В базе ни одного Хан Джисона

Уджин вернулся в квартиру, расслабленно усаживаясь за стол, но, к удивлению, даже спустя несколько минут к нему никто не вышел. Ким раздражённо выдохнул, направляясь в соседнюю комнату. Небось, Джисон опять забился в угол, надеясь, что так останется незамеченным. Однако там тоже никого не оказалось. А после беглого осмотра, и во всей квартире. — Сукин ты сын! — Уджин яростно отшвырнул стол. Ваза и книги, находящиеся на нём, с грохотом слетели на пол. Этот малец никогда не позволял себе даже выходить из комнаты толком, только если в туалет. О побеге ведь не могло идти и речи? Джисон ни за что не смог бы пойти на подобное, забыв о семье, слишком принципиален. Да и Уджин так старался: каждый месяц отдавал фотографии родителей и старшего братика. Ему прислали снимков сто, а то и больше, заставляя всю семью менять одежду, позы и локации. Чтобы казалось, что все фото были сделаны в разное время. Ким достал телефон, созвонившись с несколькими людьми, напоследок оставив Хёнджина. — Хван! — сразу после гудков рявкнул в трубку Уджин. На другом конце раздалось тихое шуршание и копошение. — Когда ты последний раз был у Джисона? — Ну... несколько дней назад заходил. Ты же позавчера сам к нему приехал... не говори, что снова избил, — до этого сонный голос ужесточился. Уджин даже почувствовал, насколько сильно он пропитан ненавистью. — Он пропал. Причём совершенно без следов. И дверь закрыта, — злобный тон Хвана успокоил мужчину, уголки губ даже тронула отвратительная ухмылка. — Как пропал? — сердце Хёнджина будто сделало кульбит, больно ударившись о рёбра. Но вдруг появилась искорка надежды, что Джисон и правда сбежал, спасая свою жизнь. Однако вместе с этим, секундой позже, проскользнула и трезвая мысль. — Он же почти при смерти! — Знаю, именно поэтому ты и отправишься по больницам, моргам и остальным херовым местам, искать его. Прямо сейчас, — после этих слов Уджин сбросил, давая понять, что его приказ возражению не подлежит. Хёнджин вскочил с кровати, собираясь как можно скорее. В какой именно больнице может находиться Джисон неизвестно, но Хван просто обязан найти его первым, он должен сделать всё, чтобы парень выжил и ни в коем случае не вернулся к Уджину. После "побега" нельзя знать точно, останется ли он в живых. Вот только почему Джисон решил сбежать именно сейчас? Хёнджин уверен на все сто процентов, что семья Джисона мертва. Он уже как полтора года, почти с самого знакомства с Ханом, пытался найти доказательства, чтобы у него больше не было причин оставаться, даже был готов помочь тому сбежать, но Уджин подчистил всё так, что даже узнав о статье "Ужасающее убийство семьи в Инчхоне", информации о личностях погибших не было. И ничего толком не известно. А без доказательств Джисон отказывался уходить: боялся, что его семье навредят. Хван приехал в уже третью по счёту больницу, правда, в этой он даже не надеялся найти Джисона. Однако она была по пути, да и с чем черт не шутит. Хотя страшно представить, какие счета ждали бы Хана после выписки. — Здравствуйте, к вам не поступал парень по имени Хан Джисон? — Хёнджин подошёл к стойке регистрации, устало облокачиваясь на неё. Девушка за ней подняла, удивлённый взгляд. — Не очень высокий, блондин. На вид лет семнадцать-девятнадцать, — говорить какие-либо другие данные бесполезно. Всё равно их нигде нет. — Прошу прощения? Можете повторить имя? — Хан-Джи-сон, — по слогам продиктовал Хван, краем глаза заметив напряженно прислушивающегося парня рядом. Его