Дракончик

      #$%&-1%$$%&              — Пришлось немного наврать в деле, — негромко бубнел Медведев, показывая материалы. Он своим тоном намекал, насколько это важно. — Но так как маньяк найден… И ликвидирован, общественность выдохнула спокойно. Ажиотаж должен будет угаснуть, мы успеем замести все следы. Вы меня, конечно, подставили. И ничего не сказали про свои делишки, догадки.       Ваня сидел на столе, сложа на груди руки, и понуро его выслушивал.       — Валерий Николаевич, это были догадки не по делу и… знаете, каким путём добытые.       — Мы вывернем всё так, что он был подослан специально, — сказал Валерий Николаевич, поправив ремень, давивший на толстый живот. — Но додуматься крутить со свидетелем, тем более парнем. Мужеложество, — поморщился он, дёрнув круглым носом. — И попасть на серийного маньяка. Вкус у тебя совсем хреновый, Мирон.       Мирон смотрел вперёд себя стеклянными глазами. Внутри было пусто. Он интуитивно вытянул руку, закатал рукав и посмотрел на вырезанного дракончика. Память. На всю оставшуюся жизнь. Клеймо на теле. Подарок, вместо украденного сердца. Такой вот обмен.       — Не давите, пожалуйста, на больное, — сказала Женя. — Пускай лучше пойдёт в отпуск.       — После такого нам всем нужен отпуск, — пробормотал Медведев, насупившись. — А от тебя я такого не ожидал, Женечка. Что ты за моей спиной и ничего не рассказала! Ладно, будет отпуск. Но не вижу смысла убивать себя из-за какого-то маньяка.       Мирон уже ничего не слышал. Он принял для себя решение — как сделать жизнь проще и приятнее. Как избавиться от его единственной крупной проблемы — эмоций. Он погладил сухим пальцем холодный ствол табельного оружия, посмотрел секундно в окно. На светлое лучистое небо.       Достал пистолет.       — Мирон!       И выстрельнул.