Алые цветы смерти

Смерть – это то, что лишает жизнь всякого смысла. Человек, пожалуй, единственное существо, которое осознаёт свою смертность. Ради чего тогда все так стараются, лезут из кожи вон, если в конечном итоге всё неожиданно оборвётся? Кто-то может сказать, что мы живём ради моментов. Получаем новые, хорошие и не очень, воспоминания, бережно храня их в своей памяти. « — Слушай, Анго.. — начал было Дазай. — У тебя случаем в сумке нет фотокамеры? Давай сделаем фото? На память. — На память? — мужчина вопросительно взглянул на своего коллегу и, по совместительству, друга. — На память о чём? — неожиданно встрял в разговор Ода, разделяя позицию Сакагучи. — О том, как мы втроем собрались вместе, — ответил сразу на два вопроса шатен, улыбаясь. — Но мы же здесь постоянно выпиваем, — искреннее недоумение все так же читалось на лице молодого человека. Обернулось так, как он и сказал. Это был… Последний шанс запечатлеть на фотографии нить, которая их связывала.» Теперь же все осталось в прошлом, стало тем самым воспоминанием. Осаму буквально таки цеплялся за Сакуноске, и в силу своих нагрянувших чувств к нему, старался заполучить как можно больше внимания к своей персоне. Они, как и раньше, собирались в баре, выпивали по вечерам и обсуждали исключительно работу. Однако такой расклад устраивал лишь одного из них. Дазай всеми силами пытался переводить тему в немного иное русло, в упор не замечая недовольства со стороны своего бывшего друга и нынешнего возлюбленного(?). Прежде ему не приходилось испытывать нечто подобное к кому-либо, но обстоятельства решили все за него. По крайней мере, ему так казалось. — Нам нужно поговорить, — в один момент рядовой Портовой мафии не выдержал, непременно желая разобрать все четко по полочкам и затем забыть, словно страшный сон. — С тех пор, как ушел Анго, ты стал сам не свой. Я заметил это еще давно, но не знал, как правильно сказать об этом. Что тебя так гложет изнутри? Понимаю, ты не из тех, кто стал бы в открытую говорить о каких-либо своих чувствах, но может настала пора исправить это? Повисла гробовая тишина. В темно-карих глазах парня промелькнуло еле заметное волнение в перемешку с непонятным для него самого страхом, но он сумел отлично скрыть это. Впрочем, как и всегда. — Что ты имеешь ввиду, Одасаку? — сделав максимально невинное выражение лица, спросил мафиози. Настало время включить тот самый режим «дурачка». — Хватит делать вид, будто не понимаешь меня, — тон его голоса сменился на более грубый, заставляя незаметно вздрогнуть. — Я прекрасно вижу и ощущаю, что ты испытываешь что-то по отношению ко мне. Я прав? Вопрос остался без ответа. Поставив стакан с выпивкой на стол, Осаму поспешно вышел из бара, игнорируя все вокруг. Голова невыносимо гудела. Хотелось прямо сейчас оказаться в теплой постели и укрывшись мягким одеялом, крепко спать, ни о чем не думая, однако он не мог позволить себе такой роскоши. Почти каждая его ночь была совершенно бессонной. Если и удавалось заснуть, то только под утро, когда ленивые лучи солнца осторожно проникали в комнату, минуя слегка раздвинутые шторы и намекая на то, что уже пора вставать, а не ложиться. К сожалению, это была не единственная проблема Дазая.

***

Все небо заволокло тучами, давая явный намек на дождь. Город как будто накрыт серым покрывалом. Ощущается, что природа постепенно готовится к приближающимся холодам. В такую погоду хочется бродить где-нибудь по улицам, наслаждаясь тишиной и столь редким за последнее время, спокойствием. Раздался звонок. На экране телефона высветилось такое до боли знакомое имя, отбивая всякое желание брать трубку. — Алло, что случилось? — бесстрастно спросил парень, все же отвечая на звонок. — Доброе утро. Нет, ничего не случилось, я лишь хотел поинтересоваться твоим самочувствием. — Я в этом не нуждаюсь, Одасаку. — Еще как нуждаешься, просто не хочешь признать это. Жду тебя сегодня в баре, как обычно. Мне еще есть, что сказать тебе, дорогой друг, — сказав это, молодой человек сбросил вызов, тем самым закачивая разговор. Рука предательски задрожала, отбрасывая телефон куда-то в сторону. Злость переполняла его, не давая проходу. Он наверняка еще долго не сможет забыть то, что произошло вчера, но видимо придется засунуть свое «не хочу» куда подальше и все же прийти на встречу.

