Надежда умирает последней

Сидя за документами в душном кабинете ненароком можно завитать в облаках. Что-то Ацуши уж слишком часто это делает. В последнее время почему-то накопилась куча работы, кстати говоря, не только для него, и сотрудникам агенства ничего не остается, кроме как выполнять ее. Если честно, Накаджима не знал, как обстоят дела у Акутагавы, уже больше недели. Он все никак не мог собраться написать ему: то страшновато как-то было, то из-за работы он уставал настолько, что сил поддержать разговор даже в чате не было. Акутагава тоже не писал. Возможно, так же куча дел, или просто не хочет. Ацуши надеялся на первое, конечно. Хотя он часто задавался вопросом когда собственно и он собирается выходить на работу, если вообще собирается работать в этом месте... Ну, может, у него поменялся взгляд на мир..? Что за дурацкие вопросы! Накаджима вспомнил, что у Рюноске есть сестра, но почему-то не удосужился спросить у него, где же она. Хотя, если посмотреть на количество жертв после вампиризма, замечаешь, что желание спрашивать о таком пропадает. Да, пожалуй, лучше не спрашивать. Ну вот наконец настал день, когда он освободился от оков нескончаемой документации и наконец может написать Акутагаве и понадеяться на разговор. Ацуши догадывался, что номер его телефона Рюноске узнал от кого-то конкретного, и на эту роль напрашивался только один человек. Однако Накаджима не особо хотел спрашивать у Дазая про бывшего мафиози, даже если тот обо всем знает. Конечно знает, чего сомневаться–он только взглянув на Ацуши может увидеть многое, что тот пытается скрыть. Половина одиннадцатого вечера, Ацуши лег на кровать и ощутил умиротворение. Как приятно после нескольких часов, проведенных в положении сидя за столом, лечь на мягкую поверхность. Но Накаджима не собирался долго лежать, поэтому сейчас он берет телефон и открывает чат с Акутагавой. И тут настает вопрос. Ацуши очень нервный человек, и формулировка важного текста иногда для него та еще трудность. Как бы начать, чтобы Рюноске, прочитав первое слово, сразу же не выбросил телефон...

Сегодня, 22:35

"Привет. Извини, что поздно пишу, да и в принципе не писал так долго, слишком много работы было. Как ты? Дазай-сан ничего мне не говорил, поэтому я был уверен, что с тобой все в порядке" Ацуши несколько раз перечитал сообщение, но, не придумав другого варианта, как можно было бы сформулировать письмо, все же отправил его. Конечно, не самая лучшая формулировка, но он слишком устал для тщательного обдумывания. Оставалось только ждать ответ. Чтобы не задремать, Ацуши решил сделать себе чай. Стараясь сильно не шуметь, чтобы не потревожить Кёку, он в течение пары минут разбирался с заваркой и остался молча стоять на кухне. После всех событий и так называемой их "победы" участникам войны была отведена сумма денег в качестве благодарности за проявленные действия. На эти деньги Накаджима и Изуми купили квартиру, которая конечно была просторнее их прошлого скромного жилья. Ну, как купили... По договору квартира принадлежала Куникиде, ведь у ребят еще не было возможности приобретать имущество. Ацуши, конечно, понимал, что замдиректора в любой момент может выселить их, но вряд ли он станет это делать. Наконец, чай заварился. Накаджима в нетерпении поспешил в свою комнату, а именно к телефону, все так же стараясь не шуметь. Однако спешка, как оказалось, была ни к чему–не было ни одного уведомления. И на что он только надеялся? Ладно, не сегодня, так завтра ответит. Или послезавтра... Наверно.

***

Уже полдень, а Рюноске так и не ответил. В любом случае, он не обязан брать телефон в руки постоянно, Ацуши это понимает. Но все же это тревожное состояние не уходило. Поэтому Накаджима решил усиленнее заняться работой, чтобы не думать об этом. В помещение вошел Дазай. Это было неожиданно, ведь многие уже привыкли, что если он не приходит на работу хотя бы в течение часа, то в принципе его можно не ожидать. Интересно, что вызвало такое решение? Ну или это просто исключение, кто знает. Все равно никто не решался спросить прямо у Дазая. Он кратко поздоровался со всеми, и остальные сделали то же. Ацуши подумал, что все произошедшие события сказались на поведении Осаму, хотя он пытался этого не выказывать. Тем не менее, все оставалось так, как было до всего этого. Все в агенстве старались поскорее забыть те страшные происшествия и жить, как жили раньше. Возможно, такой исход имел и минусы, однако никто не задумывался об этом. Когда Дазай прошел мимо Накаджимы, последний едва заметно дернулся–все таки подсознательно ему не терпелось узнать все касательно состояния Акутагавы, но спрашивать наставника он вообще не хотел. Это действие Дазай заметил и вопросительно поднял бровь, посмотрев на Ацуши. Тот лишь пожал плечами, мол случайно получилось. Может, стоит его спросить? Ладно, если Рюноске не ответит в течение нескольких дней, он точно спросит. Наверное...

***

Сегодня, 17:56 "Скорее всего, это последнее сообщение. Я не мог написать раньше. Будет лучше, если мы прекратим это все. Не думаю, что в дальнейшем мы в принципе сможем контактировать. Прости. Вдобавок, есть еще одна причина, которую тебе следует не знать. Не советую тебе обращаться к Дазай-сану, он тебе все равно ничего не скажет. Он мне обещал." Доставлено от Акутагава Р. Ацуши не знал, как реагировать. Он одновременно хотел зарыдать, закричать и почему-то рассмеяться. Мало того, что письмо не начиналось с приветствия, так еще и первая строка была самым большим страхом Накаджимы. Что случилось, что вообще происходит с Рюноске? Почему он просил Дазая не реагировать на Ацуши? Столько вопросов, и как всегда нет ответа, хотя куча предположений. Неприятности на работе, проблемы со здоровьем, вопросы от начальства–в общем, непонятно, что из этого было причиной такого поведения мафиози. Или сам Ацуши являлся причиной..? Может быть, он ему просто надоел. Характер Акутагавы был хорошо знаком ему. Хорошо, что Накаджима прочитал это уже дома. Единственное место, где он может выплеснуть свои эмоции. Кёка была в своей комнате, поэтому парень лишь подошел к двери, закрыл ее на замок, и слезы тут же хлынули из его покрасневших глаз.

***

Акутагава знал, что его болезнь никуда не делась. Уже некоторое время спустя появился его ненавистный кашель с кровью. Он уже вряд ли сумеет выздороветь.