Котик под наркотиком

В комнате царила тишина. Только тихие посапывания человека были в ней слышны. Так продолжалось не более пятнадцати минут. Длинноволосый блондин постепенно раскрыл свои глаза, услышав звон будильника. Итэр уже и забыл, что находится дома, а не в больнице. Потянув руку к тумбочке, блондин взял свои очки, а затем надел их. Лениво промычав, парень встал с кровати. Итэр по дороге решил зайти в комнату Сяо. Конечно чтобы украсть у него какую-нибудь одежду. Блондин был удивлён, что его парня не было в комнате, ведь тот обычно засыпает только под утро. Как он вообще ходит в универ в таком состоянии? Итэр лишь пожал плечами, открывая чужой шкаф. Взяв большой чёрный свитер, блондин надел его, уходя в ванную. Водные процедуры быстро были выполнены. Итэра смущало только одно. Сяо нигде нет. Видимо решил зайти куда-то? До универа ещё два часа, а парню идти до него минут двадцать. Но через несколько секунд, послышался звук в замочной скважине. Итэр сразу подошёл к входной двери. Из неё показалась тёмная макушка с букетом цветов. Блондин моментально кинулся на шею Сяо, говоря: — Ты куда ушёл так рано? Я уже перепугаться успел… — Ага, вижу очень сильно волновался. Даже успел опять мою одежду обворовать. — саркастично ответил брюнет. — Тебе жалко что-ли?! — Нет конечно, а это… Тебе… Брюнет неуверенно протянул Итэру букет цветов, попутно доставая коробку конфет из рюкзака. Блондин расширил свои медовые глаза. Парень с просони даже и забыл, что сегодня уже четырнадцатое февраля. — Сяо… Спасибо большое! Мне так приятно! Я тебе тоже сделал подарок, посмотришь? — Естественно. Блондин быстрым шагом направился в свою комнату. Положив цветы пока что на стол, Итэр стал искать нужную вещь в своём ящике. Когда она нашлась, парень направился опять в коридор. Но из-за того, что Итэр засмотрелся на своё рукоделие, блондин не заметил Сяо и стукнулся об его плечо макушкой. — Ой… Извини. — проговорил младший, убирая светлую прядь волос за ухо. — Куда же ты так несёшься? Я никуда не денусь. — Просто хотел поскорее вручить тебе вот это! Я её сам сделал… Парень протянул открытку. Раскрыв её, Сяо удивился, насколько же она была замороченной и большой. Множество совместных фотографий виднелись на ней. Разные красивые наклейки добавляли яркости. А Итэр ожидал хоть какого-нибудь ответа. — Это… Прекрасно. Очень красиво… Спасибо. — с еле заметной улыбкой, сказал Сяо. Итэр ничего не ответил, но обнял своего парня как можно сильней. Брюнет уткнулся в светлую макушку, прижимая в ответ чужое тело. — Я тут подумал… Может мы у речки погуляем? Просто сегодня все кафе переполнены… Мне не особо будет комфортно. — неуверенно произнёс старший. — Нет проблем! Как вернёшься с универа, сразу пойдём! И кстати… Не забывай свой телефон дома, твой будильник разбудил меня. — Ох, прости. Я просто поторопился. Да и привыкнуть не могу, что я временно хожу без тебя. — Всё нормально! Сяо пропустил тот момент, когда Итэр уже успел выкарабкаться из объятий, побежав на кухню. Опять будет что-то готовить. Брюнет даже не удивится, если это будет его любимое блюдо, ведь младшему всегда хочется его порадовать.

