***
Ёнбок примчался к воротам дома. Он боялся, что его семья подверглась той же неожиданной опасности. По улице он видел разбитые окна и разрушенные стены былых домов. Но, на удивление, его дом был цел. В то время люди, о которых он так сильно беспокоился, были уже дома. По крайней мере, должны были. Всегда с метров от ворот их дома были слышны радостный смех и счастье. Но сегодня была тишина. Ёнбок вошёл в дом, выкрикивая каждое имя, краем уха прислушиваясь к каждому шороху. Обойдя все комнаты, он услышал различения горшка на заднем дворе. -Вы играете в прятки? Хорошо, тогда я посчитаю до трёх и пойду искать, договорились. - ответа не последовало, что дало надежду Ёнбоку. Он с широкой улыбкой закрыл глаза и, медленно подходя к двери сада, громко считал. -Один! За дверьми послышался громкий звук ломающегося дерева и глухое падение на землю. -Два! - он взялся левой рукой за ручку двери, правой ладонью все ещё закрывая глаза, и перед последней цифрой Ёнбок резко открыл дверь и, снимая с глаз ладонь, он снял и прежнюю жизнь. Перед ним лежали завалы когда-то целого деревянного домика, под которым он любил сидеть со своими друзьями. Эти друзья сейчас лежат под этим же домиком. У Ёнбока не было родителей, но близкие друзья из детдома стали для него больше, чем семьёй. В возрасте восемнадцати лет восьмеро детей вместе с Ёнбоком сбежали из того темного места, самостоятельно найдя и оплачивая дом. А ту самую беседку подарили Ёнбоку на честь поступления в известный университет Сеула. И вспоминая все моменты, Ёнбок стоял с дрожащими руками, пока кровь близких лилась по зеленоватой траве. -Нет, нет, нет... Это же все просто неудачная шутка?! - он подбежал к завалам и начал раскидывать по сторонам бревна, облитые кровью. -Ещё все можно исправить... Ещё не поздно... - стонал Ёнбок, смотря в мёртвые взгляды тех, кто заменили ему весь мир. Ноги стали ватными и он упал, кладя ладони на ледяные щёки лучшего друга. Он всегда улыбался, но сейчас Ёнбок видел только засохшую слезу на морщинах под глазами. -Проснись! Пожалуйста... Это уже не смешно! Ты же обещал, что не бросишь! Никогда! - и слёзы потекли по лицу Ёнбока. Он ни размен плакал, но также никогда не терял все за считанные часы. -Он плакал и плакал? не останавливаясь, пока за его спиной подошли люди и просили парня пройти с ним. Они оттаскивали его от тел и просили пройти с ними ради его же безопасности, ведь скоро планировался следующий удар. Не только Ёнбок сегодня потерял семью и власти организовали грузовики в безопасное место. Что бы они не говорили в голове Ёнбока был просто нескончаемый гул; казалось, что голова сейчас взорвётся. Двое мужчин, не спросив на то разрешение, взяли Ёнбока под локти и вышли с ним на улицу, аккуратно усадив его возле дверей грузовика. С того места было видно только разрушение, без малейших шансов на жизнь. Люди плакали, кричали, кто-то даже бил кулаками спину Ёнбока от горя, но он сам просто сидел и смотрел такими же мёртвым взглядом, видя перед собой только те глаза, в которых умерла жизнь. "Я ещё за всех отомщу... Отомщу в стократном размере"***
Хенджин в спешке прибегает домой, не замечая перед собой уничтоженные жизни сотен людей - ему было важно как можно скорей увидеть свою семью живой, забыть о них навсегда и больше не отпускать Ёнбока. Он был из семьи высокого чиновника страны - его отец, господин Хван, уж точно должен знать, почему каждые пять минут умирают люди и надежды. Семья никогда не была для него приоритетом, для него это был Ёнбок. Ещё с детства Хенджин своей очаровательной улыбкой завораживал телохранителей, чтобы встретиться с друзьями из приюта. Господин Хван никогда не был доволен таким хамским поведением единственного сына и наследника его дела, но после долгого времени бунтов и дерзких высказываний перед СМИ о его интрижках, всё же принял эту его сторону. Но не обошлось без условий и оно было одно - если начнётся война между двумя давно враждующими сторонами, то Хенджину нужно было немедленно приехать домой и приступить к спасению родины. Нужно было абсолютно всё оставить позади, что бы это ни было. И этим "что-то" оказался человек, ставшим смыслом в его существовании. -Отец! - разъярённо крикнул Хван в полностью пустой особняк, в котором его крик прошёлся эхом по стенам. -Ты всё таки помнишь об обещании... - полушёпотом