Пирожки с черникой

В знакомых окнах тусклым отблеском виднелся свет. Значит хозяин, не смотря на опасения его не застать, все-таки был дома... Тэй вздохнул, отчасти облегчённо, отчасти тяжело, преодолел расстояние от калитки до двери, постучал привычным ритмом и замер в ожидании. Колотить с силой не имело смысла, темный явно слышал, но мог быть занят. Через несколько минут наконец щелкнул отпираемый замок и дверь распахнулась, впуская слегка замерзшего менестреля в натопленное помещение. - Мы же договаривались послезавтра, - произнес Лассэш вместо приветствия. Он стоял, засунув руки в карманы просторного халата из плотной ткани, выражая недовольство всем своим видом. Тэйланг никогда раньше не видел любовника в подобной одежде, но немудрено, она явно походила на рабочую и напрямую относилась к той комнате, которую музыкант видел лишь единожды, собственноручно выломав замок одной неспокойной ночью. А если брать в расчёт странный запах, тонкой вуалью висящий в коридоре, можно было судить, что он оторвал дроу от его алхимических экспериментов. - Прости, я ненадолго, - менестрель замер на пороге, не спеша снимать плащ. - Я пришел... Я пришел попрощаться. Тёмный нахмурился, окинул взглядом фигуру любовника, закутанного в явно дорожный наряд, на секунду задержался на будто более тяжёлом чем обычно рюкзаке на плечах. Он приоткрыл рот, явно собираясь что-то сказать, но запнулся и в его лице проскользнула некая растерянность. - Ты вспомнил, да? Тот наш разговор у костра, - спросил Тэйланг, заранее зная ответ. - О том, что ты однажды сорвешься с места и уйдешь... - медленно произнёс Лассэш. - Как всегда внезапно, - криво улыбнулся музыкант, - но я должен был зайти, увидеть тебя. Не люблю исчезать совсем уж внезапно. Помолчали. - Я не умею прощаться, - наконец сказал дроу, качнув головой. - Уж этому... ты меня еще не научил. Он сам удивился выбранной формулировке, но подобное определение на самом деле казалось вполне уместным. - Обычно полагается обняться, - Тэй, слегка опешивший от слов темного, все-таки пришел в себя и протянул к любовнику руку, приглашая подойти ближе, - я конечно с холодной улицы, но... Эльф молча приблизился и позволил притянуть к себе, заключить в объятиях. Неловко, странно. - Береги себя, Лассэш, - тихо шепнул Тэйланг, впитывая последние отпущенные ему крохи тепла этого мира. - Надеюсь у тебя все будет хорошо. Темный шевельнулся, поднимая голову, и встретился с любовником взглядом. Слова "если вдруг будешь в городе - заходи" так и остались непроизнесенными. Дроу, эмпатия которого обычно не позволяла улавливать подобные нюансы, вдруг понял, что с ним прощаются навсегда, волею обстоятельств, о которых он совсем ничего не знает. - Постараюсь. Тэй вздохнул, взял лицо явно незнающего что сделать или сказать эльфа в ладони и коснулся его губ в мягком поцелуе. - Я рад, что встретил тебя, - улыбнулся музыкант, отступая на шаг. Повернувшись он открыл дверь, впуская холод поздней осени в чужой дом. - Тэй, - окликнул его любовник. - Доброй дороги. Мироходец обернулся, кивнул и вышел за порог. С тихим шелестом переворачивалась очередная страница его жизни. Тёмный эльф в свою очередь вернулся в комнату, где его ждали тестируемые реактивы и рассеянно остановился в центре. Кажется, он хотел... Что? Мысли будто вымело из головы, не оставив надежды продолжить заниматься делами. Да что же это такое? Поджав губы, он упрямо взялся за журнал, в котором вел записи, но кажется не одну минуту потратил на то, чтобы заставить себя перечитать хотя бы абзац. А на улице легкими хлопьями начал кружится первый в этом году снег, ложился на покатые крыши домов, на почти безлиственные ветви парковых деревьев. К утру он засыпал весь город тонким белым покрывалом, скрыл странные, внезапно обрывающиеся на повороте следы.