Ты чего разошёлся?

Съемки закончились, что заставило съёмочную группу расслабленно выдохнуть и наконец заняться своими делами. Константин и Ренат же, не бывая совсем в общительных отношениях после них, лишь тихо разошлись, не отдаваясь в «переговоры» и едкие обсуждения, в которых они обычно застревали, словом, по несколько часов. Что-то произошло в этом выпуске, что-то такое, от чего Ренат потерял все раздумья и весь азарт продуманный для шоу. Но что же?

***

— Что это сегодня было, во время дегустации? — увидя недовольную гримасу на лице кондитера, спросил Ивлев, заходя в гримёрку мужчины, аккуратно закрывая за собой дверь. Ренат сидел в чёрном, по цвету кресле, уткнувшись в свой телефон. Опустошая чашку ароматного чёрного чая, он попутно листал ленту инстаграмма, наполненной не самой интересной информацией и постами, пытаясь совсем не обращать внимания на внезапно зашедшего Константина. Кондитер сам не понимал на что он обижен, и обижен ли он вообще, но почему-то разговаривать с рыжеволосым мужчиной ему не хотелось. В области сердца что-то недовольно билось, не давая облегченно выдохнуть. — Карамелька? — переспросил Константин, ища в кармане очередную конфетку, — Кис кис… — Ну Кость, отвянь… — отмахнувшись от карамельной конфеты, пробурчал Ренат, все также испепеляя взглядом яркий экран телефона, который негативно отражался на зрении. — Кто посмел обидеть мою сладкую принцессу? — чуть посмеиваясь в сторону Рената спросил Константин. — Ты… — тихо, почти шепотом ответил мужчина в кресле, как будто побаиваясь перейти на полноценный голос, изображая явную обиженность. — Что-что? — переспросил голубоглазый, — Ренат, всё в порядке? — перейдя на серьёзный тон, продолжал кидаться вопросами Ивлев, даже не думая отставать от кондитера. — М-м… — отрицательно помотал головой Ренат и чуть поправился на удобном кресле. — Поделишься своей внезапной проблемой? — осторожно спросил Костя, пытаясь поймать взгляд каштановых глаз. Тот лишь чуть закатил глаза вздыхая: — Я устал, — кратко ответил Ренат, — очень сильно устал… — отложив телефон в сторону, кондитер сонно потёр глаза тыльной стороной ладони, переводя взгляд на Костю. — Думаю, я могу тебе помочь, — чуть улыбнулся Константин в сторону Агзамова. Чтобы никто не помешал отдыху Рената, Костя выключает яркий свет который отдавала люстра в помещении, оставив включённым лишь один бледный светильник. — Закрой глаза… — тихо повелел Константин, после же беззаботно вставая над сидящим, ничего не понимающим Ренатом. — Костя, что ты задумал… — выполняя действия которые ему были заданы, хотел спросить Ренат, но не успел толком договорить начатое возмущение. Сильные руки опустились на плечи кондитера, медленно сжимая их, начиная нежно массировать. Костя осторожно сжимал и разжимал кусок кителя и кожи, принося Ренату лишь расслабление, переходящее в удовольствие. — Открой рот, — мягко произнёс высокий мужчина, разворачивая карамельную конфету в руках. Ренат залился легкой краской и по телу пробежал неминуемый жар. Он не понимал, чего добивается Костя, но спорить с ним сил не было совсем. Да и не хотелось. Подчиняясь, он слегка раскрыл рот, медленно откинул голову назад, чувствуя упирающее в груди приятным оттенком волну кайфа. Почувствовав во рту знакомый вкус сладкого изделия, мужчина лишь мельком усмехнулся, прикрыв рот. — Костя, что, чёрт возьми, происходит в этой гримёрке? — задался вопросом кондитер будто самому себе, не совсем надеясь на быстрый ответ. — А что тебя смущает? — руки Константина переместились на шею Рената и стали медленно проходиться по ней, смотря куда-то вниз. — Ты пытаешься втереться мне в доверие, а потом