Под драконьим крылом

А за морем на черной скале Змей серебряный кольца плетет, Самоцветы горят в серебре, Змей крылатый желанную ждет.

(Мельница - Обряд)

Красновато-розовые перепонки медленно пульсируют, а узкие ноздри сжимаются в такт этому размеренному ритму. Янтарные глаза смотрят на него внимательно, настороженно, но без открытой враждебности. Возможно, потому что эту чешуйчатую морду поглаживают тоненькие белые пальчики. — Это Мелеис, милорд, — Рейнис улыбается, и он вспоминает отборный жемчуг, что когда-то подарил ему Морской Владыка Браавоса. — Мелеис, милая, это лорд Корлис Веларион. — Пффф, — драконица фыркает, словно говоря: «И что мне с этого?», но не отстраняется и не атакует, будто ждёт чего-то. — Можете погладить её, милорд, — она прижимается щекой к щеке дракона. Корлис слегка медлит, и принцесса замечает это. Бледные губы слегка приоткрываются, словно она хочет что-то сказать, но тут же сжимаются в тонкую линию. «Проглотила колкость», — понимает он. Вместо этого Рейнис протягивает ему руку, и Корлис аккуратно сжимает её узкую изящную ладонь. Его грубые чёрные пальцы касаются холодной красной чешуи, а сверху ложатся её — белые и тонкие. — Когда у меня появился первый корабль, — он прижимается виском к щеке Мелеис, и драконица фыркает как будто бы насмешливо, но вполне дружелюбно. — Я тоже жался к борту при каждом удобном случае, — принцесса чуть хмурится — не всерьёз, но Корлис всё же решает объяснить. — В море считают, что у каждого судна есть душа. Тех, кто не понимает этого, мучает морская болезнь. Принцесса дарит ему одну из своих многочисленных жемчужных улыбок — все они разные, но только он способен их различить. А эту жемчужину он знает особенно хорошо. Она означает: «Пойдём со мной». И вот Рейнис сидит на драконьей спине, поглаживая отливающий медью гребень, а Корлис смотрит на неё снизу вверх. Любуется. Кто мог знать, что он, видевший все чудеса этого мира, зацепится взглядом за эту наглую девочку, будь она хоть трижды принцесса? — Не будет ли ей тяжело? — он пытается скрыть свои опасения за глупыми шутками, и даже драконица это понимает, потому что поворачивает голову и пихает его в бок. — Неужели Морского Змея что-то пугает? — принцесса смеётся, чуть откинувшись назад, и Корлис сдаётся. Канаты, что свисают с седла дракона, ничем не отличаются от корабельных, да и седло почти лошадиное… Почти. К лошадиному не привязывают. Да и хребта такого у лошади нет. Мелеис разбегается и взмывает вертикально вверх. Рейнис почти прижимается к её спине, и Корлис ложится сверху, едва цепляясь за её хрупкие плечи. Не столько потому, что хочет быть ближе. Но потому, что опасается упасть. — Задавить меня хотите? — ворчит она, и он выпрямляется, чтобы не доставлять неудобства им обоим. Облака прямо над ними, а внизу — Королевская Гавань. Красные крыши богатых кварталов, пыльно-жёлтые — Блошиного Конца, серый купол Драконьего Логова… И Красный Замок, торчащий с краю, как… — Милорд? — теперь уже Рейнис прижимается к нему спиной и запрокидывает голову. — Принцесса? — он поворачивает голову в её сторону и сталкивается носами. — Я люблю вас, Корлис, — её глаза, голубые, как у Баратеонов, смотрят на него самым честным взглядом. Смотрят и сияют. — А? Принцесса облизывает губы. Корлис сжимает руки на её талии. Сердце колотится, как сумасшедшее, а в горле так сухо, будто он сам теперь дракон и готовится выдохнуть пламя. Он облизывает губы. И чувствует солёный привкус. — Я, — он смотрит в её глаза и не может подавить глупую счастливую улыбку. — Я тоже, Рейнис. — Я знала! — с детским восторгом восклицает она и смеётся, а Мелеис поддерживает её громким рыком. — Я не то чтобы скрывал, моя принцесса, — Корлис прячет улыбку в её волосах. — Но всё же спрошу… Как вы догадались? Драконица вдруг устремляется вниз, и Рейнис судорожно цепляется за седло. Корлис оглядывается в поисках угрозы и замечает пару меньших драконов среди облаков. Кажется, не заметили… Неужели Мелеис решила так хранить их секреты? Когда она садится на одинокую скалу посреди моря, Корлис сходит первым. Чтобы подхватить Рейнис за талию. Юная принцесса почти ничего не весит. — Ах, — оказавшись на ногах, она тут же цепляется за его плечи. — Так на чём мы остановились? Рейнис смотрит на него снизу вверх. Влажные большие глаза, обрамлённые белыми ресницами, кажутся ещё более голубыми, чем обычно. Цвет моря. Цвет неба. Их общий. — Вы хотели рассказать мне, как догадались… — О чём? — эту ехидную жемчужину он тоже прекрасно знает. — Что я люблю вас, — Рейнис хочет услышать это и даже не стесняется. Принцесса смеётся и прячет лицо в его широкой груди. Корлис прижимает её к себе, перебирая пальцами серебро волос. Сокровище. Его юное сокровище. Самое драгоценное во всём Вестеросе. И в Эссосе. И во всём белом свете. — Дай подумать, — Рейнис поднимает голову — на светлых ресницах слёзы счастья. — Ты не можешь отвести от меня взгляд с тех пор, как прибыл сюда, — она загибает указательный палец, украшенный маленьким рубином. — Ты отвечаешь на мои провокации, хотя прекрасно знаешь, что это манипуляция, — следом идёт средний. — Ты залез на дракона, хотя бо… Он целует её, не давая договорить. Они оба знают, что она права. Незачем говорить это вслух. Мелеис и так будет смеяться над ним. — Корлис! — выдыхает Рейнис, сжимая ткань на его плечах. — Что? — он лишь ехидно улыбался, глядя на раскрасневшиеся щеки. — Пусти… — по бледной щеке стекает слеза. — Я не отпущу тебя, Рейнис, — его палец на её лице выглядит, как пятно грязи, но ему плевать. — Ты — сокровище, каких я не видел ни на одном из берегов. Ты — первая, кто вырвал меня у моря. Море отвечает ему грохотом. На мгновение Морской Змей бросает взгляд под ноги, где о скалы бьются бесконечные волны. Скалы когда-нибудь разрушатся. Горы и долины обратятся в прах. Города станут пеплом и пылью. Только волны вечны. Волны и это щемящее чувство внутри, которое на берегу называют любовью. — Рейнис, — он смотрит ей в глаза, и видит в них ответ на вопрос, что вертится на языке. — Ты станешь моей женой? Рейнис смотрит на него своими небесными глазами, и в красновато-розовой тени драконьих крыльев они кажутся фиолетовыми. Как у истинных Таргариенов. — Да, — произносит она дрожащими губами, ещё более бледными, чем обычно. Корлис целует её. Рейнис отвечает ему встречным порывом. Мелеис издаёт гортанный рык, в котором ему странным образом слышится одобрение. Море отвечает ей тем же.