Не доставляй ему удовольствие слышать что тут происходит..

За окном ярко светило солнце, на часах было час дня. Каждый из клонов занимался каким то своим делом, кто то готовил, кто то сидел в комнате, а кто то смотрел фильм. Но так же была и троица что сидела в комнате Бубнового и играла в карты. А именно Куромаку, Ромео и сам хозяин спальни. Игра была напряжённой и явно не оправдала ожидания покрайне мере одного из героев. –Черт возьми, Ромео, я на 100% уверен что ты жульничал. Куромаку был уверен в своих словах ведь легкомысленный и зацикленный на себе парень, немог так легко обыграть двух довольно опытных игроков. Его возмущение прервал Бубновый что положил свою руку ему на плечо. –Спокойствие, Куромаку, возможно он и вправду играл честно. Не спеши с выводами. -Продержав паузу он продолжил –Ромео, мы ждём твоё наказание. Куромаку цыкнул, убирая руку со своего плеча. Он смотрел на Ромео который во всю улыбался. Эта улыбка не сулила ничего хорошего. –Ох, я уже знаю что вам загадать! Данте, освободи свой шкаф пожалуйста. Бубновый вопросительно вскинул брови, но поняв что ответа зачем, он не дождётся, пошел освобождать шкаф. Это заняло минут 10, вся его одежда что весела там, лежала на его кровате, а троица стояла у шкафа. Резким движением Ромео затолкнул обоих в тесное пространство и закрыв двери, довольно улыбнулся. –Вы должны пробыть там пока я вас не выпущу! –Ромео, ты самый настоящий .. гад! А ну открой двери, тут слишком тесно. Куромаку не переставал возмущаться в то время как Данте рассматрвал свое и его положение. Маку был почти у стены, а Данте почти прижимал его упираясь одной рукой на стену, у которой был Куро. Его руки были внизу за его спиной, а поза была чуть развернута. –Чшш.. друг мой, спокойно, я уверен мы сможе продержаться тут. Куромаку сразу замолк, он посмотрел на Данте сжимая руки в кулаки. Отведя взгляд он нервно выдохнул сдерживая эмоции под контролем. Почему он послушался Данте? Потому что он давно понял что питает к нему чувства, но он никогда не решался говорить ему о них лишь потому что думал, что он откажет и таким образом он не только потеряет объект симпатии, но и хорошего друга. Прошло минут 15, в шкафу была неловкая тишина и становилось как то душно. Данте все это время смотрел и рассматривал Трефвого выглядывая каждый изъян на его лице и каждый недостаток который после он превращал в плюс. Его свободная рука легла на чужой подбородок приподнимая голову Трефа из за чего он недоуменно мыкнул. –Что такое, Бубновый король? –Куромаку, ты ведь помнишь что я просил называть себя по имени, не нужно так официально, это звучит грубо. Ты ведь не хочешь обидеть того, кто симпатичен тебе? Это вопрос застал Куро в расплох. Его зрачки немного сузились и он сглотнул отворачивая голову. –Я не понимаю о чем ты, Данте. –Ну как же. Бубновый придвинулся к Куромаку и склонив голову к его уху начал шептать обжигая горячим дыханием чужое ухо. –Куромаку Куромаку.. ты думаешь я не замечаю твои взгляды на себе что словно раздевают меня? Или свое фото на экране твоего рабочего ноутбука. На крайний случай попытки прикоснуться ко мне в виде "случайных" моментов. Напомнить тебе случай когда ты стоял на балконе докуривая сигарету и увидев, что я прохожу мимо специально столкнул цветок? Не для того что бы я оказал помощь случаем? Данте наблюдал за тем как Куромаку начинает нервничать и постепенно покрываться слоем ели заметного румянца. Рука философа скользнула по чужой шее вниз, на талию, поглаживая ту. Возмутившись, а точнее сделав этому вид он постарался отстранить чужую руку При этом чуть громче сказав. –Бубновый король, что вы себе позволяете? Что за самовольство!? Куда вы- Его нагло перебили очередным шепотом но уже не совмем на ухо. Данте передвинулся смотря кардиналу в глаза и слабо улыбаясь. –Зачем ты отрицаешь свои же действия и мысли? Маку ничего не сказал, а Бубновый же придвинулся к чужой шее сначало оставляя на ней свое дыхания, а после и нежные поцелуи в перемешку с укусами. –Мх.. Д.данте, будь добры прекратить эт.