реакция показалась странной, и Хёнджин повернулся уже к нему. Да, он сейчас ой как рискует, но возможно жизнь друга на кону, значит, риск вполне оправдан. — Здравствуйте, вы знаете что-то о Джисоне? — Нет, не думаю, — моментально ответил парень и вежливо улыбнулся, пятясь к лифту. Ага, конечно не знает. Актёр из этого врача такой себе. — Извините, никаких Хан Джисонов. Возможно, вы ошиблись? Есть ли еще данные? — напомнила о себе девушка за стойкой, качая головой. И на что он надеялся? Да и в любом случае, они бы даже не знали, кто к ним пришёл, если бы Хан сам не представился. А он бы не стал. Хван почти не сомневается в этом. — О, это я, кажется, ошибся. Извините, но мне нужно поговорить с... Ким Сынмином, — Хёнджин кивнул девушке, мысленно похвалив себя за то, что разглядел имя на бейджике. Кажется, этот самый Сынмин что-то знает, иначе не реагировал бы так... да вообще не реагировал бы! Или же у кого-то просто паранойя. — Он последнее время в палате 816, его можно найти там, но если что, его кабинет- Хёнджин не дослушал, срываясь с места. Лифт, на котором уехал Ким и правда остановился на восьмом этаже, куда и направился Хван. Про себя он молился, что не ошибается и зря тратит время. Двери лифта разъехались, выпуская парня в коридор, буквально блестящий от чистоты. В нос ударил неприятный запах, сопровождающий все больницы. Очевидно, тут совсем недавно убирали. Тихие голоса донеслись из-за угла, к ним и пошел Хёнджин. Увидев человека в форме полиции, догадка почти подтвердилась. И всё же, он не может просто уйти. Ему надо хотя бы увидеть Джисона. И в идеале сказать, чтобы тот и не думал возвращаться. — Док! — теперь главное правдиво сыграть. Хван подошёл ближе, пряча руки в карманы. Никогда у него полиция не вызывала особо тёплых чувств. — Потерялся? — Нет, вы мне не ответили внизу… — заметив какое-то движение, парень повернул голову, к окошку в двери, пересекаясь взглядом с Джисоном. — Не думаю, что мы можем Вам помочь… У нас нет таких пациентов. С души будто камень упал. Вот он, стоит, живой, не совсем здоровый, но зато выглядит явно лучше. Судя по тому, что возле двери стоит мужчина в форме, Хан теперь будет под охраной, как жертва. А значит, какая-никакая безопасность ему обеспечена. По крайней мере, Хёнджин на это очень надеется, а ему ведь не надо много причин, чтобы возненавидеть полицию ещё больше. Присутствующие отвлеклись, переглядываясь друг с другом, и Хван незаметно поднёс палец к губам, последний раз смотря на Джисона. Потом, правда, пришлось сделать вид, что он чешет нос. — И правда... думаю, это я ошибся адресом. Ещё раз извините, что потратил Ваше время, — Хван вежливо поклонился на прощание, разворачиваясь. По пути к лифту в него врезался какой-то парень, едва слышно извиняясь. Хёнджин закрыл глаза, раздраженно вздохнув, но промолчал. Как бы хотелось вернуться домой и со спокойной душой лечь спать, зная, что с Джисоном всё в порядке, но нельзя. Придётся покататься ещё, чтобы было не так подозрительно. Он и так слишком задержался в одном месте, надо будет как-то объясниться. В том, что Уджин узнает об этом, Хван не сомневался. Он же не слепой, видит, что от самой квартиры за ним не особо умело пытается следить какая-то девчонка с ярко-красной шевелюрой. Молодец, конечно, что держится на расстоянии, но стоит Хёнджину выйти через заднюю дверь и всё, её задание провалено. Хотя оно уже. Не может же Хван позволить новичкам считать его ни на что не способным. Парень прошёл несколько десятков