Стряхивая пепел с пиджака, я обретаю свободу под твоим крылом

       Мир Мирослава всегда был безопасным, понятным и приторно скучным. С ним сидели лучшие квалифицированные няни с двумя высшими педагогическим образованиями, он ездил в частную школу с личным водителем и никогда не творил ничего безумного. Даже просто интересного. И так бы он, наверняка, и жил, если бы его школа не сгорела.        — Да, Лер, представляешь, просто взяла и сгорела! — Мирослав активно жестикулировал, мечась по комнате с телефоном в одной руке и бурно рассказывал своей подружке о событиях минувшей недели. — Да… теперь придется ездить к черту на рога, в какой-то Лицей №2 … — Параллельно с разговором, он складывал в портфель всё, что нужно для учебы: пенал, тетрадки, дневник, ланч бокс. В общем, всё, что могло бы понадобиться ответственному старосте. Хотя в новом классе он на вряд ли станет старостой, переведясь в октябре, когда все организационные вопросы внутри класса уже должны быть решены. На время восстановление школы (или пока Мирослав не окончит одиннадцатый класс) он окажется в новом коллективе, от которого он совершенно не знал, что ожидать. Всех детей школы распределили их родители кто куда, поэтому о встречах со школьными друзьями можно было забыть.        — Жаль, конечно, — с того конца трубки послышался приятный женский голос. —Но ты пиши мне, если что. Вдруг тебя обижать будут. Я слышала, что в не частных школах много хулиганов или детей из неблагополучных семей*.        — А где их мало? А, ну да, тебе же не знать, ты всю жизнь с репетиторами. — Парень равнодушно вздохнул и, переложив телефон в другую руку, направился к выходу из спальни, прихватив с собой портфель.        Подошел к зеркалу, поправил рубашку. В их прошлой школе была установлена строгая форма, пошитая на заказ, поэтому, сегодня, по привычке, Мирослав надел именно ее. Попрощавшись со своей подругой, парень вышел на улицу.        Там его уже ожидал чёрный мерседес с водителем, который уже вышел из машины и открыл дверь своему пассажиру. Сев на заднее сидение, Мирослав заткнул наушниками уши и обернулся в сторону окна. Под песни группы My Chemical Romance за стеклом мимо проплывали богатые частные дома, которые постепенно сменялись широкими уличными проспектами с элитными многоэтажками и яркими торговыми центрами. Затем, проехав центр, водитель заехал в менее престижный район. Красивые ампиры сменились тусклыми панельками, а улицы стали грязнее.        — Куда мы едем? — Слава вытащил один наушник из уха и посмотрел на водителя.        — В лицей номер 164, Мирослав Владимирович.        — А… Он разве не в центре?        — Нет. Он здесь, — после этих слов водитель остановился напротив серого трёхэтажного здания, огороженного ржавым забором, и вышел, чтобы открыть дверь пассажиру.        Мирослав был удивлен такому повороту событий и даже не мог точно сказать, что его повергло в шок больше: то, что родители отправили его сюда или то, что никто не понял возможной ошибки.        Надеясь, что это странное недоразумение, Мирослав взял с сидения портфель и вышел из машины. Настроение стало еще хуже, когда тот вошёл во двор. Гул, мат и визги были слышны на всю округу. Младшеклассники носились туда-сюда и путались под ногами, старшеклассники играли в футбол прямо у окон школы, девочки громко смеялись и шептались, заметив симпатичного мальчика. Почти все они были без школьной формы, единиц можно было увидеть в брюках, а о белой рубашке тут, видимо, не слышал никто.        Когда парень подошёл ко входу в здание, в затылок вдруг со всей силой прилетел футбольный мяч и, отскочив от головы, улетел куда-то в сторону. Окружающие залились громогласным хохотом. Слава погладил себя по затылку и быстро забежал внутрь здания, где атмосфера была не лучше: старые уборщицы кричали: «вытирайте ноги», ребёнок в углу плакал, потому что забыл сменную обувь, старшеклассники толкались и залазили в окно гардероба. Одним словом — анархия.        Сев на лавочку, Мирослав достал телефон и отчеканил одной рукой сообщение своей подруге:«Это какой-то ужас.»        Преодолеть фойе ему удалось только через пятнадцать минут после звонка, когда очередь в гардероб уже заметно поредела. Технички всё подгоняли тех, кто опоздал или так же, как и Мирослав, боялись, что в этой очереди их просто затопчут.        — Извините, а вы не знаете, где здесь кабинет директора?.. — Парень подошел к одной из техничек и робко спросил.        — Мальчик, ты что, первый раз в школе? — Расставив руки в боки, женщина подняла на него осуждающий взгляд.        — Ну, вообще-то…        — Двести девятый кабинет. Не мешай мне полы мыть, кыш! — Рявкнула уборщица и замахнулась на него тряпкой от швабры.        Извинившись, Слава быстро убежал от неё и отправился искать кабинет директора. …        — Так-так. Анисимов Мирослав Владимирович, переведён к нам из частной школы номер… Так, кто, говоришь, твой отец?        — Анис-симов Владимир Викторович, владелец мебельной фабрики и сети мебельных магазинов, — заикаясь от волнения, произнёс парень.        Внешний вид директора не располагал к себе. Это был мужчина лет пятидесяти с залысиной и множеством больших родинок на лице. Костюм, наверное, был его ровесником и пах дешевым табаком.        Обстановка в кабинете так же была очень напряжённой. Старый потрёпанный стол, шумящий компьютер и горы бумаг. Из-за картонной стены доносились крики учителя в соседнем кабинете.        — Почему вы решили сменить школу?        — А, ну… Моя прошлая школа… Она сгорела.        Со стороны директора послышался тихий смешок и он внимательно посмотрел на мальчика напротив.        — Будешь учиться в 10 «Б». Ты мальчик-медалист, нам такие нужны.        Ничего не ответив, Мирослав взял из рук директора документы и новое расписание        — Эти бесы сейчас в 211, так что тебе повезло, далеко идти не нужно. Удачи.        Парень кивнул и вышел из кабинета.        Рядом с номером класса на табличке было написано «Кабинет физики». Трижды постучавшись, Мирослав вошёл в кабинет. Злая учительница, пытавшаяся успокоить шумный класс, состоящий почти из одних мальчиков, посмотрела на Мирослава бешеным взглядом, от которого волосы вставали дыбом на всех частях тела.        — Ты кто такой?!        — М-м-мирослав, — от испуга он снова начал заикаться.        — У нас таких нет!        — Н-но. Я нов-венький. Моя школа… — Мирослав, опустив взгляд, начал бубнить себе под нос всё ту же историю про сгоревшую школу, он боялся посмотреть на учительницу, ведь раньше никто и никогда на него не кричал.        — Новенький? А, это тот, что школу спалил? — В классе послышался одобрительно гул и перешептывания        — Да не я же её спалил…        — Это не важно. Ладно, проходи, беженец, — учительница немного успокоилась и села за стол. — Впишу тебя в журнал. Как твоя фамилия?        — Анисимов Мирослав, — ответил Слава, садясь на свободное место за последней партой первого ряда от окна.        — Мирослав? Красивое имя.        — Да, как у древнерусского попа! — Крикнул кто-то и по всему классу то тут, то там посыпались насмешки.        — Ой, глупые… — Цокнула учительница и продолжила заполнять журнал.        Класс продолжил болтать как ни в чем ни бывало, кто-то уткнулся в телефон. Девочки периодически оборачиваюсь на новенького и о чём-то хихикали.        Спустя полминуты, дверь кабинета снова открылась, и в класс с равнодушным выражением лица вошёл высокий парень с крашенными в блонд волосами и отросшими тёмными корнями. Одеждой он не отличался от других, вернее, она была из той же ценовой категории. Черная майка с каким-то рисунком, сверху неё рубашка в синюю клетку, потёртые джинсы и «Вэнс’ы» на ногах. После его появления, по классу прокатился воодушёвленный гул.        — Олег, опять опоздал! Да ещё и без сменки!        — Да, Виктория Борисовна, да, — парень тихо вздохнул и помахал классу. Пройдя до своего места, параллельно здоровался с каждым парнем за руку, девочек он осторожно приобнимал за талию. После опоздавший сел за последнюю парту через один ряд от Мирослава, рядом с высоким и худым, наголо бритым парнем.        — Олежка! — Лысый приобнял одноклассника за плечи и взъерошил его волосы, а затем отвесил подзатыльник. — Чё опоздал? Мы тебя в курилке всем селом ждали.        — Да отстань ты…        — Ой, ну понятно. Опять Женька мозги ебёт?        — Хуже, — Олег кинул полу-пустой потрёпанный рюкзак на парту и улёгся на него.        — Мать.        — О. Так ты что, снова дома не ночевал? Мог бы и написать.        — Да я у Женьки перекантовался, расслабься.        — А, вот так вот ты, братву на сиськи променял, — лысый парень закинул руки за голову и откинулся на спинку стула, больше не став донимать друга вопросами. Олег, пользуясь возможностью, уснул. …        Выйдя со школы в половину третьего, Мирослав сел в давно знакомую машину и позвонил подруге.        — Алло, — устало выдохнул парень.        — Привет, Мирошенька! Как все прошло, как первый день?        — Да это просто ужасно! — Парень сразу оживился, когда услышал вопрос. — Здесь все такие злые, орут на тебя, шепчутся, подшучивают! На меня за семь уроков наорали восемь учителей, а еще и две уборщицы! Дети здесь все матерятся так, что уши вянут, причем даже начальные классы, а мой класс — это совсем уже отсталые группы общества. Все на уроках сидят в телефонах, ничего не пишут, учителя почти не проводят уроки! А когда я спросил, есть ли подготовительные занятия для ЕГЭ — на меня снова наорали и обозвали идиотом! Мои одноклассники вечно смеялись надо мной. А ещё в меня прилетел мяч.        — Какой ужас, ты куда вообще попал? — Лера сочувственно вздохнула.        — Куда-то… Я вообще не понимаю, почему это заведение носит название лицея. Лицеем тут и не пахнет.        — Может, твои родители что-то перепутали?        — Я тоже так думаю. Спрошу у них об этом за ужином, раньше восьми они все равно домой не приедут, по крайней мере мама.        Оставшееся время дороги Мирослав разговаривал с Лерой, делился впечатлениями о прошедшем дне в новой школе и негодовал по любому поводу. То над ним посмеются одноклассники за то, что он принёс свою еду, вместо того, что подают в столовой «Да чего ты капризничаешь? Подумаешь, каша к тарелке прилипла. Так тут не только каша, тут так всё липнет», то за одежду «Это че у тебя, розовая куртка? Ты чё, педик?», и даже за его имя «Мирослав. Стрёмное имя, ты точно педик. Слава — нормальное имя. Че говоришь, полным тебя называть? А харя не треснет? Щас доиграешься и будем тебя звать просто педиком.»        Вернулся домой Слава только к семи вечера, после двух репетиторов и секции по волейболу. Как бы странно не казалось, родители уже были дома. Они сидели в гостиной и ждали своего сына.        — Мирослав, подойди к нам, — равнодушным тоном позвала мама, попивая кофе. Слава всегда напрягался, когда она так делала. Эта статная, невероятно красивая шатенка с длинными шелковистыми волосами, словно в рекламе шампуня, и острыми чертами лица всегда была страшна в гневе, А сейчас она точно злилась.        Парень прошел в гостиную и сел на диван напротив. Он обречённо посмотрел на отца, который невозмутимо уткнулся в ноутбук и возложил долю воспитания сына на его мать.        — О чем ты хотела поговорить со мной, мама? — Он старался быть невозмутимым, в конце концов злая матушка была добрее его новых одноклассников и с ней он мог совладать.        — Ты решил, что раз твоя школа временно не работает, то можно устроить себе каникулы?        Мирослав непонимающе захлопал глазами и полез в рюкзак.        — Как не был? Я приехал утром в школу, отдал документы директору, как ты и сказала. Он даже вам согласие передал, чтобы вы подписали и расписание выдал, смотри. — Юноша протянул маме папку с документами, но та лишь сильнее нахмурилась        — Я лично знакома с директором 164-го лицея и он сегодня тебя ни разу не видел.        — Как же так? Мам, водитель довез меня в эту дыру и…        — Дыру? Это лучшее учебное заведение, что есть в нашем городе после твоей школы, и ты называешь это дырой? Да я разве тебя так воспитывала?       Мирослав виновато опускает взгляд и тихо вздыхает.        — Нет, мама. Прости, видимо, я приехал не в ту школу…        Мама долго молчит и после устало вздыхает, не зная, что добавить в этой ситуации.        — Ладно, иди в свою комнату и учи уроки. Оставь папку мне, я посмотрю, куда тебя занесло… И поговорю с водителем. — Строгая, но никогда не будет злиться попусту.        Слава поднимает взгляд, часто кивает и встает с места. Отдает матушке бумаги, забирает портфель и уходит в свою комнату, после чего устало падает на кровать и чувствует, как наконец наступает тишина.        Этот день закончился…