***

— Вчера было так классно! Чтобы ты понимала, благодаря этой вечеринке у нас даже появилась плюс ещё одна парочка! И ты не поверишь у кого. — воодушевлённо говорил Тарталья. — Ну и у кого же? — улыбаясь спросила Люмин. — У Скарамуччи! А ещё он на меня обижается со вчерашнего вечера. Потому что мы играли в правду или действие, и я ему загадал позвонить его бывшей. — А зачем ты так сделал? — Да просто хотелось масла в огонь добавить. Но вышло всё скучнее, и он просто пожелал мне мучительной смерти. — Какой же он агрессивный… И кто же решил свестись с ним? — Кадзуха! Вот этот вот тихий мальчик! — Ого… Неожиданно. — Ты сейчас вообще упадёшь! Знала ли ты, что вот этот вот безобидный паренёк принимает наркотики?! — Хах, извини, что порчу все ожидания, но я об этом знаю уже больше двух лет. — Да всмысле! Когда я об этом Итэру сказал, он мне ответил почти тоже самое! — Ха-ха! Ну мы же близнецы как никак. Не думала, что вы с ним близко общаетесь. — Да я просто позвонил ему, чтобы спросить, почему он не пришёл на вечеринку, а этот оказывается был на свидании… Неужели так сложно и мне время уделить?! Они с Сяо живут вместе, но всё равно не отлипают друг от друга! — Да ладно тебе. Они просто любят друг друга, что в этом плохого? — Я может тоже хочу с тобой на свидания ходить… — Ха-ха! Всё впереди, не переживай. — О! Мой братик пришёл! Пойду извинюсь что-ли… — Ладно, тогда до связи. — Пока-пока! Тарталья сбросил звонок и направился в коридор. На удивление, синеволосого уже не было. Аякс услышал шуршание пакетов на кухне, поэтому пошёл туда. А вот и Скарамучча. — Привет! Чего ты здесь понакупил? — с улыбкой спросил Тарталья. — Отъебись. Я и так устал после универа, так ещё и ты здесь. Уйди нахуй от меня. — с раздражением в голосе, сказал синеволосый. — Да брось, ты всё ещё злишься из-за вчерашнего? — А ты как думаешь? — Как-то некрасиво с горечью вспоминать о бывших, когда у тебя уже новые отношения. — Ты думаешь, я злюсь из-за того, что скучаю по Моне? Мне на неё вообще похуй. Но ты не забывай, что именно из-за этой мрази я лишился дома. — Ну ты же сейчас в более хороших условиях живёшь! И мы стали как не кровная семья! — Из-за твоей вчерашней выходки я опять сорвался на Кадзуху! А тот хотел помириться со мной! — Ну вы же сейчас в мирных отношениях! Даже встречаться начали! — Это не отменяет того факта, что я сделал ему больно! — Какая же ты вредина ходячая! Ладно… Я пришёл, чтобы попросить прощения. — Мечтай. Я вообще не хочу видеть тебя! — Ну братик, мы же с тобой были самыми дружными на свете! — Не помню такого. Отвали ты уже от меня! Парни и не заметили, как у дверного проёма стоял ещё один человек. Только спустя несколько секунд, Тарталья увидел незванного гостя боковым зрением. — Вот смотри! Ты своими орами даже его пробудил! — кричал рыжий, указывая пальцем в сторону человека. — Кадзуха… — синеволосый быстро подошёл к парню, становясь опорой. — Ты зачем встал? Если что-то нужно, я тебе всё принесу. Тебе сейчас не стоит напрягаться. — Громко… Очень… — еле слышно говорил пепельноволосый. — Прости пожалуйста, мы сбавим тон голоса. — Ничего, просто… Голова из-за шума кругом идёт… Скарамучча ничего не ответил. Он подхватил Каэдэхару на руки, унося в свою комнату. Тарталья удивился тому, насколько же быстро синеволосый смягчил свой характер. Давно Аякс не видел его таким заботливым, нежным и ласковым. Синеволосый аккуратно положил Каэдэхару на свою кровать. Пока у Кадзухи ломка, Скарамучча просто не простил бы себе, если бы оставил его одного. Поэтому пепельноволосый сейчас проживает у своего парня. В