Надо было сразу меня убить

«Стоя на коленях, ты так искренне шептал Но Бога нет в твоих ладонях, я не видел его там Жизнь — дурное послевкусие ахуительного сна Мы поняли, что не летим, когда разбились об асфальт»

Она чувствует нутром, что сегодня всё изменится. Сегодня её жизнь обретёт новый смысл, который позволит сдвинуться с мёртвой точки. Приближение чего-то неимоверно желаемого разжигало пламя в самой грудной клетке, а руки, руки так и чесались в томящем ожидании. С каждым из них что-то не так. Пучина убийств и ненависти захлестнула разум, так и шепча «убей». Они не виноваты. Они не выбирали такой жизни. Каждый прошёл через что-то, что заставило с головой погрузиться во тьму незаконного бизнеса. А она, она намерена положить конец этому безрассудству. Прийти словно лекарь в белом халате и проработать каждого, кто утонул в этом дерьме. Но вот, кто бы помог ей.

***

Группа оказалась мелкой, всего пятеро человек. Глава – гладко выбритый мужчина на вид чуть старше Атсуши. Голову от брови и до затылка рассекает бордовый шрам, словно лезвием болгарки провели по коже. Это, пожалуй, его главная отличительная черта. Всю абсурдность его вида добавляет толстая сигара, которую он не выпускает изо рта. Его дама сердца – миловидная блондинка в персиковом платье. Не зная, кто она и чем занимается, так и не скажешь, что представляет угрозу. Черты лица довольно мягкие и приятные взгляду, а глаза цвета голубого неба добавляют невинности и робкости. Младший брат лидера – молодой парень, который тащится от взрывчатки. Всегда задиристый смех и искрящиеся глаза. Безумец, но при этом чертовски обаятелен. Брат и сестра – двойняшки, загадочным образом попавшие в эту группу. Он бешеный пёс, убивший родную мать, а она избалованная распутница с манией величия, каждый раз подающая брату новые магазины, что наталкивает на свершение очередного страшного убийства. — Ты серьёзно? Я не собираюсь работать на эту малолетку. — девушка подскакивает со стула и закатывает самую настоящую истерику от предстоящей работы. — Ханако, угомонись, ты будешь работать не на неё, а на Атсуши, — он встаёт рядом и нежно укладывает руки на тонкие плечи, пытаясь успокоить. — Завалить Бонтен — наш долг. — Может, это долг Атсуши, но не мой, я здесь только из-за тебя. А эта… Как её там? Мисаки? Господи, как же она меня выводит. — Прошу тебя, скоро всё закончится, мы убьём Майки и уедем с тобой подальше от этого чёртового места, — тяжко вздохнув, он постепенно закипает от истерик любимой, но показать это не может себе позволить. — Подумай о Мисаки. — Не обязана о ней думать. — недовольно фыркнув, она перебивает Шого, рывком сбрасывая его руки со своих плеч. — Ты ведь тоже когда-то потеряла своих родителей, должна понимать её чувства.

Одним днём ранее

— Мисаки, мне надо поговорить с тобой, — Атсуши входит в покои девушки, осторожно оглядываясь по сторонам. — Риндо рядом? — Нет, а что такое? — Мацумура, скрестив руки на груди, разворачивается к другу и видит крайнее беспокойство на его лице. — В общем, о завтрашнем деле. Те люди – это члены Минато-рэнго. — В каком смысле «члены Минато-рэнго?» — от сказанного она приходит в ступор, поскольку думала, что это лишь очередная операция Бонтена. — Я говорил тебе, что мы с Морико давно продумали весь план. С того самого дня, как Мусаши убили, мы создали подгруппировку Минато-рэнго, которая все эти 4 года нарабатывала статус преступной организации. — в унисон своим словам он приближается к девушке, волнительно жестикулируя руками. — Чтобы Бонтен заинтересовался ею, нужно было пробить их в самый верх криминала. — О чём ты, Атсуши? — Когда мы будем перевозить товар, тогда-то всё и начнётся. Мы наконец сможем загнать этого мерзавца в угол и заставим за всё ответить, будь готова, я хочу, чтобы ты его убила. — Почему я? — после минутного осмысления и тупого взгляда в пол Мисаки всё же решается спросить, хотя и сама хочет своими собственными руками убить его. — Он убил твоего отца прямо на твоих глазах, я думаю, это будет справедливо. Также, учитывая тот факт, что тебя все считают паинькой и девочкой на побегушках у Бонтена, они никак не могут ожидать удара именно от тебя. Я хочу отомстить им сполна. Не переживай, в случае чего я и Морико прикроем тебя, а наши люди разберутся с оставшимися. — Ладно, Атсуши, как бы то ни было, я тебе доверяю. Только, прошу тебя, не оставляй меня одну в такой момент. — Никогда. Я никогда не оставлю тебя. Мы вместе закончим этот кошмар.

