Сочини для меня любовь

— Всё равно уйду, — Маша стрельнула глазами в сторону, мутным взглядом попадая на довольного Зайца, — но, видимо, чуть позже. — Само собой. Шастун придвинулся ближе к девушке, слегка обнимая её за плечи. Мария посмотрела на комика и, вздохнув, откинулась на спинку кресла. Парень, не забывая оценивать шутки команд, всячески делал вид, что он очень увлечён блондинкой. — Не бегай за ним, — тихо сказал импровизатор, — я в StandUp Store появляюсь несколько раз в месяц и вижу, скольких барышень он тут обхаживает. — Я и не бегаю. Мы расстались.

***

Шастун, устало выдохнув, посмотрел на Макса, который неподалёку раздавал автографы. Кузнецова и Зинченко пропали с радаров ещё до окончания концерта, поэтому спектакль, разыгранный для бывшей девушки Антона, можно было заканчивать. Обернувшись, комик увидел лишь пустующее рядом кресло и телефон, забытый на красной обивке сидушки. Хмыкнув, Шаст взял в руки потёртый аппарат и длинными пальцами покрутил его вокруг собственной оси. — Антон! Андреевич… — управляющий StandUp Store осёкся, пытаясь понять, насколько зол комик, из-за того, что охрана пропустила фанатку в зону жюри. Шаст поднял глаза на мужчину средних лет, который нервно поправляя очки, заискивающе вглядывался в зелёные глаза импровизатора. — Я прошу прощения за случившееся, эта девушка сегодня устроилась к нам работать администратором по рекомендации моих знакомых. Я думал, что она адекватная, охрана и персонал уже с ней познакомились, поэтому даже не поняли, что у неё на уме. Антон склонил голову вправо, продолжая слушать оправдания управляющего. Прочитав на бейдже имя мужчины, Шаст жестом попросил собеседника замолчать. — Валерий, всё нормально. Лично у Вас проблем не будет. Пальцы Шастуна обожгла вибрация телефона, который он продолжал удерживать в руках. Он взглянул на заблокированный экран, на котором высветилось сообщение от Никиты.

«Маша, я, конечно, полагал, что ты дура, но чтобы настолько… Считай, что здесь ты точно уже не работаешь.»

— Маша, значит… — сам себе под нос пробубнил Шаст, кидая презрительный взгляд на бар, где парень в чёрном фартуке заигрывал с уставшей официанткой. — Антон, спешу Вас заверить, что эта девушка не будет здесь работать и в дальнейшем мы более ответственно подойдём к подбору персонала. — Нет, — Шастун встрепенулся и пристально посмотрел на Валерия, — Маша должна здесь работать, если она сама этого захочет. Мы с ней знакомы, не переживайте. Управляющий заметно выдохнул и, стараясь усмирить накативший стресс, направился вслед за импровизатором, который быстрым шагом покинул зону судейства. Антон подошёл к бару и, присев на стул, где часом ранее сидела Мария, натянуто улыбнулся Никите. — Минералки, пожалуйста. Бармен смерил взглядом комика и протянул ему бутылку воды с газом. — Хороша Маша… — невзначай сказал Антон, выуживая купюру из кармана. — Да не Ваша, — сухо ответил Никита, забирая деньги со стойки. Шаст ухмыльнулся и, встав со стула, обратился к управляющему, который, на всякий случай, продолжал с тыла охранять покой звезды. — А его вот можно и уволить, — громко сказал Антон и направился к чёрному выходу.

