Галлюцинации 3

Твик, сколько себя помнит, всегда имел кружку горячего кофе в руке. Причем домашний кофе, сваренный его отцом в турке, всегда сильно отличался от того, что готовили в кофейнях. Это наводило на мысль: почему варят они одинаково, из одних сортов, а вкус разный? Но подобные мысли сразу терялись в его беспокойном уме, лишь оставляя чувство перманентной тревоги. — Мам, они опять спиздили мои трусы! Арх. Чертовы гномы. Чтоб им провалиться, — злобно кидает Твик, сжимая кулачки, впиваясь отросшими коготками себе в кожу ладоней, и пинком захлопывая дверцу комода. Его родители тоже отличались от остальных, и от самого Твика — они были спокойными. Никогда не кричали, тем более не поднимали руку. При каждом припадке они… давали ему кофе. Твик выходит из комнаты, топает в носках по коридору и спускается вниз по лестнице. — Мам, мгх, ты слышишь?! — голос срывается на крик, возобновляются тики, с которыми он не может совладать. Пальцы вновь тянутся к волосам, сейчас кто-то лишится еще пары прядей. Волосы и так выпадали из-за стресса, и Твик ситуации никак не способствовал. — Слышала, милый, садись быстрее завтракать. Мы купим тебе новые, — ласково говорит Миссис Твик и услужливо ставит порцию Твика на стол с очередной кружкой кофе. — Арх, стресс блять, вы меня когда-нибудь услышите?! — но его перебивает отец, смотря поверх утренней газеты. — Не выражайся на кухне и пей свой кофе, а то опоздаешь, — зрительный контакт со взрослым прерывается и Твик в два шага преодолевает кухню, усаживается за стол и трясущейся рукой берёт вилку. Та падает, со звоном ударяясь о тарелку. Как ему есть, если все настолько плохо? Старший Твик пододвигает к нему чашку с кофе, тут же обратно утыкаясь в свою газету. Твик обхватывает её обеими ладонями, чувствуя, что кофе остыл. Кажется, родители проявляют заботу. От кофе становится тепло, руки перестают дрожать и он наконец-то может приступить к трапезе, лишь изредка вздрагивая. С кофе ему становилось спокойнее и он мог съесть хоть что-то, но обычно обходился только им, что послужило причиной худобы. — Мам, Пап, я пошел! — дверь за юношей закрывается и он уже не видит, как его родители качают головами. В свои девять лет он наконец-то осознал, что его родители самостоятельно занимаются лечением его болезни. Никаких антидепрессантов и походов к психологам, но наркотики. Просто наркотики. Это подтвердил МакКормик, которому Твик принес злосчастный пакетик, найденный в одном из шкафчиков тумбочки. «Чувак, это меф, какого хуя?» —после этого цензурные слова кончались, Кеннет буквально взорвался негодованием из-за родителей Твика. Кенни и так все время ругается, а если его разозлить… Зато Твик теперь понимает, что именно с ним не так. Он злится на своих бестолковых родителей, но ничего не может поделать. Всего лишь ребенок, которого не воспримут серьезно, если он начнет задавать вопросы. Сегодня кофе был таким же, как и во всех остальных кафешках Южного парка. Может, мать не знает? Когда кофе делает она, то Твик остаётся без должной дозы, а когда отец, то кофе имеет сладковатый привкус и отдаёт горчинкой во рту. Он просил Кеннета молчать. И тот держит обещание уже неделю, но все равно праведно гневается, когда видит Твика рядом. После этого у него появилась привычка неосознанно себя царапать. Это не приносило ему удовольствия. Просто иногда кромсал кожу ногтями, когда кофе уже не помогал, а сознание вырисовывало картины одна хуже другой, дополняя их странными мыслями. Тем не менее, это нельзя было назвать селфхармом. Он давно не чувствует холода и как сейчас впивается себе же в запястье. Он вновь ушёл в себя и