***

— Атсуши, ты уверен, что она сможет? — женщина взволнованно ходит по комнате из одного угла в другой. — Ты ведь хорошо подготовила её. Я вижу в её глазах огонь, который не потухнет, пока сердце Майки не перестанет биться. — успокаивающе отвечает Атсуши, следуя головой за тревожной фигурой. — Пусть так, но, у нас нет права на ошибку. Всё должно произойти быстро и чётко по плану. — поняв, что она слишком громкая, Морико подходит ближе к мужчине и садится рядом на диван. — Не беспокойся, она справится.

Настоящее время

Тёплым спокойным вечером они погружаются на борт и готовятся совершить сделку. Кажется, что всё идёт гладко и ничто не предвещает беды. Самолёт взлетел. Проводница зашагала вдоль по коридору, предлагая напитки и угощения, но никто не принял её предложение. Каждый пребывал в своих мыслях. Девушка краем глаза замечает, как Атсуши молча кивает человеку со шрамом. Майки умиротворённо наблюдает за пышными облаками поодаль от всех людей и невольно вспоминает их. Они единственное, что делало его счастливым и заставляло каждый раз вставать с кровати, проживать новый день. Он дышал ими, чувствовал их, жил ради них. А теперь, когда каждый из них ушёл, его сердце поглотила сгущающаяся тьма, с каждым разом выжимающая весь здравый смысл его жизни. Постепенно уходя в сон, покидая реальность, он представляет картины тех времён. Времён, когда он со Свастонами боролся с уличным злом, а сейчас сам примкнул к нему.

Первый выстрел

Манджиро подскакивает с кресла и, махом отодвинув шторку, что отделяла его от окружающего мира, видит окровавленное тело Такеоми, а над ним, нежную, но в то же время безумную улыбку на лице Кэтсу. Позади стоящий Шого одобрительно хлопает младшего брата по плечу. — Кэтсу, не останавливайся, давай покажем им, кто кем управляет. — мужчина подходит к брату и сжимает плечо, ехидно смотря при этом на Майки. — Что происходит? — глава Бонтена растерянно осматривает тело Такеоми, пока что не понимая их намерений. — Мы ведь обо всём договорились. — Заткни пасть, иначе я не перестану расстреливать твоих людей. — выкрикивает Кэтсу, после чего надувает пузырь из жвачки и прокручивает пистолет на одном пальце.

