В базе ни одного Хан Джисона

— Ты чего так сидишь? — Минхо заметил странно выпрямленное положение Джисона. — Можешь сесть вперёд, если неудобно. Хан помотал головой, сглатывая ком в горле. Пальцы сильнее вцепились в термос, который так и оставался в его руках. Вдруг в его коленку потыкал Минхо, выглядывая из-за своего сидения. — Садись удобнее и пристегнись. Нам довольно далеко ехать, — Ли немного подождал, смотря, как Джисон неуверенно откидывается на спинку, медленно пристёгивается. Всю дорогу Минхо иногда посматривал на своего пассажира через зеркало заднего вида, проверяя его состояние. Джисону понадобилось около десяти минут, чтобы немного расслабиться, а сейчас он даже не задумывался о том, как сидит, с интересом смотря на пролетающие виды. — Можно открыть окно? — тихо спросил парень, поднимая руку к стеклу. Хотелось просто почувствовать ветер, вдохнуть свежий воздух. Всё ещё не верилось, что действительно есть такая возможность. — Там есть кнопка, но ей можно прищемить палец, так что осторожно, — машина остановилась на светофоре, и Минхо снова посмотрел на Джисона через зеркало. Хан неуверенно тыкал по кнопке, немного опуская стекло. И, несмотря на предупреждение старшего, механизм всё же слегка зажал кожу. Парень болезненно скривил лицо, но не издал ни звука, сжимая губы. Вскоре автомобиль припарковался возле одной из высоток в небольшом районе. Минхо открыл дверь, помогая Джисону выбраться, и направился ко входу в само здание. Несколько человек вежливо поздоровались по пути, узнав соседа. Хан затравленно поглядывал на людей, прячась за спиной Минхо, пока тот не взял ладонь Джисона в свою, успокаивающе сжимая. — Хочешь что-то определённое на обед? Ты ведь давно нормально не ел, наверное. Я не люблю больничную еду, — попытался отвлечь парня Ли, направляясь к лифту. Какой-то мужчина крикнул, прося подождать его, когда двери начали закрываться. — Извините, второй лифт уже на третьем этаже, подождите его, пожалуйста. И двери закрылись, отгораживая парней. Джисон облегчённо выдохнул, опуская голову. Кажется, слишком громко. Минхо погладил его ладонь большим пальцем, вдруг начиная тихо напевать под нос. Ну, мелодия в лифте действительно въедается. Квартира у Минхо оказалась не очень большой, но и не маленькой. А за счёт отсутствия полноценных стен между кухней, гостиной и прихожей, казалась ещё просторнее. Джисон аккуратно снял тапочки, которые ему выдали ещё в больнице, поставив возле обувной полки. — Давай я пока покажу тебе твою комнату, а потом что-нибудь приготовлю, — предложил Ли, направляясь к одной из дверей в конце коридора. — Вот, теперь это твоя спальня. Джисон прошлёпал босыми ногами, с интересом заглядывая в свою новую комнату. Она оказалась небольшой и довольно уютной. Конечно видно, что в ней не жили, но всё же. Минхо оставил парня знакомиться с квартирой, уходя на кухню, перебирая в голове блюда, которые можно приготовить для ослабленного организма. В детстве мама готовила для него и Чонина кальбитан – суп с рёбрышками, особенно во время болезней. Все ингредиенты есть, а значит можно готовить. Наверное, не стоит делать его острым, не узнав у Джисона, да и вообще, перец вроде заканчивался. Минхо закатал рукава, начиная колдовать над плитой, заодно решив приготовить что-нибудь полегче и побыстрее, чтобы не морить Хана голодом около двух часов. Ну так, чтобы перекусить. — Можно в душ сходить? — неожиданно раздалось позади. Ойкнув, Минхо вздрогнул, неловко царапнув ножом по пальцу. За его спиной, потупив взгляд, стоял Джисон. — Конечно, ванная в конце коридора, — шипя из-за пореза, кивнул Ли, копаясь в шкафчике в поисках пластыря. — Можешь взять одежду из моего шкафа, а эту брось в корзину рядом с раковиной. Джисон мельком посмотрел на палец во рту старшего, испуганно замерев. Сердце гулко забилось, в ожидании крика, а возможно и удара, ведь порезался парень из-за него... Но Минхо просто молча копался в аптечке? Кажется, это было очень неудобно делать из-за оттопыренного пальца. Хан хотел было просто уйти, но резко развернулся обратно