метров, заходя в один из тёмных проходов меж домов, прячась за небольшим выступом. Минутой позже появилась "шпионка", на цыпочках подбегая прямо к Хвану, разумеется, не увидев его. — Поработай над незаметностью, — Хёнджин схватил девушку за плечо, когда она пробегала мимо, несильно толкая к стене. — Первое задание? Провал, — строго глянул Хван, с презрительным смешком выходя из переулка. Прямо учителем себя почувствовал. — А вот и не провал! — истерично крикнула ему в спину девушка. — То, что ты меня увидел ничего не значит! — А на более серьёзном задании так же верещать будешь? Что ж, ты бесполезна, — и не повёл бровью Хёнджин, направляясь в сторону своего байка, пока эта дама не собрала толпу вокруг. — Да что ты себе позволяешь?! Думаешь, можешь говорить девушке что вздумается?! Я не терплю, когда меня оскорбляют! — интересно, конечно, как этой красноволосой удалось превратить замечание насчет её заваленного задания в «оскорбление», но разбираться с подобным желания отнюдь не было. — Думаю, что тебе нужно бежать и молить о прощении из-за провала, — напоследок фыркнул Хёнджин, надевая шлем. Мотор глухо зарычал, и парень сорвался с места, набирая скорость. На секунду его укололо чувство вины, но на этом всё. Сейчас Хёнджин уже знает, что никому здесь доверять нельзя. Единственный человек, к которому он испытывал тёплые чувства и даже привязался – это Джисон, но только потому что они познакомились сразу после вынужденного вступления Хвана в группировку. Если бы они пересеклись немного позже... скорее всего, Хёнджин не гонял бы по городу как ненормальный, чтобы просто убедиться в том, что паренёк жив. Да что уж, он бы не пытался вытащить его столько раз, из-за чего периодически сам получал наказания. Не прикладывал бы столько сил к лечению Джисона. И тогда Хан точно загнулся бы к этому времени. Хёнджин тряхнул головой. Он всегда отгонял мысли о смерти Хана, но стоило им появиться, они словно яд распространялись повсюду, занимая всё место в голове. С Джисоном парень познакомился около двух лет назад, попав в руки Уджина. Тот приказал время от времени заходить к Хану, проверять состояние. В самой группировке Хёнджин оказался сразу после смерти родителей, и подкошенное психологическое состояние держалось только на Джисоне, зацепившись, как за спасательную соломинку. Хан был словно погибший младший брат, никогда не переставал верить в чудо. И его чудом было то, что скоро семья появится и заберёт его домой, вместе с Хваном. Хотя Джисон вроде не был настолько наивен, чтобы верить в подобное. А через какое-то время Хёнджин всё же узнал, насколько жесток Уджин. И это превзошло его опасения. Парень быстро понял, что скорее всего, семья Джисона погибла. Возможно, в ту самую ночь, когда Хана перевезли в Сеул. И эта догадка подтверждалась всё больше. Самое страшное, что со временем и Джисон начал будто бы увядать. Уджин приходил всё чаще, становясь только жёстче. Однако Хан, как оказалось, всё же не настолько слаб. Он всё ещё цеплялся за семью, уверяя себя, что всё, что он терпит – для них. И это действительно выглядело так, словно он пытается... убедить себя, заставить в это верить, лишь бы не сойти с ума. Но с другой стороны, именно из-за этого Джисон и не мог сбежать. Поэтому Хёнджин всеми силами пытался найти нужную информацию, подготовить друга и придумать как им сбежать. Может, это и разбило бы сердце Хана, но зато спасло бы жизнь. А вдвоём они бы как-нибудь выкарабкались... по крайней мере, это то, во что верил Хёнджин.

