Моя прекрасная нуна

2015 г. - I need you girl Вэ хончжа саранаго хончжасоман ибёльхэ¹ I need you girl... Чонгук был сегодня в отличном настроении, которое, казалось, ничто не могло омрачить. - Кто-то сегодня на подъёме прямо, а? - толкнул его в плечо Чимин, с которым они шли по коридору в сторону комнаты танцевальных практик. - А-ах, погода прекрасная, весна и всё такое, - заулыбался в ответ Чон и толкнул нужную дверь. - Угу, погода, - недоверчиво прищурился Пак и направился к зеркалу, - так я и поверил. - Вы одни? - послышался с другого конца комнаты голос Намджуна. - Да, а где все остальные? - оглянувшись на него, спросил Чимин. - Я звонил Тэхёну, он сказал, что уже на подходе. Я думал, вы все вместе. Буквально через считанные минуты дверь открылась, и ввалились оставшиеся мемберы, а за ними и Сондык с одним из менеджеров, о чём-то переговариваясь. Краем уха Чонгук расслышал лишь обрывки разговора: "...а я уже привык к ней даже", "...ну так не первый год же", и его очень насторожила последняя брошенная фраза: "Вряд ли Бонни кто-то принуждал, она же сама сказала, что так надо...". Чонгук почувствовал необъяснимое волнение, вызванное плохим предчувствием. Стало не по себе от того, что он не знает, о чём идёт речь, и от того, что предчувствие чего-то нехорошего начало расти с каждой минутой. Зациклиться на этом он не успел, так как менеджер вышел, а Сондык объявил о начале занятия.