свой дом Кадзуха даже не заходил после вечеринки, поэтому синеволосый одолжил ему свою одежду. — Скар… Мне так плохо… — тихо сказал Каэдэхара. — Может тебе душ холодный принять? Тебе станет лучше. — заботливо спросил синеволосый. — Давай чуть-чуть позже… Я сейчас хочу немного в тишине побыть. — Конечно. После этих слов, Скарамучча удалился из комнаты, закрывая дверь. Каэдэхара даже и представить не мог, что ему когда-нибудь будет так больно во всём теле. По-началу были приступы агрессии. А затем парню стало тяжело двигаться. Будто кто-то кости ломает пополам. Голова уже ни о чём не могла думать. Настолько сильно она никогда не гудела. Кадзуха не чувствует себя ни живым, ни мёртвым. Скарамучча, оказавшись на кухне, вернулся к своему пакету со всякой вредной едой. Конечно его там ожидал Тарталья. — Опять семейный бюджет тратишь? Поделись хотя бы. — с жалобным выражением лица, произнёс Аякс. — Иди нахуй. Вам и так достаётся всё сладкое в доме. И мы далеко не бедные. — Жадина! Вот мать придёт, и она тебя сразу на место поставит! — Говори тише, придурок. — Ой, ну и пожалуйста. После этих слов, прозвучал домофон. Скарамучча направился в коридор, беря трубку. Как оказалось, это был врач. Быстро открыв дверь, парень начал ожидать его. Когда мужчина зашёл в дом, Скарамучча поприветствовался, а после показал место, где сейчас лежит больной. Врач попросил не заходить в комнату. Можно лишь тогда, когда нужно будет что-то спросить. Синеволосый не стал перечить. Взяв с собой купленную еду, парень ушёл в гостиную. Конечно он переживал за Кадзуху. Видеть, как страдает твой любимый человек, ужасно. В таких моментах ты готов сделать всё что угодно, лишь бы снять боль. Но Скарамучча держится, чтобы не купить наркотики для Каэдэхары. Парень понимает, что эти страдания не будут длиться вечность. — Переживаешь? Скарамучча обернулся на человека, который произнёс эти слова. Синьора. На неё кстати Скарамучча тоже держал обиду. Конечно. Когда с твоими чувствами играются, это не очень приятно. Блондинка намеренно флиртовала с Кадзухой, чтобы вывести синеволосого из себя. — Уйди. Просто уйди от меня. — безразлично смотря на девушку, сказал Скарамучча. — Ну ты чего? Я поговорить хочу. Я же вижу, что тебе сейчас тяжко на душе. — Вчера ты не была такой заботливой. Чего сейчас решила включить любящую мать? — Я польщена, что даже ты считаешь меня матерью. Блондинка улыбнулась и села рядом с парнем на диван. Синеволосый не знал, куда себя деть. Хотелось быть рядом с Кадзухой, но тот сейчас от слова совсем не в состоянии. Но зато, Скарамучча на протяжении нескольких дней будет заботиться о пепельноволосом и делать всё, что скажет врач. — Слушай, извини меня. Я правда не думала, что тебя настолько сильно заденут мои действия. — Ага. Убедительно. — Если бы не я, ты бы сейчас бы продолжал сидеть в своей комнате с кислой мордой, всё ещё в ссоре с Кадзухой. — В каком смысле? — Я его подтолкнула на то, чтобы он с тобой поговорил. Он сам мне сказал, что если бы меня не было, он бы и не думал о примирении. Скарамучча недоверчиво посмотрел на блондинку. Но не увидя ни одного намёка в лица на сарказм, парень сказал: — Я… Не знаю что и говорить. Спасибо? — Прощения будет достаточно. — Как будто тебе прям так важна наша дружба. — Конечно. За всё время, что мы общались, я уже действительно начала тебя принимать за сына. Чёртов Тарталья… Уже совсем задурил меня своим юмором. Скарамучча усмехнулся на слова Синьоры. Парень задумался о том, как действительно его уважают в этом доме, раз блондинка помогла ему в том, где ей выгоды от слова совсем не