Зажечь звезды

      Глубокий звон колоколов эхом проносится по Мондштадту, и Горо невольно поворачивает уши в сторону великолепного собора Барбатоса, расположенного в верхней части города. Дух свободы, царящий за величественными стенами, незнакомые запахи из «Хорошего охотника», мелодичные трели бардовских лир и дружелюбные разговоры — это все завораживает, окрыляет одним своим присутствием. Без преувеличений, генерал Ватацуми впервые путешествует так далеко, аж до владений Анемо Архонта, да еще и вместе со своим возлюбленным, с которым собирается…       — Пожениться? Ох, как чудно! Вы обратились по адресу: я смогу подобрать вам, дорогим гостям из Инадзумы, лучшие обручальные кольца, — мило улыбается Марджори, разговаривая с Кадзухой.       Они стоят напротив лавки драгоценностей совсем немного времени, но на примете уже есть несколько очаровательных серебряных колец. Выбирать их, оказывается, так легко, когда душа поет от счастья, любви и предвкушения маленького праздника на двоих. Уже через полчаса они направляются дальше, прямо к собору Барбатоса, неся с собой купленные украшения.       Кадзуха взволнованно выдыхает и переглядывается с возлюбленным, стоит им остановиться возле мраморных перил и посмотреть на нижнюю часть города. Предложение руки и сердца было до жути спонтанным и неловким, чуть ли не шуточным, но вот они здесь, стоят напротив собора с самыми серьезными намерениями.       — Уже через несколько минут мы обвенчаемся, — вдруг тихо говорит Кадзуха, — и будем связаны не только судьбой, но и узами брака. Я не верил, что однажды наступит такой день, когда я обменяюсь с кем-то кольцами и поклянусь быть рядом навсегда, но встреча с тобой перевернула всю мою жизнь. Еще задолго до осознания чувств я понял, что ты — не тот человек, который появится на мгновение, как вспышка, и исчезнет в пучине своих забот. Ты особенный, и я бесконечно люблю тебя.       И прежде чем расчувствовавшийся Горо успевает ответить, он крепко обнимает его, цепляясь пальцами за бирюзовые одежды. Они оба замирают, деля волшебный миг на двоих, будто бы вокруг них ни души — лишь ветер играет мелодию на своей лире. Генерал не умеет высказываться так же поэтично, как его возлюбленный, но ответное «Я тоже люблю тебя» шепотом срывается с его губ.       Внутри собора словно иной мир. Из больших витражных окон на мраморный пол падают сотни разноцветных пятен, танцуя и переливаясь между собой; звучание, похожее на мелодию из музыкальной шкатулки, ласкает слух; высокие белые стены и потолки будто бы подпирают сам небосвод, обожествляя и без того священное место.       Держась за руки, пара подходит к одной из сестер, интересуясь, сможет ли она провести скромную церемонию прямо сейчас, на что девушка радостно соглашается и приглашает к алтарю.       — Смотрю, вы неместные! — радостно и улыбчиво щебечет она, ведя их в конец зала. — Проделали такой большой путь ради того, чтобы обвенчаться в Соборе Барбатоса?       — Мы из Инадзумы, — тут же отвечает Кадзуха. — Свобода Мондштадта покорила наши сердца, и познать таинство обручения именно здесь кажется для нас чем-то особенным.       — В таком случае, пусть ветра Барбатоса направляют вас.       Церемония не длится долго — в этом нет нужды. Сестра зачитывает длинный текст, наполненный обещаниями и клятвами, и задает стандартные вопросы, а Кадзуха и Горо отвечают без промедления, нежно глядя друг на друга. И пускай они оба знают ответ, услышать его из уст возлюбленного даже немного волнительно. Сердце переполняется доселе незнакомым ощущением таинства и торжества этого момента, и им не нужна пышная церемония и множество гостей, чтобы почувствовать это. Достаточно лишь тихого уголка с алтарем и сильной любви друг к другу.       Они обмениваются кольцами: сначала Кадзуха надевает украшение на безымянный палец Горо, случайно от волнения перепутав руки (сестра учтиво подсказывает, и ронин, охнув, быстро исправляет свою ошибку под чужое хихиканье), а потом возможность предоставляется для генерала.       Кадзуха в ступоре замирает.       — Прямо на бинты, да?       Улыбаясь, Горо без лишних слов надевает кольцо поверх белой перевязки. Он знает, что под бинтами скрыты жуткие ожоги и огрубевшая кожа, и он не хочет, чтобы Кадзуха страдал от излишнего внимания других людей к своей особенности.       И вот сестра объявляет их мужьями. Вместе и навсегда — такова клятва, произнесенная ими в соборе Барбатоса. Другие сестры, стоящие поодаль, искренне радуются за гостей из далекой Инадзумы, но, кажется, Кадзуха и Горо едва ли что-то слышат вокруг себя: смотря друг на друга, они не могут оторвать взгляд. Их скромная церемония подходит к концу, но сияющие на безымянных пальцах серебряные кольца будут напоминать им об этом счастливом дне всю оставшуюся жизнь.