в сторону Минхо, как только оказался к нему спиной. — Тебе нужна помощь? — всё же решился спросить Хан, подходя ближе. Ли немного удивлённо поднял бровь, не ожидая такой участливости от младшего, и протянул коробку. Наверное, самому было бы удобнее, ведь порез на пальце сложно сравнить со сломанной рукой Хана, но раз тот хочет помочь... Джисон вытащил упаковку пластырей, аккуратно отрывая один, помогая себе то пальцами, торчащими из гипса, то зубами. Он уже привык заклеивать себе раны, а вот другим ему не доводилось очень давно. — Сначала нужно обработать. Немного покопавшись, парень вытащил ватные палочки, баночки перекиси и йода: он их заметил, когда искал пластырь. Джисон осторожно промыл порез и нанёс вокруг немного йода, а затем наклеил пластырь. Минхо, сосредоточенно наблюдавший за младшим, наконец почувствовал странный запах, вспоминая о готовившихся желудочках. Чертыхнувшись, Ли поспешил убавить огонь, виновато оборачиваясь к Джисону. — Извини, немного подгорело, — Минхо разочарованно надул губы, проверяя остальные ингредиенты, чтобы ещё что-то не испортить. — Можешь пока идти в душ, ещё не все готово. Одежду возьми у меня. Комната Минхо выглядела совсем по-другому. Как минимум, сразу видно, что в ней живут. Джисон и раньше заметил, но у Ли практически везде имеются фотографии: на полках, стенах в гостиной, рабочем столе. Много где изображены четверо: двое взрослых и два ребёнка. Если вспомнить, то в участке был парень, Чонин, представившийся младшим братом Минхо. Пусть он вроде и не родной. А значит, скорее всего, на фотографиях они и их родители. Только вот где родители Чонина... В глазах защипало, стоило подумать о родных, и Джисон, быстро схватив что-то с полки, убежал в ванную, надеясь запереться там, чтобы Ли даже случайно не увидел его слёз. Однако никакого замка на двери не оказалось. Минхо явно живёт один. Джисон опустил голову, опираясь на раковину, и включил воду. Мокрые дорожки на щеках уже неприятно стягивали кожу. Хан поднял взгляд в зеркало, висящее на стене, смотря на своё отражение. Взгляд пугал даже его самого. Столько ненависти он, кажется, ни в чьих глазах не видел. — Трус, — презрительно шепнул парень сам себе. — Ты жалкий трус, Хан Джисон. Не ищи виноватых, идиот. Это ты во всём виноват! — скривился Джисон, ударив и так сломанной рукой о край раковины, тут же чувствуя сильную боль. На скулёж Хана прибежал Минхо, сначала дёрнув ручку вниз, и только затем постучав. Джисон попытался стереть слёзы, но только размазал влагу по всему лицу. Открыв дверь, он попытался как можно ниже опустить голову, но старший как на зло приподнял её за подбородок, заглядывая в лицо. — Ты плакал? Что случилось? — обеспокоенно спросил Минхо, большим пальцем аккуратно вытирая слёзы. До этого он общался просто вежливо, но сейчас будто было слышно искреннюю заботу и волнение. И это вроде как настораживает. — Рукой ударился. Извини, — Джисон покачал головой, пытаясь отстраниться. — Точно, твоя рука! Как же ты в душ то пойдёшь... — не очень своевременно задумался Ли, смотря на гипс младшего. Не долго они оставались в тишине. — Я помогу? Не думаю, что так ты много сможешь. — Нет! — громко воскликнул Хан, почти отскакивая от Минхо, проскользив по полу. Наверное, это самое эмоциональное действие парня из всех, которые видел Ли. Конечно понятно, отчего такая реакция, но то, всё же Минхо не может игнорировать то, что у парня будут определённые проблемы. Тем более, что в словах старшего не было никаких тайных умыслов. — Джисон, давай хотя бы голову тебе помою? Чтобы руку не тревожить сильно, — предложил Минхо, осторожно положив руку парню на плечо. Он заметил, как вздрогнул младший, услышав своё имя. Хотя может показалось. — Но если нет, то просто скажи, я не буду. — Да... хорошо, — поколебавшись, кивнул Хан. Всё же, с гипсом он вряд ли сможет нормально принять душ, как бы не хотелось верить в обратное. Если бы не желание смыть с себя ужасный отпечаток больницы как можно быстрее, Джисон, возможно даже, помучался бы сам, но от въевшегося запаха стерильных