Сиетомс

Перед глазами всё плывёт и двоится, отчего неистово хочется закрыть веки и провалиться в пропасть, когда парень получает очередной удар ногой в живот. Последние силы, оставшиеся в Тэхёне, помогают ему встать с колен и ударить в ответ. Ким попал в очередную драку, в которой проигрывать определённо не собирается, давая сдачу человеку, на которого сам же налетел, уже не помня по какой причине. Кажется, что Тэхёну совершенно не нужен повод для того, чтобы наносить удары. Он скорее похож на мазохиста, которому нравится получать всё новые царапины, ссадины и синяки, ведь брат, не подумав, когда-то ляпнул, что шрамы украшают мужчину, и теперь все тело Кима усыпано именно ими. Выдыхаясь из сил, Тэхён всё-таки оседает на асфальт, скатываясь по основанию старого многоэтажного дома. Противник наносит финальные удары по вражескому — кимовскому — лицу и убегает прочь, когда слышит приближающийся звук полицейской сирены. Тэхён жмурится от режущей боли в висках, глубокого дышит ртом, пытаясь сохранить связь с реальностью, но окончательно проваливаться во тьму, когда эхом слышит приближающиеся к нему шаги. Голову, как и все тело, резко пронзает боль, давая понять, что она всё ещё на плечах. Тэхён открывает глаза, понимая, что его вытаскивают из машины и волочат к зданию полиции. Двое взрослых мужчин небрежно скручивают руки Тэхёна за спиной, но это ощущение для парня настолько привычное, что он уже не замечает его. Ким наизусть, до каждой трещине в серой стене запомнил длинный, тёмный коридор. Он слышит звон ключей у полицейского, после которого двое пар рук грубо заталкивают его в комантку, резко захлопнув решётку сзади. Тэхён с раздражительным вздохом усаживается на скамью, пытаясь окончательно прийти в себя. — Снова ебанный обезьянник, — возмущается, словно пытается до кого-то донести свои мысли. — Не так уж и много времени прошло, а я снова здесь. — Тэхён держится за голову, сжимая волосы и думая, что так боль утихнет. Внезапный визит полиции испортил все планы Кима. Опять. Тэхён чувствует ужасную несправедливость каждый раз, когда попадает за решётку. Он никогда не понимал эти формальные попытки снизить рост мелкой преступности и хулиганства в виде отсиживания в тюрьме несколько суток. — Выпустите меня! — Тэхён буйствует, не унимая свой пыл. — Блять, — сердитый шёпот заставляется повернуть голову налево, на источник шума, — не кричи. В самом углу лавочки сидит парень. Длинная чёрная чёлка прикрывает глаза, губы поджаты, руки скрещены на груди, одна нога согнута в колене и пяткой упирается об лавочку, а другая еле слышимо отстукивает ритм по полу. Выглядит так, будто тот за решёткой бывает чаще, чем у себя дома. — Не лезь куда не надо, — Тэхён рассматривает парня, который сидит по другую сторону от него и недовольно цокает, мельком намекая, что стоит бы заткнуться. — Ты вообще кто такой? Парень плавно поворачивает голову в сторону Тэхёна, одаривая оценочным взглядом, а после несдержанно усмехается. Он облокачивается головой об холодную стену и устало прикрывает глаза, открыто игнорируя вопрос Кима. — Тебя типа манерам не учили? — Тэхён медленно вскипает. Ему определённо не нравится всё то, что происходит сейчас и тем более этот парень, находившийся в одной камере с ним, возомнивший из себя непонятно кого. — Удосужусь оповестить о том, что игнорировать людей некрасиво. Полицейский, не выдержав, ставит керамическую кружку с кофе на деревянный стол с характерным стуком, нахмурив брови и насупившись. — Либо вы затыкаете свои рты, либо я подброшу наркоту, и тогда вам придётся остаться здесь вместе ещё на подольше, — понятно, что мужчина дважды повторять не будет. Юноша продолжает сидеть, не меняя своего положения, будто бы пытаясь слиться с сырой стеной, делая вид, будто никого больше вокруг не существует. Тэхён, озлобившись, взглядом прожигает дыру то в полицейском, что вдруг начал угрожать, то в надоедливо-спокойном парне, который всё также смиренно думает о своём. Но ему нужно уже наконец смириться. Каким бы отверженным бойцом на улицах Тэхён не был, здесь и сейчас он подчинённый, иначе никак. Ему не нужны лишние проблемы. Тэхён мысленно молит о том, чтобы всё это