Он улыбался с кровью на губах

С тех пор, как Ёнбок убивался по кровавым воспоминаниям и несказанным в нужное время словам, прошло 5 лет. Пять тяжёлых лет. Война никак не заканчивалась. Каждый день по радио люди трындели о том, что осталось совсем немного и мы все снова вернемся к обычной жизни. Но так говорили только приглашённые депутаты и люди с «верхушки», которые после эфира едут не в лабораторию или в земляные окопы, а в тёплый дом, где их ждёт семья. И всё цело, и никто у них не смотрит вдаль, захлёбываясь в собственной же крови и ожидая увидеть напоследок близких, но они уже давно мертвы. Именно поэтому, Ёнбок ненавидел, когда во время обеденного перерыва кто-то слушал радио – в этот момент у людей просыпалась надежда. Она уже в который раз разбивалась о смерти близких и далёких им людей, но после слов: «Мы всё сможем, осталось совсем ничего!», она собиралась заново, как магнит. -А Вы не верите в чудеса, не правда, сонбэним? -Ты прав. Вера в чудеса приносит с собой только боль и разочарования, а когда её нет, то ты просто существуешь. Мне проще существовать, чем жить, - с ироничной улыбкой отрезал Ёнбок своим низким бархатным голосом. Время не стоит на месте и Ёнбок тоже. Раньше в его глазах были огни и отражались звезды, а губы растягивались в счастливой улыбке, но сейчас от прежнего лица Ёнбока остались только веснушки. Мешки под глазами будто всегда там и были, а сияющую улыбку больше никто не видел. Ещё тогда, когда Ёнбока привезли на машине в место, похожее больше на колонию строгого режима, чем на место утешения, он понял, что жизнь остановилась, если не умерла. Он всегда был заинтересован создавать оружия для помощи страны и безопасности близких, но никогда не думал, что будет проходить экстремально быстрое обучение в одной из комнат, где раньше проводили незаконные бои без правил. Не было никакой теории – только практика. Ведь за первые недели Корея потеряла большую часть своих территорий и свободной оставались только военные базы и парочка поселений «шишек» общества с радио. И так, благодаря своей смекалке и быстрому пониманию дела, Ёнбок в возрасте двадцати лет смог присоединиться к разработчикам оружия, а позже и главным в этой отрасли. Вспоминал ли он прошлую жизнь без звука пролетающих ракет над базой и воздушных тревог посреди глубокой ночи? Первое время, да. Как только его привезли, он тихо плакал, прикрывая рот кулаком или закусывая губы до крови. Он был самым младшим из выживших, что было очень трудно. Никто ему не доверял важные вещи до того момента, пока в один день к ним не ворвались вооружённые люди. -Всем лежать! А не то я выстрелю каждому в башку с одного выстрела, понятно?! – кричал самый главный из них, наставляя пистолет на каждого, кто слишком громко пищал или хрустел пальцами. В ту минуту группа Ёнбока сдавала тест на умение пользоваться оружием. Услышав о том, что происходит в коридоре недалеко от них, учитель приказал им спрятаться за столом и ждать. Но Ёнбок его не послушал и, взяв в одну руку пистолет, а в другую – обойму. -Сколько их? – холодно спросил Ёнбок, пока учитель кричал на него и просил не выделываться, пока профессионалы сами справятся. -Я спросил, сколько их, - он поднял на мужчину свой взгляд – его глаза будто прожигали душу и заставляли делать всё, даже если бы это была верная смерть. -Ёнбок, ты один из лучших в группе, но это не значит, что ты вправе решать, что делать со своей жизнью. Тем более, сейчас мы все можем умереть о любой наименьшей ошибки… -Поэтому, Вам нужен я. Вы же знаете, как я себя виду в экстренных ситуациях, так почему бы не попробовать дать отпор врагу? -Ты меня когда-то доведёшь до сердечного