привяжешь к стулу и будешь издевательски пытать, верно? — чуть посмеявшись про себя, произнес кондитер. Такие шутки казалось были к месту абсолютно всегда и везде, на них всерьез впринципе-то уже никто и не обращал внимания. — Неужели ты разгадал мой план?! — наигранно удивился Константин, натягивая улыбку. — Я всегда был умнее тебя, — довольно улыбнулся Ренат, прожевывая любезно протянутую другом конфету. — Ложись на диван. — Кость, это перебор, я не хочу ночевать тут… — Ренат резко, будто на полпути оборвал свою начатую мысль, после чего нервно увлек голову к верху, взглянув на друга. — Что-то не так? — читая в полумраке взгляд кондитера, спросил Ивлев почти-ли остерегаясь. — Кость, давай напьёмся и останемся тут… вдвоём, — резко заявил Ренат. Домой даже не хотелось, всё равно его никто не ждал и не ждёт. А с Костей он чувствовал себя… комфортно, а главное хоть кому-то по настоящему нужным. Плюс они с ним давно не собирались вместе. — Если ты так хочешь, то давай останемся и напьёмся, но напьёмся чая, потому-что, тебе, нужен весьма хороший отдых. — Давай диван разложим, чтобы просторнее было? — предложил кондитер. Чужие руки уже не находились на его плечах, что ввело Рената в мимолётное чувство расстройства. — Идея не плохая, — согласился с другом Константин, — ты сиди пока, я сам всё сделаю. Ренат наконец полностью закрыл глаза, пытаясь до конца расслабиться, а Ивлев принялся за упомянутое выше дело. Быстро разложив небольшой чёрный диван, Костя подошёл к шкафчику, который находился в углу гримёрки. Рыжеволосый достал оттуда темный плед, который им когда-то подарил участник проекта (да, на кулинарных проектах дарят и такое), и положил его на диван. Декоративные серые подушки идеально вписывались в эту некую «комфорт-зону». — Ложись давай, — произнёс Ивлев, подходя к столику, на котором стояли две кружки и электро-чайник. — Ммм… — потягиваясь, сонно промычал Агзамов. Ренат неохотно встал со стула и направился в сторону мягкой мебели. Брюнет лёг, раскинув руки в разные в стороны. Он был слишком уставшим, дабы что-то говорить и язвить коллеге, а уж тем-более делать что-то незамысловатое, но в душе мужчина ликовал, от осознания того, что Костя согласился провести с ним этот вечер. Или, скорее всего, даже ночь. — Костяя, ну где чай? — недовольно и устало протянул кондитер. — Секунду, ваше Карамельное Величество, — продолжал кидаться подколами Ивлев, — вам сколько ложечек сахара? — Без. — Тогда прошу… — произносит Костя, протягивая другу кружку горячего напитка. — Спасибо, — коротко поблагодарил мужчину Ренат, делая небольшой глоток успокающего чая, — садись ко мне, только выключи свет, а то глаза режет. Несмотря на то, что свет был довольно тусклым и еле как освещал комнату, Ренату всё равно казалось, что в комнате слишком светло. Брюнету просто сильно хотелось спать, поэтому он и хотел остаться с Костей в абсолютной темноте. Ивлев быстро исполнил просьбу кондитера и опустился на диван, пододвигаясь к другу, держа в руке чашку того же чая. — Темнота друг молодёжи? — натянув слабую улыбку, вспомнил шутку Костя. — Угу, в ней не видно твоей рожи, — довольно агрессивно, но зато в рифму, выпалил мужчина, опустошая кружку. — Насколько я помню там иные слова, но раз так захотело Его Сахарное Величество, то, так тому и быть, — Константин продолжал добивать Рената своим нескончаемым стёбом. — Ну Костя, хватит, — жалобно произносит кондитер и ставит, уже пустую кружку на подлокотник, — давай просто помолчим, — просит Ренат, кладя голову на плечо рыжеволосого. — Переоденься и ложись уже, — практически заботливо произносит Костя, допивая горячий напиток, — хотябы