***

Лейла с грустью смотрела на подругу, которая собирала и складывала вещи в чемодан. Она прижала подбородок к согнутым коленям и шумно вздохнула. - Может, не надо, а? Может, ты передумаешь, Бонни? - в очередной раз протянула она жалостливо. Бонни, сложившая последнюю кофточку, посмотрела на неё и ответила, одновременно собирая свои короткие волосы в чудной хвостик, который теперь смешно топорщился: - Не могу, пойми. Я же объясняю тебе с самого утра - так надо. Папа болен, и я должна сейчас быть с ним. С ним, мамой, семьёй. Если что-то случится, а меня не будет в эту минуту рядом, никогда не смогу себе этого простить. Добавить что-то еще она не смогла, так как послышались звонок и стук в дверь одновременно. - Господи, а это ещё кто такой шумный?! - удивлённо вскинула брови Лейла и пошла открывать. Бонни пожала плечами и стала прислушиваться. - Да иду я, иду! - крикнула подруга. - Ну можно же хоть пару секунд... Чонгук? "Чонгук?", - пронеслось эхом в голове Бонни. Она направилась к двери, чтобы выйти в прихожую, но не успела. В комнату буквально влетел макнэ BTS. - Нуна, ты уезжаешь? - сразу "в лоб" спросил он. Бонни даже немного растерялась, то ли от того, что он выглядел настолько серьёзным, что это даже немного пугало, то ли от того, что теперь почему-то не могла сказать внятное "да". - Чонгук-а, ты как здесь оказался? - Нуна, я вопрос задал. Ты уезжаешь? - Д-да. Да, мне нужно уехать. Просто у меня возник... - А мне ты когда сказать собиралась? - теперь в его голосе звучали никаким образом не скрываемые горечь и обида. - А может, ты и вовсе не собиралась мне говорить? - Нет, что ты... - Тебе настолько наплевать на меня? - голос Чонгука, вновь перебившего её, медленно, но верно пропитывался болью, которая теперь очень ясно отражалась в его блестящих глазах, которыми он смотрел прямо на неё. Чонгук вырос. Вырос заметно за почти четыре года с момента их знакомства. Стал выше, подросток постепенно превратился в молодого парня, но даже сейчас детские черты проглядывались в нём довольно ясно. В этом было что-то родное для Бонни. Лейла, стоявшая всё время позади него, почувствовала себя лишней, а потому тихо вышла, прикрыв за собой дверь. "Что-то тут не так...", - пронеслось у неё в голове, когда она напоследок мельком взглянула на стоявших в комнате. Чувствовалось в этом диалоге что-то неправильное, что-то жутко смущающее. - Чонгук-а, не говори так. Я, в любом случае, связалась бы с тобой, поговорила бы, - стала оправдываться Бонни. - Связалась бы? Нуна, то есть ты не планировала даже встретиться? - внутреннего подростка, несмотря на наружную разницу, в Чонгуке выдавали знакомые интонации в голосе. - Ты хочешь уехать, но не собиралась со мной увидеться? - Да погоди же ты. И встретиться я пришла бы, и поговорить. Я в любом случае не исчезла бы, не сказав тебе ни слова. Она услышала еле уловимый шорох за дверью и сразу поняла, что подруга подслушивает. Что она там хочет услышать, интересно? Ладно, с этим она разберется потом. Сейчас есть проблема поважнее, которая стоит перед ней и всё ещё взирает с непониманием. - Почему ты уезжаешь? - вдруг тихо спросил Чонгук. - Что случилось? Тебя обижали? Я сделал что-то не так? Ох, уж этот парень. И сразу эти его мысли. Бонни поторопилась ответить, пока он себе не напридумывал чего ни попадя: - Что ты, всё совсем не так! Понимаешь, мой папа заболел. Серьёзно заболел. Поэтому я приняла решение, что должна быть там, рядом. Так будет правильно, и мне будет спокойнее. Я смогу помочь в любую минуту, очень переживаю. Чонгук всё ещё смотрел на неё, а потом совсем тихо сказал: - А как же я, нуна? Бонни подошла к нему ближе и, не скрывая своей грусти, вздохнула. - Ты мне тоже нужна. А как же... как же... а я? – снова упрямо повторил он, сбившись. Видимо, никак не сумев собрать мысли воедино. - Иди сюда, давай сядем. Скажу тебе что-то, - потянула она его за рукав в сторону двух стульев, что стояли у стены, - садись. Он покорно сел, всем своим