средств и палаты уже подташнивало. Минхо попросил пока отрегулировать воду и переодеться, отходя, чтобы снять еду с огня. Уж пожар им сейчас точно не нужен. Вернувшись, он застал закутанного буквально с ног до головы в полотенца Джисона, сидящего в ванной с медленно набирающейся водой. Словно большая цветная гусеница. — Я здесь. Да будет пена! — с озорным смешком Минхо капнул немного шампуня прямо в воду, отчего она тут же начала пениться. Ещё немного средства он выдавил прямо на уже влажные волосы Джисона, одной рукой начиная мягко массировать голову парня, второй пытаясь закрыть банку. Вся ванная уже наполнилась каким-то фруктовым ароматом. — Точно, держи руку повыше… или положи на бортик, чтобы не намочить. На ощупь волосы Хана были жёсткими и, как бы странно это ни звучало, сухими. Судя по немного отросшим корням, родной цвет даже близко не блонд, скорее всего, Джисон брюнет или шатен, в этом Минхо не очень разбирается и сам путает. Однако точно понятно, что осветление сильно сказалось на волосах. Но для трёх лет корни слишком короткие, наверное, его как-то подкрашивали. Надо будет спросить потом. Ли продолжал перебирать пенные пряди, несильно давя на голову. Джисон прикрыл глаза, невольно наслаждаясь своеобразным массажем. И уже через несколько секунд парень задремал, уронив голову на грудь. Во сне появился его старший брат, с нежной улыбкой смотря на Хана. Кажется, он что-то говорил, но звука голоса не было. Или же Джисон просто не слышал. Парень попытался приблизиться к брату, но почему-то на руках оказались наручники с цепями, уходящими куда-то далеко назад. Именно эти цепи и натянулись, утаскивая его в темноту. Прямо как тогда, три года назад, только цепь тянулась из машины... — Хён! — громко вскрикнул Хан, резко дёргаясь и открывая глаза. Сердце болело, будто его сдавливало прямо в груди. А в ушах отдавался его быстрый стук. Дышать было тяжело. Вдруг что-то коснулось плеча, скользнуло вдоль шеи, и остановилось на груди. Прямо над быстро бьющимся сердцем, намочив в том месте пока сухое полотенце. — Спокойно, всё хорошо. Дыши глубже, это был сон, — раздался тихий шёпот возле уха. Джисон послушался и зажмурился, восстанавливая дыхание, всё ещё не до конца разделяя сон и реальность. Когда чувство страха отступило, парень снова открыл глаза, скривившись от яркого света лампы. — Что тебе снилось? Хан обернулся, растерянно смотря на Минхо. Только сейчас начало доходить, что он был здесь всё это время. Да и одна его рука всё ещё незаметно перебирала мокрые пряди. Наверное, даже для старшего на автомате. — Дай смою шампунь, — видя, что Джисон не собирается отвечать, сменил тему Ли, потянувшись за душем. — Закрой глаза, чтобы пена не попала. Парень не послушался, боясь, что снова увидит эту сцену, из-за чего резко дёрнулся, вытирая глаза, когда в них попала мыльная вода. От таких рывков капли брызнули во все стороны, почти полностью намочив Минхо и половину ванной комнаты. — Вот и я искупался, — неловко рассмеялся Ли, потянувшись за полотенцем. Джисон виновато потупил взгляд, подтянув к груди колени. Конечно, Минхо вроде не ругается, когда случается что-то подобное, но сложно избавиться от уже привычного чувства страха. И мало ли, вдруг в какой-то момент и Ли не сдержится... Но нет, надо что-то делать с такой реакцией. Кажется, Хан слишком хочет довериться кому-то. Прерывая поток мыслей, Минхо уточнил, точно ли парень справится дальше сам, возвращаясь на кухню. Даже оказавшись наедине с собой, Джисон не снял теперь мокрые насквозь полотенца, кое-как закончив с душем. Помощь бы не помешала, но подпустить к своим волосам Минхо и так было очень сложно. Хотя, на удивление, от мытья головы Хан не испытал того стресса, которого ожидал. Футболка оказалась сильно велика, хотя, судя по размеру, даже Минхо в ней утонул бы. Интересно, откуда у него такая, если остальная одежда вроде по размеру. Хотя Джисон и видел-то всего несколько вещей: те, в которых приходил Ли в больницу. Во всей квартире пахло настолько вкусно, что из головы мигом вылетело всё, кроме