ту нелепую сцену.. Зачем ты.. –Чш, Не доставляй ему удовольствие слышать что тут происходит. Куромаку прикусил губу ели видно кивая. Данте же аккуратно снял с кардинала очки убирая их куда то на вверх. Теперь селенит был как слепой котенок. Продолжив свое дело он оставлял новые следы краше мрежних и медленно спускался к ключице. Куромаку ничего не оставалось кроме как повиноваться этим нахальным действиям со стороны того, кого он любит. Сопротивляться у него больше нет сил как и желания. Вскоре, красноволосый отстранился от чужой шеи довольствуясь результатом, но ему этого мало. Рубашку Трефа потихоньку начали растегивать, а что бы не слышать возмущений, он резко прильнул к чужим губам. Куромаку удивился раскрывая глаза как можно шире, а рот невольно сам поддался настойчивому требованию открыть его. Теперь уже исследуя каждый сантиметр чужой полости рта, Данте проходился языком по чужим белоснежным зубам и четко чувствовал вкус кофе и сигарет с мятой. Куромаку жежмурился,пытался отойти или оттолкнуть того но делал это настолько слабо, что уже было понятно всю зависимость короля черной масти. Во время поцелуя, Данте взял чужие руки в свои и подняв те прижал к стенке перекладывая одну руку Куро, в свою торую уже держа его запястья прижатые над его же головой. Нога Бубнового опиралась коленкой так же в стену но между ног Трефа который слабо сжимал те вместе. Свободная рука скользнула вниз и остановилась на его груди, не долго водя там, он резко сжал уже твердый сосок Куро от чего он промычал в поцелуи дергая руками. Как только Данте отстранился то пепельный издал тихий стон что заставил философа встрепенутся. Он продолжил проводить по чужим соскам, сжимать их и немного оттягивать наблюдая как парень изгибается и тихо стонет что ещё больше заводило Данте. Лицо кардинала уже было красным, а ведь это только начало. Переместив руку с груди, на бедра кардинала тот стал их чуть сминать в своих ладонях. Наклонившись он вновь начал посыпать чужое тело укусами и поцелуями что ещё долго не пройдут. Попутно он шептал пошлый бред чем сильнее сводил Куромаку с ума. Его слова были по типу "Я чувствую что ты уже возбуждён", "Интересно, как бы ты выглядел в юбке?", "Уже представляю тебя под собой" и т.д. Зачем? Что бы увидеть тот самый яркий румянец на щеках самого Трефового короля. Когда это у него получилось, Куромаку почти не дышал, на столько его смутили бедолагу. Рука Бубнового потянулась вниз, к строгим брюкам пепельного. Сначало он провел по паховой зоне пару раз, а после томных вздохов со стороны Куромаку и вовсе растегнул ширинку с пуговицей уже проходясь руками по половому органу того через ткань. Реакция Куромаку в глазах Данте была бесподобной, он ак мило пытался скрыть стоны что даже не амечал как они вырывались из его уст, вюа по телу уже шла дрожь особенно усиливаясь в ногах. Когда и последний предмет одежды был чуть стянут вниз, Куромаку что то пробубнил отворачивая голову в сторону, на что философ чуть намурился. –Куромаку, прошу не отворачивай свое лицо, ты просто чудесен ..~ Прошептал король видя робкий кивок. Когда Маку повернул голов он держал глаза закрытыми, а руки сжимал в кулак сильно вздрагивая от действий старшего. Каждое проведение рукой ввер вниз, отдавалось томным стоном короля Треф. Данте словно играл то увеличивая темп, то замедляя. Зачастую он целовал пепелка то в губы то по телу часто останавливаясь на сосках покусывая те от чего он ещё и прогинался. Мысли Куромаку не могли нормально собраться но лишь одна вертелась в голове, это взаимно? Зная Данте тот не пускает слов на ветер и не поступает просто так, для всего есть своя цель. Но если тут это не признаться в чувствах, то что? Данте увеличил темп из за которого Куро пошатнулся ведь ноги уже ватные. Он не мог нормально стоять. –Д.данте, я..я Ему не дали договорить и тут же зажали уретру не давая семю выйти. Жалостный стон раздался словно п всюду Куро чутьли не у умолял Данте закончить. Через несколько минут он все же убрал палец и проведя рукой, ухмыльнулся слушая его стон. Он почти падал вниз так что быстро присев вместе с тем, Данте поправил того и вернул очки начиная мягко улыбаться и обнимать того словно ничего не случилось. –Педики! Крикнул из за угла Вару видя как Куромаку и Данте мило беседуют. С того момента прошло три дня, но никто из них не спешил это напоминать. Переглянувшись они оба улыбнулись друг другу и разошлись. Они встретятся, но не сейчас, а как нибудь вечером в комнате Бубнового и глянув на шкаф, вспомнят о том инциденте неловко напоминая себе о том, что пора бы.