видом показывая внимание. - Послушай, Чонгук-и, я не сильно хороша в красноречии и сейчас даже не знаю, с какой стороны лучше начать. Просто скажу, как чувствую. Я бесконечно рада, что судьба свела меня с вами, ребятами, и подарила мне эту работу. Думаю, я всю жизнь буду ей за одно только это благодарна. Время, что я провела с вами, стало одним из самых счастливых в моей жизни. Мне за радость было даже таскать вашу одежду в стирку, - улыбнулась Бонни, - потому что я действительно старалась ценить каждый день, каждый миг. Всё большое в этой жизни образуется из мелочей. Но за что я буду благодарна судьбе особенно, так это за знакомство с тобой, Чонгук-и. Парень слушал её, затаив дыхание, и не прерывал. Глаза его влажно блестели. Так похоже на него. - И это не преувеличение. Я рада, что однажды в моей жизни случился ты. Безусловно, я работала бы с вами и дальше, если бы не сложившиеся обстоятельства, уж поверь мне. Но есть в этой жизни вещи, которые от нас не зависят, и с которыми нам надо считаться. Я просто очень надеюсь, что ты поймёшь меня и не будешь держать обиду. Я буду следить за вашими достижениями и верю, что лучшее впереди, и вы еще достигнете огромного успеха. Чонгук молча смотрел на нее своими оленьими глазами, блестящими от подступившей влаги. Глядя на него, Бонни поняла, что у неё и самой в глазах защипало. Блин, она не планировала плакать перед ним. Что он был сентиментальным, она знала всегда, но свою чувствительность старалась прятать. В конце концов, она старше и должна подавать пример. Но эти предательские слёзы... Чтоб их! - Мы же... г-хм... мы же, - откашлялся Чонгук после того, как голос вдруг стал сиплым, - сможем поддерживать общение посредством интернета, сообщений? - А как же! Конечно, сможем! - сразу отозвалась девушка, цепляясь за эти слова, как за спасительную нить. - Двадцать первый век на дворе, и поддерживать связь на расстоянии не что-то исключительное. Она поднялась со стула и нарочито бодрым голосом добавила: - Как видишь, причин наматывать сопли на кулак нет. Чонгук приподнялся вслед за нею, но ничего не ответил. Молчание стало затягиваться, и Бонни вспомнила, что её время сейчас ограничено. - Что же, пожалуй, теперь мне надо завершить свои сборы и... И вновь договорить она не успела, услышав, как Чонгук стал тонким голосом негромко петь: - Gyeot-e meomulleojullae? Naege yagsoghaejullae? Son daemyeon nal-agalkka buseojilkka Geobna, geobna, geobna. Siganeul meomchullae I sungani jinamyeon Eobseotdeon iri doelkka neol irheulkka Geobna, geobna, geobna.² Она замерла, глядя на него, и его глаза заблестели, казалось, ещё больше. Он замолчал, а затем одним рывком прижал её к себе, заключая в крепкие объятия. Бонни настолько сильно растерялась, что так и осталась стоять с опущенными вдоль тела руками. А Чонгук только сильнее обнял ее, утыкаясь носом в волосы в районе виска. - Я буду скучать по тебе, нуна... - прошептал он над самым ухом. Стало не по себе. Почему - она не могла понять. Но определённо стало не по себе. Наконец, она приподняла одну руку и довольно неуклюже легонько похлопала парня по спине. За дверью послышался тихий вскрик, и Бонни вспомнила об агенте под прикрытием, что стоял снаружи. Не успела она что-то ответить, как Чонгук уже отстранился и смущённо стал смотреть на неё исподлобья. "Да что происходит? Что с ним?" - Г-хм! Бонни, мне кажется, ты уже опаздываешь, - как-то слишком громко проговорила Лейла, свято верившая в то, что ранее ничем себя не выдала, открывая дверь и заглядывая в комнату. Чонгук тут же встрепенулся и быстро проговорил: - Что ж, я тогда пойду. Меня, наверное, парни заждались... И менеджер, которого я знатно потряс, чтобы узнать твой адрес, скорее всего ждёт внятных объяснений. Сказав это, он пулей вылетел из комнаты, и через какое-то мгновение девушки услышали звук захлопывающейся входной двери. А еще секундой позже в комнате раздался шокированный голос Лейлы: - Да что ты, чёрт возьми, творишь, Бонни?

