А ты поверь, чудеса случаются

Всепоглощающий страх с дьявольской точностью растекался по капиллярам и венам, по всему телу. Животный, первобытный инстинкт катализировал ужас тысячекратно. С Каждым новым поворотом трагической судьбы Чимина на ум всегда приходила одна фраза, из раза в раз, от трагедии до трагедии, одна и та же мысль:«неужели я умру». Чимин и другие омеги, плотно утрамбованные, тряслись в маленьком душном фургоне. Сначала машина долго ехали по бездорожью. Чимин не знал, сколько точно по времени, может часа два или три. Каждый раз, стоило фургону наткнуться на камень или яму, они больно ударялись об стенки или потолок. В черном маленьком фургоне, едущим под полящим солнцем, было так жарко, что между плотно сидящими омегами открытые участки кожи натирались до кровавых раздражений. Массовая истерия поглощала одного за другим. Они плакали, кричали, залезали друг на друга от удушающей нехватки воздуха. Пытались даже выломать дверь, но та была как будто приваренная. Когда они выехали на ровную дорогу, в фургоне ничего кроме ритмичного глухого постукивания не было слышно. На смену истерики пришло принятия. Они уже сами плотнее жались друг к другу, и глотали соленые слезы. Они ехали мучительно долго. Омеги проснулись от жуткого холода. Щели фургона ужасно сквозили, а стенки автомобиля остыли на столько, что к ним больно было прикасаться спиной. Поездка Чимину давалась до ужаса тяжело, он кажется, был согласен на что угодно, лишь бы выбраться на свежий воздух. Голод, жажда и головная боль так сильно вымотали Омег, что когда фургон остановился, не один парень даже не был в силах подумать о побеге. Дверь с силой открыли и одного за другим их вытаскивали наружу. Ноги омег затекли и им приходилось стоять, держась друг за друга. Чимин почувствовал запах сырой воды. Уставшие глаза омеги в темноте совершенно ничего не видели, но слышно было, как вода бьется обо что то металическое. Тогда их пересадили, как Чимин уже помнил, в трюмо большого судна. Работники судна дали им немного воды и еды. И так они пробыли в дороге еще больше суток. Когда люк трюмо открылся ,омег ослепил яркий солнечный свет. Чимин глубоко вдохнул свежим морским воздухом. Сверху на них смотрел мужчина с оружием. Он скинул им большие куски ткани. - Укройте себя с ног до головы, и что б без звука, услышу хоть один писк прострелю бошку. - люк с грохотом хлопнул Омеги быстро сделали что велено. Когда люк открылся второй раз, они уже ничего не видели, только слышали голоса. - Начальник говорю же, мешки с зерном везем, плыть надо, начальник опаздываем. - Так а в том трюмо что лежит? Люк закрылся. Так они проплыли еще около суток. Им переодически давали немного воды и еды. Иногда позволяли выходить в туалет. Когда их подняли посреди ночи. И приказали выходить, омеги от усталости не могли встать. Тогда им начали угрожать оружием. Чимин потерял сознание. Приходя в себя от легких потряхивание, голова Чимина раскалывалась на две части. Комок тошноты подкрадывалось ближе к глотке. Он медленно разлепил глаза и обнаружил, что лежит головой на коленях Идена. Они находились в маленькой автобусе, но он был больше чем фургон и быстро куда то ехали. Иден спал, облокотившись головой о окно. Чимин медленно поднялся, тем самым разбудив Идена. - Чимин ты так долго спал - заговорил Друг. Его голос было, больно слышать, он был лишен абсолютно всех эмоций, не страха не беспокойства. Чимин боялся что если он откроет рот получится точно также. Крайняя их остановка случилась на рассвете. Через окна автобуса было видно, что они едут по дороге через большое пустынное поле. Автобус остановился перед большим кирпичным зданием, огражденный металическим забором. Их выставил в ряд и повели к воротам. Минуя ворота, они направились к самому зданию. В помещение они заходили, окруженные надзирателями, как овцы сторожевыми собаками. Когда их завели за одну из дверей, Чимин сильно удивился. По мимо них в большой комнате было еще пару десятков омег. Число надзирателей прямо пропарционировало. Их провели прямо до конца комнаты, где была еще одна дверь. Их встретили девушки, пихнули в руки полотенца и отправили в нутрь. Комната оказалось многоместной душевой. Чимин был рад оказаться под струящимися потоками воды. Смывая с себя слой липкого пота и пыли, становилось легче дышать. Выйдя из душа, всем вручили