было. — Я не понимаю, что ты хочешь. Когда я жаловался тебе на какие-либо проблемы, ты говорила, что я тебя уже заебал. А сейчас ты говоришь, что хочешь выслушать меня. — недовольно говорил синеволосый. — Просто сейчас, мне проще тебя понять. Кадзуха мне хороший друг, я тоже переживаю за его состояние. — Мне его не хватало во время нашей ссоры, которую я же и развёл. И начинать вот так вот новые отношения… Тяжело. Я конечно рад, что у нас всё взаимно и теперь мне доступно гораздо больше, чем было, но видеть, как твой любимый человек страдает, ужасно. — Я понимаю. Но ты слишком сильно загоняешься из-за этой ситуации. Это ломка, а не какая-нибудь опасная операция. Дело времени и всё без следа исчезнет. — Тоже верно… Скарамучча уже более расслабленно выдохнул. Диалог шёл около пяти минут, а врача всё нет. Синеволосый сам не понимает, зачем он так хочет поторопить мужчину. Главное, чтобы с пепельноволосым было всё нормально. — Чего вы там с Тартальей так собачились? Я со своей комнаты весь диалог прекрасно слышала. — спросила Синьора. — Да он спрашивать что-то начал, а я сорвался на него из-за его вчерашнего подъеба. — Кадзухе сейчас нужна тишина. Постарайтесь хотя бы неделю не ругаться. Ну или учитесь шёпотом решать проблемы. — Я сам знаю, что нужно делать. — Хорошо, поверю на слово. После этих слов, послышалось открывание двери. Звук шёл как раз от комнаты Скарамуччи. Синеволосый подорвался с дивана и быстрым шагом направился в коридор. Врач собирал свои вещи. — Ну что могу сказать. С ним бесспорно всё будет хорошо, если вы правильно позаботитесь о нём. Предоставьте максимальный комфорт, который только можете. Вот вам список таблеток, которые ему нужны. Там ещё записанно несколько пунктов, которые нужно выполнять каждый день. — устало произнёс мужчина. — Спасибо большое… — нехотя ответил Скарамучча. — Если будут какие-нибудь вопросы или осложнения, звоните. А на этом я с вами прощаюсь. До свидания и хорошего дня. — Ага, до свидания. Синеволосый дождался пока врач уйдёт. Посмотрев на полученный лист бумаги, парень прочитал всё, что нужно делать. Вроде как не сложно. Вполне обычные действия. Но нужно идти в аптеку за таблетками. Так не хочется… Хотя, это же ради Кадзухи! Парень аккуратно открыл дверь в свою комнату, чтобы забрать деньги со стола. Кадзуха лежал всё также на кровати. Он выглядел так измученно. Как будто его кто-то избил до полусмерти. — Как ты? — шёпотом спросил Скарамучча, садясь на колени возле кровати. — Ужасно… — неравномерно дыша, сказал пепельноволосый. — Я сейчас схожу за нужными таблетками, а после позабочусь о тебе. Потерпи немного, пожалуйста. — Стой. Можешь… Чуть-чуть побыть со мной…? — А… Да, конечно. Синеволосый осторожно лёг на кровать, притягивая к себе Кадзуху. Тому, кажется, не больно от этих нежных прикосновений. Каэдэхара дрожащей рукой взаимно обнял Скарамуччу. Синеволосый мягко перебирал пепельные волосы, слушая, как дыхание Кадзухи становится более спокойным. — Такое ощущение… Будто я постепенно просыпаюсь от очень долгого сна… Всё становится таким… Живым? — устало говорил Каэдэхара. — Наверное, я не смогу понять этого. Уж извини. — Да не переживай. Это так… Мысли вслух. — У тебя температура. Давай я схожу за этими долбанными таблетками и вернусь. — Не хочу… Мне так хорошо с тобой. — Каэдэхара. Я взял ответственность за тебя. Я буквально на пять минут. Аптека рядом с моим домом. Кадзуха ничего не ответил. Пепельноволосый устало убрал руку с чужого тела. Синеволосый тяжело вздохнул и поднялся с места. Он тоже не особо желает уходить, но нужно. Всё ради Каэдэхары.