Котик под наркотиком

— Кто там? — спросил старческий голос. — Здраствуйте… Это Каэдэхара Кадзуха… Вы же помните меня? — Ох, конечно! Проходи! Дверь подъезда открылась. Пепельноволосый невольно улыбнулся от мысли, как отреагирует человек на ту новость, которую Каэдэхара хочет рассказать. Поднимаясь на второй этаж к восьмой квартире, Кадзуха задумался о том, сколько всего произошло за этот год. Конечно начало не особо задалось, но сейчас у парня всё более, чем прекрасно. Постучав пару раз в нужную дверь, Каэдэхара начал ожидать, пока её откроют. На самом деле, с момента ломки прошло более трёх месяцев. Сейчас уже лето, студенты сдают экзамены. А Кадзуха буквально только недавно начал жить. Дверь открылась, и из неё показалась мадам Пин. Да, именно к ней Каэдэхара решил сегодня прийти. Впуская гостя в квартиру, старшая говорила: — Не уж то старушку решил навестить? Я уж думала, ты совсем позабыл меня… — Конечно нет, что вы. Я просто хочу… Поговорить? У меня есть друзья, но думаю, вы сможет понять меня лучше. Мы с вами всё-таки похоже одной не самой приятной привычкой. — Верно говоришь… Иди на кухню, я тебя своей выпечкой угощу, заодно и поговорим. — Хорошо. Кухня была сразу видна. Парень направлялся к ней, ощущая себя вполне комфортно. Мадам Пин без каких-либо проблем могла расположить к себе. Каэдэхара помыл руки и сел за стол. Старшая в этот момент доходила до кухни. — Ну что, какие-нибудь проблемы появились? — с явным интересом спрашивает мадам Пин. — Разве что с ломкой. — Так ты уже бросить успел?! Я то думала до конца своих дней будешь баловаться с наркотиками, если судить по твоим намерениям в нашу первую встречу. — На самом деле, я тоже… Просто появился человек, который помог мне побороть зависимость. Я и не думал, что без наркоты тоже можно прекрасно ужиться. — Ох, любовь… Это самое прекрасное чувство, которое я когда-либо испытывала… А если не секрет, как зовут твою возлюбленную? Просто у меня внучка учится в университете неподалёку, она там много кого знает и мне рассказывает о всех своих друзьях. Может вы вместе учитесь. — Я… Не знаю, как вы к этому отнесётесь, поэтому говорить на вряд ли буду. — В каком смысле? Я ко всему отношусь с пониманием, даже если меня это не устраивает. — Его зовут Скарамучча. — А… Вот оно что. Ты тоже нетрадиционной ориентации? У меня была прекрасная девушка в молодости… Но умерла так рано… Хорошенькая девчушка. А Скарамуччу я знаю. Как мне говорила Янь Фэй, это очень сложный паренёк. Были у него даже проблемы с законом… — Я смог найти к нему подход. Вообще, изначально мне была симпатична одна девушка… Ёимия звать. Но она была довольно эгоистична в тот момент, когда я был к ней неравнодушен. Быстро интерес к ней пропал. А она, как оказалось, любила меня впредь до прошлого месяца… — Ого, не расскажешь подробнее?