***

Вечер. Воздух постепенно становится прохладнее, запахи ощущаются ярче. На улицах светятся ночные фонари, витрины магазинов сияют всеми красками, привлекая покупателей. На уже чистом небе появляются холодные огоньки – звезды – приковывая к себе множество взглядов. Казалось бы, очередной рабочий день подошел к своему завершению, но только в этот раз это совершенно не радовало. Наблюдая за тем, как по бесконечно шумным улицам бесцельно слоняются зеваки, Дазай уж было позавидовал им. Порой ему очень хотелось бросить все и исчезнуть, уйти, однако он никогда не имел такой возможности и вряд ли когда-нибудь воплотит нечто подобное в реальность. Внезапно парень ощутил прикосновение чьей-то ладони к своему плечу. Это заставило его вернуться в реальность. — Здравствуй, — мягкая улыбка коснулась губ Сакуноске, моментально заставляя расслабиться. — Теряешь хватку. — Ничего подобного, — состроив недовольную гримасу, ответил шатен, отводя взгляд куда-то в сторону. — Пошли выпьем, как и договаривались. Мужчина утвердительно кивнул, не спеша следуя за мафиози. Войдя в помещение, он тяжело вздохнул, привычно усаживаясь за барную стойку. — Нам как обычно, — сорвалось с его губ, когда поблизости появился бармен. Тот же, ничего не сказав, принялся за приготовление напитка. — Ну что, как день прошел? — Ты серьезно? — Осаму устало закатил глаза, вызывая тихий смешок у своего собеседника. — Все как обычно. Думаю, ты и сам понимаешь. — Время идет, а твои привычки все никак не меняются, — как бы невзначай подметил Ода, получая свой стакан с крепким виски и отдавая еще один Дазаю. На несколько секунд их пальцы соприкоснулись, вызывая одинаково странное чувство у обоих. Сердце в груди забилось с бешеной скоростью, а напряжение стремительно возросло. В один момент стало невыносимо жарко, что, собственно, и побудило парня расстегнуть две верхние пуговицы у рубашки. — Думаю, нам стоит вернуться к вчерашнему разговору, — этих слов он одновременно боялся и ждал больше всего. — Нет, — прозвучал тихий, еле уловимый шепот. Сакуноске хотел было еще что-то сказать, скорее всего, опять свои нравоучения, но ему не позволили это сделать, затыкая порывистым поцелуем. Мафиози грубо сминал его губы своими, затем напористо проникая в рот языком, получая нескончаемую волну удовольствия от происходящего. — Что на тебя, черт возьми, нашло? — относительно спокойно, на выдохе, задал вопрос мужчина, на всякий случай отстраняясь подальше от чужого рта. — Я предвидел, что такое может произойти, но все же не верил в это до самого конца, — в лазурных глазах читалось разочарование. — Ты сам не понимаешь, что чувствуешь, но хватаешься за меня, словно за спасательный круг. Без сомнений, я готов быть рядом с тобой, чтобы ты окончательно себя не уничтожил, однако поцелуи в мои планы точно не входят, уж прости. Тебе нужно разобраться с собой, а не играть в любовь со мной, Дазай. Надеюсь, ты поймешь меня правильно и не будешь делать глупости. Так ведь? Осаму и правда не понимал, что чувствует. И даже сейчас, старательно поддерживая зрительный контакт со своим возлюбленным(?), он до конца не был уверен в правильности того, что только что произошло. — Наверное, — коротко ответил он, тем самым показывая свое нежелание продолжать эту бессмысленную, на его взгляд, перепалку. — Что ж… Я думаю, тебе хватит на сегодня выпивки и приключений на одно место, поэтому пошли домой, — молодой человек попытался немного разрядить обстановку, так как смотреть на такого «пустого» во всех смыслах парнишку – было невыносимо. — Я отведу тебя. Возражения не принимаются, сразу предупреждаю. — С каких это пор ты решаешь за меня? — на бледном лице отразилось вселенское возмущение. Одасаку не стал больше ничего говорить, как можно бережнее подхватывая мафиози на руки, несмотря на все его сопротивления и громкие возгласы.