приступа, Ёнбок, - сказал учитель, протягивая кулак с десятью патронами. -Будь готов, что придётся отступать без меня, понял? -Я всегда готовлюсь к худшему исходу, - ответил Ёнбок, стоя возле двери. Он подбирал идеальный момент для выхода «на сцену» и начала антракта в их спектакле. -Один… Выстрел. И звук падения тела смешался с просящими стонами о помощи. -Два… Ещё выстрелы и теперь были слышны только крики от нескончаемой боли и приглушённый плач окружающих, словно им закрывали рты. -ТРИ! – Ёнбок резко потянул на себя ручку двери и сразу же выстрелил в человека в чёрной маске, держащего за шею девушку в белом халате, направляя в её голову дуло пистолета. Тот сразу же отпрянул от неё и рухнул на землю, пока с головы стекала кровь. Ёнбока заметили, но не успев даже прицелиться к его голове, он выстрелил ещё в двоих также четко и без особых колебаний. Всё же не каждый день людей убиваешь, даже если это и не люди вовсе. Ёнбок выглянул из-за угла для достоверности и увидел только трупы его одногруппниц, мужчину возраста пятидесяти лет и тело, закутанное в чёрную одежду, закрывающую также и лицо маской. -Господи, огромное Вам спасибо, что Вы спасли нас! – кричала женщина, держа Ёнбока за руку, пока тот не мог не думать о боли остальных людей в заложниках. Будто возомнил себя главным героем фильма. -Есть ещё кто-то? – не обращая внимания на вопли женщины, просил он у своего главного. -Да, в главном зале, там тебе понадобиться моя помощь, поэтому не геройствуй и позволь мне спасти своих коллег. Вдоль коридоров лежали трупы в белых халатах, забрызганных кровью, а звуки смерти ставали всё громче и громче. Зал найти было не трудно – замок был сломан, а под дверьми лилась кровь ручьём. По звукам было понятно, что убийц не больше десяти. -Ёнбок, я пойду по левой стороне, а ты – по правой, договорились? -Хорошо, сонбэним, - они дождались момента, когда «люди в чёрном» начали трындеть о том, как будут развлекаться с трупами девушек. И также на счёт три отворили с ноги двери и, прячась от летающим пуль за стенками между проёмом этой же двери, выстреливали точно в головы. Но в один момент, когда оставалось всего прибить троих вооружённых, Ёнбок вылез и пуля пролетела в его руку. Он присел, корчась от боли в левой руке, но чувство, что осталось всего лишь пристрелить троих не давала ему возможность отдохнуть даже во время того, как его подстрелили. Он хотел продолжить бой, но его учитель удержал его левой рукой и покачал головой, ведь в следующий момент пуля могла прийтись точнее и попасть в сердце. Главный вышел из укрытия, но пуля прошлась прямо по его сердцу. В эту же секунду он успел убить последнего. Он скатывался на пол и с его груди лились ручьи крови, оставляя алые пятна на белых стенах. Он умер на руках девятнадцатилетнего Ёнбока, которому сам сказал не геройствовать, но своей жертвой спас семерых учёных, с которыми были ещё два трупа молодых людей. Людей освободили, даже если уже мёртвых, а слова о том, как Ёнбок со своим учителем до последнего держались, спасая заложников, прошлись по корпусам, пока не дошли до главного начальника. Немного поспрашивая очевидцев, он подозвал к себе Ёнбока. Он был удивлён увидеть перед собой парня моложе двадцати лет, но гипс на простреленной левой руке всё подтверждал. И после недолгого разговора предложил Ёнбоку место главного умершего в его отделе по разработке нового оружия. Он не только сдал тест на отлично, но и смог получить место, на которое ни секунды не мог претендовать, не то, что мечтать. И вот сейчас, Ёнбок с длинными отросшими каштановыми волосами в белом халате стоит перед новыми учениками, похожими на него пять лет назад в этом же классе.