***

Шёл седьмой день с момента приезда Джисона в больницу. Парень всё также отмалчивался, и единственное, о чём он просил – вернуть его обратно. В голове стучала только одна мысль: семья в опасности. Мама и папа, старший брат. Все они, возможно, нуждаются в нём. Да, Хёнджин иногда намекал, что они скорее всего мертвы, но Джисон отказывался верить. Иначе совсем бы свихнулся, находясь в подобных условиях. Только мысли о семье и спасали, даже если Хан почти насильно заставлял себя считать, что они точно ищут и ждут его. Парень периодически менял своё местонахождение. Уджин раз в пару месяцев перевозил его в разные квартиры. Раньше Ким появлялся не очень часто, иногда Джисон был предоставлен сам себе неделями, но последние полгода Уджин приезжал минимум раз в семь дней, обычно по пятницам или субботам. Хан за этим внимательно следил, даже выпросил у Хёнджина календарик. Точнее, заикнулся о нём как-то, а Хван на следующий же день принёс, выбрав экземпляр с милыми животными на оборотах. Лёгкая улыбка тронула губы Джисона, стоило вспомнить о Хёнджине. Интересно, как он сейчас? Что делает? Всё ли с ним в порядке? И именно в этот момент в палату кто-то буквально влетел. Дверь громко хлопнула. — Помнишь, ты упоминал, что не любишь больницы? — к парню торопливым шагом подошёл Сынмин, протягивая одежду. — Пора выписываться. Джисон недоверчиво прищурился, но одеваться начал, попросив Кима отвернуться. Футболка и брюки оказались слегка велики, но всё равно было приятно снять с себя раздражающий больничный халатик. За дверью их уже поджидал Феликс, приказывая следовать за собой, осторожно взявшись за здоровую руку Джисона. — Что происходит? — Извини, Джисони, но боюсь там за тобой пришли, — не останавливаясь шепнул Ли, вертя головой. Они дошли до пожарной лестницы, торопливо спускаясь вниз. — К сожалению, не родители. Хан на ходу развернул голову, заметив каких-то людей в чёрных кожаных куртках, влетевших в палату, из которой он только что убежал. На секунду в конце коридора почудился Уджин, но перед лицом хлопнула дверь, и парни оказались на свежем воздухе. Холодный ветер пробрался под широкую футболку и растрепал волосы. И в этот момент Джисон понял, что ему страшно. Страшно вернуться в ту грязную квартиру, чувствовать только затхлый запах и не иметь возможности выйти. Вместе с пролетевшим порывом ветра из головы вылетели все мысли кроме одной: "нельзя возвращаться". Джисон теперь сам вцепился в руку Феликса, пытаясь не отставать. Наконец парни преодолели сотни ступенек, но останавливаться рано, хотя лёгкие уже болели. Ли потянул Джисона к парковке. Где-то наверху раздались хлопки, слишком похожие на звуки выстрелов. Их Хан узнает из тысячи. Феликс остановился за каким-то фургончиком, чтобы со стороны больницы их не было видно, нетерпеливо посматривая на часы. Видимо, они кого-то ждали. Через несколько рядов стоял довольно высокий человек, полностью в чёрном, облокотившись на байк. Он перехватил взгляд Джисона, выдавливая лёгкую улыбку. Хан узнал Хёнджина, взволнованно прикусив губу. Феликс тоже заметил парня, подозрительно щурясь. Он уже думал подойти к незнакомцу, отгородив Хана, но прямо между ними остановился автомобиль. Ли легонько подтолкнул Джисона к двери, забираясь следом. Минхо за рулём обернулся на миг, вдавливая педаль в пол. В последнюю секунду Феликс, выглянув в окно, увидел, как незнакомец в чёрном кивнул вслед автомобилю, натягивая на голову шлем.

