Мелкий нарушитель ПДД
28 ноября 2022 г., 13:21
За свою работу врачом Стивен видел множество различных травм и увечий. Казалось, что совершенно ничего не может шокировать его, ведь он видел людей с пробитыми черепами, торчащими наружу костями, истекающих кровью, но едва он видел в приёмном покое госпиталя Америку, которая была в синяках и ссадинах, его сердце болезненно ёкнуло. И хотя жизни и здоровья девушки явно ничего не угрожало, каждый раз когда Стивен смотрел на неё ему становилось не по себе. Чавес болезненно посмотрела на своего наставника и снова опустила голову.
— А, Стивен, здравствуй, — к ним подходит доктор Кристина Палмер. Именно она позвонила Стивену и сообщила, что его подопечная находится в больнице, — а ты быстро, — отметила женщина.
Конечно, он появился в госпитале буквально через пять минут после звонка Кристины, ведь использовал свой привычный способ передвижения — магический портал. Америка сама попросила доктора Палмер позвонить Стивену, да и без его личного присутствия, Кристина не выписала бы девушку, даже несмотря на то, что ее состоянию на первый взгляд ничего не угрожало.
— Что с ней? — пытаюсь сохранять спокойствие и собрать себя в кучу, Стрэндж посмотрел на Кристину ожидаю её комментариев по поводу состояния подростка.
— Сбила машина, — пояснила Палмер, достав из кармана медицинской куртки планшет, — есть небольшое сотрясение мозга, но ничего серьезного, — Стивен болезненно выдыхает и решает, что сможет разобраться с психом, сбившим его ребенка, потом. Важнее здоровье Америки, так что он будет тут столько, сколько это требуется.
Повисла тишина, которую нарушали только тихие всхлипы Америки, которая сидела на высокой кровати и болтала ногами по воздуху. Ну да, он снова забыла о том, на какой сигнал светофора принято переходить дорогу в этой реальности, ну с кем не бывает. Ее радовало то, что Стивен совершенно не злился, он был скорее напуган и даже растерян, но не зол. Он внимательно смотрел снимки, которые ему предоставила Палмер, хотя понимал, что бывшая коллега больше чем права — с мозгом все в порядке.
— Как ты себя чувствуешь? — заботливо спросил Стивен, обхватив запястье девушки, — у тебя немного учащен пульс, — сообщает он.
— Думаю, что это следствие шока, — успокаивает его Кристина. Нет, она никогда в жизни не станет рисковать жизнью ребенка, но в данном случае, доктор была уверена в том, что с Америкой все в порядке, а значит подросток может идти домой, где его лечением уже будет заниматься сам Стрэндж. Чтобы пить таблетки и соблюдать покой — стационар не нужен.
— У меня немного болит голова, и кружится все, — вяло пробормотала Чавес, покачиваясь из стороны в сторону, — и нет сил встать, хочется спать.
Стивен и Кристина переглянулись, так как никому из них не нравились описанные симптомы. Доктор Палмер пододвинула кардиомонитор поближе и зафиксировала датчик на пальце девушки — пульс в самом деле был завышен, а вот давление ниже нормы. Еще бледность, которую она не заметила с самого начала, так как понимала, что травма головы — первое, что они должны исключить.
— Тебе стоит прилечь, — сохранять спокойствие в ситуации, когда твой ребенок болен — просто нереально, но Стивен старался изо всех сил. Он помог Америке освободить ноги от кроссовок и когда Кристина подняла головной конец кровати, Чавес медленно опустилась, — доктор Палмер тебя просто осмотрит, все будет хорошо, — заверил он и Кристина, немного пораженная тем, что Стивен уступает ей и вот так просто позволяет трогать своего ребенка, натягивает перчатки.
— Я могу приподнять твою кофту, милая? — ласково спрашивает Кристина, подойдя к кровати. Америка неуверенно кивает и Палмер осторожно отгибает толстовку, обнажая живот. Она хмурит брови, когда видит на правом боку нарастающую гематому. Огромный синяк сине-фиолетового цвета определенно не был признаком чего-то хорошего. Чавес поняла это по взглядам врача и Стивена, — сделаем тебе УЗИ, — в отличие от Стивена, Кристина сохраняла железное спокойствие. Она все так же мило улыбалась подростку, наблюдая, как Стрэндж подкатил аппарат, стоявший в боксе, — будет немного холодно и неприятно, но не больно, — обещает она, взяв нужный датчик и нанеся на него гель.
Америка вздрагивает и морщиться, когда холодный гель касается ее кожи. Ее начинает пронизывать паника, ведь а посланий раз, когда Стивен смотрел на неё так обеспокоенно — она упала с лестницы в библиотеке и он около получаса осматривал ее ногу, чтобы исключить какие-либо травмы. Она поджимает губы и тихонько всхлипывает, когда датчик едва касается края синяка.
— Все в порядке, малыш, — говорит Стрэндж, хотя все не в порядке, — мы с доктором Палмер выйдем буквально на пару минут. Нужно кое-что обсудить.
Когда они всё-таки оказываются за пределами бокса, Стрэндж позволяет эмоциям хоть немного взять над ним вверх. Как и любой другой родитель, он переживает за состояние своего ребёнка. Кристина прекрасно это замечает, поэтому касается его плеча чтобы немного ободрить.
— Сделаем операцию, — констатирует Палмер, — уберем источник кровотечения. Все будет в порядке.
