17.
18 октября 2023 г., 14:00
Настал тот самый день, который освободит Игнатову от сомнений и внутренних терзаний. Анализы все оказались хорошими, поэтому никаких противопоказаний к аборту не было. Тяжело лишь было принять, что этого уже не избежать.
— Переживаешь? — спросила женщина, которая собиралась ставить наркоз девушке.
— Конечно. Вдруг что-то пойдёт не так, — честно ответила Василиса, тяжело вздыхая. — Бывает же такое?
— Не переживай, такое очень редко происходит. Даже если что-то начинает идти не так, то оперативно все приводят в норму. Давай, я поставлю укол.
Вася подала руку и прикрыла глаза, чтобы настроить себя. Операция в среднем длится 15 минут, а значит совсем скоро она почувствует себя свободной от переживаний и нервов.
Для Миранчука девушка сейчас находится на пробежке для поддержания своей формы, поэтому не удобно ответить. А парень даже представить не может, что сейчас она лежит на кушетке и надеется, что все пройдёт хорошо.
В целом, если все будет более, чем хорошо, то вечером Игнатову уже могут выписать, только на следующий день надо обязательно появиться на осмотр. Через две недели надо будет сделать решающее узи. Если все будет в норме, то Василиса спокойно отправится в академию.
Там уже в курсе, что у нее сейчас проходит операция. Конечно, все были в шоке, но обещали, что это никуда не распространится, потому что это достаточно личная информация. Девушка лишь должна принести все справки по этому поводу, после чего, как обычно, пройдёт полное мед.обследование. Просто это случится на два дня попозже. По этому поводу Вася уже тоже придумала отговорку, достаточно близко к правдивой — заболела.
Столько лжи сейчас в ее жизни. А самое главное, что Игнатова никогда врать и не умела, потому что потом просто путалась в том, что наговорила. Но сейчас такую осечку сделать нельзя, иначе это может стать непростительной ошибкой.
— Всё, сейчас наденем маску, ты ничего не почувствуешь, — пыталась поддержать ее женщина.
Все произошло слишком быстро. На лице девушки оказалась маска с воздухом для наркоза. Василиса лишь помнит, как сделала всего один вдох, после чего провалилась в сон.
***
Открыв глаза, Игнатова сразу же устремила свой взгляд в светлый потолок. Сознание пока было мутное, но творить никакой ерунды явно не хотелось, как оно бывало у других при выходе из наркоза. В левую руку была поставлена капельница. Голова ещё болела, но терпимо. Другая рука невольно потянулась к телефону, чтобы посмотреть время. Полтора часа прошло с момента, когда ее забрали на операцию. И правда все произошло достаточно быстро. Получается, что теперь нет никакого ребёнка? Только сейчас до Василисы начало доходить, что она убила собственного малыша. Но уже ничего не вернуть. Она верит, что сделала правильно. Первым делом Вася набирает маму, чтобы сообщить, что с ней все хорошо. Женщина выдохнула, потому как тоже переживала, хоть это в целом и не сложная операция. Пока она разговаривала с матерью, в капельнице уже закончился препарат, и к ней зашла женщина, которая ещё утром брала кровь. — Как себя чувствуешь? — спросила врач, вытаскивая иголку из вены. — Более, чем нормально. Думала, что буду тяжелее от наркоза отходить, — улыбнулась девушка и согнула локоть, зажимая ватку. — Ну и отлично. Пока лежи, отдыхай. Позже позову тебя сдать кровь. Если результаты нормальные, то домой. Но помним, что лежим, мало движений, больше пьём воды дома. Договорились? — Конечно, — кивнула она, надеясь, что уже окажется скоро дома. Она вышла из палаты, вновь оставляя Игнатову одну. В руке все также находился телефон. Так хотелось набрать Антону, чтобы хотя бы услышать его такой родной голос. Но только минут через 30 девушка смогла нажать на контакт молодого человека. — Привет, — бодрым голосом произнёс Миранчук, появляясь на экране. — Дома уже? — Да, — тяжело вздохнула Василиса, зажмурившись от неприятного ощущения лжи внутри, и направила камеру так, чтобы не было видно стен. — Ты чем занимаешься? — Гулять