Второй выстрел

Пуля пронзает насквозь печень Коко. Не сумев даже вздохнуть, он падает на пол рядом со своим коллегой. Взгляд замирает на Майки, а после веки постепенно опускаются. — Ах ты ублюдок! — не выдержав, он срывается с места и, рывком подхватив биту, прижимает её к горлу Кэтсу, отклоняя его назад к стене. Но парень даже не дрогнул, в глазах всё то же безумство и озорство. Тут же Атсуши, Морико и весь состав обеих враждебных группировок, что наконец раскрыли свои настоящие сущности, направляют дуло оружий на главу Бонтена. Поняв слишком опасную обстановку, он отпускает шею парня и осторожно оглядывается по сторонам, осматривая каждого, кто встал против него. Братья Хайтани и Санзу стоят неподвижно, понимая, что врагов больше и совершать какие-то необдуманные резкие поступки не стоит. Мисаки снимает с предохранителя пистолет и попутно своим шагам передёргивает затвор. Риндо, замечая готовность своей девушки облегчённо выдыхает, думая, что «тень» Бонтена разрулит ситуацию. Но видя, как она прижимает его к затылку Майки, тут же меняется в лице. — Мацумура, что ты творишь? — выкрикивает младший Хайтани и собирается оттолкнуть девушку от главы, но Ран останавливает его, взглядом давая понять, что вмешиваться не стоит. — Конечная, Майки, ты доигрался, — выдаёт девушка и уже готовится нажать на спусковой крючок, как тут Санзу с размаху ударяет ей по голове битой, что ранее выронил Майки. Мисаки падает на пол и теряет сознание. Очнувшись, девушка видит вокруг лишь белую пустоту, неприятно ослепляющую глаза. Кое-как встав на ноги, которые она как будто вовсе не чувствует, Мисаки судорожно оглядывается по сторонам, выискивая Атсуши. Но, не обнаружив абсолютно никого, девушка готова разрыдаться, думая, что так нелепо умерла, так и не свершив задуманное. Молясь и пришёптывая короткое жалостливое «нет», она видит вдалеке два затуманенных образа. Один выше, а другой чуть пониже. Понимая всю обстановку, она на ватных ногах бежит к этой манящей неизвестности. Подходя всё ближе, она узнаёт родную длинную косу и знакомую крепкую спину. — Мама? Папа? Это вы? — чуть дыша спрашивает Мисаки, опираясь от усталости руками на свои хрупкие колени. — Мисаки, милая моя, во что ты вляпалась, — мужской силуэт разворачивается, и девушка, разглядывая отцовские черты лица, вновь выпускает с глаза порцию слёз. Только на этот раз более горькую. — Прости, пап, я не могла по-другому. — Свет мой, ты должна быть крайне осторожна. Всё не так просто, как тебе кажется, — подав свой нежный голос, Акира подходит к дочери и своей ладонью слегка касается щеки Мисаки. — Не позволь им убить себя. — поменяв нежный тон на более серьёзный, произносит Мусаши. — Не позволю, пап, ни за что. Я отомщу за тебя. — Мы в тебя верим, дорогая. Находясь с другой стороны, мы поможем тебе, чем сможем. Но, пожалуйста, береги себя. — девушка не выдерживает и падает на колени перед родителями, крича и разрывая этим горло. Акира и Мусаши садятся рядом с дочерью и обволакивают её объятиями с обеих сторон. Поцеловав в лоб, они встанут и начинают медленно отходить назад. — Куда вы? — Мисаки видит, как родительские силуэты постепенно растворяются. Поднявшись с пустоты, она бежит за ними, стараясь догнать и ещё раз коснуться. — Помни, мы всегда рядом, — последнее, что произносит Акира, прежде чем ещё раз исчезнуть навсегда. — И ещё, передавай Атсуши от меня «привет», — голос становится всё тише и доносится до девушки лишь эхом. Последнее, что она слышит, это тёплый смех матери и отца. Мисаки вглядывается в белую даль и чувствует резкую боль на своих щеках, оставляющую лёгкие ожоги. — Приди в себя наконец! — Атсуши бьёт по щекам девушку, заставляя её этим очнуться. Мисаки, оглядываясь по