по комплекту одежды. Одеждой это было назвать трудно. Просто ткань на лямках у всех разных цветов, но одинаковых фасонов. Костюмы почти всем были велики, но никого это не волновало. Затем один за другим их забирали какие то женщины и терялись в толпе. Когда и его подхватили под руку и поволокли к огромному зеркалу, он даже не успел обернуться. Пока его тащили за руку, ему приходилось постоянно отдергивать край одежды, тот постоянно задирался. А нижнего белья им не выдали. Его посадили на холодный металический стул, и он еле сдержался что бы не вскрикнуть. В этой одежде холод чувствовался особо остро, он пробирался под подол, и морозил еще мокрые волосы. Девушка начала орудовать кисточками и красками на полном автопилоте, было видно что ей совершено нет дело до того кто сидит перед ней, она просто подпевала словам песни играющей у нее в наушниках и громка жевала жвачку. Чимин сидел на против большого зеркала. Девушка уже давно закончила с его макияжем, и его какое то время никто не трогал. В отражении зеркала Чимин видел, как забирают омег. Одна за одной они выходят и не возвращаются. Когда он увидел Идена, который послушно шел за надзирателем, у него перехватило дыхания, и кажется остановился пульс. Он хотел броситься в след другу, и если он ничего не может изменить, то хотя бы попрощаться. Но не сделал ни шагу, если он подойдет то обязательно расплачется, он не мог позволить другу запомнить его таким В отражении зеркала они пересекались взглядами Иден улыбнулся и скрылся за дверью. Уже навсегда. Последнее воспоминание о Идене, его глубокие но опустошенные глаза карего цвета. Когда настала очередь Чимина, он не боялся. Хотелось уже сделать неизвестное известностью. Даже если она жестока и полна страданий. Момент своей продажи Чимин помнит урывками. Только помнит, что стоя на большой сцене, он совершенно ничего не видел. Прожектор сильно слепил глаза. А бесстрашие куда то исчезло, и сердце сильно билось о грудную клетку. Его пугало абсолютно все: громкие голоса, которые что - то выкрикивают, руки, которые его крутили как куклу, туда - сюда, задирая подол его одежды. Чимин стойко выдерживал все унижение, которые он испытывал и расплакался лишь тогда, когда неизвестный мучитель очередной раз поднял край его одежды и крикнул "Продано!". Услышав это проклятое слово, которые снится в кошмарах каждому омеге, Чимин рухнул вниз и еще громче расплакался. Его тут же подхватил под руки две крупные беты и потащили в противоположную сторону сцены. Его, как мешок картошки, бросили возле стены и ушли. Чимин задыхался в приступе истерики и плакал, пока не увидел нависающую над ним тень. Слезы тут же высохли, а позывы тошноты усилилось. Он поднял глаза вверх и встретился взглядом с мужчиной. Он был абсолютно пьян, потеряв равновесия он пошатнулся и уперся одной рукой об стену, прям над головой Чимина. Омега, затаив дыхания, смотрел ему прямо в глаза. Ожидания последующих действий. Мужчина был намного старше Чимина. Альфу он в нем не почувствовал. Не то что бы Чимин когда то их видел, но он точно знал, что перед ним обычный мужчина. Он был на две головы выше омеги. В его редеющих черных волосах выбивалась седина. За ним стояли двое больших мужчин в черных костюмах и солнцезащитных очках. Чимина больно схватили за подбородок, рывком подняли на ноги и толкнули в руки одному из них. - В машину его - от его голоса у Чимина по спине пополз неуютный холод, такой мерзкий и хриплый, тон такой как будто жизнь бедного Чимина ничего не значит. Мужчина схватил его за руку и поволок к двери. Тот шел слишком быстро. Чимин не поспевал и постоянно падал, стирая колени в кровь, как будто этого не замечая, его продолжали тянуть к Машине. Кинув Омегу на заднее сиденье телохранитель заблокировал двери автомобиля. Видя что мужчина уходит со стоянки и оставляет его одного Чимин начал судорожно дергать ручки, в надежде открыть машину. С заднего сидения открыть не получилось. Тогда он перелез на передние и стал нервно нажимать кнопки на панели управления в надежде найти нужную. В ушах стоял стук собственного сердца, адреналин повышал градус тела. Если он найдет нужную кнопку возможно у него будет шанс сбежать, не важно куда главное подальше от сюда. - Какого блядь черта здесь происходит? Чимин даже не успел обернуться, последовал удар головой о руль и потеря сознания.