Хиганбана

Цзинь Цзысюань должен был забрать своего сына из садика, он пришел туда ровно в то время, в которое приходил каждый раз, когда его жена Яньли задерживалась и просила подменить. Что же отличалось теперь? А то, что ребенка ему не отдали. Вернее, его бы ему отдали, если бы было что отдавать. А точнее, кого. Когда Цзинь Цзысюань еще раз переспросил воспитателя, все ли та четко ему донесла, она лишь развела руками и повторила. Цзинь Лина забрали полчаса назад двое мужчин. Они показали документы и прочее, чтобы женщина не приняла их за каких-нибудь неадекватных похитителей детей на районе. Вэй Усянь и Цзян Чэн получат по полной, как только он до них доберется. Он бы, конечно, мог позвонить им по мобильному телефону и спросить какого вообще происходит, и почему они его не предупредили заранее, ведь он ехал с другого конца города. Но во-первых, это же Вэй Усянь и Цзян Чэн, они ему специально об этом не сказали, думать дважды не надо. А во-вторых, как только Цзинь Цзысюань нажимает на зеленую трубку, ему в телефоне монотонный голос девушки оповещает, что абонент вне зоны доступа и ему нужно либо оставить голосовое сообщение, либо перезвонить позднее. Никакое голосовое он оставлять не желает, поэтому просто материться себе под нос и сбрасывает. Он тщетно набирает на второй номер, но и там он видимо в черном списке. Выход только один – ехать к ним домой самому. Предварительно, конечно, он набирает жену и сообщает ей, что ее безмозглые братья действительно остались без мозгов.