сторонам, видит повсюду пятна крови и мёртвые тела. Морико, поняв, что девушка жива, облегчённо падает на пол и опирается спиной на стену. — Что произошло? — наконец произносит Мисаки придя в чувства. — Битва в самом разгаре, ты пропускаешь самое интересное, — усмехаясь говорит Атсуши и переводит взгляд на свою коллегу. — Вставай, Майки там. Указав пальцем на деревянную дверь и помогая подняться с пола девушке, говорит мужчина. Тяжело выдохнув, она поправляет белоснежную рубашку, запачканную кровью, и делает шаги в сторону заветной двери, где положит конец всему этому. Атсуши хватает её за плечо и, развернув к себе лицом, протягивает свой пистолет. Немного подержав ладонь на дверной ручке, Мисаки внезапно открывает её и быстро закрывает. Манджиро спокойно сидит, даже не вздрагивая от звуков выстрелов и криков. Стуча своими каблуками, девушка идёт к нему и с каждым шагом сильнее сжимает рукоятку. Ничего не говоря при этом, она направляет дуло на Майки. — Надо же… И как ты только посмела направить на меня ствол? — совершенно не тревожась и по-хозяйски расположившись на сиденье, сомкнув руки на запястье, спрашивает Майки. — Закрой свою пасть и смотри как я лишу тебя жизни. — воскликнула девушка, не выпуская из виду своего лидера и наблюдая за его эмоциями. Она хотела увидеть на его лице страх, но Майки абсолютно спокоен. — Кто тебе разрешал выходить из тени? Ты всего лишь жалкая собачка, что выполняет любой мой приказ, ты ничего из себя не представляешь. — медленно встаёт на ноги и, смахивая прядь с волос, оголяет чёрные глаза. —Думаешь, что сможешь убить меня? — О нет, Манджиро, ты сильно заблуждаешься. Я столько лет мечтала об этом дне, я столько сил убила на подготовку, так что я не позволю себе облажаться в такой важный момент моей жизни, — заявила Мисаки, чуть ли не пуская слюни от его положения. Совершенно обезоружен стоит перед ней и смотрит в лицо своей смерти. — Я убью тебя. Отправляйся в ад и встреться лицом к лицу со всеми, чьи жизни ты поломал, урод. — Может, прекратишь пустословить и начнёшь действовать? — дразня произносит Майки и разводит руки в сторону, делая из себя чёткую мишень, а сам оглядывается куда-то за спину девушки. Мисаки собирается выстрелить в Майки. Скованное дыхание и дрожащие руки переводят на себя всё внимание и заставляют оторвать глаза от врага. Она не понимает, что происходит. Вот оно, то, чего она так хотела, но палец застыл в одном положении и не может совершить выстрел. — Надо было сразу меня убить. — злостно рыкнув, она уже собирается выстрелить, но кто-то резко хватает её за горло и заводит руку с оружием за спину. Оглянувшись, она видит довольную улыбку Санзу. — А вот и мой дорогой Харучиё пожаловал, мы без тебя заскучали. Выхватив ствол из рук девушки Санзу прижимает её за шею к своему крепкому телу и не позволяет сделать хоть одно движение. Пытаясь вдохнуть немного воздуха, Мисаки видит, как парень перекидывает её пистолет Майки, отчего тот умело подхватывает его и сразу же направляет на девушку. Харучиё выпускает Мисаки и резким толчком швыряет её на пол прямо в угол. Её положение стало крайне жалким, чем было минуту назад. Девушка пятится к ближайшему углу, подбирая за собой колени и наблюдая за двумя приближающимися к ней фигурами. — Отправляйся в ад, — чуть ли не смеясь, цитирует её слова Санзу, смотря сверху вниз на Мисаки. Понимая, что, возможно, сейчас она распрощается с жизнью, так и не выполнив свою миссию, Мисаки каблуком ударяет в пах Майки и он, согнувшись, роняет пистолет. Следом она берётся за Санзу и круговым ударом ногой пытается попасть по шее, но он успевает увернуться и схватиться за её летящий каблук. Рукой он бьёт по женскому лицу, и Мисаки отклоняется назад. Пока