сказал господин Хван, держа в правой руке горячую чашку чая, будто начало огромной войны - это серая обыденность для него. -Ты не объяснишь, что происходит?! - Хенджин быстрым шагом подошел к столу и громко ударил руками по нему и так сильно, что помощница чуть не упала от неожиданности. -А что ты хочешь от меня услышать? - также спокойно отец, поднимая на сына свой прожигающий взгляд. -Ты говорил, что всё улажено и не будет никакой подобной опасности! -Говорил, но никогда не констатировал факт, что другая сторона единогласна з таким мнением.... -От тебя ничего нельзя скрыть. Поэтому, что должно было произойти, что ты не знал о происходящем? - немного успокоившись, Хенджин присел напротив отца и, закинув ногу на ногу, таким же взглядом смотрел в его безразличие. -Ситуация вышла из-под контроля... Человек, которому я доверял долгое время документацию и личные встречи с представителями другой стороны оказался жалким нанятым шпионом. Проще говоря, он показал все наши секреты врагам, а те воспользовались этим, чтобы начать войну. -И что ты хочешь, чтобы я делал? На войну пошёл, как остальные мои одногруппники? -Исключено. Мы не можем сейчас подвергать тебе настолько сильной опасности, поэтому тебе заберут на скрытую базу подальше от взрывов. Ты там побудешь какое-то время и потом подумаем, что можно с тобой сделать для страны. Хенджин посмотрел в окно кухни и увидел подъезжающую к лестнице у входа бронированную машину, из которой вышло трое больших мужчин, судя по всему, телохранителей. Он понимал, что если сядет в эту машину, то его счастливая юношеская жизнь с Ёнбоком будет если не навсегда, то на долгое время закончена. Хенджин не так боялся погибнуть на войне в качестве пушечного мяса, как больше никогда не увидеть смущённое лицо младшего после того, как слышит "персик" с уст Хенджина. -Отец, - Хенджин никогда не унижался перед отцом, но сейчас готов пожертвовать многим. -Тебе ещё что-то нужно? Я тебе даю жизнь, что есть сейчас не у каждого. -Я прошу жизнь не за себя, а за того, кто мне дорог больше глотка воздуха. Он увидел, как отец томно вздохнул и поспешил сказать все свои намерения, прежде чем получит решающий ответ. -Этот человек для меня очень важен! Я его знаю ещё со времён детского сада и не могу просто ждать новостей о его смерти! Прошу, я сделаю всё что угодно, но только дай мне время его забрать! -Хенджин. -Если тебе нужны люди в науке, то он идеально подойдёт! И на оружиях знается! Я тебя умоляю, позволь мне его забрать с собой в безопасное от бомб место! -Хенджин! - господин Хван стукнул маленькой фарфоровой чашечкой по блюдцу настолько сильно, что осколок полетел в щеку Хенджина, оставив после себя след и маленькую кровавую дорожку. -Ты же не сможешь этого сделать, ведь так?... -Не то, что не могу это устроить - я и секунды не думал над тем, чтобы у тебя был подобный человек. Ты должен оставаться холодным, непоколебимым и беспристрастным - только тогда сможешь достичь высот в жизни. -Ты жесток... - опустив голову вниз так, чтобы длинные волосы закрывали плачущие глаза, Хенджин прошептал свои мысли. -Что ты сказал? -Ты - самый жестокий из всех людей, которых я когда-либо встречал! А встречал я много людей, даже того, кто начал сегодняшнюю войну! -И что ты сделаешь? - показательно положив руки в карманы выглаженных брюк, сказал господин Хван без капли сожаления к сыну. -Я больше не буду твоим сыном и это будет мой выбор! - Хенджин со всей силы ударил отца по щеке, от чего та моментально стала красной со следами пальцев парня. "Чёрт, это я только что был? Ладно, времени нет, нужно торопиться, пока ещё есть время!" Он выбежал из дома, едва не поскользнувшись о идеально вымытый кафельный пол, и собирался уже открывать двери ворот, ведущих на свободу, как вдруг сзади него оказались двое больших мужчин из той самой машины. Он успел быстро повернутся, чтобы ударить одного из них в нос кулаком до крови, а другого - в живот ногой, но тут подошёл третий со шприцом в руках. Пока Хенджин осознал его присутствие, было слишком поздно - снотворное уже протекало с шеи, расходясь по всем клеткам тела. -Нет... Нет... Меня ждёт... - но ноги были настолько ватными, что не смогли больше его держать и он упал с грохотом на пол, в последний раз промычав те самые слова: -Я тебя ещё найду, мой персик...