Да что вы ко мне пристали!?

По широкой ветвистой тропе шли двое - высокий парень, что одним лишь своим видом мог сравниться с тёплым пламенем костра или дневным светилом. Ренгоку, как обычно после миссии шёл размеренным шагом и рассказывал обо всём на свете, озоряя ночную тропу лучезарной улыбкой. Рядом с ним шёл парнишка четырнадцати лет. Его длинные волосы вуалью струились по широкой смене, укутанной в чёрную ткань рубашки. Мальчишка шёл и отрешённым взглядом смотрел на огромный диск луны, так напоминающий его названную сестру. P.O.V. Муичиро: Как там Нээ-сан? Хочу её поскорее увидеть... Рядом со мной идёт какой-то парень... Не помню как его зовут, но он немного раздражает своей болтовнёй... С Нээ-сан намного спокойнее, можно постоять, помолчать, помечтать... Её голос такой спокойный, его приятно слушать... Не люблю громкие звуки, не люблю громких людей... От таких хочется держаться подальше... — Муичиро-кун! — громкий оклик выдернул меня из пучины моих размышлений... Это был этот громкий парень, шедший со мной рядом... Это он меня зовёт? — Что-то не так? — мой голос по сравнению с его голосом слишком тихий, возможно он меня даже не услышал во все. — А как ты познакомился и Томиокой-сан? — громкий... Он слишком громкий... Зачем ему знать о моей первой встрече с Нээ-сан? — Зачем тебе эта информация? — так же спокойно и меланхолично спросил я. — Мне просто интересно, как вы познакомились! — улыбнулся этот ходячий смайлик. Отчего улыбки у меня заболели глаза, слишком она лучезарная... Я отвернул голову, что бы протереть заслезившиеся глаза. И со вздохом принялся рассказывать историю, которую никогда не смогу забыть... *Flashback*: В тот день светило солнце и как обычно, разогревали всю мёрзлую землю своими лучами... Это была середина декабря и снег уже лежал тонким слоем и сверкал солнечными зайчиками, слепя глаза. В тот день я направлялся на миссию в глухую деревушку... Что я там делал, я не помню... О вот ночь, которая опустилась в ту пору, я помню отлично... Небо затянули бело-серые тучи, которые в темени ночи казались грозовыми чёрными... Луна еле находила прощёлки, что бы дать хоть капельку освещения этой бренной земле, света звёзд вообще было не видать... Тишина была оглушительная, я даже слышал в ушах размеренный стук моего сердца, а хруст под ногами казался слишком громким. Я не помню в какой момент я наткнулся на демона и как у нас завязалась битва, но в ту ночь меня сильно ранили... Демон уже готовился меня сожрать и я уже смерился со своей участью стать закуской людоеду... В глазах начало мутнеть, в ушах раздался тягучий и противный звон... И словно сквозь толщу воды, я услышал свист разрезанного клинком воздуха... Дальше почувствовал, что моё тело резко отпустили и я начал падать... Дальше всё, как в тумане, помню всё обрывками... Как меня подхватили чьи-то руки, как меня несли, как положили на мягкую поверхность футона... На утро я проснулся довольно рано, солнце только начало вставать. В глазах было мутно и мне пришлось довольно долго смотреть в одну точку, чтобы зрение стало чётче. Как только зрение сфокусировалось, я начал осматривать помещение, в которое меня принёс неизвестный. Это была деревянная комнатка с минимумом вещей в ней. На против футона стояла маленькая тумбочка, в правом углу комнаты стояло сёдзи, возле которого стоял маленький шкафчик. Над тумбочкой висели две маски в форме лисов белого цвета: одна была с толстыми красными плетёными нитями-ремешками, свисающими по бокам, носик чёрный, а уголочки рта опущены вниз, мордочка маски выражало безразличие, внутренняя часть ушек была персикового цвета, на правой щеке рисунок напоминающий шрам, прорези глаз широко раскрыты. Вторая маска выглядела иначе: по бокам свисали тонкие ниточки-ремешки, носик маски розовый, а уголки рта приподняты вверх, словно в хитрой ухмылке, что собственно и выражало мордочка маски, внутренняя часть ушек окрашена в жёлтый цвет, на правой щеке рисунок голубых цветов с жёлтой сердцевиной, прорези глаз узко прищурены с хитрицой. Мне парой казалось, что эти маски следили за каждым моим движением. Так бы я и сидел смотря в отверстия этих масок, пытаясь в них что-то рассмотреть, пока не услышал звук раздвигающихся сёдзи. Повернув голову в сторону источника звука, я увидел Столпа воды с небольшим свёртком в руках. Её глаза устремились на меня и мне показалось, что они смотрели на меня с теплотой и нежностью. Ничего не сказав она подошла ко мне и присев рядом, развернула свёрток, в котором лежали палочки данго. Она взяла одну палочку и поднесла её к моему рту. Я в непонимании посмотрел на неё, а потом попытался взять палочку в руки, так как ощутил голод, но как только я попытался пошевелить рукой, то почувствовал жгучую боль. Когда Нээ-сан заметила моё скривившееся от боли лицо, сразу подошла к шкафчику, над которым висели те маски и достала от туда бинт и какую-то баночку. Подойдя ко мне она бережно размотала старые бинты и я увидел многочисленные свои руки покрытые многочисленными шрамами и порезами. Открыв маленькую крышечку, мне в нос сразу ударил запах травяных примесей. Набрав на пальцы немного этой пахучей смеси, она бережно начала наносить её на мои ранения, было немного больно, но терпимо, а после взяв в свои руки чистые бинты она начала бережно наматывать их на мои ранения. Когда она закончила свою крапотливую работу, Нээ-сан опять взяла в руки отложенную палочку данго и начала кормить меня. Я не сопротивлялся, ведь руками не мог двигать из-за резкой боли при движении ими. *End Flashback* Вот поэтому я не могу забыть ни её, ни её доброты. И мне очень неприятно слышать, когда её оскарбляют за её спиной, да и в лицо тоже. Поэтому я и предупредил тебя держаться от неё подальше, боюсь, что окажешься таким же... *End P.O.V: Муичиро*