Санзу отвлекается на Майки, который всё это время выжидающе наблюдал со стороны, Мисаки подхватывает с пола биту и ударяет парню по лицу. Сначала по правой щеке, по левой, затем снова по правой, пока он не падает на пол, не сумев дать отпор. Девушка садится сверху на живот Санзу и добивает его лицо кулаками. Черты не видно из-за большого количества крови, но это её не останавливает. Когда она видит, что парень потерял сознание, прекращает свои удары и с тяжёлой отдышкой смотрит на проделанную работу. — Закончила? — резко открыв глаза спрашивает Харучиё, чем пугает девушку, ведь она думала, что расправилась с ним. Прижав ногу к груди, Санзу пинает её в живот, отчего она отлетает назад и врезается своим телом в Майки. Мацумура, держась за живот, стонет от острой боли и пытается хоть как-то приподняться, но всё тщетно. Тогда Майки решает ей помочь. Рывком схватив всю копну её волос он поднимает девушку с пола, ставя на колени. — Пристрели уже её, мне надоел этот цирк. Мисаки выпускает горькие слёзы прямо перед своими врагами, что заставляет Санзу рассмеяться. Её жалость так и щекотала его душу. Харучиё делает выстрел, но не попадает, разбивая стеклянный графин. Кто-то резко толкает его, он падает на пол и пистолет вылетает из рук. Не успев даже оглянуться, в затылок парня мгновенно прилетает пуля, размазывая его кровь по всей стене. Видя, как завалили его самого преданного наёмника, Майки даже в лице не поменялся. Он, всё так же держа Мисаки за волосы, пустым взглядом смотрел на Атсуши, только что застрелившего Санзу. — Прости, что так долго. Ты в порядке? — отдышавшись говорит Атсуши, а сзади подбегает Морико. Смотря на своих спасителей, Мисаки начинает истерично смеяться. Она уже думала, что прямо здесь подохнет. Манджиро пихает девушку прямо в ноги Морико и Атсуши. Мужчина помогает ей подняться, а женщина волнительно осматривает её тело. Обречённо садясь на пол, Майки достаёт сигарету и подкуривается, исследуя мёртвое тело Санзу. Морико, Атсуши и Мисаки лишь непонимающе стоят в стороне и ждут какого-то подвоха, но подвоха не будет. — Чего ты ждёшь? Стреляй. Меня здесь ничего не держит, — улыбнулся лидер Бонтена. Его взгляд тут же поменялся и даже как-то потеплел, что для него совершенно неестественно. — На самом деле, я даже рад, что так получилось. Теперь я наконец-то увижу их. — он мечтательно направил глаза в потолок, а после опустил веки. — Передавай «привет». — вскрикнула Мисаки и, передёрнув затвор, выстрелила в голову Майки. Тело плавно скатилось по стене на пол, оставляя за собой кровавый мазок. Вот и всё. Задуманное свершилось. Можно со спокойной душой отправляться домой, но позади появляются ещё два человека Бонтена, о которых что Атсуши, что Мисаки, что Морико совсем забыли. Девушка медленно оглядывается назад через плечо и видит его. — Мисаки? Что ты делаешь? — такой он её никогда не видел. Окровавленные руки и лицо, ненавистный взгляд, направленный прямо на него, оголённые клыки, прямо как у голодного зверя. Такая Мисаки сильно отличается от той, что он видел дома, словно её подменили. — Всё кончено, Риндо. Сдавайся, либо отправишься на тот свет вместе с Майки. — делать большего нечего. Она понимает, что Риндо приспешник Майки и захочет отомстить ей. Но эти слова, которые она произносит в адрес Риндо, сердце кровью обливают. Она не хочет его терять, но, если парень встанет против, у неё не будет выбора. — Вот как. Ещё вчера ты признавалась мне в любви, а сегодня направляешь на меня пистолет, — в какой-то степени огорчившись, произносит младший Хайтани. Он был крайне удивлён и даже рад, что кто-то смог полюбить его скверную душу, но, как оказалось, всё это было лишь временным миражом. — Весьма последовательно.