скорее закончилось, прикрывая глаза и запрокидывая голову назад, удобно облокачиваясь о стену. По ощущениям прошло около полутора часа, когда он слышит родной, спасительный голос, отчего настроение стремительно взлетает вверх. — Твою мать, Бог есть, — Ким смеётся, поднявшись на ноги и уставившись на брата, который пришёл его вызволять из замка заточения. Намджун из раза в раз срывается с места, как только Тэхён попадает в очередные передряги, надеясь, что Ким наконец включит мозг. Местная полиция уже в лицо выучила двух братьев, поэтому мужчина крепко жмёт руку Намджуну и перекидывается с ним парочкой фраз перед тем, как подойти к решётке, оглядеть двоих заключённых и приказным тоном попросить Кима выйти. Намджун протягивает Тэхёну его телефон, строго заглянув тому в глаза, давая понять, что настроение брат ему знатно подпортил. Почему-то всё тот же коридор кажется намного длиннее и мрачнее. Тэхён плетётся чуть позади брата. Злость и негодование Намджуна ощущается за километр. У младшего Кима в какой-то момент начинают чесаться кулаки и из ниоткуда появляется агрессия на весь мир. Он не сдерживает себя, не отказывает в желании выплеснуть все свои негативные эмоции кулаком по лицу другого человека. Тэхён в очередной раз подводит Намджуна, заставив его всё бросит ради спасения брата. Первые несколько раз Ким просил младшего держать себя в руках и не глупить, но сейчас же никаких нравоучений нет: всё проходит молча и механически, по инерции. Намджун свыкся. Выйдя на свежий воздух, старший Ким достаёт пачку сигарет из кармана чёрного пальто и автоматически протягивает её прежде всего Тэхёну. — У меня были важные дела, — недовольным голосом оповещает Намджун, постукивая себя по джинсам. — Прости, — поникше отвечает младший и берёт одну сигарету, — я не думал, что вырублюсь на поле боя, — пытается добавить хоть немного юмора в свои слова, чтобы развеять обстановку, но подозревает, что вряд ли такое прокатит. Не с его братом и не в такой ситуации. Намджун достаёт из заднего кармана красную зажигалку, рваными движениями прокручивает колёсико вниз, давая огня, и поджигает фитиль двух сигарет. — Опять не думал? — Ким парирует в ответ, делая глубокую тяжку и поднимая голову к небу, чтобы выпустить сизый дым изо рта. Тэхён стоит понуро, зажав сигарету меж губ, словно провинившийся щеночек, и молчит. Ему добавить нечего, ведь знает, что старший и без него ответит на все вопросы, которые появляются у того в голове. В тишине торопясь докуривает свою сигарету, которую организм так требовал всё время с момента возвращения в этот мир после отключки, и направляется в сторону намджуновой машины. Он хочет поскорее отсюда уехать. Намджун садиться за водительское сиденье Mitsubishi Galant, расправив плечи. Машина красиво переливается под лучами закатного солнца, показывая всем свой красивый цвет мокрого асфальта. Автомобилю уже двадцать лет, но он все равно продолжает радовать хозяина своим видом и мощностью, который приложил немало усилий, чтобы накопить на него. — Домой? — кратко спрашивает Намджун скорее из вежливости, ведь ни в какое другое место он брата подвозить не собирается. Тэхён коротко кивает и направляет свой взгляд на пейзаж за окном, облокотившись головой об стекло. Виды не радуют глаз до тех про, пока мрачный полицейский участок не остаётся позади. По радио тихо играют неизвестные Тэхёну песни зарубежных исполнителей. Намджун держит руль одной рукой, внимательно всматриваясь в дорогу. Обстановка сменяется на более приятную, и Тэхён наблюдает уже за множеством зданий и торговых центров, где носятся люди в попытках оставить свои деньги. Ким пытается отвлечься от своих мыслей на вид из окна, на быстро проходящих и вечно спешащих людей, бурлящую жизнь, которая ни на секунду не останавливается. Тэхёну стыдно перед братом, ведь тот и в правду каждый раз вызволяет младшего из бед. Намджун смирился с такой участью, понимая, что он единственный, кто есть у Тэхена. Он выполняет свой долг заботливого старшего брата, который всегда поможет и никогда не оставит одного. Намджун собственноручно подписался на это, поэтому несмотря на все неудобства и недовольства, он делает то, что должен.