контроль боли

Елизавета Андрющенко, 16 лет. Она поднимается рано утром, идёт в ванную, на автомате смотрит в зеркало и осматривает себя. И правда, как труп. Так ей всегда говорила мама, потому что Лиза всегда отмалчивалась, пряталась, не приводила домой подружек и не участвовала в какой-либо деятельности. Мать Лизы всегда протяжно вздыхала и просто умоляла свою дочь стать такой же, как остальные дети. Женщина хотела увидеть хоть раз улыбку своего ребёнка, но это казалось невозможным с тех пор, как единственный мужчина в семье, Лизин отец и муж Аллы, попал в аварию. Нетрезвым сел за руль, Алла не была удивлена, словно знала, что именно такой исход и ждёт этого пьяницу, но уж очень она переживала за свою Лизоньку. Лизе было 12 лет, когда в её голове воцарилась тишина. Она никогда не плакала, сдерживалась по максимуму. Она боялась, что если будет плакать, то её мама станет винить себя ещё больше. Алла злоупотребляла опекой, всегда хотела знать чем занимается её дочь, с кем гуляет, имеет ли плохие привычки. Иногда женщина даже мечтала о том, чтобы её Лиза пила и курила в плохих компаниях. Тогда Алла хотя бы знала что происходит с её ребёнком и как с этим справляться. В 15 лет Лиза стала где-то пропадать, возвращалась поздно ночью, отмалчивалась. Как ни странно, от неё никогда не было запаха сигарет или алкоголя, да и компании она не любит. Это пугало мать ещё больше, потому что она и понятия не имела где пропадает её дочь. Однажды Лиза вернулась домой с татуировкой на шее. Надпись "индиго" говорила о том, что она особенная, не такая как все и наделена особым интеллектом. Наверное поэтому Лиза повзрослела раньше, чем стоило бы. Она и правда индиго. Лиза стояла сейчас перед зеркалом, осматривала свои мешки под глазами, растрёпанные волосы и надпись "индиго". Её мать умерла от сердечного приступа. Никто не знает что случилось, ведь проблем с сердцем у Аллы не было никогда, но в ту ночь Лизы тоже не было дома, она ночевала на кладбище. Летом тепло, а атмосфера кладбища её успокаивала, памятники, посвящённые людям, о которых люди давно забыли, цветы настоящие и искусственные, которые гнили в любом случае хотя бы от сырости. Среди этого всего, Андрющенко чувствовала себя на своём месте, её дом там. Лиза с 15-ти лет подрабатывает уборщиком кладбища, протирает пыль с памятников, разгребает листья и собирает конфеты, которые приносят люди к могилкам. Ей немного стыдно за то, что она их так объедает, поэтому парочку конфет она все таки оставляет на месте, а остальные ест с чаем в будке охранника. Охранник дядя Саша сам предложил девочке работать на кладбище, она слишком часто там появлялась, грустная очень, даже настроение портила, будто не хватало ему чуть ли не ежедневных похорон, на которых проливалась тонна слез. Дядя Саша сначала пытался прогнать Лизу, но она все равно приходила под предлогом, что она кого-то навестить, но как выяснилось потом, никто из её родственников не был похоронен на том кладбище. В итоге он позвал её помощницей, она даже иногда оставалась в ночную смену, чтобы приглядывать за кладбищем, надо же было Дяде Саше хоть иногда появляться дома. В день смерти Аллы, Лиза была на ночной смене. Всё закружилось, завертелось в бешенном темпе. Был поставлен вопрос о том, с кем теперь будет жить Елизавета Андрющенко. Было принято решение отправить её к дяде в Новосибирск. Лизу не особо волновало с кем теперь ей жить, она пожирала себя несносным чувством вины за то, что никогда не открывалась своей маме, и что даже в злополучную ночь, Лиза не была дома, рядом с мамой. Дядя позаботился о том, чтобы Лиза пошла в местную школу, в 11 класс. Он её кормил, одевал, пропадал на работе, а в выходные напивался как в последний раз. Андрющенко всегда укладывала его спать, слава богу, он не сильно буянил, и уходила гулять. Правда и гулять-то толком было негде. Серые пятиэтажки, пара детских старых площадок, которым давно требуется ремонт, ну и несколько сетевых магазинов по типу "магнит", "дикси" и т.д Несмотря на монотонные, полностью одинаковые здания, район был большой, а все эти дома, словно складывались в лабиринт. 