16.
13 октября 2023 г., 13:00
— Ты для чего начинаешь этот скандал? Ты не понимаешь, что Василиса сейчас и так на нервах? А ей нельзя переживать! Любой срыв может понести за собой серьёзные последствия. Не хочешь задуматься о своём внуке, подумай хотя бы о дочери, у которой могут возникнуть серьёзные проблемы со здоровьем при выкидыше, — высказывала Анна Георгиевна мужу. — Вот куда она сейчас пошла?
— Ты слышала, что она сказала? Аборт? — напомнила сестра женщины. — А если она правда его сделает?
— Я дала ей возможность самой решить, что делать дальше. Ну я же вижу, что боится. Девчонке всего 16 лет, грезит фигурным катанием, а здесь ребёнок. Если решится на аборт, то это полностью её право, за которое я осуждать не буду. Только я считаю, что Антону надо сказать об этом, чтобы голова на место встала, а так он будет ни сном ни духом, — тяжело вздохнула она. — Я надеюсь, мы поняли друг друга?
— Поняли. Но где ее сейчас уже искать? — более спокойно проговорил Владимир Александрович.
— Не надо ее искать, сама придёт. Ей нужно все обдумать и уже точно все решить. Я верю, что Вася примет верное для себя решение.
Несмотря на то, что Анна Георгиевна понимала, что дочери и правда нужно время в связи с принятием ее положения и скандала внутри семьи, все равно переживала. Элементарно волновалась женщина за то, что девушка слишком себя накрутит, и на самом деле могут произойти события, которые поведут за собой серьёзные последствия. Сейчас ей необходимо успокоиться, иначе на таком нервном стрессе она может принять решение, за которое потом будет винить себя в ближайшие годы. Слова о том, что Василиса сделает аборт, могут быть преждевременными, поэтому воспринимать их пока не стоит, по ее мнению.
***
Гуляя по родным улицам своего района, Игнатова думала обо всем. Слезы сами лились по щекам. Только сегодня девушка узнала о беременности, а уже возненавидела весь мир. Никогда Василиса и подумать не могла, что такая, казалось бы, светлая новость принесёт ей столько несчастья. Из-за всех перенесенных нервов Васе уже казалось, что она не любит этого ребёнка. Что его в принципе никто и не полюбит никогда, он ведь нежеланный, все против него. Так значит может и правда лучшим решением будет избавиться от него? Антон не узнает, пускай не тратит свои нервы на это. Родители будут спокойны, что такого «позора» не будет в их семье, ведь, скорее всего, именно за это и переживает отец. А сама Игнатова сможет построить свою карьеру, о которой уже грезит столько лет. О чем тогда ещё думать? Это будет правильным решением. Ей так кажется, по крайней мере. А правильное оно или нет, станет известно лишь через некоторое время. Но явно Василиса не сможет жить ближайшее время без угрызения совести, ведь убьёт ещё такую крохотную жизнь, которая вообще не виновата в том, что они сделали такую оплошность. Но так нужно. Есть ведь и обратная сторона медаль. Оставь она этого ребёнка, то могут возникнуть серьёзные проблемы во взаимопонимании с ним. Игнатова ведь не может отвечать за себя в будущем, а вдруг девушка начнёт грубо обращаться со своим ребёнком, потому как именно он сломал ее мечты и планы? Василиса не хочет, чтобы потом он страдал от того, что собственная мать его ненавидит, испытывал такое тяжёлое ощущение ненужности и собственной никчемности. Ну зачем мучать и себя, и ребёнка? Разве это тоже не аргумент? Гуляла Вася почти до самой ночи. Несмотря на лето, погода стала прохладной, а девушка выбежала в одних шортах и футболке, из-за чего по коже проходилась дрожь от холодного воздуха. Именно в этот момент она приняла решение, что пора бы идти домой. На телефоне уже видели новые сообщения от Миранчука. Парень даже уже звонил, но ответа так и не получил. Разговаривать ни с кем не хотелось, в том числе и с молодым человеком. А вот Антон уже начал переживать, что что-то случилось, ведь весь вечер Игнатова пропадала. Оказавшись в родной квартире, Василиса быстро поняла, что все уже разошлись спать. И ей так хотелось быстро проскочить в свою комнату и отдохнуть, оказавшись во сне, но из спальни неожиданно вышла мама, которая себе места не находила. — Ты как? — тихо спросила женщина, подходя к дочери и кладя свои руки ей на плечи. — Нормально. У меня было пару часов, чтобы все вновь обдумать. Завтра пойду в ту клинику, чтобы записаться на аборт. Я не хочу так рано возлагать на себя ответственность, не уверена, что справлюсь с ней. Лучше все произойдёт именно тогда, когда я почувствую, что хочу и готова. А пока у меня нет этого чувства, — честно ответила Вася. — Я хочу спать. Завтра мне ещё рано вставать. — Главное, чтобы потом ты не пожалела об этом. Отдыхай, с тебя уже достаточно. Доброй ночи. Анна Георгиевна поцеловала девушку в лоб и пошла обратно в спальню. Игнатова, оказавшись в своей комнате, буквально рухнула на кровать, даже не переодевшись в домашнюю одежду. Сил не было, ни моральных, ни физических.***