***

— Тоха, а ты видел лицо Кузнецовой? Заяц догнал Шастуна на парковке, когда последний открывал багажник своего авто. — Не видел. — сухо ответил Антон, залезая в салон, — Тебя подкинуть до дома? — Давай. — Макс взгромоздился на переднее сиденье и накинул на себя ремень безопасности. — Шаст, ты узнал, что надо было той крале? Импровизатор, вывернув со стоянки, мельком взглянул на минского коллегу и скривил губы в улыбке. — Решила что-то доказать бармену. — Никичу что ли? Шастун молчаливо махнул головой, не отвлекаясь от дороги. — А что ему доказывать? Он у нас каждый вечер с новой дамой уходит, но не все же после этого к тебе на шею вешаются, — констатировал Макс, выбирая радиостанцию с подходящей для настроения песней. — Она не все. Заяц тихо присвистнул, желая добавить едкое замечание, но разговор коллег прервала мелодия, доносившаяся из недр одежды Шастуна. Он похлопал себя по карманам и, выудив оттуда Машкин телефон, увидел входящий звонок от Никиты. Поймав на себе удивлённый взгляд Макса, Антон смахнул зелёный значок трубки на экране. — Да-да? — бодро ответил импровизатор. На том конце провода послышалось невнятное шуршание, которое явно повеселило Шаста. — Никитос, не молчи, ты чего стесняешься-то? — Антон, смеясь, продолжил беседу. — А Вы кто? Где Маша? — Ну так ты подумай хорошо, кто я... — вкрадчиво сказал Шастун, вызывая волну безмолвного смеха у минского коллеги. — Шастун... Машка с тобой что ли? — заверещал Никита, с трудом сдерживая накатившие эмоции. — Ну… — Шаст притормозил около нужного дома, но Заяц не спешил покидать авто, дожидаясь окончания разговора, — Когда присутствует желание, его сложно побороть. На другом конце провода послышался грозный рёв, сменившийся короткими гудками.

***

Антон Шастун хочет добавить Вас в друзья.

Девушка, проигнорировав уведомление, высветившееся на экране ноутбука, отошла к шкафу, который скрывал в себе массу одежды, вещей и, как оказалось, чужих секретов. Маша, собрав пожитки Никиты в дорожные сумки, выставила их на лестничную клетку. Вернувшись в спальню, она написала бывшему парню прощальное сообщение в социальной сети и заблокировала его профиль.

Антон Шастун хочет добавить Вас в друзья.

Мария стучала ноготками по клавиатуре, понимая, что, скорее всего, комик взял её контактные данные у управляющего, чтобы вернуть ей забытый телефон. Девушка не понимала, откуда столько благородства у звезды, но думать об этом ей было совсем некогда, ведь Маша потихоньку принимала суровую реальность, в которой ей срочно надо было искать новую работу… Колесниченко обновила страничку и увидела, что помимо заявки, появилось непрочитанное сообщение от Антона.

"Поговорим?"

Маша не знала, как объяснить импровизатору тот факт, что после окончания выступления команд, она не могла находиться ни минуты в клубе и, дождавшись, пока Шаст отвлечется на других, девушка моментально смешалась с толпой и покинула мероприятие. Но спустя пятнадцать минут интенсивной ходьбы по проспекту в сторону дома, Колесниченко поняла, что её телефон остался в StandUp Store, но возвращаться туда для неё было смерти подобно. Мария, с горестью осознав содеянное, шумно отхлебнула горячий чай и наконец-то напечатала ответ. "Прости, пожалуйста, что доставила столько неудобств. Этого больше не повторится."

"Надо встретиться и поговорить, но раз по телефону ты этого сделать не можешь, то скажи адрес, куда я могу завтра подъехать."

Колесниченко рвано выдохнула и прикусила нижнюю губу, она ясно чувствовала подвох, который крылся за сообщением Шастуна. "Я безработная теперь. Скажи во сколько и где, я сама подъеду." Девушка отправила ответ и, захлопнув крышку ноутбука, направилась в душ.