***

— Говоришь, ничего опасного?! — почти истерично кричал Чонин, грызя ногти. Он случайно увидел сообщения от Минхо, Феликса и даже Сынмина о том, что в больнице появились люди, ищущие Джисона. А затем и о том, что они вооружены. — Нин, я сам не знал, что такое может произойти, — Чан обошёл стол, положив руки на плечи младшего. — Это дело не должно было быть опасным, просто помочь парню, — скрывать то, кто стоит за похищением Джисона, теперь казалось плохим решением, особенно от Чонина... но он парень не особо сдержанный, кто знает, что он решит сделать с полученной информацией, и не решит ли действовать самостоятельно. — Но сейчас хён в больнице, кишащей вооружёнными преступниками! И не отвечает на звонки! — парня уже потряхивало от волнения, голос срывался. Руки дрожали, сжимая жилет Чана. — Что если он ранен? А если мёртв?! — Успокойся, Чонин! — прикрикнул Бан, чтобы отвлечь младшего от его истерики. — Минхо не успел зайти в больницу, внутри был только Феликс. Они скоро приедут, живые и здоровые. Ты веришь мне? Чонин, не переставая мелко дрожать всем телом, опустил взгляд, изо всех сдерживая слёзы. Чан ещё приблизился, прижимая того к себе, успокаивающе перебирая волосы на затылке. Ему и самому было не по себе, но надо держать себя в руках, чтобы только сильнее не запугивать Яна. Чонин обычно спокоен, но, если появляется малейшая угроза для Минхо, словно с цепи срывается. Оно и понятно, после смерти своих, а потом и родителей Ли, любая опасная ситуация, в которую может попасть старший, оборачивается ужаснейшим стрессом. Чанбин уже давно заявил, что младшему надо подлечить нервы, кажется, даже советовал психологов, но от такого предложения Ян твердо отказывался. — Это первый раз, когда ты разрешил ему взять дело серьёзнее, чем обычно, — осипшим голосом прошептал Чонин. — Почему именно так всё обернулось? — Не знаю, Нин. Здесь не должно было быть угрозы для его жиз- просто угрозы, — быстро исправился Чан, не переставая поглаживать спину Яна. Конечно, это далеко не правда... учитывая то, чья татуировка набита за ухом Джисона, опасности не могло не быть. — Но он хорошо подготовлен, и точно справится. Скоро он приедет сюда, обещаю. — Ты не можешь обещать этого, — Чонин скинул руки старшего, усаживаясь в его кресло. Закрыл глаза, глубоко дыша. Через пару секунд он поднял серьёзный взгляд на Чана, скрещивая на груди руки. — Почему за Джисоном так охотятся? Я копаюсь в архиве уже несколько дней, но не нашёл никакой информации, в интернете ни слова. Это ведь не простое похищение, да? — Почему ты так думаешь? — Бан сел на угол стола, напротив Яна. — Был бы это простой похититель, он не действовал бы настолько... явно. Нанять кучу головорезов и устроить стрельбу прямо в больнице? — Чонин покачал головой, закидывая одну ногу на другую. С этим делом надо разобраться побыстрее. Тогда Минхо не придётся так рисковать собой. Это и стало основным стимулом для Чонина. Но сейчас надо хотя бы разобраться с тем, что не договаривают ему старшие. Около десяти минут спустя в участок вошли трое, сразу направляясь в кабинет Чана. Увидев пришедших, Чонин в один большой прыжок долетел до Минхо, повиснув у того на шее. И это с его нелюбовью к объятиям. — Хён придурок! Идиот! Безмозглый червяк! — пытался кричать Ян, мучая и так сорванный голос, но выходил только громкий хриплый шёпот. — Ненавижу тебя, кусок ты- — Всё-всё, спокойно, — торопливо вмешался Феликс, растаскивая братьев одной рукой. Второй он держал Джисона. Может, в больнице он и не сопротивлялся, кто знает, не решит ли он сейчас сбежать обратно в лапы своего похитителя. Однако Хан просто прижался к стене, лишь затравленно смотря на присутствующих. Он три года видел только двоих: Уджина и Хёнджина. Иногда, правда, заглядывали и ещё какие-то люди, но с ними Джисон не пересекался, особенно с одним парнем. Он чаще всех приходил, и Хан легко запомнил его голос. А сейчас вокруг было слишком много незнакомых людей. Единственные, к кому немного привык Джисон – Сынмин и Минхо. С обоими он виделся буквально каждый день, но если первый сейчас, скорее всего, в больнице, то Ли занят разговором с каким-то парнем. — Пока мы не знаем, где тебе будет безопаснее, поэтому... придётся побыть здесь немного, — после короткого разговора подошёл ближе Чан. Джисон