***

– Шицзэ, ха-ха-ха! Такая штука смешная получилась, понимаешь… Да, да, ага… Он нервничал, места себе не находил, я понял. Да, мы плохо поступили, нужно было предупредить. Что говоришь? Почему он дозвониться до нас не может, а ты можешь? Вэй Усянь смотрит в сторону Цзян Чэна, который держит Цзинь Лина на коленях, и тот начинает всячески махать руками, в немой просьбе, чтобы парень придумал вранье по правдоподобней. Вэй Ин цокает языком и чешет рукой затылок. – Наверное, мы просто в тот момент в магазине были, вот и… А, он звонил пять минут назад. Ну-у… Слушай, да у твоего ненаглядного просто мобильный барахлит. Правда, Цзян Чэн? – Конечно! Яньли, неужели я бы стал тебе врать о таком? Цзинь Лин весело улыбается от этих криков. Его мама в трубке однако этим не очень довольна. Цзинь Яньли только удрученно качает головой, прикрывая глаза свободной ладонью. – Мальчики… Ну, сколько можно вам с ним ругаться? Я же говорила, А-Сюань вполне хороший парень. – Шицзэ, он хороший только, когда ты на него смотришь, стоит тебе отвернуться, и он готов воткнуть нож нам в спину. – Вот именно! А помнишь, как он дал нам не тот адрес, когда мы хотели приехать к вам на выписку? – Да! – Мы этого не забыли! – Но ведь это я тогда перепутала цифру роддома, а не Цзысюань, – беспомощно говорит Яньли. – Ты была в ужасном состоянии. – Девушке после родов надо отдыхать, мы и не думали злиться на тебя. – Да, но тем не менее вы продолжаете припоминать этот случай. Богом клянусь, Вэй Ин, – протягивает девушка. – Разблокируйте его. Цзинь Лин его сын, вы представляете в каком он был трансе, когда ему сообщили, что ребенка нет на месте? Да он же почти поседел. – Хы-ыыы… – гогочет Цзян Чэн на заднем плане. – Ваньинь, я тебя прекрасно слышу! – говорит его сестра. Цзян Чэн откашливается в кулак. – Кхм… Это телевизор. – Хватит, вы оба. Чтобы, когда Цзысюань к вам приехал, вы перед ним извинились. Я это у него лично спрошу, вы поняли? Вэй Усянь закатывает глаза, понуро опуская плечи и начиная ковыряться носком в ковре. – Да поняли, поняли. Виноваты. В следующий раз предупредим. – Какой еще следующий раз? – Ой, шицзэ, тут помехи на линии, нам уже пора, пока-пока! – Но- – До встречи! – кричит парень и кладет трубку. Как только он поворачивается на стуле обратно, Цзинь Лин уже не сильно впечатлен. – А я вам говорил, что так будет. Папа всегда звонит маме и сообщает обо всем. А тут я пропал, конечно, он бы позвонил ей в первую очередь. – Твой папа идиот, Цзинь Лин. Он даже до нас дозвониться не смог, ха. Цзинь Лин слезает с коленей дяди и отходит на диван, включая телевизор, где они до этого смотрели мультики. – Папа не идиот, – угрюмо говорит мальчик, после чего поворачивается к Вэй Усяню. – А вот ты – да. Цзян Чэн смеется над ним. – Хей! Я купил тебе мороженое сегодня. – Ага, а на улице стужа, – протягивает Цзинь Лин. – Если мама об этом узнает, тебя накажут. – А разве ты не хотел его? Приятно немного нарушать правила. К тому же, – Вэй Усянь залезает на диван и плюхается рядом с ним, подкладывая под голову подушку. – Если бы не мы с твоим дядей, тебе бы вообще сладкого не видать. Ну, говори, что такого ты успел натворить, что тебя наказали? Цзинь Лин картинно вздыхает, как будто только что произошел конец света, и пока Цзян Чэн тоже залезает на диван, он выдерживает очень долгую паузу. На экране большой плазмы небольшой отряд из щенят далматинца пробирается через ледяную речку. – Так что? – Да ничего я не делал. – Ты всегда ничего не делаешь, – говорит Цзян Чэн, скрещивая