сейчас пойду. — С девочками? — протянула девушка. — Ты мне отомстить решила этим вопросом? — усмехнулся парень. — Нет, с пацанами. Вообще, впервые так сильно хочу уже поехать обратно в академию, чтобы увидеть тебя. Осталось чуть меньше двух недель. — Да, — горько усмехнулась Игнатова и закусила губу. — Я тоже очень соскучилась. Эти слова были искренними. Она и правда уже скучала по молодому человеку, но вот только не хотела, чтобы момент их встречи настал так быстро. Не уверена, что сможет держать свои эмоции под контролем. Но надеется, что эти две недели помогут ей восстановиться как морально, так и физически. — С Витой не общаетесь? — будто между делом спросил Миранчук. — Списываемся. А что такое? — Леха просто говорит, что она в последние дни мутная какая-то. Скидывает на то, что приболела, а этот придурок с ума сходит, что «точно что-то не так» — передразнил его Антон. — Она ничего тебе не говорила? — Неа, — замотала головой девушка, сомкнув губы в тонкую полоску. — Может пмс? Тебе ли не знать, что у нас это трудный период. — Да, я помню, — чуть засмеялся молодой человек. — У тебя кстати пришли? А то ты тут жаловалась, что аппетита не было, грудь болела. — Пришли, — соврала Вася, опустив глаза. — Все хорошо, не волнуйся. — Ну и отлично. Зай, я пойду, а то Леха опять бубнить начнёт, что я долго собираюсь, — футболист, видимо, повернулся к брату, так как в комнату с шумом открылась дверь, а после этих слов в него прилетела какая-то тетрадь. — Идиот. Все, я пошёл. Целую. — И я тебя. Пока. Скинув видеозвонок, Игнатова положила телефон на грудь, вновь устремляя взгляд в потолок. Он так переживает, так хочет увидеть ее поскорее. Интересно, уйдёт все-таки это чувство вины когда-нибудь?***
Анализ крови, который взяли у Василисы, оказался хорошим, поэтому ее все-таки отпустили домой. В родной квартире была только мама, так как отец уехал на работу, но интересовался у своей жены, как там дочь. Несмотря ни на что, у него также было время принять эту ситуацию, что он с успехом и сделал. Следуя указаниям врача, Вася сразу же легла на постель, чтобы продолжить отдыхать, потому как пока она ещё чувствовала усталость и слабость. Но, перед тем как провалиться в сон, девушка все-таки решила набрать Колобовой, ведь ситуация с её отчуждением от Алексея ее тоже немного напрягла. — Привет. Как ты себя чувствуешь? — с искренней улыбкой протянула Виталина, смотря на немного бледную подругу. — Вроде ничего. Домой отпустили, родные стены все-таки лечат. Созванивались с Антоном, и он мне такую вещь интересную рассказал. Лёша переживает, что что-то в тебе поменялось. У тебя там голову ветер питерский продул или что происходит? Со мной ты вроде нормальная, а братик переживает, — достаточно серьезным тоном спросила Игнатова. — Просто… Получается ведь, что твою тайну я тоже в себе несу, поэтому психологически как-то тяжело. У меня, между прочем, Лёша за Антона тоже как-то спрашивал, что с тобой, когда ты пропадала весь вечер. — Да, врать, скрывать и играть — вообще не наше. Хотя вроде у фигуристок артистизм должен быть на высоте, — грустно усмехнулась Василиса. — Одно дело взять на себя роль в какой-то программе, а другое — такое давление. Не жалеешь, что все-таки сделала это? — Стыдно только в глаза Антона смотреть, а так… — она скривила губы. — Не знаю, странные ощущения. Он же совсем маленьким был, поэтому я даже как-то и не успела почувствовать на себе все прелести беременности. Полюбить успеть у меня тоже шанса не было. — Ну логично в целом, — согласилась Вита. — Я постараюсь вести себя как раньше, чтобы ещё больше подозрений не вызвать. Главное, что с тобой все хорошо. — Да. Приеду только на два дня попозже к вам. Мое алиби — заболела за несколько дней до приезда. В академии в курсе, обещали, что это останется только между нами. Но вопросов было уйму по этому поводу. И ума много не надо, чтобы задать вопрос, что не тот ли футболист отец. Как будто я со всеми сразу кручу, — пробубнила Игнатова. — Хотя у