не вернулся. Как бы было хорошо, не будь его в этом мире. *** Такер просыпался рано, ложился поздно, но никогда не пропускал кормление Полосатика (уже второго). К сожалению, морские свинки не живут долго. — Мам, он встал, — доносится из дверного проёма. В нем стоит его сестра, держась за дверную ручку и вися на двери. Благо она мелкая, под её весом не сломается, — Что уставился? После этого малышка улыбается от уха до уха. Когда вырастет, точно станет красавицей. Гены. Такер тоже мог бы быть симпатичным, если не морда кирпичом. Но, возможно, именно она и придает ему особый шарм. Такер, который до прихода мелкой кормил Страйпи, повернулся, нахмурился, но кроме среднего пальца ничего не показал и тут же словил такой же пальчик в ответ. — Выйди и закрой дверь с той стороны, — недовольно проговорил парнишка. Опять она вторгается в его личное пространство без разрешения. — Да что я там не видела, — а видела она многое, поэтому поспешила удалиться к родителям на кухню, напоследок показав еще и язык. Крейг качает головой. Ну в кого она такая несносная? Может и в мать, та тоже была той ещё шкодницей, причем самовольно рассказывая о своих проступках. И в отличии от вспыльчивого отца, была той ещё добрячкой. Только Лаура могла успокоить своего мужа и часто сидела вместо него в кабинете Мистера Макки, а то и вовсе в кабинете у директора из-за опозданий сына в школу. Сменив пижаму и нацепил излюбленные им вещи, Крэйг покинул комнату, прикрывая дверь и закидывают рюкзак на плечи. Кроме одной тетрадки он ничего не носил, даже не удостоился делать домашнее задание. А зачем? Все, что его интересовало, это астрофизика, он был частым гостем в обсерватории. Да и в математике он был хорош. — Мам, — спустившись по лестнице вниз, он прошёл на кухню, где все семейство уже собралось на завтрак, — я пошел. — Давай, удачи тебе на учебе. — Только не натворил опять дел, — слышится со стороны мелкой, но он никак не реагирует на выпад отца, просто берёт ланч-бокс и уходит, закрыв за собой дверь. Перед выходом его уже ждут Клайд и Токен, именно поэтому, только лишь поэтому, Такер вышел раньше. — Здоров, — небрежно кидает Крейг, стоит только поравняться с этими двумя. — Привет, друг, — задорно говорит Клайд, закидывая руку на плечи высоченного Крейга, разница на глаз, потому что Такер пришлось просунуться под таким давлением вперед, — я тут слышал, кто-то ходил на свидание с Ред. — Привет, — слышится от Токен и пока его тащил шатен, парень следовал за ними по тротуару. — Почему все что-то знают о моей личной жизни блять? — это риторический вопрос, и он отпихивает друга от себя, чтоб тот соблюдал дистанцию между ними, — прекращай так делать, а то подеремся. — Воу-воу, — руки в примирительномжесте поднимаются и шатен улыбается, — ну так тебя вчера видели возле торгового центра с нашей красавицей. Действительно, он вчера был там, но не с Рэд, просто помог, пока его мать ходила за покупками. Все. Он смотрит на эти любопытные глаза и показывает фирменный жест. Оправдываться он точно не будет, пусть делают, что хотят. Или хотя бы думают. — Как всегда, — выдыхает шатен, за что получает после толчок под ребра от Толкина, — ауч, ну а ты-то чего?! — За лишние вопросы, — безапелляционно произносит он, ускоряя шаг, чтоб поравняться с Крейгом. Дальше они шли, обсуждая новую игру, и о том, как бы прикольно было бы, играй они в неё. За этими разговорами они дошли до самой школы, в итоге решив, что игру покупает Блэк. *** Уроки тянулись слишком долго и отстойно, Такер успел не только поспать, но и позалипать в мобильный. Твик слева от него пытался устранить нервозность, сжимая