желания найти источник запаха и наконец нормально поесть. Да, еда в больнице не сравнится с тем, что доводилось есть Джисону до этого, но всё было настолько пресным... Даже Хёнджин находил хотя бы соль, и ведь это было в тех ужасных условиях. Парень прошёл по коридору, выходя в гостиную. Минхо как раз расставлял тарелки на столе, бегая по кухне в поисках то приборов, то салфеток. — Закончил? Присаживайся, всё готово, — улыбнулся Ли, заметив младшего. Тот осторожно сел за стол, голодным взглядом смотря на еду. — Можешь есть всё, что захочешь. И в любом количестве, — на всякий случай добавил парень. За исключением Чонина, у него не было гостей, тем более… подобных. Хотелось, чтобы Хан чувствовал себя достаточно комфортно и смог наконец отдохнуть, почувствовать себя в безопасности. — Спасибо, — уже с набитым ртом пробубнил Джисон, вызвав лёгкую улыбку у Минхо. — Ты так мало разговариваешь. Разве нет желания поговорить о чём-нибудь? — Ли положил подбородок на руку, заинтересованно наблюдая за Ханом. Сам он успел наесться, пока готовил. Это попробуй, то проверь. — Я не привык. Со мной не очень разговаривали, — поник Джисон, опустив взгляд. Это, кажется, самая длинная его фраза, услышанная Минхо за всё время. По крайней мере, адресованная ему. — Джисон, нам надо узнать о случившемся. О тебе, о том, где ты был, и кто тебя там держал, — Ли накрыл ладонь младшего своей, серьёзно смотря ему в глаза. — Ты ведь должен знать хоть что-то, не отнекивайся. — Что будет потом? Если я скажу? Вы ведь получите от меня всё, что хотите и я... — Нет, не договаривай даже, — остановил Минхо. — Тебе ведь идти некуда, и я не смогу жить спокойно, если не буду уверен, что опасность тебе не угрожает. Будешь жить со мн- — Ким Уджин, — прерывая, выпалил Джисон и крепко зажмурил глаза, затаив дыхание. Ли прищурился, не совсем понимая о чём он. — Его имя. — Он... о, я понял. Ещё что-то знаешь? — Хан неуверенно кивнул, но говорить не начал. — Хорошо, я не буду давить на тебя. Но чем раньше ты расскажешь, тем быстрее мы... я тебе помогу. Джисон опустил голову ниже, чувствуя лёгкое прикосновение к волосам. Минхо погладил парня, чтобы показать, что не будет больше выуживать из него информацию. Имя уже что-то, надо рассказать Чану. Ведь это он должен "работать" с группировкой. Выходит, Минхо – кто-то вроде передатчика?

***

Кажется, из всех "посвящённых" в ситуацию Джисона, только Феликсу показался странным тот парень, то и дело мелькающий неподалёку. Даже возле участка ошивался. Ли и камеры проверял, но тот особо не попадал ни на одну из них, только в больнице. И даже там лица не видно толком. Знает расположение камер, а обычным людям такие знания вряд ли нужны. Явно же тут что-то нечисто. Но остальные слишком заняты, чтобы выслушивать, конечно. Расписание Ли вернулось к обычному состоянию: дежурства, дежурства и ещё раз дежурства. Ежедневные хождения по городу, редко происходит что-то, требующее его вмешательства, словно чтобы специально выбесить. Он чертовски устаёт, и, приходя домой, готов завалиться спать прямо на коврике под дверью. Погода, как на зло, постоянно солнечная и безветренная. И ведь снимать форму нельзя, а в ней задохнуться можно, как жарко. И несмотря на это, приходится находить время для поиска незнакомца из больницы и помощь Чонину в архиве. К тому же, надо оставаться приветливым и вежливым, что выходит всё хуже с каждым днём. Его "правильный" образ трещит по швам. С переезда Джисона прошло несколько дней, Минхо на работе не появляется. Он и из дома не выходит, наверное. Конечно, благодаря Сынмину, для всех он тяжело больной и ему необходим постельный режим. Однако все дежурства старшего перешли на кого? Конечно, на Феликса. И Ли не понимает, почему тот так тормозит. Да, изначально он и был за то, чтобы узнавать информацию от Джисона максимально добровольно, но после стольких часов, проведённых в архиве и куче дополнительных часов из-за Минхо, готов лично устроить парню допрос. И получить все ответы на интересующие их вопросы. Ли приехал в участок совсем рано