***

Лейла стояла, уставившись на неё так, будто только что стала свидетельницей преступления. - Ты о чём? Что я творю? - непонимающе задала ей встречный вопрос Бонни. - Бонни, ты в своем уме? Я всё понимаю, конечно, но, твою ж мать, он же ребёнок! Он несовершеннолетний! - Да что ты несёшь?! - Бонни брови в недоумении. - Ты можешь спокойно объяснить мне, какие у тебя сейчас претензии, и что с тобой случилось за последние двадцать минут? Она действительно злилась и не могла понять, чего от неё хотят. Лейла внимательно посмотрела, а затем присела на стул, на котором минутами ранее сидел Чонгук. - Честно, я не думала, что мне придется объяснять тебе такие вещи, но, похоже, ты и впрямь не понимаешь. Да этот парень влюблён в тебя по самое не могу, а ты, вместо того, чтобы сохранять хоть какую-то субординацию, практически подпитываешь его всеми своими словами и действиями! "Влюблён? Бонни вдруг стало душно. Она действительно не понимала, о чём сейчас говорила Лейла, и зачем вообще прозвучали все эти абсурдные вещи. - Что ты такое себе напридумывала? - откашлявшись, возмущённо спросила она подругу. - Напридумывала? Да это видно невооружённым взглядом! Он влетел сюда так, будто от этого зависела, ну пусть не вся его жизнь, но очень многое. Он смотрела на тебя так... Да он разрыдаться был готов! - Он сентиментальный, - машинально пробормотала Бонни. - Ой, да слышала я это от тебя уже не раз. Знаешь, я сначала не придавала значения твоим бесконечным рассказам о "замечательном Чонгуке", хотя, признаюсь, иногда это и выглядело странновато. Но я быстро откинула свои мысли, виня себя в извращённой фантазии. А сегодня я, наконец, увидела и другую сторону. Да он в рот тебе заглядывает! Лейла всматривалась в обалдевшее лицо Бонни. И, немного помолчав, продолжила: - Послушай, он еще очень юн. Он довольно рано отделился от родителей и оказался среди посторонних взрослых в чужом городе. Каждый божий день он работал наравне с людьми, как ненамного, так и значительно старше его. И тут появилась ты. - А что я? - глухо отозвалась Бонни, складывающая в голове части паззла, который выдавала подруга. - Твоя опека, твоя поддержка, твоё неудержимое желание помочь - всё это стало ему опорой, своего рода протянутой рукой в тот момент, когда это было так необходимо. Сверстниц вокруг не было, и тут появилась молодая нуна, которая и споет, и спляшет, и поплачет, если надо. Бонни, ты и сейчас не понимаешь? Каким бы интровертом он, по твоим словам, ни был, каким бы своевольным, но ты, возможно, сама того не замечая, и даже, допускаю, не желая, "привязала" его к себе. Как раз в тот самый возрастной промежуток, в котором ты была в его жизни, другого исхода и быть не могло. Вот теперь я ясно это рассмотрела. Мне хватило просто сегодня увидеть его и услышать ваш разговор, чтобы сложить один плюс один. Как этого не сделала за четыре года ты - загадка для меня. - Знаешь, Лейла, одно ты сказала верно, - вдруг спокойно произнесла Бонни, - у тебя и впрямь извращённая фантазия. Я не желаю больше выслушивать этот бред, что ты себе напридумывала. Мне сейчас очень неприятен тот факт, как за какие-то минуты моё искреннее и сестринское отношение, мои абсолютно дружеские намерения извратили и исказили. И не кто-то посторонний, а моя подруга. - Это я извратила? - встала со своего места Лейла. - Ты полчаса назад буквально сказала мальчику, что смотрел на тебя бесконечно влюбленными глазами: "Я рада, что однажды в моей жизни случился ты." А затем обнималась с ним, пусть и не по своей инициативе. - Прекрати! - повысила голос Бонни. - Я же сказала, что не желаю больше это выслушивать! Ты верно заметила - не по своей инициативе. Что мне оставалось делать? Грубо оттолкнуть его? Я действительно рада, что была знакома с ним всё это время, но, пожалуйста, не надо это выворачивать в такой форме. Ты достаточно сейчас потопталась по моим чувствам. Не делай так, Лейла. Я уже ощущаю себя разбитой и запачканной после всего, что выслушала. Наступило молчание. Воздух в комнате можно было резать ножом. Бонни еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться. Она так же молча отвернулась к чемодану и парой ловких движений наконец его застегнула. Подошла к шкафу, достала вязанный кардиган и небольшую сумочку, которую сразу перекинула через плечо. И, не поворачиваясь, уже негромко снова обратилась к подруге: - Проводишь меня? Лейла, молча наблюдавшая за ней всё это время, лишь кивнула и уже в следующее мгновение вышла из комнаты. *** Они молча доехали до аэропорта, лишь изредка перекидываясь короткими незначительными фразами. Уезжать в таком настроении было очень тяжело. Еще тяжелее становилось от мысли, что, как только она останется одна, наедине с собой, её мозг будет атакован со страшной силой сотнями мыслей по поводу сказанного сегодня, а этот их диалог будет снова и снова вращаться в недрах её памяти. Не так она планировала покидать страну, с которой её связывали лишь тёплые воспоминания. Не так она планировала попрощаться с подругой. Всё не так. Пообещав связаться с Лейлой по прибытии и при последующей смене номера телефона, Бонни взошла по трапу на самолёт. Заняв своё место и устроившись поудобнее, она достала телефон, чтобы проверить сообщения и звонки, так как по дороге сюда поставила беззвучный режим. Не было никакого желания с кем-то разговаривать. На экране светились уведомления KakaoTalk, Line и еще парочка уведомлений из соцсетей. Как только она открыла KT, первыми же пошли сообщения от Чонгука:

