Новогоднее чудо или волшебный чай Пуэр

      Внутри начал складываться пазл.       «Вот, почему он так часто ездит по разным городам — гастроли. А вот и тот самый Арс: друг и коллега, которому никто не перечит в теме его красоты. И о своей работе он говорил с неохотой, так ничего и не сказал чёткого. Менеджер, ну-ну, как же...»       Из мыслей вывел голос Шастуна, доносившийся из ванной:       — Я так понимаю, что переодеться тебе не во что, можешь взять любую из моих футболок, — не получив ответа, парень приоткрыл дверь, выходя в комнату: — Они все постиранные, если что.       Взгляду предстала Аня, неотрывно смотревшая в экран телевизора, где показывали… Импровизацию. Её лицо выражало непонимание и какое-то переосмысление.       «Вот же чёрт!»       Одновременно отразилась буря эмоций, сменяющих друг друга: удивление, осознание, досада, смятение. В ожидании реакции Антон не двигался, будто боялся спугнуть бабочку, которая может упорхнуть от любого резкого движения. Парень ожидал упрёков о вранье, женскую обиду, крики, хоть что-нибудь. Но этого не последовало. Будто по щелчку гипнотизёра, выводящего из транса, девушка часто заморгала и, как ни в чём не бывало, проговорила:       — Ванная уже освободилась? Отлично, — она последовала к двери, пройдя мимо актёра, непонимающе проследившим за её движениями.       Парень тяжело вздохнул, переводя взгляд на телевизор: до ушей донеслась собственная шутка. Следом же поймал себя на мысли о том, как её можно было «добить». Запустил пальцы в волосы, взъерошил и снова протяжно выдохнул.       Посмотрев на ванную комнату в надежде, что девушка выйдет из неё и решит, всё же, обсудить ситуацию, он услышал лишь шум воды.       Глаза бегали по комнате в поисках пульта, который спустя мгновение выключил Импровизацию, оставив лишь тёмный экран. В этом же тёмном экране отразилось, как Шастун достал одну из своих любимых футболок и положил на постель.       Он открыл окно, впуская морозный воздух. Закурил сигарету, делая короткие и частые затяжки. Посмотрел на мерцающие здания, сбрасывая пепел с тлеющей сигареты. Выдохнул последние клубы дыма, закрывая окно.       Антон успел узнать, что девушка не курила, и поспешно взял флакон мужского парфюма с прикроватной тумбочки, перебивая оставшийся запах сигарет. Электронные часы показывали, что спать осталось не так долго, как хотелось бы, но к этому он уже привык.       Шум воды прекратился, отчего парень «вынырнул» из своих мыслей. Спустя ещё мгновение вышла Аня, в который раз вызывая безмолвное восхищение изгибами своего обнажённого тела. Без тени смущения, лёгкой походкой она прошла к кровати, где лежала её импровизированная пижама на ближайшую ночь.       — Аня?... — нарушил молчание актёр, нежно взяв её руку.       — Да?       — Ты… Всё в порядке?       — Конечно, всё отлично, — произнесла она, но голос говорил об обратном.       — Хочешь поговорить об этом?       — О чём?       — Ну...       — Ах, да, ты о том, что теперь я знаю, кто ты, Шастун? — девушка выдернула свою руку и, театрально изобразив знак почтения, продолжила: — Спасибо, теперь я знаю правду. Жаль, что вот так и не от тебя.       — Я не хотел тебя обманывать. Понимаешь, это тяжело... — актёр потёр виски.       — Тяжело сказать о том, что на самом деле это секс на одну ночь в очередном городе великого гастрольного тура шоу "Импровизация" и ничего более? Тяжело врать каждой доверчивой дурочке? — восклицания сопровождались активной жестикуляцией.       — Что?! Я не... Нет! — Антон встал, взял за плечи девушку и заглянул в её глаза: — Аня, прошу, посмотри на меня. Пожалуйста, посмотри. Я бы не поступил так. С тобой...и вообще.       — Тогда почему не сказал правду?       — Это тяжело, очень. Когда вокруг всё наигранное, фальшивое или повёрнуто на коммерции. Я хотел искренности и не знал, как ты отреагируешь, поэтому соврал. Пойми, ты мне очень понравилась: давно не встречал таких девушек. Ты удивительная,живая, милая, нежная, настоящая… Я не знаю, как объяснить. Но главное — это не просто слова. Посмотри мне в глаза и поймёшь.       Она смотрела немигающим взглядом и молчала, будто размышляла: стоит ли ему доверять. Шастун не выпускал её плечи, лишь изредка поглаживая одно из них большим пальцем. Казалось, время остановилось в ожидании ответа. Маленькие ноздри подрагивали, а брови хмурились, но ясные голубые глаза чётко смотрели в глубокие зелёные.       — Хорошо… Я верю тебе, — на пухлых губах появилась улыбка, которая тут же была накрыта поцелуем.       — Моя маленькая, — парень тут же обхватил тонкую талию руками. Прижимаясь к Антону, еле доставая до плеча, она чувствовала себя в таком комфорте и безопасности, которых не ощущала уже давно. Он прикоснулся к белокурым мягким волосам, нежно провёл по щеке, отчего Аня прикрыла глаза, подаваясь навстречу нежности.