— А почему я должен был отвернуться? Ты не виновата в том, что случилось. А то, что врала… Твой страх можно понять. Но чтобы такого больше не было, ладно? Я терпеть если что долго не буду. Я люблю тебя.***
— Ничего, — улыбнулся Антон, так внимательно смотря на неё. — Люблю тебя просто. — И я тебя люблю, Тош, — девушка тоже расплылась в улыбке и припала к его губам.***
— Малыш, расслабься. Если бы мне было жалко или просто бы не было денег, то мы бы жили с тобой на окраине Москвы в каком-нибудь хостеле и катались бы на метро. Я могу это позволить, поэтому давай не будем? — Антон поцеловал девушку в висок. — И не дуйся. Мне нравится видеть, как у тебя горят глаза. Ради этого я готов придумывать подарки ещё круче каждый раз.***
Василиса резко садится на постели и тяжело дышит. За окном уже нет ночной темноты, но явно ещё слишком рано, потому что даже ещё не было звона будильника. Сон, состоящий из воспоминаний, просто добивает. В очередной раз девушка задумалась о том, что может подорвать доверие Миранчука, если тот вдруг узнает о том, что она поворачивает за его спиной. Антон так трепетно относится к ней, заботится, говорит приятные слова и делает такие сумасшедшие поступки, а Игнатова убивает их общего ребёнка. — Так нужно, — шептала Василиса себя под нос, чуть прокачиваясь вперёд-назад, обхватив руками собственные плечи. — Ему этот ребёнок тоже не нужен. Ему нужна свободная молодая жизнь, а не скованность ребёнком. Все. Поговорив с самой собой, девушка поднялась с постели и подошла к окну. Тёмное небо, и как будто вот-вот начнётся дождь. Будто погода старалась описать ее внутреннее состояние — серость, хмурость, какая-то плаксивость и вялость. И именно сейчас Игнатова решила, что пора бы ответить Антону. Парень, наверное, спит, а значит у неё будет как раз эти несколько часов спокойно сходить на консультацию, чтобы не выдать ему свое волнение. Vasilissign: Тош, прости, что не отвечала вчера, уходила гулять. У меня все хорошо, не переживай. Как ты? Достаточно банальный ответ, но не нужно, чтобы молодой человек переживал. Они и так сейчас на большом расстоянии друг от друга. И сейчас бы Василиса отдала все, только чтобы обнять Миранчука и почувствовать защищённость от этого мира. Девушка спокойно собиралась, пока все спали. Наконец заставила себя хоть что-нибудь перекусить, ведь сейчас, пока она ещё в положении, нужно позаботиться хотя бы себе, потому как сейчас ее организм очень уязвим. Дорога до клиники не заняла много времени, но уже внутри Васю вновь начало трясти. Сначала же нужно сдать анализы, сходить на узи, сказать о своих намерениях. Страшнее всего для неё было узи, ведь Игнатова часто слышала о том, что, когда девушки слышали сердцебиение собственного ребёнка, уже начинали привязываться к нему. А вдруг и у неё также произойдёт? — Здравствуйте, — Василиса зашла в кабинет и села за другую сторону стола врача. — Игнатова Василиса Владимировна. — Здравствуй. Да, вижу, — женщина смотрела в свой ноутбук, сверяя все данные. — На учёт встать? — Нет, хотела бы записаться на аборт. Там же нужно какие-то анализы сдать перед этим? — тяжело вздохнув, произнесла Вася. — Уверена в своём решении? — она подняла на девушку свои глаза. — Аборт в таком раннем возрасте все-таки достаточно опасен, поэтому мы не можем отвечать за последствия. — Там же нужно какие-то бумаги подписать, что я не буду иметь каких-либо претензий? Я готова подписать их, — Игнатова старалась сделать свой голос более уверенным, но выходило не особо удачно. — Конечно. Хорошо, это твоё решение. Ложись тогда на кушетку, сначала посмотрим малыша на узи, потом дам тебе направление на анализы, часть которых сдашь сегодня, а часть завтра. Василиса легла, задрав свою футболку. Во рту пересохло от волнения. А если с ребёнком что-то не так? Наверное, тогда это решение точно будет наиболее правильным? — Плод развивается хорошо, — врач водила аппаратом по ее