Либо ты говоришь мне сейчас, либо я сообщу обо всём директору. Нин Гуан не полениться расспросить каждую аудиторию. — Н-но… Я правда не знаю… — Тц, хотя бы опиши его или её. — Ну… Блондинистые, короткие волосы… Одет в черную футболку с синими джинсами. На вид с третьего курса. — Что-ж мне с таким горем делать… Ладно, шея не сильно болит? — Терпимо. — Тогда садись. Я сейчас приду. Пепельноволосый на это кивнул и направился на своё место. Ему сейчас было дико некомфортно. Взгляды одногруппников направлены только на него. Сев за свою парту, парень положил руки на стол. Согнув их в локте, пепельноволосый лёг головой на них. А что было дальше? В голове пусто. Уже следующий день. Сегодня выступление. Кадзуха сядет с Ёимией, хотя сперва договорился с Итэром. Хотя сейчас парня это особо не волнует. Помириться, но чуть позже. Сейчас ему хотелось как можно лучше узнать рыжую. А ещё больше хотелось узнать, что он чувствует к ней. Что-то незнакомое. Это точно. Уже подходя к универу, Каэдэхара заметил Итэра, Сяо и Скарамуччу, которые стояли возле дерева. На одной из веток сидел тот самый кот Томо. Стоило блондину только протянуть руки, как рыженький прыгнул к нему в объятья. Кадзуха вспомнил тот самый день, когда он стоял на месте Сяо. В душе был крик, который говорил об отчаянии. Может, стоит прямо сейчас подойти и извиниться? Ёимия действительно хорошая девушка, но… Итэра не заменить. Они же уже столько лет дружат. Неужели, стоит всё порвать на месте? Раздумья Каэдэхары прервали чужие руки, которые легли на рубиновые глаза. Женский смех выдал того, кто это был. Ёимия. Видимо решила немного повеселить друга. Кадзуха обернулся и обнял девушку. Она же сначала немного протупила. Но после обняла в ответ. Каэдэхара тут же позабыл обо всех переживаниях, когда оказался в этих объятиях. — Кадзуха… Задушишь… Ойкнув, пепельноволосый разжал руки. Девушка неловко посмеялась, а после произнесла: — Чего на всеми любимое солнышко Итэра смотришь? Если хочешь познакомиться, то он будет только рад! — Оу… На самом деле, мы лучшие друзья. Просто, я недавно такую хрень ему сказал, что мы теперь больше не общаемся. Вот и думаю, как бы перед ним извиниться… — Хах! Он всегда прощает! Не переживай! После этих слов, Кадзуха почему-то погрузился в глубокие раздумья. Всё прощает… А ведь и вправду. Как бы его не обидь, он всегда простит. Он никогда не откажет в дружбе. Даже с самым злейшим врагом, хоть у него и нет его. — Кадзу, осталось буквально десять минут. Пойдём места займём? — Хорошо. Рыжая взяла Каэдэхару за запястье и повела в здание. Последний раз повернувшись к блондину, Кадзуха столкнулся с медовыми глазами. Итэр смотрел на него. И на сколько долго? Но девушка шла достаточно быстро, поэтому контакт глазами быстро прекратился. Кадзуха обреченно вздохнул и пошёл в сторону актового зала. Мест оставалось уже немного. Ёимия предложила сесть на средний ряд. Кадзуха согласился. Через какое-то количество времени, в актовый зал зашли Сяо, Итэр и Скарамучча. Последний бурчал себе что-то под нос. Три места вместе были чуть ли на первом ряду. Парни туда сели. Они находились недалеко от Кадзухи и Ёимии. Девушка почему-то взяла пепельноволосого за руку. Кадзуха на такой жест смутился. — Не обращай внимания. Я когда волнуюсь, всегда держу человека за руку. Вот такой у меня прикольчик! После этих слов, свет выключился. Пьеса началась. Выбежали какие-то студенты в костюмах сказочных героев и начали танцевать под какую-то мультяшную песню. Пока Кадзуха смотрел на это с неким удивлением, Ёимия хлопала в ладоши от радости. Ей это так нравилось. Каэдэхара сменил удивление на добрую улыбку. Танцы закончились. После них, вышла