***

Апрель. Солнечно на улице. Все уже одеты в лёгкую одежду. Кадзуха скучающе смотрел в окно, пока монотонный голос преподавателя объяснял какой-то материал. После того, как парень перестал употреблять наркотики, жизнь оказалась куда сложнее. Приходилось успокаивать себя другими способами. В основном, это были сигареты. Скарамучча писал какие-то любовные глупости в переписке. Кадзуха, смотря на уведомления в телефоне, лишь закатывал глаза, нежно улыбаясь. Зато в реальной жизни, синеволосый может заставить его покраснеть одним своим присутствием. Спустя небольшое количество времени, пара подошла к концу. Студенты начали потихоньку собираться, а Кадзуха быстрым шагом вышел из аудитории первым. Он знает, что его ждут. В коридоре постепенно становилось шумно. В основном все любят ходить по универу, а не сидеть в душной аудитории. Скарамучча судя по всему не исключение. По пути к нужному месту, Кадзуха увидел среди толпы не самого желанного человека. Ёимия. Она разговаривала с какой-то незнакомой девушкой. Видимо с её подругой. У пепельноволосого всё сжалось внутри от раздражения. Парень хотел уже просто пройти мимо, как вдруг, рыжая поприветствовала его: — Кадзуха! Приветик, давно не виделись! Ёимия быстрым шагом направилась к Каэдэхаре. Шансов сбежать уже не было. Кадзуха обречённо вздохнул, натягивая на себя улыбку. — Привет… Я тороплюсь, поэтому… — парень попытался избежать диалога, но его резко перебили. — Да я не надолго! Пять минут всего поговорим! Каэдэхара скривился в лице. Вот не нравится ему эта обстановка. Да и было немного стыдно перед Скарамуччей, ведь тот ждёт Кадзуху. — Я тут как раз с подругой разговаривала на счёт этого… — щёки девушки порозовели, а сама она отвела взгляд. — Конкретнее? — незаинтересованно спросил Кадзуха — В общем… Ты мне нравишься! Это прозвучало уж слишком громко. А Каэдэхара застыл на месте. Человек, от которого он испытывал отвращение, сейчас признаётся ему в своих чувствах. Было очень неловко. Естественно, это не было взаимно. — Я не чувствую того же самого по отношению к тебе. Поэтому… — Что?! Но я думала… Нет! Не верю! Я так долго думала над своими чувствами, а ты так просто избавляешься от меня?! Тебе совершенно не важна наша дружба?! Студенты, проходящие мимо, косились на Ёимию. Конечно, ведь она буквально кричала в истерике эти слова. Кадзуха удивился тому, насколько же быстро завелась девушка. Она вообще казалась очень необычным человеком. Но Каэдэхара не понимал, что же с ней на самом деле. Парень заметил, что Ёимия делает уверенные шаги вперёд. Кадзуха попятился назад, глядя на то, как студенты просто вытаращив глаза наблюдают за этим. И никто действительно не поможет ему? Из-за того, что Ёимия приблизилась, было прекрасно видны её глаза. Кадзуха обомлел. Девушка под кайфом. Оказывается, у них гораздо больше общего, чем ожидалось. Неожиданно, Каэдэхару схватил человек сзади за талию, прижимая к себе. Повернув голову в бок, Кадзуха увидел лицо Скарамуччи. Судя по его выражению, он явно зол. — Что тебе не понятно в его словах? Ты ему не нравишься. Нахуя истерить тут на весь универ? Позоришь только себя, ничего не добиваясь этим. У него уже есть кавалер, поэтому можешь идти плакаться в подушку. — синеволосый говорил это достаточно спокойно, но с язвительной интонацией. Кадзуха и не знал, куда себя деть. Он ведь знает, что Ёимия сейчас не соображает. Интересно, из-за наркотиков она вела себя на представлении так жизнерадостно? Пепельноволосый увидел, как подруга Ёимии уводит её из коридора. Конечно, на глаза Скарамуччи не многим хочется попадаться. — Боже… Что за цирк развела эта придурошная… — ругался сам себе синеволосый. — Было неловко… — говорил Кадзуха.