руки поперек груди. – А потом выясняется, что ты кошку клеем помыл. – Откуда я знал, что там был клей. – На флакончике написано. – Я еще маленький, я не умею читать. – Цзинь Лиша дурачок, – улыбается Вэй Ин, гладя его по голове. Цзинь Лин злится и сбрасывает его руку. – Сам такой! – Ну, расскажи, – настаивает Вэй Усянь. – Наверняка опять что-то смешное сделали. Детские истории всегда такие уморительные. Я все жду, когда ты опять чего учудишь. – Ты ждешь этого, только чтобы потом сидеть и смеяться. – Не без этого. Цзинь Лин надулся. Цзян Чэн подтолкнул его локтем в бок. – Колись, иначе мы у твоей мамы все узнаем, а ты прекрасно понимаешь, что родители не в сторону детей ведут рассказы. Цзинь Лин испуганно распахнул глаза и выдал как на духу: – Да правда мы ничего такого не хотели! – заговорил он. – Просто в этот раз, когда у нас был большой перерыв, мы должны были как обычно лечь спать. Мы с Вэнь Юанем уже собирали наши игрушки, когда к нам подошел Цзинъи и сказал, что он узнал, будто бы девочки ходят в туалет сидя. Мы ему не поверили, потому что… Ну, зачем девочкам это делать, правильно? Правильно, так же жутко неудобно. Поэтому мы начали с ним спорить. Воспитатели нас прервали и отправили по кроватям. Мы с Цзинъи проснулись и увидели, что за нами сейчас никто не следит, поэтому, быстро встали с кроватей и пошли к туалетам. Туалеты для девочек в другой стороне от наших. Когда мы зашли в них, я сразу начал говорить, что он врун, потому что выглядят они внутри точно так же. Ну и, мы уже собирались уходить, когда внезапно в туалет заходит А-Сы. Когда она нас увидела, то заорала, как резанная, сразу же начала плакать и звать воспитательницу. А она прибежала. И когда увидела нас там, то жутко разозлилась. Накричала и отчитала нас с Цзинъи, а потом повела обратно. Это все, честно. Мы ничего плохого А-Сы не делали, мы вообще не поняли, чего она такой шум развела. Всего-то в туалет ее зашли. Вэй Усянь прыснул со смеху, прикрывая рот ладонями. Цзян Чэн в первые секунды попытался скрыть хохот за кашлем, но совсем скоро точно так же, как брат, разразился на всю комнату. Цзинь Лин был обижен до глубины души. – И вы смеетесь… – грустно протянул ребенок. – Папа тоже смеялся, а мама запретила сладкое на целый месяц. Что мы сделали-то? Может, хоть вы объясните? – Аха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! – Да хватит ржать! – Аха-ха-ха-ха-ха! – Ну, дядя Вэй! Цзинь Лин кинул в Цзян Чэна подушкой, а Вэй Усяня, поскольку тот находился рядом, начал подушкой душить, положив ее ему на лицо. Тот немного по поддавался для вида, а потом убрал от себя Цзинь Лина и отодвинул в сторону, поднимаясь и вытирая слезы. – Ой я не могу. Бедная шицзэ… А ведь это ей придется объяснять. – Мама ничего не сказала. – Цзысюань ржал, хоть здесь он не пропащий, – выдавил из себя Цзян Чэн, вытирая уголки глаз. – Ой, не могу. Цзинь Лин, почему ты просто не остался спать, как Вэнь Юань? Цзинь Лин скрестил ручки на груди и нахохлился, копируя поведение Цзян Ваньиня. – Потому что Цзинъи меня выбесил. Он был не прав, но настаивал на обратном. – Цзинъи молоток, надо и ему будет мороженку купить. – Он сказал, что ему досталось от дяди, тот его несколько часов допытывал и не верил. Вы тоже мне не верите? Мама не поверила. – Мы верим, верим. – Хорошо еще, что вы зашли туда до того, как девочка собралась свои дела делать, а не во время. – Ничего нового я бы там не увидел, – протянул Цзинь Лин. Вэй Усянь с Цзян Чэном переглянулись. – Ой, что-то мы очень в этом сомневаемся.

