Котик под наркотиком

Прозвенел раздражающий будильник. Скарамучча резко встал с кровати, выключая его. Парень не хотел, чтобы Кадзуха просыпался. Ему сейчас как раз лучше отдыхать. Пепельноволосый обнимал синеволосого, пока тот в сидячем положении пытался проснуться. Торопиться было некуда, потому что парню от слова совсем насрать на пары. Посмотрев на Кадзуху, Скарамучча невольно улыбнулся. Лицо пепельноволосого сейчас расслабленно, а не как вчера измученное. Волосы были не в привычном хвостике, а распущенные. Выглядело завораживающе. Оставив смазанный чмок на щеке Каэдэхары, Скарамучча встал с кровати и направился в ванную. Тарталья сейчас в универе, а Синьора опять где-нибудь веселиться. Синеволосый быстро умылся и направился на кухню. Вообще, парень привык находиться дома одному в тишине. Но от осознания того, что он не один, становилось как-то не по себе. Если в доме ещё кто-то есть, обязательно будет присутствовать шум или что-то подобное. А так максимально непривычно. В холодильнике было много всякой еды. Но судя по всему, один рыжий парень решил позавтракать именно кисломолочкой, которую Скарамучча купил для Кадзухи. Опять вечером будут оры. Взяв оставшиеся продукты, синеволосый с раздражением захлопнул дверь холодильника. Стоит отнести хоть что-то Каэдэхаре на завтрак, ведь тому будет проблематично даже подойти к кухне. Как можно тише открыв дверь в комнату, Скарамучча увидел, что Кадзуха уже и не спит. Пепельноволосый сидит на кровати, прижав колени к груди. Алые глаза опустошённо глядели в пол. Казалось, сделав неправильный шаг, Каэдэхара просто потухнет, а то и рассеется. — Я тебя разбудил? — виновато спросил синеволосый. — Нет, что ты… — с еле заметной улыбкой ответил Кадзуха. — Ну и хорошо. Таблетки не забудь выпить, после того, как позавтракаешь. — ставя на тумбочку продукты, проговорил парень. — Уже уходишь? — Да. Извини, но пары никто не отменял. Надо хоть раз в жизни прийти вовремя. — Ладно… Лицо пепельноволосого ещё более помрачнело. Как будто Скарамучча уходит навсегда. А у синеволосого сердце разрывалось от такого вида. Хотелось забить вообще на эти долбанные пары, чтобы остаться с Кадзухой. Скарамучча почему-то чувствовал себя виноватым в этот момент. Сев на кровать, синеволосый неожиданно прижал к себе Каэдэхару. Пепельноволосый невольно вскрикнул от таких резких нежностей. В голове было не пойми что. Вроде и счастье от совместного времяпровождения с любимым человеком, а вроде и ужасная боль. Кадзуха наверное никогда не сможет описать, что у него сейчас внутри. Как будто пустота с частичкой невыносимой боли. Если бы он справлялся с ломкой самостоятельно, то сорвался бы в первый же день. Либо просто повесился. — Я обещаю, что вернусь как можно раньше. Прошу, если тебе что-нибудь потребуется, то позови Синьору. Она должна вернуться через час. Не пытайся сделать всё сам. — серьёзным тоном говорил синеволосый. — Я тебя понял. Можешь не беспокоиться. Скарамучча отпустил парня и ушёл из комнаты. До пары был ещё час. Быстро позавтракав, синеволосый взял свои вещи и вышел из дома. Конечно, беспокойство за Кадзуху только усилилось. Но так уже не в первый раз. На улице ни души. Хотя погода достаточно хорошая. Настроение было никакое. Хотелось уйти домой, поспать ещё часа четыре и забить на этот универ окончательно. Но и безработным не особо хочется быть. Осталось всего лишь ещё два года… Звучит, как настоящая пытка. Неожиданно, кто-то сзади влетел в Скарамуччу, обвивая его талию руками. По запаху ванили, исходящего от человека, можно было понять, что это Итэр. Синеволосый обернулся на друга. Было необычно видеть его, ведь тот не появлялся в универе довольно продолжительное время. — Привет! Я тебя не напугал? — смеясь спросил блондин. — Нет, всё в порядке. Ты выздоровел? — Ага! Знаешь, мне Тарталья много чего рассказал… На лице Итэра появилась ехидная улыбка, по которой не сразу можно было понять, что именно имеет ввиду парень. — А если поконкретней? — спросил Скарамучча. — Вы с Кадзухой теперь встречайтесь? — О Боги… Да, мы состоим в отношениях. Дай ещё угадаю. Тарталья тебе и сказал о том, что Кадзуха принимает наркоту? — Да, угадал! Но я и до этого об этом знал, поэтому неудивительно. А кстати, где он? — А самое главное, Аякс не сказал? Кадзуха у меня дома. Ломка у него. — Ломка…? Подожди… Он бросил?! На лице блондина появилось искреннее удивление. Он вообще не ожидал того, что Кадзуха сможет бросить принимать наркотики. Медовые глаза, казалось, сейчас вывалятся. На вопрос Итэра, Скарамучча кивнул. — Ха… Чего это он бросить решил? — всё также с удивлением спрашивал блондин. — Я поставил ему условие. Если он хочет встречаться со мной, то наркотики он больше не принимает. — Ну, можешь считать, что он тебя действительно очень сильно любит. Было заметно, как у Итэра поднялось настроение от этой новости. А Скарамуччи появилась какая-то внутренняя гордость от мысли, что Кадзуха любит именно его. — А Сяо где? Вы же вместе всё время ходите. — довольно незаинтересованно спросил синеволосый. — У него пары сегодня раньше, чем у меня начались. — Ясно. Диалог особо не вязался. Но обоих это не напрягало. Каждый задумался о своём. Итэр по дороге кушал шоколад, а Скарамучча лишь морщился, смотря на это. По его скромному мнению, сладкое вообще не должно существовать в этом мире. Как его вообще можно есть?!

