Сиетомс

От паркета, на котором, прижавшись всем телом, лежит Тэхён, приятно холодит. Сквозь немного приоткрытые губы вытекает дым от очередной сигареты, а лучи солнца больше не пытаются проникнуть сквозь тёмные шторы. Теперь это хочет сделать яркая луна, которая заменяет свет уличных фонарей для прохожих. Киму по душе оказался твёрдый пол, нежели мягкая и удобная кровать. Для его долгих и нудных размышлений не хватает только наушников и алкоголя, которого, к слову, очень хочется. Но сегодня в планах остаться трезвым. Резко выводя себя же из мыслей, Тэхён подскакивает с пола и хватает свой телефон. Чат с нужным человеком открывается сам, на автомате, и быстрыми пальцами печатается текст «я скоро приду». Этот же гаджет летит в сторону, а Ким хватает рюкзак, закидывая туда бутылку кока-колы. Впопыхах накидывает на себя уличную одежду и наконец тормозит, беря в руки телефон с кровати. TH: Нет, не так. TH: Можно я приду? Пальцы нервно теребят край толстовки, а остальная часть Тэхёна замерла в ожидании ответа. Он усвоил урок. Три минуты, ощущающиеся, как бесконечность, и экран смартфона вспыхивает, показывая новое уведомление. Тэхён нервно покусывает губу и тяжело дышит, несколько раз перечитывая сообщение. Ким читает «жду тебя» в последний раз и глубоко выдыхает, будто до этого не мог сделать глоток воздуха, убирая телефон в карман. Тэхён не замечает Намджуна, который по пути из комнаты в коридор пытается окликнуть его, не замечает, как быстро выскакивает из квартиры и преодолевает все лестничные пролёты, не замечает, как мчится по улице, сбивая всех на своём пути и не замечает, как оказывается у двери той самой квартиры, в которую хочется, в которую тянет, но стучать страшно, скорее даже волнительно. Ким мнётся на месте минут пять, собирается с мыслями. Он не понимает, когда успел стать таким. Таким, который трясётся и волнуется перед тем, как придти к тому самому человеку, о котором волнуется и думает чуть ли не постоянно. Им определённо нужно поговорить, и это Тэхён понимает, поэтому кулак аккуратно касается входной двери, тихо стуча. Очередная минута, которая длится мучительно долго, будто вечность. За это время можно успеть миллион раз передумать и убежать. Но дверь открывается с привычным скрипом. Юнги, стоящий по другую сторону порога, ничего не говорит, лишь взглядом приветствует Тэхёна и разворачивается, направляясь в гостиную. Он молча зовёт за собой. И Ким слушается его, без лишних слов идёт следом, по пути стягивая обувь и оставляя где-то там же свой рюкзак. — Стоит спрашивать зачем пришёл? — голос Юнги разрезает молчание. Он не оборачивается, не смотрит на Тэхёна до того момента, пока не садится на диван и не скрещивает руки на груди. — Думаю, ты и сам понимаешь, что нам надо поговорить, — взгляд испуганно бегает, выдавая всё волнение, но тянуть дальше некуда. — О чём? — совершено спокойно и бесцветно. И не понятно то ли правда не понимает, то ли притворяется. А Тэхёна это вводит в растерянность. Он молчит и боится сказать лишнего. Ким надеялся, что Юнги всё поймёт, поддержит и начнёт этот трудный разговор, но все пошло вопреки всем планам и ожиданиям. — Можно кофе? — он всегда умел переводить тему. Юнги изгибает бровь. Он чувствует напряжение Тэхёна, оно витает в воздухе и его невозможно не заметить. Мин ожидал, что Ким попытается уйти от ответа, но не так резко. — Сколько ложек сахара? — спрашивает, отталкиваясь кулакам от поверхности дивана. — Две, — кратко отвечает и смотрит вслед исчезающему за углом Юнги. Пока того нет в комнате Ким успевает почувствовать секундное расслабление и позволяет себе сесть на диван, облокотившись на спинку и откинув голову назад. В мыслях кучу суетливых словосочетаний, выстраивающиеся в предложения и вопросы, которые тот хотел бы озвучить, но пока не решается. Тэхён продолжает пытаться подобрать нужные слова, чтобы хоть что-то по итогу сказать Юнги, ведь он сюда для этого и пришёл. Мин возвращается через пару минут, протягивая кружку Киму и садясь рядом с ним. — Ты бледный, — констатирует факт, спустя несколько секунд рассматриваний лица Тэхёна, который себе всё это время место найти не может и кажется скоро с ума сойдёт из-за собственных мыслей. — Ты умеешь играть на гитаре? — изгибает вопросительно бровь, не поворачиваясь лицом к Мину. Ким замечает инструмент, что стоит поодаль комнаты. Он продолжает переводить тему и притворяется, будто его ничего не тревожит. — Любитель, — подыгрывает Тэхёну и делает вид, что его собственных предыдущих слов не существует. — В старших