***

— Ха-ха! Не думала, что твои поклонницы такие зверские! Господи, сейчас все чтоли накротиками увлекаться начали? — смеясь, произнесла мадам Пин. — Это ужасно! Не представляю, как бы я справился без Скарамуччи… — Весело у вас там… Помню, за мной в старшей школе мальчик следил. Родители у меня были влиятельные люди, поэтому ему сразу досталось от них. Эх, вообще паренёк неплохой был, но со своими странностями. — Никогда не думал, что я в принципе кому-нибудь понравлюсь. Самооценка заниженная… — У тебя? Ты очень красивый снаружи и внутри. Никогда не бы не подумала, что у тебя есть комплексы. — Скарамучча мне тоже самое говорит. Я уже постепенно начинаю верить… — Ну вот и всё! Давай о чём-нибудь весёлом лучше поговорим. — Знаете, как забавно ругались Скарамучча и его брат во время моей ломки. Они сначала громко кричали друг на друга, а когда я сказал, что мне плохо из-за шума, они продолжили ссориться шёпотом. На лице Кадзухи присутствовала ностальгическая улыбка. Во время ломки было отвратительное состояние, но тёплые воспоминания о том, как Скарамучча заботился о пепельноволосом, приносили только радость. — Ха-ха! Какие забавные тебе мальчики попались! У меня друзья были такими серьёзными и строгими… Мне аж грустно стало, что я как ты не поискала хороших людей… — печально ответила мадам Пин. — Ну у вас же были счастливые моменты из жизни. — Конечно, просто воспоминания о моей молодости так греют душу, что хочется снова окунуться в беззаботное детство… Такие душевные разговоры длились до самого вечера. Мадам Пин оказалась ещё той болтушкой. А Кадзухе действительно интересно слушать её истории. Пепельноволосый посмотрел на вибрирующий телефон. Переживающий Скарамучча уже во всю писал ему. — Извините, я наверное пойду уже. — с улыбкой сказала Каэдэхара. — Конечно! Приходи ещё, а то мне скучно здесь одной. Янь Фэй дома будто не бывает. — Обязательно приду. Кадзуха быстро обулся и вышел из квартиры. На улице было темно. Людей нет. Набрав номер синеволосого, Каэдэхара начал ожидать, пока тот возьмёт трубку. — Блять, Кадзуха, ты где? — говорил недовольный голос Скарамуччи. — Я же говорил тебе, что встречусь с мадам Пин. Я сейчас возле её дома, через минут сорок приду. — спокойным тоном ответил пепельноволосый. — Давай я тебя лучше подкину. Гараж не так уж и далеко от дома. — Я не хочу на мотоцикле, извини… — Кадзуха. Адрес говори. — Какой же ты упёртый! На фарфоровой улице я. Буквально возле центра. — Жди пять минут. И сбросил трубку. Каэдэхара обречённо вздохнул. Скарамучча бывает уж чересчур серьёзным. Но Кадзуха то знает, что он просто переживает. Не первый день вместе. Сев на ближайшую лавочку, Каэдэхара уткнулся в телефон. Язык уже устал от сегодняшних диалогов с мадам Пин. Хотелось уже домой. Естественно парень уже давно привык к новому месту жительства и уже без стыда ходил по квартире. С Синьорой он очень часто любил смотреть какой-нибудь фильм по вечерам. Им было вдвоём комфортно друг с другом. А с Тартальей… Ну, с ним точно не соскучишься. Вечно тащит куда-нибудь гулять, либо быстро забегает в комнату Скарамуччи, пока его нет. А вот кстати и синеволосый уже подъехал. Парень снял с себя шлем, подходя к Каэдэхаре. Пепельноволосый поднялся, устало смотря на возлюбленного. Тот почти сразу вцепился в чужие губы своими, притягивая к себе как можно ближе Кадзуху. Второй даже не удивился таким резким нежностям. Медленно сминая чужие губы, Скарамучча кажется совсем забылся. Ему сейчас было так хорошо, хоть он делал такие действия каждый день. А Кадзуха медленно отстранился. — Поехали домой… Я так устал. — тихо произнёс Каэдэхара. — Конечно. Держи шлем. Пепельноволосый прекрасно понимал, что дома его чуть ли не съедят. Скарамучча, как оказалось, максимально тактильный человек. Казалось, что он от Кадзухи не отлипает. Всё время прикасается к нему.

***

Уже находясь дома, Каэдэхара без сил лежал на кровати, пока Скарамучча повторял нужный материал. Пепельноволосый ещё вчера сдал свой экзамен, поэтому сейчас может со спокойной душой отдыхать. Синеволосый тихо матерился, когда он запинался в выученном тексте. Кадзуха чуть ли не засыпал под его голос. В квартире было слышно только то, как Тарталья разговаривает с Люмин по телефону. А ведь скоро Аякс уедет в Москву и будет гробовая тишина во всём доме. Судя по всему, рыжий сейчас на кухне. Готовит что-то к ужину. Скарамучча устало вздохнул, откидывая от себя листы с нужным материалом. Ненавидит он этот университет. Хотелось уже