директриса универа. Её звали Нин Гуан. Женщина поприветствовала всех, а после произнесла: — Дорогие студенты. Будет три перерыва во время выступления. Убедительно прошу не выходить из зала, когда идёт пьеса. Если всё всем понятно — мы начинаем! Ёимия аж подпрыгнула с сиденья. Ей это так нравится? Она такая счастливая. Такое ощущение, будто слегка… Пьяна? Кадзуха отбросил эти мысли и продолжил смотреть пьесу. Вышли несколько актёров. Девушка с блондинистыми волосами и парень с пепельными. — Принцесса осуждения Фишль сошла с небес, чтобы поведать смертному Беннету, что случилось нечто прекрасное! — проинесла девушка. — Что же такое произошло? — Сегодня, абсолютно каждый студент, сможет попасть в невообразимую страну чудес! Всего лишь нужно всем хором произнести: «Ариадиамус!» Студенты громко крикнули это слово. Как в начальной школе. Ей Богу. Если бы не Ёимия, Кадзуха бы ушёл уже. Парень ожидал чего-то более серьёзного. А тут детская пьеса. Ну ладно. Подыграть несложно. После сказанного слова, Фишль и Беннет удалились. На большом экране появился замок. Интересная затея. И что прикажете с этим делать? На сцену вернулась Фишль, только в немного другом платье. Взяв микрофон в руки, она сказала: — Ребята, вы такие молодцы! А что было потом, Кадзуха уже не переваривал. Очередные танцы, диалоги персонажей и тому подобное. Парню хотелось уйти как можно дальше отсюда. Слишком шумно и так по детски. Но тут, слава Богу, начался перерыв. Каэдэхара с облегчением вздохнул и захотел пообщаться с рыжей, но она уже выбежала из зала. Пепельноволосого немного огорчил тот факт, что девушка даже не позвала его за собой. Медленно встав со своего места, Кадзуха направился в коридор. Людей в зале было ещё много, поэтому за его пределами чуть потише. Каэдэхара раздумывал о том, что сейчас произошло. Ему никогда не нравились спектакли. Только один раз и то, в большом театре. И там явно не было подобной детской мишуры. Актёрам самим не смешно? Но увидя Ёимию, которая чуть ли не прыгая от радости рассказывала своей подружке о спектакле, Кадзуха почему-то поменял своё мнение. Не такая уж и ужасная пьеса. Да, она детская и немного не вписывается в атмосферу этого заведения, но ведь актёры так стараются подарить нам положительные эмоции. Перерыв длился около десяти минут. Все вернулись в зал и продолжили просмотр. Ну здесь уже хотя бы песни присутствовали. Громкая музыка так и била по ушам. Кадзуха посмотрел на Ёимию. Ей было весело, но глаза были полуприкрыты. Она что, действительно пьяна? Когда она успела выпить, если при входе была трезвой? Кадзуха решил просто проигнорировать. Почему-то в этот раз, перерыв начался уж очень быстро. Кадзуха решил просто полазить в социальных сетях. Туда сюда ходить не в кайф. Лазия по разным приложениям, Каэдэхара ничего такого интересного не нашел. Убрав телефон в карман, пепельноволосый посмотрел в сторону, где сидел Итэр. О Боги. На Кадзуху смотрели глубокие, темно-синие глаза. Но они не выражали злость, гнев или грусть. Скарамучча был расслаблен. Но Кадзуха всё равно почему-то напрягся. Может, синеволосому просто интересно, почему Кадзуха не сел вместе с Итером? Возможно. Спустя какое-то время, перерыв был завершён. На сцену вышла Фишль. Беннет шёл за блондинкой. Опять какой-то диалог, который Кадзуха пропустил мимо ушей. Но тут, Фишль сказала: — Чтобы открыть эту книгу, кто-то из вас должен её развеселить. Хм, думаю, рассказать о себе — сойдёт. Кадзуха сразу напрягся. Он не собирался сегодня выходить на сцену. Абсолютно каждый будет смотреть на него. Да и о чём рассказывать то? Наркоман с прекрасными друзьями? В принципе, идеальное описание. — Парень с пепельными волосами, у