Вирус

      Внешний вид Стаса ничуть не обнадёживал. Тяжёлое дыхание, довольно-таки бледный вид, лопнувшие сосуды в одном глазу, но вены чернели только под рваной штаниной у лодыжки. Правую руку он сам приковал к батарее, чтобы не напасть и не последовать за Дариной, когда всё началось. Борясь с вирусом внутри, Шеминов рассказал, что началось всё с девушки, кинувшейся на него у офиса. Они упали, и Стас не успел отдёрнуть ногу, девушка вцепилась в неё зубами. Особого значения этому он не придал, посчитав её сумасшедшей — и такие встречались. Да и прокусила кожу она не сильно.       Изменения Стас почувствовал ночью, когда стала подниматься температура и непонятно откуда нарастали тревога и злость. Он оставил Дарину и Демида спать, а сам пошёл выпить чай на кухню и немного отвлечься на телевизор. Попутно позвонил им. А, когда из носа пошла кровь, в новостях увидел, что в Оскол что-то пошло не так и все, кто там оставался, оказались буквально за несколько часов заражены непонятным вирусом.       Дальше всё буквально завертелось. Становилось всё хуже, Стас попытался сбить температуру. Разбудил Дарину и, когда она вошла в кухню, агрессия взяла верх. Он едва не навредил ей. Сказал ей уходить, уехать к маме вместе с Демидом. Приковал себя, чтобы не броситься на неё снова. А потом над домом пролетали истребители, вероятно, хотели снести частный сектор, но зацепило немного. Парни слушали со сложными лицами. Арс сел ближе всех, на кровать, Антон в кресло,       Серёжа остался в дверях. Когда Стас замолчал, импровизаторы ещё с минуту задумчиво посидели, переглянулись.       — В Москва-Сити все превратились в какую-то чепушню всего за ночь, — заметил Арс. — А ты ещё в сознании держишься.       — Не скажу, что мне от этого легче, — с хрипом, тяжело дыша, выдавил подобие улыбки Стас.       — А это… нельзя остановить? — всматриваясь в лицо Стаса, поинтересовался Шастун. — Ну, может, лекарство какое есть?       — Не думаю, что когда есть лекарство, власти пытаются разрушить город, — заметил Арс.       — А что, мы его прям так оставим? — даже немного с нажимом отозвался Антон, уставившись Арсению прямо в глаза.       Попов промолчал. Серёжа тоже не спешил рисковать ни своей жизнью, ни жизнями оставшихся друзей, но и Антон был прав. Если был хотя бы шанс, оставлять Стаса было бы не очень хорошо.       — Рот ему завяжем и в багажник кинем, — предложил Матвиенко. — Не удобно, зато безопасно.       — А дальше что? — поинтересовался Арс.       Серёжа пожал плечами.       — Всё в порядке, ребят, — вмешался Стас. — Сами уезжайте.       — Ты сам-то бы уехал? — почти перебил его Антон. Снова посмотрел на Арсения, ища в нём поддержки или предложений. — Арс?       Попов бросил взгляд на Антона, чуть вздохнул, перевёл глаза на Стаса и осторожно, едва касаясь, приподнял штанину, чтобы взглянуть на укус. Стас поморщился и не от боли.       — Ну вирус распространяется по телу медленнее, чем у других, — убрал руку Арс и чуть отсел. — Не знаю, как это поможет, но можем заехать в Оскол, вдруг там найдётся что-то… противовирусное.       — Нас ещё Димка ждёт, не забывайте, — напомнил Серёжа. — А во всём городе пробка, не уверен, что везде можно найти объезд.       — У нас не сильно большой выбор, — сказал Арс. — Согласись, что никто из нас его здесь не бросит.       Серёже даже соглашаться не нужно было, но вопрос безопасности собственной и обоих «Шастунов» всё-таки был в приоритете. Решение нашлось быстро. Как только Стас сказал, что продлевал микроавтобус для их гастролей и его ещё не успели отогнать в родное место. Как раз сейчас он стоял на заднем дворе. А в сарае можно было найти рабицу и фанеру, чтобы огородить заднюю часть автобуса и обезопасить парней.       Несмотря на то, что Москва-Сити утратил свой презентабельный вид и выглядел сейчас, как разбитый пазл, среди обломков всё равно шатались несколько заражённых. Не спеша, но уже чувствуя приближение ночи.       