закончить его. Синеволосый размял шею и сказал: — Ты там не уснул? Кадзуха перевёл свой взгляд на парня и отрицательно помотал головой. Знает же, что теперь Скарамучча от него не отлипнет. Синеволосый встал со своего кресла и подошёл к окну. Открыв его, парень сел на подоконник, подзывая рукой Кадзуху к себя. Пепельноволосый медленно встал с кровати. Силы чуть-чуть восстановились. Кадзуха подошёл вплотную к парню, пока тот доставал из упаковки сигарету. Они часто курили одну на двоих. Каэдэхара невольно вскрикнул, когда Скарамучча резко притянул его ещё ближе. Из-за этого, пепельноволосый приземлился прямо на чужие колени. Синеволосый посадил парня поудобнее и потянулся своими губами к чужим. Поцелуй выходил жадным и даже грубым. Скарамучча будто никак не мог насытиться. Кадзуха упирался своими коленями о твёрдую поверхность подоконника. Щёки краснее некуда. Конечно, можно было бы уже и привыкнуть к таким нежностям за полгода отношений. Но Каэдэхара просто сам не знает, почему так смущается. Синеволосый отстранился, зажигая сигарету. Кадзуха держался за плечи Скарамуччи чтобы не скатиться с его коленей. Первая затяжка. Скарамучча выдохнул пар, подставляя сигарету к чужим губам. Кадзуха с удовольствием принимает её, впуская в свои лёгкие никотин. Скарамучча тянется за новым поцелуем, попутно развязывая хвостик на светлых волосах. Каэдэхара буквально плывёт от ощущений. Рука синеволосого блуждала по его телу. Особое внимание уделялось бёдрам с талией. Каэдэхара тихо застонал в поцелуй, когда чужие пальцы оглаживали живот под футболкой. Скарамучча прервал поцелуй, спрашивая: — Я же могу тебя трогать… Под одеждой? Алые глаза расширились от услышанного. Сердце безумно быстро колотилось от этих жутко смущающих слов. Кадзуха активно закивал головой, сильней обвивая руками чужую шею. Расстояние между парнями было сокращенно максимально. А Скарамучча времени не терял. Пока Кадзуха пытался отдышаться, синеволосый прильнул губами к шее младшего. Параллельно рука скользнула под чёрные шорты Каэдэхары. Пепельноволосый спрятал своё краснеющее лицо в чужом плече. А Скарамучча лишь наслаждался чужой реакцией. Рука оглаживала мягкие бёдра, из-за чего Кадзуха ёрзал на коленях. Когда синеволосый укусил бледную шею, Каэдэхара неожиданно простонал ему в плечо. Остался красный засос, который только и говорил Скарамучче продолжать. Вторая затяжка. Во рту был вкус никотина, как и у Каэдэхары. Пепельноволосый тоже потянулся к сигарете, делая затяжку. Эмоции очень сильно перемешались, создавая непонятное волнение. Хотелось хотя бы чуть-чуть подуспокоиться. А рука синеволосого переместилась на внутреннюю сторону бедра. Когда пальцы начали нежно гладить бледную кожу, Кадзуха резко дёрнулся, чуть ли не ударяя своим плечом Скарамуччу. А свободная рука перебирала пепельные волосы, ощущая мягкий пушок. И наконец, третья затяжка… — Хей, ребятки! Я нам тут ужин приготовил, пойдёмте за стол! — радостно говорил Тарталья, открывая дверь в комнату синеволосого. Тут все троя замерли. Кадзуха буквально сгорал от смущения и неловкости, закрывая лицо своими ладонями. А Скарамучча резко вытащил свою руку из-под чужих шорт. — А… Извините! Приходите тогда чуть позже! И дверь с резким грохотом закрылась. Тарталья тоже заметно покраснел. Скарамучча просто представил картину, которую увидел этот придурок. Как Кадзуха сидит на коленях синеволосого, наслаждаясь ощущениями. А рука Скарамуччи находится буквально под чужой одеждой, очень близко к запретным местам. Любой человек подумает, что они собирались только что заняться сексом. Глянув на закрытое лицо Каэдэхары, Скарамучча будто пришёл в себя. Парень аккуратно дотронулся до чужих рук, убирая их от красных щёк. Синеволосый прижал Кадзуху к себе, обнимая его за талию. — Всё в порядке? Тебе не было дискомфортно? — с переживанием спрашиваем Скарамучча. — Мне понравилось… Не переживай. Просто Тарталья… — Блять… Я эту рыжую мразь прикончу! Кадзуха неспешно встал с чужих коленей, поправляя одежду на себе. Выходить из комнаты было максимально неловко. Но Аякс их звал… Скарамучча, будто