животу. — Срок около 4 недель. Пока ещё здесь только начальная стадия, горошинка. Плод ещё маленький, поэтому сердцебиение прослушать ещё невозможно. Через месяц уже будет слышно. Услышав эти слова, Вася даже на мгновение выдохнула. Значит, ничего не помешает ей сделать то, что уже запланировано в ее голове. — Смотри. Завтра пойдёшь сдашь кровь. К 7 утра, натощак, из пальца и вены. Думаю, тебе все это знакомо, — рассказывала женщина. — Сегодня сдашь все гинекологические анализы. Готова? — Да, — кивнула девушка и взяла направления, что выписала врач. — Мне уже прям сейчас идти, да? — Да, конечно. Завтра сдашь все остальное, и послезавтра жду у себя. Думаю, что в ближайшие дни сделаем все, если нет никаких противопоказаний. — А что насчёт спорта? Через сколько уже можно заниматься? — Обычно через две недели нагрузки уже разрешены. А ты спортсменка? — по-доброму улыбнулась женщина, когда увидела положительный кивок Василисы. — Возможно, это не моё дело, но из-за этого решилась на аборт? — Да. Это вышло совсем не запланировано. Мы всегда предохранялись, но вот как это могло получиться? — девушка задала главный для неё вопрос, ответа на который не знала. — Презервативы. — Смотря, как они хранились. Та же температура влияет. Если где-то в рюкзаке, где лежат другие вещи, или в кармане, что бывает, то просто был повреждён. Неаккуратное вскрытие упаковки, потому как молодые люди очень любят зубами разрывать. Срок годности. Казалось бы, латекс должен быть крепким, а причин большое количество, поэтому в следующий раз просто будьте аккуратнее, — рассказала врач, но в ее голосе не было ни капли осуждения. Сколько у нее уже было таких молодых девчонок, которые задавали этот вопрос. Да даже не только молодых, а взрослых, за 25 и более. Казалось бы, уже должны знать эту примитивную информацию, ведь это напрямую связано с их здоровьем, но по итогу слышат это впервые, когда узнают о беременности.***
Из клиники Василиса решила прогуляться пешком, чтобы подышать свежим воздухом. Погода более менее наладилась. Небо стало чистым с редкими облаками, солнышко светило. Так и на душе Васи стало немного легче, будто уже и нет сомнений по поводу правильности своего решения. Будто отпустила эту ситуацию и приняла её. Дышать стало легче. Когда девушка шла по парку, что находился уже не так далеко от дома, на телефон поступил звонок. Антон. Видимо, наконец проснулся и, увидев сообщение Василисы, сразу же набрал. — Доброе утро, — сказала Игнатова, сразу же отвечая на звонок. — Как спалось? — Доброе. Спалось относительно. Даже сейчас я звонил и гадал, ответишь ли ты хотя бы сегодня, — по голову было заметно, что парень не особо в хорошем настроении. — С кем ты гуляла? — С друзьями, — соврала Вася. — Вроде бы недавно виделись, а уже опять соскучилась. — Парни там тоже есть среди этих друзей? — Ты приревновать меня решил? — усмехнулась Василиса, понимая, что он не в духе. — Есть, но мы просто друзья. Общаемся уже много лет. — Ну ладно, — пробубнил Миранчук. — Тоша, перестань. Ты без настроения из-за вчерашнего? Ну извини, что так получилось. Я же всегда с тобой на связи, а вчера случайно так вышло. Не злись, — пыталась исправить ситуацию девушка. — Я не злюсь. Просто давай договоримся, что ты хотя бы будешь предупреждать, что пошла гулять, возможно, не будешь отвечать, я хотя бы спокойнее буду себя чувствовать, — выдохнул Антон. — Сегодня поеду в академию, из которой нас с Лехой забрали в 13 лет в Москву. Хотим навестить первого тренера. — Молодцы. А я не пойду в свою академию, не хочу видеть людей, которые в меня не верили, — нахмурилась Игнатова, ведь и правда ей не хотелось бы там даже чисто случайно оказаться. — Мне кажется, что ты слишком нагнетаешь. Думаешь, что тебе там не рады будут? — Конечно будут, но не из-за того, что рады конкретно мне, а потому, что их ученица впервые куда-то пробилась. Лицемерие короче будет, оно мне надо? — Тогда ладно. Малыш, я пойду завтракать, поэтому напишу чуть позже. Надеюсь, что ответишь, — усмехнулся молодой человек. — Отвечу, не бесись. Приятного аппетита. Маме и Лёше привет. Даже разговор с Миранчуком девушке не показался каким-то тяжелым. Было напряжение лишь из-за ее вчерашней пропажи, но пока никакой вины перед ним она не чувствовала. Может потому, что ещё не избавилась от ребёнка? А может потому, что смогла вбить себе в голову, что это правильное решение. Пока сама понять не может.