классах даже была своя музыкальная группа, которая просуществовала не больше года, — всё продержалось на одном выступлении на школьном мероприятии и осознание, что Юнги далёк от музыки, поэтому лучше потратить своё свободное время на рисовании. — Сыграешь что-нибудь? — слишком много на себя берёт, думая, что изображать спокойствия — будет легко. — Нужно было это просить, когда я был пьян, — Юнги по-доброму посмеивается. Он не держал в руках гитару довольно давно и наверняка сначала даже самые просто аккорды взять не сможет. — Когда я бил тебе дракона, — Юнги вспоминает тот день, когда Тэхён впервые пришёл к нему в роли клиента и после этого всё в его жизни пошло не так, — я перебивал другую татуировку, — Мин отчётливо помнит растёкшуюся дату с кривыми и толстыми линиями, которая, по виду, набита человеком, впервые державшим машинку в руках. — Что она значит? Или ты думаешь, что один можешь переводить неудобные темы? — добавляет в конце шутку, давая понять, что прекрасно видит в каком состоянии пребывает Тэхён. Ким резко поднимает растерянный взгляд на Юнги и молчит. — Дата была связана с матерью, которая никак больше не является частью моей жизни, — резко и чётко проговаривает Тэхён, продолжая все также неуверенно смотреть на человека напротив. — С чего ты взял, что я перевожу темы? — старается показаться более стойким, но пока выходить полностью наоборот, ведь голос предательски дрожит, глаза продолжают бегать и не дают сконцентрироваться, поэтому Тэхён всё-таки сдаётся, прикрывая веки. — Даже не знаю, — Юнги хмурится и слегка приподнимает голову вверх, якобы задумываясь. Он, кажется, впервые более разговорчивый и открытый, чем Тэхён. — А та дата была набита просто отвратительно. — Её набивали в подвале, в антисанитарии и без присмотра взрослых, — пожимает плечами, и понимает, что даже непринуждённый смех Мина ни капельки не успокаивает. — Я не удивлён, — Юнги двигается к спинке дивана, облокачиваясь на неё. — Тэхён, — зовёт Мин спустя пару секундой паузы,— может быть уже начнёшь разговор? — Юнги всё знает и понимает, но ему нужно, чтобы Ким озвучил свои мысли самостоятельно. Он не издевается над ним, ведь в глубине души сам испытывает то же самое. У Тэхёна дыхание перехватывает, и ком поперёк горла образуется. Он не знает, что говорить от слова совсем. Вот он, Юнги, сидит слева от него, совершенно невесомо касаясь своим плечом, молчит также в ожидании чего-то. Ким отрывает тело от спинки дивана и поворачивается немного корпусом к Мину, пытаясь произнести хоть слово, но вместо этого молча придвигается ближе к Юнги, стараясь как можно дольше не прерывать зрительный контакт, но постепенно закрывает глаза. Он нежно и неожиданно для них двоих касается чужих губ, не пытаясь углубить поцелуй, и вмиг совершенно забывает как дышать и вообще разумно мыслить. Юнги резко напрягается в плечах и мрачнеет. Внутри всё резко скручивает, а в глотке саднит. Мин вдыхает воздух через нос, нервно пытаясь оценить всю ситуацию. Тэхёна не хочется отталкивать. Юнги приятно чувствовать его губы на своих, касаться их, но Мин застыл, не зная что делать. Ким мычит, умоляет дать хоть какую-то реакция, иначе они оба свихнутся. Юнги хватается за предплечье Тэхёна, как за спасательный круг. Он пытается расслабиться, начиная двигать губами, и отвечает на поцелуй. Рука Кима аккуратно перемещается на шею Юнги, словно боится, что тот сейчас сбежит. Разрывать поцелуй не хочется, да и не в тэхёновых это силах, ведь он, кажется, давно думал об этом. Юнги свободную руку запускает в волосы Тэхёна, сжимая их у корней. Он жмётся к Киму, углубляет поцелуй. До этого момента Юнги даже не подозревал, насколько сильно ждал этого момента. Он вновь чувствует запах Тэхёна, касается его, изучает губы и делает это всё так по-собственнически, будто Ким на все сто процентов уже его. Эмоции выливаются через края, у такого всегда плохие последствия. Юнги давно выучил это правило, но почему-то именно сейчас выкинул его из головы. Тэхён осторожно прерывает поцелуй. Ему требуется передышка, чтобы привести себя в чувства и не обезуметь до конца. От такого тяжело прийти в себя сразу, поэтому Ким лишь с настороженностью изучает взбудораженное лицо напротив с красными слегка припухшими губами, которых снова неимоверно хочется коснуться. Кажется, Ким впервые за сегодня, и за последнее время в целом, облегченно выдохнул с осознанием того, что причина его беспокойства и волнения, которая сейчас сидит перед ним, ответила на поцелуй. Юнги прикрывает глаза и опускает голову. Он с трудом