утром. Не то чтобы он ожидал, что сегодня задание будет другое, но надежда была. Хотя лучше бы поспал на десяток минут больше. Последнее время на сон остаётся часа четыре. Кабинет Чана был заперт, и Феликс отправился к своему столу, оставив старшему записку. Теперь не уснуть бы к приходу Криса. — Чего грустим? — О, хён... напугал, — Ли устало улыбнулся Чанбину, подняв на него взгляд. Старший обошёл парня, положив руки на его плечи. Медленные движения пальцев расслабили мышцы Феликса. — Давно мы не общались. У тебя постоянно дежурства, я над одним делом сижу, — посетовал Со, наклонившись к уху парня. Кажется, Чанбин и правда намного реже появлялся в участке последнее время. — Что нового? — Мм... да ничего особенного, — глухо ответил Ли, уткнувшись лицом в ладони. — Теперь на дежурствах буду с Саном. — Да я же не про работу, дурачок, — легонько оттянул мгновенно покрасневшее ухо Чанбин. Феликс на это недовольно дёрнул плечом. — Хотя, раз уж заговорили... что ты постоянно делаешь в архиве? И почему Чонина туда пустил? Это нарушение. — Да нам найти дело одно надо... Нин о нём знает, вот и помогает, — промычал парень. От усталости он и забыл, что надо молчать. Ещё и расслабился из-за массажа. Голова уже совсем не варит. — О, что за дело? Я помогу, ты только скажи. У меня хорошо с поисками в архиве, знаешь ведь, — предложил Чанбин, пригладив волосы Феликса. — Я волнуюсь за тебя, ты слишком много работаешь... Когда у тебя выходной? Может, я зайду? Знаешь, могу заварить тебе чай успокаивающий, массаж сделать. — Звучит хорошо... — отозвался Ли. — Чанбин, Феликс! — раздался громкий голос Криса. Младший резко подскочил, выпучив глаза. — Хватит обниматься на рабочем месте! Офицер Ли, зайдите в мой кабинет. — Чёрт! — глаза Феликса округлились, пока он шёл к старшему. Надеясь, что не сболтнул Чанбину слишком много. Прокрутив в голове свои слова, Ли понял, что пусть и звучал довольно подозрительно, но конкретики не было, прицепиться вроде не к чему… Чан стоял, облокотившись о стол. Его место занял Чонин, листая какую-то папку. Его присутствие в участке уже что-то само собой разумеющееся. И ведь умудряется он избегать наказаний за постоянные прогулы на учёбе. Феликс остановился у двери, скрестив руки на груди. — За мной. Чанбину ни слова, — одними губами шепнул Ян, поднимаясь. — Ой, а Вы отлынивали от работы, верно? — уже с нормальной громкостью спросил парень. — Я... Я не хотел. Потерял бдительность, — виновато кивнул Ли. — Но почему мы не можем рассказать? Он может нам помочь- — Офицер Ли! — прикрикнул Крис. — Личные симпатии оставьте для других. И Вас это больше не касается, возвращайтесь к своим обязанностям. Господин Ян, попрошу Вас покинуть участок, мы не можем помочь Вам с Вашим делом. — Извините, что потревожил Вас, — Чонин обошёл стол, подходя к двери под растерянным взглядом Феликса. — Офицер Ли, проводите господина Яна и отправляйтесь на дежурство. Офицер Чхве уже ждёт Вас. Чонин положил ладонь на плечо Феликса, выводя его на улицу. В руках он держал папку, одну из тех, что они перебирали в архиве, но спрятанную в другой, подписанной как "курсовая". Парни остановились, только отойдя достаточно далеко от участка. — Хёну кажется, что внутри прослушка. Пока полностью не проверит, о... нём ни слова. И кстати, о Чанбине... хён прав, не разболтай ничего из-за того, что он тебе нравится… Минхо ведь просил. — Можешь передать, что такого не повторится, — пообещал Феликс, заметив погрустневший взгляд Чонина. — С тобой-то что? — Мне нельзя приходить сюда теперь. Так что буду изучать дело дома. Было бы ещё что изучать... почти ничего важного, это было пустой тратой времени! — пальцы, держащие папку, побелели от того, насколько сильно вцепились в пластик. — Но я попробую что-то найти. — Точно... тогда позвони нам, когда закончишь. А что насчёт Минхо? — Я сам к нему пойду, всё равно никто из вас не знает куда, — Ян кивнул в сторону дороги, махнув рукой на прощание. Решение Криса насчёт того, что ему лучше не появляться в участке какое-то время заметно расстроило парня.