папы такой же вопрос был. — Ну знаешь, трудно не поинтересоваться. У них же там серьёзный контроль за нами, режим, а по итогу вон как все интересно выходит. Контроль контролем, но странно было бы думать, что подростки, которым 16-18 лет в среднем, не будут пытаться строить отношения. Как раз самый расцвет гормонов. Да и нас столько народу, шанс встретить своего человека, который потом станет любимым, очень высок, — пожала плечами Колобова. — Согласна. Хотя, когда я ехала туда, ни разу не задумывалась о том, что могу встретить кого-то. Когда не ждёшь — само приходит, — усмехнулась Вася. — Вит, меня рубит в сон, поэтому пойду отдыхать. — Давай. По любому поводу пиши, звони, я всегда на связи — ты знаешь. Телефон оказался на соседней подушке, а девушка аккуратно перевернулась на бок. Живот немного тянуло, но ее предупреждали, что такая реакция вполне нормальна, поэтому она пыталась не обращать на это внимание. Обезболивающее надо пить тогда, когда боли будут слишком сильными и невыносимыми, а пока надо терпеть.***
Vasilissing: Тош, все хорошо. Я уже иду за справкой. Думаю, что завтра буду в академии. Узнав, что долгожданная встреча с Василисой откладывается на целых несколько дней, Миранчук прям реально расстроился. Он ночь перед отъездом не спал, так как сильно переживал и хотел побыстрее оказаться там, но после был разочарован. В связи с этим Антон буквально закидывал сообщениями и звонками девушку, когда вечером им выдавали телефон. После отдыха включиться обратно в тренеровочный процесс, нагрузки и вообще режим было достаточно тяжело, поэтому парень и так очень уставал. Ещё усталости добавляло то самое переживание за Васю, ведь он целый день не знал, что и как у нее. Когда Игнатова сообщила, что на следующий день пойдёт в больницу, то футболист настоятельно ее попросил, чтобы она ему сразу писала, и все равно, что он увидит это только вечером. Вдруг ее не выпишут, и девушка ещё останется на несколько дней в своём городе? Но на самом деле, такая вероятность существует, потому как в среднем через 2-3 недели допускаются физические нагрузки, поэтому могут ещё потянуть с этим делом, чтобы перестраховаться. Но сама Василиса очень надеялась, что с ее здоровьем уже все хорошо. За это время девушка смогла привести свое моральное состояние в порядок. Вроде бы уже свыклась с тем, что ничего не вернуть и что это было осознанным шагом. По крайней мере, уже может смотреть в глаза Миранчука и не сгорать от чувства вины. Уже даже мысль о том, что они совсем скоро уже увидятся, не вгоняет её в панику. В клинику Игнатова пришла прям к нужному времени. В кабинете сидела все та же врач, что делала ей процедуры в течение этого времени, наблюдала. Сейчас лишь осталось узи, по итогам которого все станет известно. — Ну что я могу тебе сказать, — женщина всматривалась в монитор. — В целом, все вообще отлично у тебя. Молодой организм, оправился быстро, поэтому не вижу никаких противопоказаний для физических нагрузок. — То есть завтра я уже могу спокойно уехать в академию? — спросила Василиса, приподняв голову. — Да. Сейчас выпишу тебе все необходимые бумаги, которые представишь там. Можешь вставать. Взяв бумажные полотенца, девушка начала вытирать гель со своего живота и смотрела на то, как она взялась что-то печатать в своём ноутбуке. Ну все, пора возвращаться к своему любимому делу, ради которого она решилась на такой серьёзный шаг. — Здесь все, что тебе нужно, — врач протянула ей все бумаги. — Все анализы до, все анализы после и финальное узи. — И плюс я ещё там пройду мед.осмотр, — кивнула Игнатова, забирая все. — Спасибо вам большое. — Не за что. Просто включайте голову в нужный момент. В твоём возрасте один аборт — это максимум, дальше могут возникнуть проблемы со здоровьем. — Я Вас поняла, — улыбнулась Василиса и вышла из кабинета. Один раз они совершили эту ошибку, вторую такую никто не простит. Теперь можно завтра отправиться в академию, чтобы привести и физическое состояние в норму. Она скучала.