***

— Странный выбор места встречи, — тихо сказала Колесниченко, коснувшись кожаной куртки высокого парня, на чью голову был натянут темный капюшон толстовки. Антон повернулся и увидел перед собой Машу, но не такую, как вчера. Перед ним стояла девушка, чьи волосы были небрежно собраны в конский хвост, а заспанное личико обрамляла пара выпавших светлых прядок. Она лениво потирала румяные щеки, изредка зевая. — Зато здесь никого нет. — Ещё бы, время 7 утра субботы. Нормальные люди ещё спят, — Маша обняла себя за плечи, ёжась от колючего ветра. — А я ещё не ложился, — Антон закурил и протянул пачку сигарет Колесниченко. Девушка отрицательно помахала головой и посмотрела снизу вверх под капюшон парня. — Антон, я прошу прощения ещё раз за случившееся. — Да, ты права, — Шастун выдохнул дым, глядя на хмурое апрельское небо, — извиниться есть за что. Мария повела бровью, но решила промолчать. — Целуешься ты крайне херово. — констатировал комик, наблюдая за реакцией Маши. — Ну у меня нет такого богатого опыта, как у тебя. — Почему все думают, что я бабник? — слегка прикрикнул Шаст, не понимая, почему всё сводится к одной единственной теме. Слова Антона эхом разлетелись по пустынной аллее, заставляя девушку слегка вздрогнуть. — Не ори на меня, — попросила Маша, не сводя глаз с импровизатора. — Если бы я мог не орать, я бы не орал, — нервно сказал Антон и выкинул окурок. — Меня подзаебала эта тема. В конце концов, не я же на тебя набросился, а ты на меня. — Слушай, — Мария инстинктивно коснулась прохладной руки комика, — я извиняюсь сейчас, но в последний раз. Отдай, пожалуйста, мой телефон и я пойду. Шаст выудил из кармана старенький гаджет и, не глядя на блондинку, протянул его ей. Антон почему-то старался не смотреть на новую знакомую, поэтому, отвернувшись, рассматривал, как дворник лениво подметал дорожки в сквере на ВДНХ. Нежные девичьи пальцы скользнули по сухой ладони комика, оставив на ней ненавязчивое прикосновение. Спустя несколько секунд, Шастун всё же повернулся, чтобы задать Маше пару вопросов, но девушки уже и след простыл. — Да ёбтвою… — прошипел парень, видя, как синяя куртка скрывается за углом какой-то постройки. Шастун, измеряя аллею семимильными шагами, быстро догнал Колесниченко, которая, углубившись в просмотр входящих сообщений, слегка сбавила скорость. Антон быстро купил два стаканчика кофе и нагнал блондинку уже у выхода с выставки. — Возьми, а-то ты цветом, как твоя куртка. Маша вздрогнула и повернулась на источник шума. — Господи! — Всего лишь я, но можешь называть меня и Господом Богом. Пошли. — довольно ответил импровизатор, вкладывая стаканчик в руку Марии. — Куда? — Подвезу, куда тебе надо. — Не нужно, я на метро. Шаст схватил девушку за руку и потянул в сторону парковки. Маша попыталась выкрутить ладонь из крепких окольцованных оков, но это было бесполезно. — Почему когда я прошу тебя не дёргаться, ты делаешь наоборот? — сквозь зубы процедил Антон, глядя в синие очи напротив. — Потому что я не хочу иметь с тобой ничего общего. Ни с тобой, ни с такими, как ты. Взгляд Шастуна смягчился, но по зелёным волнам его глаз начала раскачиваться лодка под названием «Непонимание». — С какими «такими»? — С популярными. Шаст мягко подтолкнул девушку вперёд, оглядываясь по сторонам. Улицы медленно наполнялись прохожими, которые обращали внимание на спорящую парочку. — Я вызвался подвести тебя только из-за своего благополучия. Мне не надо, чтобы ты сейчас зашла в метро и тут же попала под прицел камер фанатов, которые исподтишка бы тебя сфоткали и выложили в группы, задаваясь вопросом, кто же ты, блядь, такая. Сядь в машину, там поговорим. Мария, выслушав