помнил его, но всё равно побаивался. Слишком уж строгим он выглядел. И его вдруг отпихнула в сторону чья-то рука. — Не знаю, что ты любишь, но... держи, — незнакомый парень протянул кружку с чем-то горячим. Кажется, чай. — Меня зовут Чонин. Я... младший брат Минхо, — Ян постоял немного, неловко топчась на месте, прежде чем выйти из кабинета, не дождавшись ответа. Напоследок лишь расстроенно пожал плечами, кивнув Чану. Феликс пошёл за ним, правильно понимая, куда направляется младший: в архив. — Спасибо, — негромко сказал Джисон, прямо перед хлопком двери. Минхо, усевшийся на столе, удивлённо вскинул брови. Хан заметил его взгляд, уставившись в кружку. Дверь вдруг снова распахнулась, пропуская... нечто. Сынмин с растрепанными волосами, торчащими во все стороны, словно нарушая законы физики, в больничном халате и тапочках, обутых прямо на кроссовки, ворвался в кабинет и сразу подбежал к кулеру, жадно выпивая несколько стаканов подряд. — Джисон здесь? — первое, что спросил Ким, находя взглядом парня. Кивнул своим мыслям и устало плюхнулся в кресло рядом. — Мне как-то удалось обмануть тех людей, я прикинулся больным. Потом ехал сюда, моё такси немного отставало от вас. Это было ужасно! Но никто не пострадал, к счастью, — протараторил Сынмин, выдыхая. — Разве что здание немного, будем заделывать дырки. — Теперь в больнице небезопасно, — Минхо соскочил со стола, присаживаясь возле Джисона. — Но ты не бойся, я буду рядом. — Надо подумать, где ему теперь жить... Мы же не можем оставить его в участке, — Чан задумчиво нахмурился, начиная грызть ноготь большого пальца. Чонин бы точно сейчас ударил его по руке, несмотря на точно такую же привычку. — У меня, — спустя несколько секунд тишины выдал Минхо, решительно хлопая по бёдрам. — Только Нин знает, где я живу. Да и район неплохой, вполне безопасный. — Спятил? — будничным тоном поинтересовался Сынмин, будто это совершенно не удивительное событие. Джисон даже немного позавидовал. Подобное общение для него что-то давно забытое. — Тем более, мы все знаем, где вы живёте. Вдруг сознаемся под пытками? — Ким тут же замолк, плотно сжав губы. Он всем видом выражал сожаление о вырвавшейся фразе. — Всё настолько плохо, что вас могут пытать? — тихо спросил Джисон, опускаясь всё ниже. Ещё немного и уткнётся лбом в колени. Конечно, он знал, что Уджин не простой похититель и, скорее всего, как минимум наркоторговец, но, кажется, Ким имеет куда бóльшую роль, раз даже в теории он может устроить пытки просто чтобы узнать местоположение своей игрушки. Хотя если так подумать, стрельба в больнице это только подтверждала. Да и ещё множество факторов... — Нет, я просто... плохо пошутил, — попытался возразить Сынмин. — Всё возможно, — подтвердил вдруг опасения Минхо. Чан возмущённо уставился на него, не понимая, что тот несёт. — Поэтому я хочу, чтобы ты жил у меня. Мой адрес знает только Чонин, а на то, что он как-то связан с полицией не указывает ничего, мы даже не родственники по факту. Разве что на старых неподписанных бумажках. — Но Сынмин прав, мы все знаем, где находится ваш дом... — несколько неуверенно протянул Чан. — Я переехал уже как несколько месяцев. Раз даже ты не знаешь, там довольно безопасно, не думаешь? — цокнул Минхо, возвращаясь к уговорам Джисона. — Видишь? Я буду рядом, тебе ничего не будет угрожать. Хан рвано вздохнул, зажмурившись на несколько секунд. В голову снова вернулись воспоминания о семье, но сейчас даже они с трудом могли вытолкнуть страх возвращения. С одной стороны, страшно, что с родными что-то случится, если уже не случилось, а с другой, от одной мысли, что снова придётся быть взаперти, быть с Уджином, подташнивало. Живот скрутило неприятным чувством, когда Джисон пытался решить, что выбрать. Всего каких-то несколько дней относительной свободы уже подкосили трёхлетнюю уверенность парня в необходимости спасти родных. Всего каких-то несколько дней назад он был готов пожертвовать своей жизнью. — Я тоже... просто человек, — совсем беззвучно шепнул Джисон. Он поднял дрожащую руку с оттопыренным мизинцем, немного повышая голос, чтобы его было слышно, но голову опустил только ниже. — Спаси меня, прошу. — Обещаю, — Минхо переплёл пальцы, тепло улыбаясь. Он точно сделает всё, чтобы парень напротив выбрался из этого ужаса, окружившего его.

