Судьбы

      Мой лёгкий компромисс – умирать на бис...

      Последние алые всполохи у линии горизонта тускнеют. Париж медленно погружается в вязкую тьму. Леди Баг, беспечно свесив ноги вниз, располагается на крыше и вглядывается в тающий среди пышных облаков шпиль Эйфелевой башни. Надо бы дать верной Тикки отдохнуть, а самой поспешить домой, пока родители не развели панику. Мама, того и гляди, начнёт звонить Алье или, ещё хуже, по больницам. Но здесь, на вершине мира, думается легче, чем в родных стенах.       Можно откинуться назад и, лёжа на спине, разглядывать бескрайнее небо, провожать взглядом клочки облаков, видеть, как в густой синеве зарождаются и разгораются звёзды. А ещё лелеять надежду, что рядом в любую минуту приземлится Кот Нуар. Вытянет ноги, тряхнёт растрепавшимися волосами, подмигнёт пронзительно-зелёным глазом, положит на плечо когтистую лапу... Но его не было...       Смириться с первой в жизни действительно серьёзной неудачей оказалось непросто. Девушке думалось, что она вполне себе счастлива. А на что жаловаться? Родители не станут лезть в душу, но поддержат во всех начинаниях. Подруга пойдёт на врага хоть с камнем чудес, хоть с кастрюлей на голове. Друг одним касанием ладони заберёт себе все плохие мысли и вселит уверенность. Одноклассники в лепёшку расшибутся, но устроят тебе лучшее свидание в мире. Даже дельфина раздобудут, если очень нужно.       Но заслужила ли она такое счастье? Что сделала Леди Баг? Отдала камни чудес врагу. Не сберегла команду. Не оправдала надежд миллионов человек. И как теперь смотреть им всем в глаза?       Нет, это у Маринетт вечно всё из рук валилось! Леди Баг не такая! Она смелая, отважная, схватывает на лету и не останавливается перед трудностями. И её любил Кот Нуар. Преданно, безоговорочно, едва не слепо. О чём ещё мечтать?       Решение проблем, казалось бы, на поверхности. Маринетт отдельно, чудеса отдельно. Предельно ясно, но осуществимо ли? Она пыталась, но кто сказал, что жизнь не подкинет новых сюрпризов? Почему напарник вдруг заговорил о чувствах к другой? Почему он так настойчиво напоминает об их дружбе? Почему все его знаки внимания вдруг исчезли? Что это? Возмездие за непринятую вовремя любовь? Намёк, что она его недостойна? Знак свыше? Может, ей суждено вообще всю жизнь провести в унылом одиночестве...       И вроде всё идёт своим чередом. Злодеи, акумы, бег по крышам, спасение Парижа, улыбка Кота... Вот только Монарх теперь сражается с ними их же оружием. Да уж, лучший Хранитель в истории. Потерять всё... Так может, и Нуар разлюбил её из-за этой чудовищной ошибки?       Воздуха мало, невесомый прежде костюм давит на тело, маска будто врастает в тонкую фарфоровую кожу, йо-йо жжёт ладонь... Не будет больше никакой Маринетт. Это она со своей безответной влюблённостью всё испортила! Глупая, глупая наивная девчонка! Хватит этих страданий! Вот только...       Всё перевернулось вверх дном. Кот больше не таскает розы, не зажигает свечи на крыше, не пытается коснуться её плеча хотя бы кончиками пальцев. Теперь он с горящими глазами рассказывает о какой-то другой, незнакомой (хотя как знать) девчонке. Теперь он резво убегает сразу после очередной победы. Леди Баг остаётся лишь лгать, что она тоже счастлива, и провожать его взглядом, не смея показывать слёз. И лишь когда чёрная фигура уменьшается до размеров точки, она позволяет себе разрыдаться от душащей боли, от сожаления, что не поняла своих чувств раньше, от едкой ненависти к себе.       Стемнело. Фонари льют неверный свет на тротуары. Ласковый ветер покрывает Сену мелкой рябью. Гуляют парочки, смеются шумные компании, и лишь ей, героине Парижа, уготовано одиночество. Долгое, как зимняя ночь. Липкое, как паутина.       – Эй, Леди, чего раскисла? – Кот Нуар с очаровательной улыбкой опирается на шест и, чуть склонив голову, внимательно смотрит на подругу.       – Да так... – смахивает она слёзы, бегущие прямо по маске. – Перебираю в памяти все свои неудачи.       – Ну что ты! – Кот садится рядом и обнимает напарницу за плечи.

      Нам не привыкать падать и вставать, строить и рушить.

      Строить и рушить. Создание и разрушение. Словно инь и ян. Неразделимы. Бессмысленны друг без друга.       Леди Баг тянется к напарнику, прислоняется к его плечу, щёлкает пальцем по бубенчику на шее, улыбается. Она знает, что он поднимет её с колен. Он знает, что не имеет права оставить её наедине с бедами.

Ты больше не одна. Мы уйдём со дна.

Были бы силы...