Непроницаемость

Утро этой субботы началось как обычно, за исключением пары человек на диване в гостиной. Полина проснулась и практически сразу начала готовить завтрак, достала упаковку асперина и бутылку минералки, оставляя их на обеденном столе. Первой проснулась Даша и сразу показалась на кухне. Она неловко помялась в проходе, но всё же прошла, сразу садясь за стол и приходя в себя ото сна. Девушки обменялись приветствиями и Полина сразу вернулась к своим делам, в то время как Даша залезла в телефон. Вскоре подтянулась и Алтын, а Полина решила, что и Виолетту пора будить. Оставив девушек обсуждать какую-то ерунду за завтраком, Москалёва скрылась в коридоре, сразу отправляясь в спальню. Виолетта развалилась на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Полина, простояв в проходе пару секунд, подошла к девушке и легонько тронула её за плечо, призывая подняться. Получилось это, конечно, не сразу, но девушка все-таки приоткрыла один глаз и взглянула на Полину. Она сразу улыбнулась, в то время как брюнетка всё так же серьёзно смотрела на возлюбленную. Всё-таки укольчик обиды всё ещё был. - Завтрак на столе, – только и сказала она, когда Виолетта потянулась поцеловать её. Развернувшись, девушка вышла из комнаты и вернулась на кухню. В доме царила очень напряжённая атмосфера. Казалось, что в воздухе летали искры и молнии. Собравшись на кухне, никто не решался заговорить первым, а Полина просто не видела смысла в том, чтобы сказать хоть что-то. Она по-прежнему не горела желанием слушать и слышать что-либо из уст Виолетты. В её голове наконец-то сложился пазл. Она долго терзала себя тем чувством дежавю и тревожными звоночками, которые отсылали её куда-то в прошлое, в притупленные мозгом травмирующие воспоминания.

14 лет назад

– Оглянись! Мы в бешенных долгах, еле сводим концы с концами, работы практически нет! У тебя маленький ребенок, а ты пропадаешь бесконечно не пойми где и ничего не рассказываешь, – мама горько и протяжно заплакала. – Что с тобой происходит? Родители стали ссориться каждый день. Полина не понимала, что происходит. Почему мама и папа ругаются? Что с папой такое и почему мама так обеспокоена? Почему они кричат? Она прижимает ладони к ушам сильнее и прячется под кровать.

***

– Поля, милая, – мама тихонько присела на край кровати. – Нам с тобой нужно собираться, мы с тобой поживём пока что у бабули, у него очень срочные дела и мы будем ему мешать, собирай рюкзачок, который тот, с пони, помнишь его? На прошлое день рождение дарили тебе, – её руки дрожали, лицо было уставшим и серым, глаза потеряли блеск. – Мама, а как же папа тут один останется? Что происходит?– нижняя губа Полины предательски задрожала, глаза намокли. Но Полина уже взрослая, она не позволит себе плакать при маме. –Всё будет хорошо, – женщина прижала дочь к себе и проронила предательские горькие слёзы.

***

— Папа, что случилось? – Полина аккуратно подергала отца за рукав рубашки. Мама привезла её к отцу на пару дней, бабушке резко стало плохо. Было стойкое ощущение, что отца сейчас нет рядом. Он где-то далеко-далеко, не отзывается, лишь невнятно шевелит губами и криво улыбается. Паника разрасталась по всему телу, тревога металась в зрачках из угла в угол, суставы каменели, сердце колотилось в припадке бешенности, норовя вот-вот выскочить прочь из тела. – Полиночка, твой папа так счастлив - мужчина хлопал глазами в эйфории, рассматривая на потолке прекрасных нимф и людей-скатов.

***

– Ты клялся мне, что завязал с наркотиками! Я оставила ребенка у тебя с надеждой на то, что ты не потерял чувства ответственности, а что в итоге? – на шее набухли вены от непрекращаемого крика. – А если бы она тоже попробовала? Или травмировала себя, а ты не в адеквате? В тот день мама кричала слишком громко и долго.

***

– Мама, а когда мы вернёмся к папе? – Полина лениво ковыряла макароны в тарелке. – Твой папа занят, дорогая, – Мама устало потёрла опухшие от недосыпа глаза. – Я устала слушать это! Я уже взрослая, я хочу к папе! Отведи меня к нему! – Полина впервые кричала на маму. Она била руками по столу и истерично плакала. – Пожалуйста! Я хочу к папе!

***

Стоя на пороге квартиры отца, Полину уже атаковало невыносимо страшное чувство тревоги, но она не будет уходить. Она хочет к папе. С мамой нестрашно. Мама защитит. Мама не даст в обиду. Мама спрячет. Дверь никто не открывал уже пять минут. По глазам мамы было видно, что что-то не так. Она лихорадочно искала запасные ключи по всей сумке, под придверным ковром, за косяками. Через считанные секунды в замке проворачивался тот самый ключ. – Папа, это мы! – Полина радостно забежала внутрь квартиры и запрыгала на месте.– Где ты, пап? Внутри было мёртвенно тихо и душно. Тут явно не проветривали очень давно. На полу лежало что-то непонятное, мама быстро провела Полину мимо, чтобы та не смотрела. Отца нигде не было. Кухня, спальня Полины, родительская спальня, гостиная - везде пусто. В ванной что-то глухо упало на пол. – Папа! – Полина вырвалась из рук матери и побежала на звук. Дверь ванны распахнулась. – Пап?... Всё в тумане. Налитые кровью глаза отца, бледно-синее лицо, дрыгающиеся конечности, пена из рта, вскрик мамы и руки на глазах. Непонимание.

***

–Здравствуй, Полиночка. – Папа измученно улыбнулся и погладил дочь по голове. – Папа! Я так скучала! – Полина лихорадно заплакала. – Когда ты выйдешь из этой страшной больницы и вернешься домой? Мы с мамой очень скучаем. – Всё будет хорошо. Очень скоро всё будет хорошо

***

В тот день, когда отец вышел из наркологической лечебницы, умерла любимая бабушка Полины. Полина передёрнулась всем телом от накатившихся отвратительных воспоминаний, которые мозг так старательно пытался стереть напрочь. Этот период она не забудет никогда. Нищета, практически распавшаяся семья, отец в белой рубашке, похороны бабушки, бесконечные слезы матери - именно тогда у неё появилась первая седина. – Мы, наверное, пойдем, – Даша неловко прокашлялась и дернула Алтын за руку. – Идите, – Полина даже не подняла взгляда, просто продолжила ковыряться вилкой в тарелке с завтраком. Девушки быстро поднялись с нагретых мест, поблагодарили за всё и направились к выходу. – Полин, я... – Виолетта виновато начала диалог. – Иди и проводи их. Мне нужно побыть одной, – даже не дослушав, Полина поднялась следом и спряталась в ванной. Она старалась даже не дышать, пока не услышала звук закрывающейся входной двери. Протяжный хриплый крик эхом отражался от кафельных стен. Слёзы водопадом хлынули из глаз. Страх, отчаяние, паника. Как же много паники. Она не хотела, чтобы всё это повторялось.