китель сними, неудобно же. — Ммм, отстань, — капризничает как надоедливый ребенок уставший Ренат. Ивлев лишь закатил глаза и, цокнув языком, поставил пустую посуду на подлокотник дивана. Приобняв кондитера одной рукой, Костя начал поглаживать его плечо. Неожиданно в голову старшего пришла идея. «А что если его поцеловать?» — пронеслась в голове Ивлева мимолетная версия дальнейших действий, пусть неаккуратных и не продуманных, но явно возжеланных мужчиной. Переведя взгляд на друга, Константин осторожно коснулся губами щёку брюнета, оставив на ней легкий поцелуй. Ренат никак не отреагировал, он лишь вяло приподнял один уголок губ и приоткрыв глаза, перевёл по детски игривый взгляд на Костю. Кондитер медленно сложил губы трубочкой, давая понять другу повторение данного действия. Недолго думая, Костя резко прильнул к губам друга. Явно не ожидавший данных действий, Ренат вначале легонько дёрнулся, но, после же поддавшись соблазну, в то же мгновение начал активно отвечать взаимностью, переставая отдавать себе явный отчет о своих действиях. Плавно положив руку на щёку кондитера, Ивлев начал медленно её поглаживать, продолжая страстно целовать мужчину и чувствовать напряжение в своих штанах. Эти секунды, такие долгие, одновременно жгучие и медлительные. Прекрасные. — Садись, — сквозь перетекающий от волнительного до язвительного и нетерпеливого поцелуя, Костя умело усадил друга на колени, притягивая одной рукой мужское колено ближе к бугорку в штанах, другой нежно поглаживая чужую шею. Их улыбки сквозь платоническое действие перемешались в единое целое, заставляя перейти к нечту большему и доставляющему истинное удовольствие. Белый китель начали расстёгивать, оставляя на оголенной коже лёгкие поцелуи, нежные и подобающие кондитеру. Отголоски миниатюрного света, что просвечивался сквозь щели в двери, создавал очертание бежевого кителся, который, к слову, через пять минут находился уже на другом конце комнаты. Тихие постанывания и несдержанные крики расходились и улавливали каждый метр здания, задаваясь ненужными вопросами. — Боже, — лишь изредкие слова и вытянутая шея. Благо, в столике рядом находился практически полный тюбик смазки, (по правде сказать, хрен знает откуда и как он там оказался, хотя, кому есть дело сейчас до этого вопроса) который вскоре помог мужчинам достичь кульминации. Кондитер волнительно осмотрел помещение, аккуратно и медленно насаживаясь на стоящий член, болезненно прикусывая нижнюю губу. Его ожидания о темпе резко поменялись и соизволили думать о себе намного благоприятнее, чем хотелось бы. Первые движения казались на грани блаженства, но с каждой секундой Ренат начинал двигаться все быстрее, быстрее и быстрее. Его ноги уже буквально не чувствуют себя, а с языка капают похотливые капли слюны. Слова «Быстрее!» слишком торопливо падают со рта Кости, заставляя партнёра все же выполнять указания и моментами делать передышку, полностью насаживаясь на орган. Конечности начинают дрожать, а голова судорожно выгибается от новых острот. — А-ах... Слишком неожиданно и удовлетворяюще. Слишком непредсказуемо и отстраненно от разума Рената. Они оба резко выгнулись в спине рыча, пытаясь прийти в полноценное состояние. Только по истинному и собственному желанию. — Кость... — не ровно дыша, кондитер перевел взгляд с потолка на Константина сидящего рядом. Тот лишь вопросительно кинул на него ответный взгляд. — Я не... думал что это взаимно... Костя хмыкнул, после расплываясь в излюбленной улыбке. Радостной и искренней, любящей и по настоящему трепетной. В такой, которой нравится кондитеру. — Похоже, мы совпали с тобой этими мыслями. Я люблю тебя. — И я тебя...