***

— Мне кажется, это нереально, — устало отозвался Феликс, сидя в куче бумаг. Потрепанные папки были повсюду. В глазах уже рябило от количества прочитанных строк. — Я уверен, что где-то здесь должно быть дело Джисона. И если понадобится, я по второму кругу всё тут перерою, — очень уж бодро отозвался Ян с другого конца архива. И несколькими минутами позже раздался громкий звук. Будто упало немаленькое количество жестяных банок. — Так ты там энергетиками упиваешься?! Печень же посадишь! И сердце! — возмутился Ли, пытаясь найти хоть какую-то щель, через которую будет видно младшего. — Я Минхо расскажу! — А я тогда расскажу, кто разбил его планшет! — парировал Чонин, ехидно ухмыляясь. Всегда приятно иметь какой-то компромат на друзей. Ян копался в архиве с того самого дня, как Минхо нашел Джисона и привёз в больницу. Сейчас он очень сожалел, что не оставил даже крупицы из дела Хана на своём компьютере. Немного позже к парням заглянул Минхо. Он замер у двери, взглядом выискивая хоть кого-то, но оба парня уже были где-то в глубине архива. Их местоположение можно было примерно понять по шороху в разных концах помещения. — Феликс, можешь подождать с Джисоном в моей машине? Мне нужно поговорить с хёном, — негромко попросил Ли. Феликс с радостью выбрался из бумажных завалов, выскакивая в коридор, на ходу поймав брошенные ему ключи от машины. Хан уже ждал его, сидя на лавочке прямо возле двери. На плечах у него был забавный пёстрый пледик, а в руках небольшой термос. Долго думать откуда это всё не пришлось: и плед, и термос принадлежали Минхо, обычно находясь в его шкафчике. Феликс улыбнулся, протягивая Джисону руку. Парень неуверенно взялся за неё, покидая участок. Прямо возле входа они столкнулись с кем-то, и Феликс остановился. Хан с опущенной головой мог видеть только потрёпанные кроссовки человека напротив, но глаз все равно не поднимал. — Привет, хён. Всё уладил? — раздался приветливый голос Феликса и негромкое мычание в ответ. — Зайди потом к Чани-хёну, у него для тебя дело. Ли попрощался с незнакомцем, заворачивая за угол, на парковку. Машина у Минхо оказалась побольше чем та, на которой они приехали из больницы. Джисон не очень разбирается в автомобилях, но этот выглядит недёшево. Кресло, на которое забрался парень, было мягким и удобным, обшитым светлой кожей. Хан напряженно выпрямил спину, боясь двинуться лишний раз. И в противовес ему, рядом развалился Феликс, подогнув под себя ноги. Хорошо хоть обувь снял. Около семи минут Ли пытался завести диалог с Джисоном, но в основном всё равно говорил сам. Хотя было видно, что Хан действительно внимательно слушает, даже периодически слегка кивает, соглашаясь со сказанным. Наконец Минхо подошёл к машине, забираясь на водительское кресло. Он выглядел вроде довольным, но растерянным. Феликс хлопнул его по плечу, будто бы передавая эстафету, и обулся, выходя на улицу. Пора вернуться к увлекательному копошению в архиве. Хотя всяко лучше, чем осточертелое дежурство, от которого его освобождали ненадолго ради поисков. Однако, в архиве никого не оказалось. Скорее всего, Чонин опять сидит в кабинете Чана. Феликс направился к старшему, на удивление застав