которого передняя прядка красная. Выглядишь, как музыкант или тому подобное. Давай ты немного развеселишь книгу? Каэдэхара готов был провалиться хоть сейчас. Ему было жутко некомфортно. Но он встал и поплёлся на сцену. Большинство студентов переговаривались между собой. Это облегчало. Кадзуха зашёл на сцену. Далеко не каждый взгляд его приветствовал. Но тут, как назло, Беннет случайно уронил микрофон. Из-за громкого звука, студенты обернулись на сцену. Все сразу замолкли. — Кмх. Беннет, поаккуратней пожалуйста. И так, во первых, как тебя можно называть? — спросила Фишль. — Кадзуха. — Красивое имя. О, книга начала постепенно открываться! Давай продолжим. Какое у тебя хобби? Ну вот. Ступор. Каэдэхара ведь недавно сказал Итеру, что нашёл себе новое хобби. Странно будет говорить обратное. Руки начали предательски дрожать. — Я… Люблю играть на гитаре… Фишль косо посмотрела на парня. Кадзуха. Ты не умеешь врать. — Хм? Книга почему-то не раскрылась… Видимо, она хочет, чтобы ты продемонстрировал свои умения! У нас есть одна гитара. — Ха-ха! Лучше не стоит. Я буквально совсем недавно только ноты изучать начал. Я ничего не знаю. — Эх, как обидно… Ну ладно. Давай лучше другой вопрос. Как ты провёл это лето, Кадзуха? Пепельноволосый просто замер на месте. Как он провёл лето? Убегал каждую ночь к своему другу, чтобы купить наркоту. Родители периодически орали на него. Только Итэр дарил радостные эмоции в переписке. Пепельноволосый хотел найти своего друга взглядом. Когда у него это вышло, на Кадзуху смотрели обеспокоенно. Итэр ведь знает, что Каэдэхара отнюдь не за компьютером сидел. — Кадзуха… что за тишину я слышу? — А… Я ничем похвастаться не могу. — Ой, ну что мы скромничаем?! Я же вижу, что ты врёшь! Если ты ездил на Мальдивы и тому подобное, то никто не будет в праве завидовать! Ну… Только если чуточку. Опять ступор. Кадзуха и представить себе не мог, что окажется в такой жуткой ситуации. В зале тишина. Все смотрят на сцену. Каэдэхара в пол. Он пытался вспомнить всё, что рассказывал ему Итэр. Но в голове было дурно. Думать. Срочно думать. — Кадзуха. У вас есть особенность, молчать когда вас переспрашивают? Большинство студентов залились хохотом. Их это серьезно рассмешило? Даже у Кудзё на паре было менее унизительно. Глаза начали заполняться слезами. Кадзуха волнуется. Нервничает. Ему жутко некомфортно. Когда по щеке скатилась слезинка, кто-то из первого ряда крикнул: — Какая же ты неженка! Уже рыдать начинаешь! Может тебя ещё по головушке после каждого слова гладить надо? Все ещё громче засмеялись. Микрофон выпал из рук Кадзухи, а сам он направился на выход из зала. Глаза были красные. По щекам текли слёзы. Скарамучча хмуро посмотрел на Каэдэхару, а после пошёл за ним. Итэр попытался его остановить, ведь он знает, что собирается делать Кадзуха. Но Скарамучча был сильнее блондина. Два силуэта вышли из зала. Кадзуха направился в мужской туалет, там на вряд ли кто-то будет. Скарамучча явно отставал от него. Каэдэхаре было сейчас безумно больно. Он видел, как Ёимия смеялась во весь голос. Всё то журчание в животе резко пропало. Он больше не хотел к ней даже приближаться. Когда Итэр беспокоился о Кадзухе, Ёимия даже не подала намёка на волнение. Возможно, это потому, что она не знает о большом секрете. Но всё равно. Такое отношение к себе, Кадзуха не терпит. Зайдя в туалет, Каэдэхара подошёл к подоконнику. Достал таблетку из кармана, пепельноволосый положил её на листик бумаги и начал медленно крошить. Ему сейчас было плохо на душе. Стоит привести себя в порядок. Во время процесса, Кадзуха не услышал, как открылась дверь. Но зато отчётливо услышал знакомый голос: — Блять! Какого хуя, Кадзуха?!