Здание «Федерация» в большинстве своём устояло, но теперь проветривалось больше благодаря сквозным отверстиям, нежели кондиционерам. Ночной воздух уже обволакивал здание и пробирался внутрь. Один из обломков на лестнице, которая изначально задумывалась архитектором, как внутренняя, чуть двинулся. Полежал и сдвинулся ещё. Из-под бетона вынырнула окровавленная, испещрённая узором вен рука, упёрлась в обломок, надавила и скинула обломок с владельца. Тело шевельнулось, переворачиваясь. Приподнялось на руках. В полумраке заражённый приподнял голову и светящиеся глаза. Он ещё помнил. Помнил высокого парня со светлыми кудрями, запах которого нестерпимо манил и требовал вонзить зубы в плоть.       Москва не опустела. К ночи улицы всё больше заполнялись, но не обычными людьми. Серёжа в напряжении следил за каждым. Пока заражённые медленно передвигались и путались в направлениях и таких же, как они. Но чем темнее становилось, тем больше их вылезало наружу и тем активнее они передвигались.       Матвиенко выдерживал скорость, чтобы не пропустить повороты между дворами, где ещё не было забито машинами, и чтобы заражённые не могли догнать, а он их случайно задавить. Живые они или уже нет, никто из парней так толком и не понимал, но даже если нет, шутить о лежачих «неполицейских» не хотелось. Включенные фары отпугивали дополнительно.       Свою машину Серёжа отогнал на задний двор Стаса, накрыл брезентом и долго с ней прощался, надеясь, что властям больше не придёт в голову бомбить Москву. Обещал вернуться и забрать. В конце концов, каких карантинов они только не переживали. И фильмов ужасов тоже. В микроавтобусе Стаса надёжно отгородили. Вроде как всем было терпимо. Включая Арса, который привык путешествовать, растянувшись на заднем диване, а не съёжившись впереди рядом с Антоном.       Оскол-Корп замаячил впереди, когда почти стемнело, и даже приветственно поблёскивал аварийными огнями. Но перед шлагбаумом беспорядочно сгруппировались даже не десяток машин. На пропускном Серёжа заметил полностью экипированных военных с оружием наперевес, а перед проходной — суетливую толпу людей, судя по движениям и спокойствию военных, не заражённых.       — Что-то не то, — всё равно озвучил свои мысли Матвиенко. Вполголоса, будто его могли услышать.       Арс перебрался поближе к водительскому месту и всмотрелся в темноту. Антон со своего места не сдвинулся.       — Вежливо попросить не получится? — наполовину уточнил, наполовину согласился Арс.       — Похоже, туда вообще попасть не получится, — уверил его Серёжа.       Арс сощурился, устремив всё своё внимание на проходную и заодно придумывая, как можно военных обойти. Показалось, что в толпе что-то изменилось. Люди засуетились сильнее. Один из военных будто схватил кого-то за локоть. Донеслись неразборчивые выкрики.       — Че там, Арс, — наклонился к Попову Антон.       И в этот момент ослепило вспышкой, а в ушах застрял выстрел. Арсений резко развернулся к Антону и обхватил его голову, крепко прижав к груди, но уже чувствуя, как по всему телу Шастуна побежал озноб. Толпу разрезали визги.       — Бля-ать… — осевшим голосом протянул Серёжа.       — Тихо, тихо, — Антон ощущал, как руки Арса поглаживают волосы и слышал его мягкий голос, а Арс чувствовал, как Шастун дрожит всем телом. — Ну чего ты? Дети какие-то хлопушки кидают, ты такие сто раз видел.       Ложь была слишком очевидная, но всё равно немного успокаивала. А, может, Антон хотел в это поверить. Арс несколько раз ободряюще чмокнул шастуновский висок. Антон не издал не звука, но руками оплёл талию Попова так, что Арс понял: ложь уже не поможет, Шастун видел, как убили человека, девушку. Видел, как разбегаются люди. Слышал, как они в ужасе кричат.       — Парни, — позвал Стас с заднего сидения.       Если и хотел что-то сказать, то не успел. В следующий момент в микроавтобус с силой что-то врезалось, пошатнув широкой амплитудой. С криками людей смешался рёв бешеных. А следующая автоматная очередь уже пришлась по микроавтобусу.