Нуна, ты добралась до аэропорта? Прости, что не смог тебя проводить. Ты же всё понимаешь, надеюсь. Но я очень хотел. Я, правда, очень хотел. Дай знать, когда доберёшься.

Бонни смотрела на эти сообщения и чувствовала, как в горле образовался ком. Она столько раз сегодня сдерживала слёзы, столько раз была на грани того, чтобы им поддаться. На душе было тяжело, она стала неспешно набирать ответное сообщение:

Я всё прекрасно понимаю. Всё в порядке, правда. Надеюсь, ты смог объясниться с менеджером. Я уже в самолете и до аэропорта добралась хорошо.

Сообщения были прочитаны тут же. Немного помедлив, Бонни добавила:

Чонгук-а, береги себя.

После отправки она закрыла приложение и, больше ничего не проверяя, включила на телефоне авиарежим. Два дня спустя... Чонгук лежал на кровати в своей комнате и смотрел в потолок. Несмотря на поздний вечер свет в комнате он так и не включил, но в очередной раз проверил зажатый в руке телефон на наличие сообщений. После того, как он ответил Бонни, в сети она больше не появлялась, что действительно беспокоило. Он чувствовал себя подавленно, грудь словно стесняло что-то. Было стойкое ощущение,будто он потерял что-то очень близкое, очень дорогое ему. Кого-то. Его бессменная помощница, его подруга Бонни оставила его, улетела. Осознание этого вгоняло в ещё большую тоску. Увидит ли он её еще когда-нибудь? Не забудет ли она его? Будет ли следить за его, за их успехами? В душе теплилась надежда, что её семейная проблема не затянется, и вскоре она вновь вернётся обратно. Чонгук повернулся на бок, лицом к стене, и стал выводить пальцем по ней невидимые узоры. За эти годы он так привык, что она всегда была где-то поблизости, что уже и не представлял, как может быть иначе. Конечно, существовала вероятность того, что у неё есть и своя личная жизнь вне стен работы. Но с тем графиком, что был у них у всех (и стафф не исключение), вероятность эта сводилась к минимуму. Ну, или Чонгуку просто хотелось так думать и тем самым тешить свой эгоизм. Нуна всегда должна была быть с ним, и его это устраивало. И он не видел причин, по которым это могло бы не устраивать её. И вот, как гром среди ясного неба, обрушивается известие о её увольнении и дальнейшем отлёте. В первое время Чонгук чувствовал себя преданным, ведь она не спешила с ним связаться, хотя наверняка спланировала свой отъезд заранее. Но, поговорив в день отъезда, он перестал об этом думать, и теперь все мысли занимали сообщения, которых он так ждал. Перевернувшись на живот, Чонгук снова посмотрел на экран телефона и решил, что не будет томиться в ожидании, а просто возьмёт и позвонит ей. Палец замер рядом со значком её аватарки. А что, если... "Ладно, почему бы и нет?", - подумал он и нажал на видеозвонок. Гудки шли один за другим, но на том конце никто не торопился отвечать. Чонгук почувствовал, как волна отчаяния накатывает на него, но в последний момент, когда он уже хотел нажать "отбой", Бонни ответила на звонок. Она приняла вызов! Чонгук даже подобрался от волнения. В трубке послышалось шуршание, и на экране появилось изображение, по всей видимости, потолка комнаты, а уже через мгновение с экрана на него смотрело до боли знакомое лицо. Сердце забилось быстрее, а он просто молчал. - Чонгук? - послышалось в динамике. - Нуна, привет, - смущенно ответил он Бонни. - Привет. Ты как? - Я