***

В следующий раз, Вэй Усянь украл ребенка один. Цзинь Лин весело бегал и игрался с ним на улице в снежки рядом с домом. Мальчик построил большую стену из липкого снега, который успел нападать за вчерашний день, скрываясь за ней, как за крепостью. Вэй Ин не хотел его расстраивать тем, что у него макушка торчит, и делал вид, что тот полностью его переиграл. Они дожидались появления Цзян Чэна. На самом деле Цзинь Лин раньше не был в этом дворе. Это означало, что в этот раз они либо идут к дядям домой длинным маршрутом, по которому раньше никогда не ходили, либо же… Вэй Усянь и Цзян Чэн его в самом деле похитили и сейчас отвезу на пересадку органов. Но даже когда появился Цзян Ваньинь, он внезапно точно так же, как другой парень, присоединился к игре. Они провели за ней еще полчаса и уже полностью запыхавшиеся, с красными носами, присели на лавочку. Цзинь Лин залез к дяде на коленки, потому что так было теплее, а Вэй Усянь начал кому-то звонить. Пока мальчик предполагал, что же может произойти дальше, на горизонте показалась новая фигура, и это был человек, которого Цзинь Жулань знал. Он тут же соскочил на землю и кинулся вперед, весело крича: – Дядя Яо! – Приве-е-е-ет! Мэн Яо поймал Цзинь Лина и поднял его вверх, начиная кружить вокруг себя. Как только Вэй Ин и Цзян Чэн подошли к нему, он сунул руку в карман и кинул этим двоим свой комплект ключей. – Дядя Яо, значит, мы пришли к тебе в гости? – Верно. Как выяснилось, квартира парней теперь была доступна для Цзинь Цзысюаня, а вот адрес Яо он бы проверять не стал. Следовательно, ему придется поколесить по городу, прежде чем приехать к ним за собственным сыном, которого они опять так нагло выкрали у него из-под носа. Удивительно вообще, что Вэй Усянь так вовремя узнал, что у шицзэ на работе вновь полный завал. Муки совести ни Вэй Усяня, ни Цзян Чэна определенно не мучили. Потому что нечего было на них так орать в прошлый раз. Если бы Цзинь Цзысюань был вменяемым человеком, он бы пришел к ним домой, забрал Цзинь Лина, да еще бы и поблагодарил, что они проявили великодушие, встретили его ребенка, накормили, напоили, да еще и поиграли с ним во всякие развивающие игры. Они ведь так редко видятся! Неужели нельзя выделить лишнее время, чтобы приехать в гости к родным дядюшкам? Ну, очевидно Цзинь Цзысюань считал иначе. Именно поэтому для него сегодня устроен квест повышенного уровня сложности. Мэн Яо любезно согласился помочь, когда узнал о плане. Потому что нечего на его собственные любезности нос воротить. Он что ли виноват, что их троюродная тетушка сделала слишком много заготовок и передает их через всех всей их большой родне? Вот и Яо перепало несколько баночек. Он предложил их Цзинь Цзысюаню, а тот по всей видимости пребывал в плохом расположении, поэтому и наорал на него в трубку. Ну, вот и получай. Трое против одного, все показатели явно не в его сторону. Цзинь Лину было по барабану. С ним играли, его кормили, его отвели в тепло, а большего для счастья и не надо. Когда они все собрались в гостиной, где мальчик раскрашивал раскраску, Цзян Чэн протянул: – Цзинь Лин, а почему воспитательница просила поговорить с тобой на тему дисциплины? Цзинь Лин выпучил глаза. – Умоляю, только маме не говори! Цзян Чэн закатил глаза. – Начинается… – О-оо? – протянул Яо. – Что на этот раз учудил? – спросил Вэй Усянь. – Да ничего мы не делали, клянусь! – Да ты всегда клянешься, а потом выясняется, что, когда на завтрак подавали хлопья с молоком, ты умудрился налить в них вместо молока – клей. – Баночки стояли вместе, что я мог поделать? Это вышло случайно. – Цзинь Лин, какое-то у тебя странное пристрастие к клею. – Я не знал, что это он. – Что он вообще делал на столе, где вы едите? – спросил Яо. – Перед едой мы обычно занимаемся художественными работами. В последние дни мы постоянно вырезаем из бумаги и приклеиваем это на картон. Вот клей там и появился. – За столько раз, даже если ты не умеешь читать, уж упаковку ты должен был опознать по внешнему виду. – Неа, – протянул Цзинь Лин. – Клей был не мой, а девчонки. Поэтому она была для меня новой, я не специально. Цзян Чэн вздохнул. Того и гляди, как Цзинь Лин к концу этого года плеснет этим несчастным клеем кому-нибудь в глаза. И тогда уже будет не до смеха. Нужно срочно попросить шицзэ, чтобы она научила его читать хотя бы самые простые слова. – Так, что случилось сегодня? – Мы играли на улице. – И? – И Цзинъи- – Опять Цзинъи. – Он спорил со мной. – И о чем в этот раз? – Он говорил, что видел крысу за забором, а я ему сказал, что это просто была очень худая и маленькая собака. Ну или кошка, я до конца не был уверен. В общем… Это был кто угодно, но только не крыса. – И что дальше? – Ну, мы пошли проверять, кто там был, а для этого нам пришлось выйти за забор. – Вы вышли через главные ворота, и вас даже не остановила охрана?! – ужаснулся Цзян Чэн. – Что это за сад такой? Да я на них жалобу напишу. Они за детьми уследить средь бела дня не могут. – Нет, мы не через главные ворота вышли, – успокоил его Цзинь Лин. – Но вы вышли? – Мы вышли, – кивнул мальчик. – Просто в заборе есть место, где решетки погнуты. Там можно спокойно пролезть и оказаться вне территории. Обычно через эту дырку сбегают более старшие группы. А мы туда полезли, потому что до главных ворот было далеко идти, и… Я решил, что нас бы остановила либо воспитательница, либо охранник. – Господи, что за дети. А дальше что вы сделали? Цзинь Лин пожал плечами. – Да ничего не было. Мы просто вышли, постояли и не увидели никакой крысы. Цзинъи потыкал палкой в пакет, а потом мы вернулись обратно. – А за что же тебе тогда выговор влеплять надо? – не понял Вэй Усянь. – Цзинъи лез первым, его никто не заметил, а вот когда обратно залезал я, наша воспитательница решила, что это я не залезаю, а вылезаю. Она решила, что я собираюсь убежать и сразу же подбежала ко мне, оттаскивая за шкирку. Мальчик поморщился. – Она сильная… Яо покачал головой, расплываясь в улыбке. – Ну ты даешь, приятель. Надо было тебе попасться. – Я знаю, я не везучий. Всегда все на меня сваливается. – Цзинь Лин, надо быть как-то продуманнее. – Ты чему его учишь? – Все равно потом сам научиться, так хуже если я дам ему пару советов сейчас? – Яо, ты, блин- – Не ругайся при нем. – Папа похуже ругается, – признался Цзинь Лин. – Ой… а вы же папе не расскажите, что я его сдал? Мама не знает, что он при мне ругался, а он просил никому не говорить. Но я это случайно. Вэй Усянь расплылся в ухмылке. – Да что ты, Цзинь Лин. Мы – могила. – И маме тоже… Не говорите, что меня сегодня наказали, а то она расстроиться. Цзян Чэн погладил его по голове. – Цзинь Лин, на будущее… Больше общайся с Вэнь Юанем. Он спокойный, ты с ним хотя бы в передрягу не попадешь.

***

Думали они. Покуда буквально через пару месяцев на Цзинь Лина поступила жалоба от воспиталей. Как выяснилось, в этот раз они поспорили с Лань Цзинъи, что Цзинь Лин не умеет целоваться. А кто такой Цзинь Лин, чтобы проигрывать? Вот и получилось, что бедный Вэнь Юань стал его подопытным кроликом.