собственное запястье и записывая за учителем. Его волновали оценки, в отличии от Крейга. Иногда Твик давал себе вольность, особенно, когда был чертовски спокоен. Его мир никто не тревожит, никто не влезает в личное пространство. Время прошло, теперь даже буддизм не помогал совладать с собственными мыслями, отчего тот злился. Звонок выманивает из класса обоих, но каждого из разных кабинетов. Время близилось к обеду. — Прикол! — тут влетает в дверь Баттерс, который сразу же подходит к Такеру и кладет на его парту листок. — Твою, блять, мать, Баттерс! Убери эту хуйню с моей парты, — Такер зло взглянул на подошедшего, ведь он только что с туалета. Не хватало ему ещё стафилококка. — Да подожди ты, взгляни, что мне дали, — и этим он заставляет посмотреть вниз, отчего после Крейг изгибает бровь, и прежде, чем открыть рот, Баттерс его останавливает, — взял у азиаток. Перед ним на столе лежит чей-то рисунок. — И что это? — ему уже плевать на бактерии, как на Баттерса, который вздрогнул от такого рева со стороны брюнетка, как и собственно заставил обратить внимание на него и блондина. — Ты и Твик, — Стотч смотрит на соседнюю парту, натыкаясь на ясный зеленый взгляд. А вот Такера не до смеха. Он тут буквально лезет к Твику, прости господи, в штаны! — Я и он? — подает голос второе лицо на арте, Твик дергает плечом, сжимая руку в кулачке и ответом ему послужил поднятый Такером листок, прямо перед лицом. — Что за хуйня? — Вас с ним шипперят азиатки! — не унимался Стотч, но на всякий пожарный отошёл от парт этих двоих, никто не знает, кто ему первее вмажет, — Такер, у которого недобро горели синие глаза или Твик, который и без того, уже явно еле сдерживался, чтоб не сорваться на крик. Оба знали, что такое шипперство, но не в их сторону. Кто вообще шипперить тех, кто мало того, редко пересекался, так еще и успел подраться примерно год назад. *** Скандал был громким, более того, два дня прошло как в тумане для них обоих, мало того, что их не слышали, так еще после сцены их расставания весь город устроил драму. И им ничего не осталось, кроме как пойти на поводу у взрослых. Липово начать встречаться. Обоим это не нравилось, но уже ничего не поделаешь. С тех пор, каждое утро, Такер заходил за Твиком. И стоило мальчику покинуть свой дом, как на пороге его встречал Такер с протянутой ладонью. У Крейга теплые руки, в отличии от рук самого невротика, — они были холодными, как кусок льда. Такеру хотелось согреть их и под предлогом того, что на улице холодно, он засовывает в карман куртки его и свою ладони, сжимая крепко, отогревая. В последнее время Твик мало спал из-за кошмаров, где он тонет в вязкой черноте, с головой, и каждый раз просыпается, чуть ли не задыхаясь. Из-за того, что он перегнул палку в их спектакле, теперь Такер страдает от «отношений». Он мог встречаться с Ред, но даже та его обходит, стоит Твику подойти. Но сам Такер никак это не комментирует. Только от этого Твик уже готов кричать и еще больше царапать свою кожу. Пальцы дергается в его кармане, ток проходит до плеча, вызывая очередной тик, для Такера это звоночек. Он начинает нежно поглаживать большим пальцем тыльной стороной ладони. И, о, момент, Твик опускает напряжённые плечи, он успокаивается и Такер понимает, что этот метод еще работает, но будет действовать не так уж долго. Они идут молча, для них тишина это все, что нужно. Им комфортно в такие моменты, не потому, что Твик молчит, потому что у него крикливый голос, не потому, что Такер немного Словении, а потому что для них это своего рода точка соприкосновения. Направление они держали к дому Блоков, куда Такера еще пригласили