И не расцепили руки.

Уорик докуривал уже пятую сигарету подряд, делая короткие перерывы между ними. Как-то не хотелось прерывать это методичное занятие, а небо светлело всё больше и больше. Пара часов – и наступит настоящее утро, тишина и спокойствие нарушатся. Николас всё это время стоял рядом, тоже разглядывая светлеющее небо. Ничего не мешало ему уже давным давно отправиться обратно в постель и доспать свои законные несколько часов перед утренними процедурами – доктор Тео снова придет со своими иголками и его заднице снова не поздоровится, да и повязки нужно будет сменить. Но сонливость накатила с новыми силами, Николас даже несколько раз отключался, слегка заваливаясь то на один, то на другой бок. Стало тяжело держать глаза открытыми. Уорик это заметил. «Спать не хочешь пойти?» – он коснулся плеча Николаса, когда тот снова отключился на секунду. «Нет». Николас широко зевнул, слегка отступил от окна и попробовал потянуться, но, видать, забыл, что не стоит совершать резких движений, потому как тут же скривился от резкой боли где-то в боку. Там как раз находилась свежая рана, которую он очень неаккуратно потревожил. – Ты чего? – выдал полушёпотом Уорик, придерживая его за плечо. «Ничего, просто царапина заныла», – Николаса снова пробрала боль, но уже в ноге, и он, медленно сползая по стенке, сел на пол, утягивая за собой Уорика. – Ну на пол-то куда? – всё так же полушёпотом возмутился тот, присаживаясь справа от него. «Не ворчи, мне больно стоять», – отмахнулся Николас, устраивая поудобнее больную ногу, – «сам-то что спать не пошёл?» «Да знаешь, не спится что-то уже», – возмущение передавалось даже через язык жестов, – «Да и как я тебя здесь одного на холодном полу оставлю?» Теперь он улыбнулся, в ответ легкую улыбку выдал и Николас. Правда в положении сидя стало ещё проще отключаться и проваливаться в сон. Всё-таки организм требовал доспать эти пару часов, чему было невозможно противиться. «Носом клюёшь, напарник». Тот хотел было что-то ответить, но это оказалось выше его сил – Николас просто вздохнул и, наклонив голову, задремал. Он совсем быстро провалился в глубокий сон и навалился на плечо рядом сидящего. «Вот значит как ты хотел?» – подумал Уорик, прислушиваясь к глубокому дыханию, – «Тебе с детства для здорового сна нужен кто-то под боком, да?» Уорик опустил взгляд на руку Николаса, точнее на шрам на ладони. Сколько раз он про него думал, сколько раз видел, но очень давно не прикасался к нему. «Интересно, болит ли он также, как мой глаз?» С этими мыслями Уорик осторожно коснулся ладони пальцами, затем дотронулся до самого шрама. Он оказался грубее и без того грубой кожи вокруг. Вдруг чужие пальцы двинулись и рука Уорика оказалась крепко зажатой в руке Николаса. Тот уже перестал удивляться этому действию – так было и раньше, особенно в детстве. Сколько раз они засыпали вот так, берясь за руки? Он тоже сбился со счёта. Да и кому нужен этот счёт? В голове сейчас всплывали странные старые фразы, эпизоды из детства, в основном не очень счастливые, потому что таких было большинство. Столько всего успело произойти, что, наверное, этот простой и цикличный жест – взятие за руки, уже перестал замечаться и считаться чем-то необычным. Но каждый раз в нём было что-то такое, что заставляло любую боль утихнуть, любые гадкие и паршивые мысли отступить, успокаивалось сердце и все проблемы и неприятности, окружающие их, пропадали на какое-то время, давая спокойно поспать. «Нам всем достанется от Тео за сон на холодном полу», – Уорик сам начал засыпать, наклонив свою голову к голове Николаса, – «Ну, ещё есть немного времени на сон. Ещё пара часов…» За эту пару часов они тоже так и не расцепили руки. И последний сон у обоих, на удивление, был не кошмаром. Наконец-то, никаких кошмаров…