там только Чанбина. — Хён только что буквально вышел, — пояснил парень, видя вопросительный взгляд Ли. Он кивнул, присаживаясь на кресло рядом, достав из кармана телефон. — Кстати, кто тот парень? С которым ты выходил. Он ушёл? Минхо ведь убьёт тебя за свой плед. — Это мой друг, заходил поздороваться, — и глазом не моргнул Феликс, уже копаясь в телефоне. — А плед хён сам одолжил. Мне. Так что не рассказывай ему, пока не верну. — Друг? Не видел его раньше, — заинтересовался Чанбин, отодвигая телефон Ли в сторону. — Давно знакомы? — Откуда столько вопросов? — подозрительно прищурился Феликс, но тут же весело усмехнулся. — Может, ревную. Вот и хочу узнать, кто это, — надул губы Со, показательно отворачиваясь. — Он живёт в другом городе, мы переписывались пару месяцев. И вот, довелось пересечься, — быстро сориентировался Феликс, моментально придумав Джисону предысторию. Надо бы ее не забыть, на всякий случай. Больше Чанбин не расспрашивал друга, со скучающим видом дожидаясь Чана. Старший не заставил долго ждать, заходя в помещение вместе с Чонином. — Мне кажется или мой кабинет больше похож на проходной двор? — обратился Чан к младшему, занимая своё место. — Бин, я оставил папку на твоём столе. Дело не особо сложное, поэтому, надеюсь, ты сможешь быстро разобраться. Приступай поскорее, мне надо с Ликсом поговорить. — Ладно, пойду посмотрю, — Со нехотя вышел из кабинета, оставив парней друг с другом. Понял, что его выпроваживают. Ли проводил его странным взглядом. — Феликс, ты не рассказывал ему о Джисоне и Минхо? — понизив голос, спросил Чонин. С его лица моментально пропала широкая улыбка. — Нет, он же просил, помнишь? Хотя думаю, Чанбин не будет отбирать у него дело, даже если узнает, — пожал плечами Феликс, расслабленно облокачиваясь на руку. — Бин хорош в подобном, помог бы. — Дело в том, что дела нет, — устало откинулся на спинку кресла Чан, закрывая глаза. Конечно, разные преступные группировки — это проблемы, но от одной определённой их в разы больше. — Я не занёс его в базу все ещё. Спасибо Чонину, он напомнил, что к ней есть доступ у... нежелательных людей. — К чему ты ведёшь, хён? — напрягся Ли. Серьёзный тон старшего и постоянные переглядывания с Чонином не внушали доверия. Кажется, случилось что-то серьёзное. — Сейчас для полиции не существует дела о похищенном Хан Джисоне, не существует самого Хан Джисона, — холодно отозвался Ян. — О деталях знает всего пять человек, и это количество не должно меняться ни при каких условиях. По крайней мере в рамках полиции. — В опасности могут оказаться не только Джисон и Минхо, но и все мы, — подхватил Чан. — Вообще никто больше не должен знать. Я уже всё объяснил Минхо. — Мы попросили узнать хоть что-то у Джисона, любая информация будет полезна. Но главное, чтобы этот придурок сам не начал разбираться в деле, — Чонин сжал руки в кулаки, сверля взглядом стену, будто на её месте сейчас стоит брат. — Думаю, ты всё понял, — старший поднялся, сверяясь с часами. — У тебя сегодня дежурство, хватит отлынивать. Мы дальше сами справимся. — Я всё это время Джисону помочь пытался, — недовольно бурча, покинул кабинет Феликс. Дежурство уже в печёнках сидит.