Одним днём ранее

— Знаешь, Риндо, мне сложно в этом признаться, но… — нарушая тишину, говорит Мисаки, наблюдая за городским движением через панорамное окно. — Что такое? Ты наконец решилась дунуть со мной? — Риндо усмехается, гладя её по ладони. — Да нет, я не об этом. Мне кажется, что я… — Любишь меня? — не дав договорить, спрашивает парень, после чего встречается с её испуганными глазами. — Как ты понял? — подскочив с кровати и вырвавшись из объятий, спрашивает Мисаки. — Ты очень плохо скрываешь свои настоящие эмоции, я это и так знаю. — Что ж… — Кажется, я тоже люблю тебя. — Что? — она не думала, что Риндо ответит взаимностью. Он не умеет любить, он конченый эгоист и нарцисс – такое впечатление сложилось о парне. Поэтому сначала Мисаки посчитала, что он просто смеётся над ней и её чувствами. — За всё то время, что я убивал, употреблял и крал, ты – лучшее, что со мной произошло.

Настоящее время

— Не хочу тебя огорчать, но с самого начала я врала тебе. Ты был нужен мне лишь для того, чтобы пробиться к Майки. Никаких чувств не было и в помине. — Ты хреново лжёшь. Даже сейчас, видя твои глаза, я понимаю, что ты врёшь. Ты не сможешь так просто застрелить меня, ведь я первый, кто обратил внимание на твоё жалкое существование. — парирует он, не собираясь уступать. Риндо запутался, что в её словах правда, а что враньё, поскольку сейчас она выглядит как никогда убедительно. — Мне глубоко плевать на все твои слова. Ты был там в тот день, ты видел все мои чувства и эмоции. — она не винит его, лишь пытается опустить. Но по сути же тогда он был ей никем. Тогда, к чему все эти слова? — Да, именно поэтому я спас тебя, дура безмозглая. Если бы не я, ты бы подохла вслед за своим папашей. — Спас меня? Ты держал меня в клетке всё это время. Ты домогался до меня. Ты заставил меня влюбиться в тебя. Ты ужасный человек. — Нет, Мисаки, не я тебя заставил влюбиться в себя, ты сама так решила. Ты позволила себе влюбиться в человека, который причастен к убийству твоего собственного отца. Так кто из нас ужасный человек? — Прощайся с жизнью, ублюдок. — Не трогай его! — из-за спины парня вылетает Ран, закрывая брата за своей спиной. — Что ты делаешь? Отойди, сейчас же или я и тебя пристрелю. — девушка не рассчитывала на то, что появится старший. Но дело надо доводить до конца, даже если присутствуют преграды. — Я разорву тебя, если выстрелишь в него, — старший не собирается так просто терять Риндо. Своим долгом он считает защиту младшего брата, даже если придётся самому умереть. Достав оружие из кобуры, он так же направляет его на девушку, не выпуская Риндо из-за спины, пока тот кричит и просит не жертвовать собой. Двое против одной – неплохая обстановка. Или же не против? Все эти годы Ран буквально кричал брату, что нужно поскорее от неё избавиться, что в конце концов она представит для них проблему, но Риндо не слышал. Сейчас старший буквально глумится и злорадствует, поскольку Риндо никогда не слушал Рана. Всегда действовал по своему усмотрению и не раз это приводило к плохим последствиям. Вот и сейчас то же самое. Мысленно он ругает брата, но важнее всего его защитить, а отчитает уже позже. — Мисаки, чего ты ждёшь? Убей их! — помогая встать раненому товарищу, кричит Атсуши где-то позади, но девушка не слышит его. Она видит перед собой только их, а всё остальное будто замерло. Не говоря ничего, она опускает пистолет, сильно при этом рискуя. Убрав все враждебные эмоции, девушка отворачивается и идёт к бывшему боссу. Она понимает, что, поворачиваясь спиной, может принять пулю, но всё равно так спокойно уходит. Упав на колени перед «спящим» врагом, девушка изучает каждый сантиметр его тела. Руки, шею, лицо, сомкнутые