в порядке. А ты? Ты не отвечала на мои сообщения, и я... я волновался, - выдавил парень, борясь с этим смущением. На несколько секунд наступило молчание, но Бонни снова заговорила: - Прости. Сумасшедшие дни. Пока пришла в себя после перелёта, пока наговорились с родными, пока разбирала вещи... Вроде, действия несложные, но шли какой-то беспрерывной чередой. Тебя, кстати, почти не видно, темно. Только глаза и сверкают, - улыбнулась она на последних словах. У Чонгука всё внутри затрепетало от этой улыбки. Он сам не до конца понимал свои собственные реакции и эмоции, но не задумывался о них и просто жил мгновением. - Я просто так и не добрался до включателя, глаза привыкли к темноте комнаты. А у вас, видимо, там светло ещё. Так необычно. - Да, тут ещё день. Они оба замолчали, не зная, о чём говорить дальше. Бонни до сих пор чувствовала неловкость после разговора с Лейлой. Не наговори ей та стольких вещей, она, как и раньше, чувствовала бы себя спокойной, раскованно болтая о том, о сём с этим мальчиком. И даже если она была не согласна с подругой, внутри всё равно выросли неуверенность, сомнение, какой-то невидимый барьер. Нет, она не хочет снова об этом думать. Не после того, как еле отогнала все мысли в последний час. Возвращаться к ним не хотелось. - Нуна, - начал Чонгук и, поняв, что не знает, о чём дальше говорить, снова замолчал. Бонни вглядывалась в его лицо, которое было едва видно на темном экране, и грусть снова стала накрывать её. - Чонгук-а, ешь побольше и старайся не перегружаться. Чонгук снова услышал знакомые интонации в её голосе. Именно так она всегда заботилась о нём, когда была рядом. Хотелось откровенно плакать, но сейчас перед ней необходимо было скрыть это желание. Сделав вид, будто увидел что-то рядом, он отвернулся и провел рукой по лицу. - Чон... - Бонни! - услышала она, как зовёт мама. Она сказала ей, что отойдёт ненадолго, но, видимо, уже задерживалась. В планах было пообедать всей семьёй, как в старые добрые времена. - Кажется, тебя зовут, - послышался в динамике грустный голос Чонгука. - Да, прости, мне нужно идти, - виновато ответила ему Бонни и следом крикнула матери в ответ, что уже идёт. - Отдыхай и выспись хорошенько. Понимаю, что это звучит довольно иронично, но хотелось бы, чтобы ты мог достаточно отдыхать. - Хорошо. Мы ведь ещё спишемся? - Конечно, - она ободряюще ему улыбнулась и добавила: - Спокойной ночи. - До связи... пока, - ответил ей Чонгук и, немного помявшись, отсоединился. Он положил телефон на кровать и снова откинулся на спину. В эти минуты он почувствовал, что её скорое возвращение под очень большим вопросом. А интуиция его подводила редко. Бонни несколько минут продолжала смотреть на дисплей, словно гипнотизируя его. Осталось ощущение недосказанности, хотя говорить было нечего. Что ж, в любом случае придётся снова вливаться и адаптироваться обратно под прежнюю жизнь, а так же постараться не погружаться в грустные мысли. В конце концов, сейчас в приоритете должно быть здоровье и жизнь её отца. __________ ¹ - BTS "I need you" (кириллица) ² - BTS "Butterfly" Ты останешься со мной? Ты обещаешь мне? Если я отпущу твою руку, ты улетишь и разобьёшься... Я так боюсь, боюсь, боюсь этого. Я хочу остановить это время. Вдруг этот момент пройдёт, И окажется, что ничего и не было. Я так боюсь, боюсь, боюсь этого.