почувствовав чужое напряжение, нежно взял Каэдэхару за руку, выводя из комнаты. Синьора уже сидела за столом на кухне. Её взгляд любопытно изучал двух красных парней, что только что пришли на ужин. Тарталья весь аж сжался, когда увидел злобные глаза Скарамуччи на себе. Синьора потянула Кадзуху к себе, сажая его на диван рядом. А синеволосый на это вопросительно посмотрел на девушку. — Что? Я тоже хочу с ним здесь пошептаться. Мы с ним как никак прекрасные друзья. — блондинка лукаво улыбнулась, говоря эти слова. — Да пожалуйста. — всё, что ответил ей Скарамучча. Трое людей в этой комнате лишь надеятся на то, что Синьора хоть как-то сможет разбавить обстановку. Даже если она начнёт творить бессмыслицу. Похуй. Главное забыть тот неловкий момент. Аякс подозрительно тихо положил всем еды, ставя её на стол. К сожалению, Скарамучча сегодня сидел рядом с ним из-за блондинки. Кадзуха был напряжён. По нему это очень видно. Как же Скарамучче хотелось его обнять за плечи, говоря, что всё хорошо. — Вы чего все такие мрачные? — задала вполне ожидаемый вопрос девушка. Все трое старались не смотреть друг на друга. Хоть и Скарамучча был ужасно зол на Аякса, но сейчас он не в состоянии на него кричать. — Всё нормально… Мы просто устали из-за экзаменов. — неожиданно произнёс Каэдэхара. Блондинка на это лишь понимающе хмыкнула, кладя себе еду в рот. Все тоже постепенно начали есть свою пищу. Никто между собой не переговаривался. Хоть Синьора и хотела поболтать с Кадзухой, но она видела, что тот сейчас и слова не вымолвит. Тарталья включил какой-то канал на телевизоре, чтобы хоть как-то разбавить обстановку. Это был какой-то ужастик и как раз самое начало. Все уставились в экран, потому что первый кадр был достаточно затягивающим. Скарамучча уже не особо боялся фильмов ужасов, ведь в своё время он их пересмотрел довольно много. Ему было скорее интересно. Да и хотелось отвлечься от сегодняшней ситуации. Кадзуха удивительно быстро доел свой ужин и полностью переключился на фильм. Ему хотелось сейчас хоть как-то начать обсуждения, но тот факт, что все молчат, заставлял парня просто заткнуться намертво. Тарталья с Синьорой переглянулись. Видимо, девушка хотела расспросить его о такой отвратительной обстановке. Оба встали из-за стола и направились в другую комнату. Кадзуха облегчённо вздохнул, протирая глаза. Синеволосый сел рядом с ним, крепко обнимая. Каэдэхара сначала удивился тому, насколько неожиданно Скарамучча это сделал, а затем услышал: — Точно всё в порядке? Я боюсь, что сделал тебе неприятно. — Да, мне просто неловко… — Пойдём в зал. Там фильм посмотрим и успокоимся. Кадзуха на это лишь кивнул, вставая с дивана. Синьора и Тарталья были в комнате блондинки, судя по звукам. Ох, чувствуется, завтра рыжему будет точно несладко. Ведь тот сейчас рассказывает то, что увидел Синьоре. Хотя, зная блондинку, она на это отреагирует вполне спокойно. Скажет, мол: «Это их дело.» Скарамучча уже в зале включил нужный канал, садясь рядом с Каэдэхарой. Диван был достаточно большой. Рядом ещё находилось два кресла. Синеволосый прилёг головой на колени Кадзухи, располагаясь поудобнее. Второй на это лишь нежно улыбнулся, начиная поглаживать чужую макушку. Через пять минут, к ним присоединились Синьора и Тарталья. Рыжий сел на диван, а блондинка в кресло. Из-за вытянутых ног синеволосого, было достаточно сложно уместиться. Но всё оказалось проще. Скарамучча просто закинул ноги на колени Аякса. Почему-то такой жест очень умилил Тарталью и он радостно запищал. — Блять! Потише нельзя?! — недовольно произнёс синеволосый. — Неужели ты меня не настолько сильно ненавидишь? — улыбаясь, произнёс Аякс. — Рот закрой. Мы ещё с тобой поговорим о том, как надо стучать в дверь, прежде чем открывать её! Кадзуха тихо посмеялся на эту перепалку. Эти замечательные люди, смогли подарить парню замечательное значение слова «семья». Кадзуха уже не смотрит фильм. Он не слышит ссору Тартальи и Скарамуччи. Не видит Синьору, что даёт рыжему подзатыльник. Он лишь думает о том, как же ему повезло с переездом именно в этот малоизвестный, мрачноватый городок.