глаза. Раны на лице ещё сочились кровью, поэтому Мисаки, сама не понимая зачем, вытянула из кармана платок и принялась «залечивать» нанесённые ею увечья. Белоснежная ткань тут же окрасилась в бордовый оттенок. — Не знаю, что привело тебя к такой жизни, но мне искренне жаль, — хрипло шепчет, разговаривая с телом. Как бы она не ненавидела Майки, тьма не покрыла её сердце до конца, поэтому какое-то сострадание всё же присутствовало. Но он заслужил такого исхода. — Отдыхай. Девушка встала и с пола и тут же почувствовала, что самолёт приземлился. Она увидела в дверях Атсуши, что всё это время молча наблюдал за ней и хорошо чувствовал её эмоции в этот момент. Весь Бонтен перебит, кроме братьев Хайтани. А это значит только одно – цель выполнена. Цель, к которой они стремились и вынашивали столько времени. Уходя из этой братской могилы, она чувствовала, как тяжёлый груз, что всё это время был на плечах у девушки, наконец-то спал. Душа облегчилась. Страх ушёл. Осталось только умиротворение. — Что будем делать дальше? — сидя на трапе у самолёта, спрашивает Атсуши, всматриваясь в уходящее за горизонт золотистое солнце. — Не знаю… У меня нет ни дома, ни образования, я вообще уже несколько лет как пропавшая без вести, — схватившись за голову, отвечает Мисаки. Для неё это всё кажется тупиком. Она никогда не думала о том, что будет делать дальше. Никаких целей и желаний не было вообще. — Продолжу дело отца, делать больше нечего. Будешь моим заместителем? — Ты серьёзно? — сказать, что Атсуши удивился, это ничего не сказать. Он, конечно, знал, что будет поддерживать связь с Мисаки, но чтобы она захотела встать на место отца, да ещё и сделать его своей правой рукой. В ответ девушка лишь кивнула. — Конечно, Мисаки, я с тобой до конца. Они встали и направились к подъехавшим тонированным машинам, предварительно пожав руки их помощникам, без них ничего бы не вышло. На заброшенный аэропорт опустилась вечерняя тьма. Каждый был доволен проделанной работой, а сама девушка разглядывала небо через окно, надеясь увидеть лица родителей. На душе было как-то пусто. Ради мести она потеряла Коко, своего лучшего друга, как она считала. Друзей у неё не было никогда, и вот, наконец-то хоть кто-то появляется в её тусклой серой жизни и показывает, что такое «дружба». Только вот, всё это пролетело перед глазами как по щелчку пальцев. Хотелось выскочить из машины, упасть на асфальт и закричать в небо. Уезжая, она заметила Риндо и Рана, стоящих у самолёта и провожающих их взглядом. Глаза младшего были какими-то тоскливыми и разочарованными, хотя и Мисаки ощущает сейчас то же самое. Она не знает, что ждёт её впереди. Встретится ли ещё когда-нибудь с Риндо, коснётся ли его. Но если он найдёт её, она не будет против, она и сама будет искать. Прошло несколько месяцев. Они вернулись в Японию, возродили Минато-рэнго под руководством нового главы, зализали все раны, душевные и физические, что нанёс Бонтен. Жизнь вернулась в привычное русло, у каждого была своя задача и большинство уже забыло о прошлом, но только не она. Ещё очень долго она раздумывала о Майки. Пыталась понять, как он стал таким. Что сподвигло его убивать. Ведь понятно, что в здравом уме и с нормальной психикой человек не будет заниматься таким. Ему нужна была помощь. Помощь кого-то близкого, но близких не было. Да и это явно не забота Мисаки. Она будет вспоминать его, но сожалеть о содеянном никогда. Стоя на крыше, Мисаки вновь погружена в мысли, пока ветер играет с её волосами. Подходит Атсуши и молча протягивает чёрный запечатанный конверт. Она раскрывает его и достаёт белый лист с короткой надписью.

«В 9 жду тебя в нашем любимом ресторане. Р.Х.»