***

Синьора вернулась домой. Закрыв за собой дверь, девушка обнаружила, что никого нет. За исключением Кадзухи. Сняв с себя пальто, блондинка направилась в комнату Скарамуччи. Синьора и Каэдэхара не разговаривали после вечеринки. То времени не было, то синеволосый не пускал в комнату. Девушка тихо открыла дверь, осматривая помещение. Как обычно темно. Плотные шторы не пускают дневной свет в комнату. Посмотрев на кровать, Синьора увидела лежащего Кадзуху. Парень был всё также в чужой одежде, укрытый пледом. Алые глаза незаинтересованно посмотрели на вошедшего человека. Синьора села на край кровати. Когда она узнала о том, что этот паренёк принимает наркотики, появилось внутреннее беспокойство, смешанное с удивлением. Но Скарамучча быстро успокоил её, сказав, что Кадзуха уже бросил их. Блондинку удивил тот факт, что синеволосый взял на себя большую ответственность за Каэдэхару. — Мы с тобой не общались продолжительное время… — начала разговор Синьора. — Ты скучала? — вяло спросил Кадзуха. — Можно сказать и так. Хотелось бы тебя расспросить о твоей «особенности». Но думаю, что ты сейчас не в состоянии. — Всё нормально. Да, мне сейчас от слова совсем не хорошо, но чуть-чуть поговорить найду силы. — Признаться честно, я неожидала от тебя такого. Просто ты похож на типичного мальчика, которого любит весь класс. А тут оказывается… — Ты разочарованна? — Нет. Просто я поняла, насколько мир непредсказуем. Мне просто интересно, что ты ощущал употребляя их? — Как бы описать… Я как будто отделялся от реального мира, забывая обо всём на свете. Мне это так нравилось… А сейчас, я себя чувствую таким живым… Даже не знаю, что мне больше нравится. — На твоём месте, я бы задумалась и о том, как на это реагируют близкие тебе люди. Скарамучча действительно отдаёт всё свободное время презентациям для универа и тебе. Ты действительно для него очень важен. — Я… Знаю. Кадзуха прикрыл пледом свои щёки, которые успели покраснеть. Синьора даже и не заметила этого. Девушка просто смотрела в пол, о чём-то задумавшись. — Не пожалеешь о том, что потерял годы жизни под кайфом? — неожиданно задала вопрос блондинка. — Не думаю. Я не живу прошлым. Для меня важно то, что происходит сейчас. — Хорошее качество. Ты мне нравишься всё больше и больше. Синьора улыбнулась, а Кадзуха по-доброму хмыкнул. Повисла тишина. Каэдэхара зажмурился от невыносимой боли, что переполняла его с ног до головы. Руки пепельноволосого поглаживали собственное тело, чтобы хоть как-то успокоить его. — Ладно, я пойду. Если что-нибудь нужно, позови. — Мгм… Девушка быстро удалилась из комнаты. Кадзуха потянулся за таблетками, которые лежали на тумбочке. Парень их даже не запивал, а прям глотал. Сил не было даже взять стакан. Скарамучча в этом плане очень помогал. — Надеюсь, я сдохну этой ночью… — в бреду говорил пепельноволосый.

***

Синеволосый ходил по универу. Студенты старались находиться подальше от него. Итэр сейчас вместе с Сяо. Скарамучча не особо хочет влезать в их компанию. Раньше хотел, так что же сейчас произошло? А парень и сам не знает. Ему комфортно совершенно с другим человеком. Хочется проводить время только с ним. Нет, конечно Итэр тоже прекрасный человек, которому Скарамучча уделяет время. Но Кадзуху то он любит. Это разные вещи. А с Сяо он никогда и не общался прям близко. В аудитории тоже были не самые доброжелательные взгляды одногруппников. Только одна Фарузан пыталась поговорить с синеволосым. Но Скарамучче не особо нравилась эта девушка, поэтому он не проявлял инициативу в общении. Даже посылал её куда подальше. Сев на свободное место, Скарамучча обратил внимание на вибрирующий телефон. Достав его из кармана, спокойствие сменилось на раздражение. Тарталья. Что этому придурку надо? — Чего тебе? — грубо сказал синеволосый, взяв трубку. — Слушай, Скарик. Что можно подарить девушке на её день рождения? — Да ты заебал моё имя коверкать! После этого звонка ты летишь в чёрный список. — Подожди! Ты так и не ответил на мой вопрос… — У Итэра спроси. Ты же Люмин будешь дарить? Ну вот, они близнецы, у них наверняка есть схожие предпочтения в подарках. — Спасибо! Люблю тебя, братик! — Заебал… Погоди-ка… Это же ты сегодня на завтрак съел кисломолочку, которую я купил для Кадзухи?! — А… Слушай, давай лучше дома поговорим! А то времени уже нет! Рыжий сбросил трубку. Скарамучча устало вздохнул, откидывая от себя телефон. Хоть его и жутко бесил Аякс, но он пока что единственный человек, который может хоть немного поднять настроение.