***

-…И когда вы посмотрите на оружие с такого ракурса, то сможете понять куда придётся удар, что может спасти вашу жизнь. Сейчас каждая жизнь важна и поэтому берегите себя, но превыше себя свободу нашей страны, понятно? -Так точно, господин Ли! – хором крикнул класс полон учеников. Это было чем-то похоже на обычный урок в школе, если в этот момент не была слышна сирена вместо звонка на перемену. Все один строем вышли с кабинета, в котором вечерами складывали нелегальное оружие намного больше поражающее тело жертвы. Сирены заменяли будильники или напоминание о том, что нужно пойти за покупками в ближайший магазин. Это стало чем-то таким же обычным, что и умываться после долгого сна перед запотевшим зеркалом над раковиной. Но сегодня всё было как-то по-другому. Пока Ёнбок в конце очереди из подростков шёл по коридору, не слыша звуки сирен, к нему з-за спины подошёл главнокомандующий. -О, господин Сок! Почему Вы здесь? Вы разве не должны были быть на презентации новой гранаты от соседнего отдела? -Я и правда должен был, но неожиданно получил важные новости. Ты знаешь, что ничего меня не отвлекает от работы, но, как видишь, есть кое-что. -Что же это должно было быть, что Вы спустились к нам? Неужели кто-то подвёл Вас? Хотя, это просто невозможно; видимо этот человек сумасшедший, правда? – посмеялся Ёнбок, стуча рукой по левому плечу главного, но тот безэмоционально убрал его ладонь холодными пальцами. — Значит, ты сумасшедший, Ёнбок, - и сам парень выпучил на него свои карие глаза, смотря на него в полном непонимании сути происходящего. Тогда подошло ещё двое парней, работающих вместе с Ёнбоком долгое время в разработке автоматов. Они подхватили его за локти как раз таки в тот момент, когда его ноги стали неожиданно ватными. Одели на его тонкие кисти наручники и вместе с господином Соком они направились в кабинет с надписью, написанной чёрным аэрозолем: «Не входить, а не то умрёте хуже животного». Мужчина за сорок сел на кресло по середине и показал движением руки, что можно посадить Ёнбока, но не кресло, а на колени. И сильно надавив на хрупкие плечи Ёнбока, он ударился коленями о кафельный пол с огромной трещиной посередине. -Как долго? -Как долго что? -Как долго ты работаешь на врагов нашей страны? -Я? На врагов? Я с этой работой сна не вижу, не то, что уже и солнца. Даже если бы и хотел предать страну, то сильно бы задумался о последствиях. Например, о таких как сейчас. -Забавно, но выходит, что ты смог найти время в своём нагруженном графике, чтобы рассказывать о наших достижениях и даже делиться разработанным оружием. -Стойте, у них наше оружие? -Не строй из себя невинного, мы уже всё знаем и, чтобы ты не пытался сказать, доказательства ведут только к твоему нахально красивому лицу. - И кто такой право порядочный настучал на меня, хотя я об этом узнал две минуты назад? — Это тебя уже не касается, ведь, мы не рассказываем информацию о своих сотрудниках посторонним личностям, - с таким же холодным взглядом сказал главнокомандующий, смотря на разбитого вдребезги двадцати четырёхлетнего Ёнбока. Он его знал с самого первого дня в этом тёмном месте, первый пожал ему руку и первый поверил в его силы, поставив учиться с тогда лучшим стрелком. И сейчас он стал тем, кто перечеркнул все его достижения и года упорного труда ради свободы страны. -Что Вы хотите этим сказать? -Парни, подымите его, - и еле живого Ёнбока держали под локти, ударив сильно свободной рукой по хребту, чтобы тот поднял голову на когда-то важного для него человека. -Господин Ли Ёнбок, ты лишаешься всех привилегий и должностей, а также оружий и пропуска на базу. Тебя выгонят из отряда по созданию оружий и на твоё место придёт твой ученик, который во многом превосходит тебя, - он подошёл к Ёнбоку, наклонился к его лицу и прошептал: -Ты предал не только моё доверие, но и свою страну. Это не простительно, поэтому тебя отвезут к тем, на кого ты променял свободу. Не успел Ёнбок осознать, что только что произошло, как его успели вывести из кабинета и выкинуть на улицу как брошенную собаку, до этого вырвав с халата значок «Главный конструктор», оставив на груди кровавый след от острия. Ёнбок покатился с лестницы, ударяясь не только от холодных ступеней, но и от слов, разрезающих его сердце ножом. И через несколько минут с момента падения, к его обессиленному телу подъехала чёрная машина и люди в таких же чёрных костюмах быстро забрали его, кинув в багажник, как ненужное домашнее животное, от которого все хотят избавиться. -Кто вы… - выстонал Ёнбок, пока его закидывали в багажник, прежде чем он закрыл глаза и больше ничего не смог ни слышать, ни видеть, ни чувствовать.

***

В один момент он ощутил сильную боль в боках, на шее, на руках и ногах, от чего и открыл глаза. И тогда заметил, что его кисти привязаны грубой верёвкой к потолку, облазившему от старой белой краски. «Видимо это подвал…Придурки, что на этот раз?» -Проснулся? – и Ёнбок заметил, что в комнате он был не один – перед ним сидел парень примерно такого же возраста, что и он, но его верхнюю часть лица вместе с носом закрывала чёрная маска. Он мог видеть только его узкие проницательные глаза, пристально смотрящие на его худощавое тело с фарфоровой кожей. -Что я здесь делаю…? – еле выдавил Ёнбок, ведь оказывается, когда тебя скидывают с лестницы, а потом привязывают как последнюю шлюху верёвками к потолку, говорить становиться тяжело. -Как ты понял, твоя сторона тебя больше не ждёт, ну, а нам ты нужен только для того, чтобы узнать информацию о их дальнейших планах и действиях. -С чего бы мне знать об этом? -Ты был одним из тех, чьё слово было последним и не менее важным за самого главного. Как по мне, это означает, что ты правда что-то знаешь, - сказал парень, положив локти на раздвинутые ноги и наклонив голову в бок, от чего его длинные коричневые волосы перевалились на другую сторону. -И что ты от меня хочешь? -Не знаю, хотя бы, где вы храните всё запретное оружие. Не знаю как остальным, а мне понравилась твоя недавняя разработка, - он подмигнул и усмехнулся ему разбитому и обливающему кровью лицу. — Вот суки… Даже я не успел попробовать, а вы, подонки, смогли. -Не переживай, если будешь с нами сотрудничать, то мы и тебе дадим пострелять. -Но проблема в том, что я и правда ничего не знаю о хранении или доставлении оружия. Я только создаю и не больше. -Что ж, тогда придётся идти более жёстким путём, - сказал парень в маске и, закинув волосы назад, подошёл к Ёнбоку и, вцепившись в его густые волосы, накрыл его губы своими. Это было неожиданно, но под этими мягкими губами Ёнбок будто растаял и не мог заставить себя остановиться. И не придётся, ведь парень отошёл и железным прутом сильно ударил его в живот, от чего Ёнбок скрутился и выплюнул кровь на пол. -Теперь будем играть по моим правилам: за каждый невнятный ответ или вообще отказ, я буду тебя целовать. С каждым отказом поцелуй будет длиннее, но и удар палкой будет увеличиваться соответственно. Так что, ты точно не знаешь?