Как врач пусть бывший он прекрасно понимал, что внутреннее кровотечение — это опасное состояние, но справится с ним весьма просто, особенно в условиях стационара, но как родитель, он буквально впадал в панику. Конечно, Стрэндж боялся потерять Америку. Хоть немного его успокаивало то, что оперировать будет Кристина, а она весьма неплохой хирург. В своё время он многому моё научил, так чтобы уверен в её навыках и знаниях.
— Стивен, — Палмер осторожно берет его за руку, так как видит, что он сам на грани срыва, — это несложная операция, ты сам прекрасно знаешь об этом. Через пару часов все будет в полном порядке. Иди и поговори со своим ребенком, а я договорюсь на счет операционной.
Кристина все еще была в полнейшем шоке от того, что у Стивена теперь есть ребенок, хотя, если учесть всю его странность, то именно такой путь появления отпрыска был вполне ожидаем. Когда они встречались и спали, то Стрэндж как параноик напоминал ей про таблетки, явно опасаясь гипотетической беременности Палмер. Ну тогда и она не была готова к появлению детей. Но факт остается фактом, Стивен Стрэндж стал отцом подростка по имени Америка Чавес, в том числе и юридически, так что именно ему подписывать все необходимые бумаги и согласия.
— Малыш, нужно серьезно поговорить, — Стивен собрал все свои мысли в кучу, так как никогда не думал о том, что окажется в подобной ситуации. Америка уставилась на него своими огромными глазами, — когда ты ударилась о машину, то произошло кое-что. Небольшое повреждение, в месте, где у тебя синяк. Нужно оперировать, чтобы избежать осложнений.
— Опе-ри-ро-вать? — с непониманием пробормотала Чавес, уставившись на своего наставника.
— Да, — он неровно выдыхает, — но все не так страшно, как звучит. Ты будешь спать, а когда проснешься — все будет в порядке.
— Мне страшно, — выпалила она все тем же болезненным тоном, и в уголках ее глаз проступили слезы. Сердце Стивена снова оказалось в тисках и стало не по себе.
— Я понимаю, малыш, — прошептал он, убеждая себя в том, что ему — взрослому мужчине, к тому же, в прошлом нейрохирургу, куда проще сохранять спокойствие в подобной ситуации, чем девочке-подростку, которая была напугана. Чтобы сейчас не происходило, Стивен не имел права терять трезвость ума и самообладание, он просто обязан всем своим видом показать Чавес, что все будет в порядке и ей нечего бояться, — но это необходимо. Я буду рядом с тобой, пока ты не заснешь и когда проснешься.
— Правда? — шмыгнула носом Америка.
— Ну, конечно, — ободряюще ответил Стивен, погладив ее по голове, — это не будет больно, обещаю. Когда проснешься, то тебе дадут болеутоляющие, как тогда, после падения с лестницы.
— Хорошо.
— Вот и славно, — он едва заметно улыбается, — ты у меня очень храбрый ребенок.
Кристина возвращается в бокс через минут пять и снова делает УЗИ, но более детально, чтобы убедиться в том, что состояние не усугубилось. Она приносит Стивену несколько бумаг на подпись, после чего сообщает о том, что нужно взять кровь и поставить периферический катетер.
— Я не хочу, — отрицательно мотает головой подросток, прижав к себе руку, — нет.
— Хорошо, милая, хорошо, — пытается успокоить ее Палмер, так как понимает, что Америке лучше не делать резких движений, — хочешь, хочешь это сделает Стивен? — она смотрит на Стрэнджа и тот коротко кивает. С такой фигней он справиться завязанными глазами, даже в подобной ситуации.
Америка коротко кивает и Стивен идет к раковине, чтобы помыть и обработать руки. Вытащив из коробки пару чистых перчаток, он влезает в них и после занимает место Кристины, около кровати.
— Все в порядке, малыш, — улыбается Стивен, подготовив жгут и пропальпировав руку в поисках хорошей вены, — ты ничего не почувствуешь.
Кристина не может не испытывать умиления, когда наблюдает за тем, какой заботливый Стивен Стрэндж с этим ребенком. Он был готов сдувать с Америки пылинки. Взяв две пробирки крови и отдав их Кристине, он фиксирует в руке катетер для дальнейшего использования и покидает бокс, чтобы Палмер помогала Америке переодеться в одноразовый больничный халат. Стивен стал совершенно другим и возможно, если бы он был таким в период их отношений, то Кристина сделала бы все, чтобы они были вместе. Но сейчас уже поздно.
Стивен сопровождает их в операционную и с позволения анестезиолога, стоит около Америки, пока наркоз окончательно не подействует и она не уснет, чтобы хоть немного успокоить ребенка, который оказался в незнакомой обстановке среди чужих людей.
— Все в порядке, она в палате, — через два часа к нему выходит уставшая Кристина.
— Спасибо, — кивает Стивен. Он в самом деле благодарен ей, ведь Палмер единственный в мире врач, которому он, ну кроме себя конечно, готов доверить жизнь своего ребенка. Но оперировать Америку самому ему не следовало. Негласное правило, чтобы избежать эмоционального напряжения, которое могло сказаться на исходе операции.
Когда Стивен приходит в палату, то Америка все еще спит. Она кажется ему такой маленькой и беспомощной в неуютной больничной обстановке, что он всхлипывает, но тут же подбирает сопли, ведь должен быть сильным. А ведь его малышка надрала зад Ванде, его маленький ребенок, который сейчас совсем беззащитный.
— Папа, — его сердце пропускает удар, когда он слышит хриплый голос Чавес.
— Да, малыш, я же обещал, что буду рядом.