31-ого августа, когда она вышла вновь прогуляться, она заблудилась в этих домах. Она и номера дома не помнила, знала только, что перед её подъездом совсем старая площадка с качелями, чей скрип раздаётся от малейшего ветра и будит ближайшие дома. Было уже поздно, время перевалило за полночь, и Лизе ничего не оставалось кроме как, просто блуждать среди домов. Проходя мимо ещё одну пятиэтажку, она наткнулась на какую-то высокую девушку со светлыми волосами, туго завязанными в пучок, она была похожа на ровесницу. Девушка тоже заметила Лизу и не постеснялась подойти. — Ты чего так поздно гуляешь, у нас район не безопасный, или может, у тебя заточка завалялась в кармане, — Девушка усмехнулась, оглядывая своими почти чёрными глазами Лизу, её взгляд остановился на надписи "индиго", — Или может ты сама зечка? — Что? – Лиза явно удивилась такой прямолинейности. Хоть вопрос был и не вежлив, но почему-то её это не задело, девушка явно умела располагать к себе. — Да ладно, я шучу, Индиго, — Белобрысая подмигнула и потрепала Лизу по чёрным волосам. — Так чего ты тут забыла в такой поздний час? Да и не видела я тебя раньше, я тут весь район в лицо знаю. — Я недавно сюда переехала, у дяди живу, – она немного замялась, вспомнила по какой причине она теперь живёт с дядей. — в общем, вышла прогуляться и заблудилась. А ты чего так поздно? — Да я в аптеку круглосуточную вышла, заболела блять, – Девушка снова усмехнулась и взяла Лизу под руку, куда-то повела. — В общем, я Кира, сегодня я твой сопровождающий. Только в аптеку со мной сгоняй, скучно одной идти, а потом я тебя до дома провожу, ты пока рассказывай о себе, чё да как. Лиза кивнула, пошла с ней. Она вообще не была уверена, стоит ли ей идти за этой Кирой, но выхода другого не оставалось, видимо район и правда не безопасный. Так они шли, Лиза рассказала о себе базовую информацию. Имя, возраст, даже знак зодиака, а потом невзначай заикнулась о том, что переводится в их местную школу. — О, так мы с тобой в одной школе учиться будем, может даже в одном классе, Кисуль! – она заулыбалась и принялась рассказывать о том, как у них в школе весело, а в классе у неё есть девочка Кристина, с которой они дружат с пелёнок. Обещала их подружить, сказала, что будут втроём горы сворачивать. Лиза никогда так близко с кем-то не общалась, пускай она немного и была напряжена, но Кира явно не казалась плохим вариантом для общения. После аптеки, Лиза кратко описала, что находится рядом с её домом и просто молилась, чтобы Кира не оказалась балаболкой и правда привела её домой. — О, так ты из 35-ого дома? Это рядом с домом моей подруги, Кристины, она в 36-ом живёт, а я в 46-ом. – Кира по пути до дома ещё много о чем говорила, но Лиза уже не могла сосредоточиться, так как её ужасно клонило в сон. Когда они наконец подошли к её подъезду, Лиза оживилась, поблагодарила новую подругу и даже попросила номер, но та отказалась. — Зачем тебе мой номер, кисуль? В школе пересечемся, да и дом ты мой знаешь. Я правда первую неделю в школу не похожу, заболела я сильно, но потом мы с тобой воссоединимся! Лизе ничего не оставалось, кроме как кивнуть и потопать на пятый этаж, на котором она жила. Дядя ещё не пришёл домой, поэтому Лиза по быстрому соорудила ужин в виде омлета, и даже не поев, отправилась спать. Она переживала из-за новой школы, но сам факт, что она уже нашла с кем-то общий язык, её обнадёживал. Кто же блять знал, что Кристина такая сука? Сидя за партой со Сверчковой, она выискивала Кристину глазами, но понятия не имела как она должна выглядеть, чёткого описания Кира ей не дала. Когда наконец Лизу кто-то подозвал сзади, она обратила внимание на девушку с длинными светло-русыми волосами и холодным взглядом. — Я Крис, тебе стоит со мной поладить. Боже, как это было нагло. Лиза может и была асоциальна, но она не была тряпкой и отношения такого к себе терпеть не собиралась. Никто не начинает знакомство с таких слов. — Почему? — Что? — Почему мне стоит с тобой поладить? — Потому что я тебя по стенке размажу. — Ага, – У Лизы появилось ощущение, будто её жёстко обманули, ведь в рассказах Киры, Кристина – самый весёлый, добрый, энергичный человек. Кажется всё было с точностью наоборот и Лиза пообещала себе, что с такой особой она ладить точно не будет. — Лучше не водись с ней, – осторожно прошептала девушка рядом, её кажется звали Идея, слегка странное имя. Она шептала очень тихо, видимо боялась, что Захарова её может услышать. — она тут главная любительница людей бить направо и налево, заводится с пол-оборота, в общем побереги здоровье, Лиз. — Я поняла, спасибо. – Идея не особо внушала доверие, слишком разфуфыренная она была, но кажется, к Лизе она отнеслась положительно, поэтому общаться с ней можно. А вот существование Кристины в этом классе, явно напрягало Андрющенко, ещё больше напрягало то, что такой человек являлся лучше подругой Киры. Можно ли поставить на место такую самоуверенную особу? Индиго сможет.