в понедельник, перед случившимся каминг-аутом, испытать новую игру. Которая только-только вышла на PSP. В целом, этот день прошёл гладко, в компании колы, друзей и непрерывных игр, иногда были слышны крики, а иногда и смех. Впервые на своей памяти, Твик так радовался, даже если мысли, которые не давали ему покоя, засели в его голове. — У нас заканчивается кола, — тянет Донован и тут же осекается, когда ему вручают пустой стакан. — Так принеси, — с нажимом в голове говорит Такер и смотрит, как меняется этот пухляш. — Ты так меня не любишь, малыш? — елейным голосом говорит Клайд, надувная губки и прижимаясь к Такеру, при этом ближе к нему подобравшись, охватывая чужую шею и прижимая к себе, — ах, мой дорогой мальчик такой скверный, — он театрально закатывает глаза и смотрит на Твика, дуясь, — ну вот чем он тебе нравится, это же эталон игольчатости и грубости, — но тут же быстро тушуется, когда его отпихивают от себя, довольно грубо, — но в этом его изюминка. Он, смеясь, отцепляется от раскрасневшегося Такера, скорее от злобы, чем от смущения и забирает пустые стаканы, удаляясь на кухню. В целом их вечер субботу прошёл довольно хорошо, они играли и веселились, радовались и забывали о всех тяготах реальности. Твик был настолько спокоен, что от него можно было отвести взгляд, но почему-то Такер продолжал на него смотреть, пока не натыкался на взгляд светло-зеленых глаз и тут же отворачивался. Ночевать им пришлось в одной из гостевых комнат дома Блэков. Токен услужливо предоставил диван, о котором после позаботилась горничная. И вот ночью, лёжа в кровати, Твик смотрел на потолок. Почему-то рядом с Такером спать вовсе не хотелось. Мысли, которые он оставил перед входом в этот дом, вновь одолели его, будто рой пчёл в улье, только теперь с утроенной силой. Он сжимает край одеяла ладонями, пока не вздрагивает от голоса рядом. — Не спится? — Такер, видимо, тоже не мог уснуть. — Не спится, — подтверждает Твик. На него смотрят два голубых омута и Твик готов поклясться, что они его затягивают, словно та тьма из сна, а лунный свет окна, который падал на его лицо, отчетливо отражался в этих глазах. Без каких-либо слов, а после и вовсе совершая действия, Такер продвигается к парню, под одеялом обнимая тонкую талию и притягивая к себе вздрогнувшее тельце. Крейг никогда не обнимал сам. Твик был тёплым. Он крепко обнял блондина и чувствовал чужое рваное дыхание на своей коже. Затем прикрыл глаза, зарываясь в чужие волосы, которые, как он думал, будут колкими, но оказались довольно мягкими. Твик боялся пошевелиться, чувствуя, буквально ощущая, как его обжигают чужие руки, но в итоге все равно расслабился. Его голова занята мыслями о парне перед ним, о его руках, а не о том, что эти отношения приведут их обоих в жерло печи. Твик заснул быстрее, чем Такер. Последний ещё долго думал о том, что с ним не так, и почему эти три дня он заботился о нём, будто о морской свинке? Сравнивать их было, конечно, странно, но о Страйпи Такер волновался больше, чем о ком-либо из своего окружения… Пока не появился Твик. А на утро они проснуться под смешки друзей, которые снимали их на телефон. — Не переживай, мы перекинем, — весело говорил Клайд, выбегая из комнаты под яростное шипение Такера и летящую в него подушку. Твик, который еще не до конца проснулся, сел на кровати, упираясь рукой в изголовье, второй же протирал заспанные глаза, недоуменно наблюдая как Такер сперва тихо встал, а затем рванул за Клайдом. — То-то сегодня будет битва, — сын Блэков повернул голову и улыбнулся, — пойдем завтракать? И как было сказано ранее, действительно, Донован был слегка покалечен