импровизатора, слегка потупила взгляд и тяжело вздохнула. Вырвав запястье из руки Антона, девушка сделала три шага вперёд. — Куда идти? — Туда, — Шаст махнул головой в сторону чёрного Фольксваген Терамонт. — Кто бы сомневался, — шепнула Маша, тем самым вызывая улыбку на лице парня. Согревшись в авто, девушка слегка расползлась по креслу, медленно попивая остывающий кофе. — Почему? — выключив подогрев, спросил Шастун, не глядя на пассажирку. — Что почему? — Почему ты избегаешь популярных парней? Многие переезжают в Москву именно за этим. Мария напряглась и, сжав пальцы вокруг картонного стаканчика, горько вздохнула. — Я под популярностью не имела ввиду узнаваемость, потому что ты мелькаешь в телеке или на ютубе. Антон остановился на светофоре и с интересом посмотрел в сторону Колесниченко. — Есть категория парней и девчонок, по которым по неизвестной причине сходит с ума противоположный пол. — Маша отвернулась к окну, слегка проводя кончиками пальцев по запотевшему стеклу, — Я встречалась с Никитой два года и всё это время он мне изменял. Я была влюблённой дурой, а когда сняла розовые очки, то было уже поздно. Он понял, что со мной такие вещи проходят в лёгкую. А я верила каждому его слову и оправданию. Вчера была последняя точка кипения — мы расстались. — Тогда зачем ты хотела ему что-то доказать? — тихо спросил Шастун, вновь переключаясь на дорогу. — Он сказал, что я никому не буду нужна. Никита часто говорил, когда злился, что меня никто не полюбит, кроме него. Даже не посмотрит в мою сторону… Шаст оглядел Машу с головы до ног, ему внезапно захотелось обнять девушку и вложить в её светлую голову, что Никита специально говорил ей подобные вещи, чтобы она никуда от него не делась. — Думаю, что больше твой бармен так про тебя не думает. Мария вопросительно посмотрела на комика, ища ответ на его загадочном лице. — Я вчера поговорил с ним, — Антон замялся, пытаясь скрыть улыбку, — Он писал всякую херню, потом звонил тебе. У меня нервы не железные, я ответил. — Что ты ему сказал? — шёпотом спросила Маша, часто моргая и не сводя глаз с импровизатора. — Никита сам всё сказал. Он судит о тебе в меру своей испорченности. Колесниченко сглотнула ком, образовавшийся у неё в горле, она не могла поверить, что всё происходящее случилось именно с ней. — Ты хочешь к нему вернуться? — спросил Шаст, заезжая в Машкин двор. — Даже если бы хотела, уже точно не вернусь. Блондинка смотрела, как из подъезда, около которого только что припарковался Шастун, вышел Никита в обнимку с тремя дорожными сумками. Антон, увидев бывшего парня своей пассажирки, посмотрел на неё лисьим взглядом. — Прошу тебя, не дёргайся. Шаст, не дав Маше времени, чтобы понять, что он собирался сделать, припечатал девушку к сиденью внезапным поцелуем. Но только на этот раз спектакль был разыгран лишь для одного зрителя, который, вновь не поверив своим глазам, быстро удалился. Антон, отпрянув от мягких губ Марии, которые хранили на себе терпкий привкус кофе, заглянул в шокированные глаза блондинки. — Он ушёл. Я избавил тебя от лишних сцен, где бы этот долбоёб убеждал тебя, что только ты виновата в вашем расставании. Мария, быстро собрав мысли в кучу, пулей вылетела из машины, быстро направляясь к подъезду. Шастун опустил стекло и окликнул девушку по имени, но она, проигнорировав комика, начала судорожно искать ключи в сумочке. — Колесниченко! Маша, не хотя, повернулась на уже знакомый голос импровизатора и одарила его тяжёлым взглядом. — Если ты начнёшь отвечать, когда тебя целуют, то будет в разы приятнее. Блондинка закатила глаза и скрылась за дверью, отделяющей её от мужчины, которого она сама насильно втянула в свою жизнь.