дышит, осмысливая произошедшее. Губы до сих пор горят. Несколько минут перечеркнули всё, потому Юнги теперь вообще ничего не понимает. Ни свои эмоции, ни свой статус в глазах Тэхёна. Всё просто, но одновременно и сложно. Наверняка, будь у них другие характеры и другие судьбы, этот поцелуй означал лишь начало отношений, но они оба идиота, не умеющие понимать собственные чувства. Страшно и непонятно. Но чертовски хочется заглушить это вновь поцелуем, упасть в бездну эмоций, начать захлёбываться в них, потому что к Тэхёну тянет настолько сильно, что кости ломит от желания. Грёбанная влюблённость или как это называется у людей. — Мне нужно побыть одному, — Юнги выдавливает из себя хриплым голосом, ибо сил на другое не хватает. — Что? — переспрашивает, хоть всё прекрасно расслышал, но надеется на то, что ему это просто показалось. — Я… — Юнги в момент теряется. Он встаёт на ноги, шатается, бегает глазами по комнате и выглядит так, будто сейчас потеряет сознание. Ему страшно, что он позволил кому-то подобраться к себе настолько близко. Он осознал это только после поцелуя. Юнги пятится назад, боком задевает тумбу, стоящую рядом с диваном. С неё падает телефон Мина, на который он чуть не наступает. — Мне нужно подумать, Тэхён, — звучит так жалостливо, будто секундой ранее Юнги пережил нечто ужасное. И Ким молча уходит, направляется в коридор, где в спешке накидывает кроссовки, хватает вещи и покидает квартиру. К такому исходу событий он абсолютно точно не был готов. Тэхён надеялся, что наконец всё прояснится и больше не будет недосказанности между ними, которая так напрягала Кима, но, видимо, так считал лишь только он. Либо же неправильный выбрал путь избавления этого недопонимания и стоило просто поговорить. Тэхён уже не знает, как правильно стояло ему поступить, но теперь он чувствует себя ещё ужаснее, чем до этого поцелуя, которого так ждал. Тэхён зол на Юнги за то, что тот даже не стал разговаривать, а лишь почти вежливо прогнал. Зол на себя за всё и сразу. И возвращаться в таком состоянии домой он точно не намерен. И вот она, привычная обстановка Тэхёна: злость, чешущиеся кулаки и дорога в клуб. В заднем кармане джинс телефон вибрирует, оповещая о каких-то сообщениях или обычном спаме, но что бы там не было — Кима это сейчас не волнует. В руках открывается пачка сигарет, трясущиеся пальцы достают бумажную палочку и тянут к губам, а следом берут зажигалку. Это не действует на Тэхёна, не помогает ему хоть немного отойти от своего состояния, поэтому следом идут ещё две. И Юнги стоит с сигаретой в зубах, облокотившись руками об поручень на балконе. Это самая похожая их черта — разделять всё моменты со своей вредной привычкой. Мин вдыхает никотин как можно глубже, чтобы до самых лёгких дошло и задержалось на подольше. Лишь бы не думать. Юнги, блять, запутался. Кажется, что решение лежит на поверхности, но либо Мин слепой кретин, либо всё намного сложнее и глубже. Он, наверное, трус или слабак. А может и то, и другое, раз он испугался простой близости с человеком, на которого вроде как не всё равно. Тэхён сделал шаг вперёд в их взаимоотношениях, а Юнги два назад. Ощущение, что это конец. Юнги выбрасывает окурок и садится на холодный пол, устало опустив голову. Кот подходит к нему, приветствуя голосом и обращая на себя внимание. Мин осматривает его и проводит ладонью от ушей до хвоста. Животное запрыгивает на колени хозяина, удобно расположившись на них и принявшись издавать мурчанье от приятных поглаживаний по животу. — Что мне делать, Кот? — Юнги почти что молящим голосом вопрошает, получая в ответ ленивый зевок. — Предлагаешь забить? Мин усмехается и поднимает голову, смотря на чёрное небо, охваченное ночью. Возможно правда стоит наконец разуть глаза и набраться смелости, чтобы облегчить жизнь сразу двоим. И Юнги бы и дальше мучал себя мыслями, рассматривая различные варианты развития событий, если бы не громкий звук уведомлений на его телефоне, который до сих пор валяется на полу. Мин устало, почти что бессильно вздыхает, но всё же поднимается на ноги, переложив Кота на пол. Где-то внутри зарождается надежда, что это Тэхён написал, поэтому он не игнорирует уведомление. Юнги с тревожным предчувствием поднимает смартфон и нажимает на кнопку, чтобы разблокировать его. Он внимательно вчитывается в сообщения, хмурится и кусает внутреннюю сторону щеки, пытаясь осмыслить прочитанное. Юнги спешно засовывает телефон в карман домашних спортивных штанов и снующими шагами направляется к коридору, пока в голове крутятся кучу матов.