Трудность 1: Всё зависит от погоды
1 июня 2024 г., 18:44
***
25.12.1964, 01:11.
В жизни каждого человека однажды случалась такая история, которую он потом был бы не прочь стереть из памяти. Тот неловкий момент, что встаёт перед глазами поздно ночью, не давая уснуть. У Айдара Гончарова за насыщенные двадцать два года жизни таких моментов накопилось предостаточно. Но сегодняшний переплюнул бы их все вместе взятые. «Если мы выживем, лучше пусть не упоминает об этом нигде и никогда… Иначе я за себя не ручаюсь!» — размышлял про себя молодой советский актёр, вжимаясь в угол тесной кабинки женского туалета в подвале ресторана, оказавшегося прикрытием для незаконного казино, держа в руках новенькую импортную фотокамеру и чувствуя на шее чужое сбитое дыхание. Напротив него, согнувшись в три погибели, стоял не кто иной, как сам заслуженный артист Кирилл Олегович Троянов. Он же Кот — его крайне безрассудный коллега по площадке и напарник по злоключению. Именно в этой гениальной рыжей головушке несколько дней назад и созрел «блестящий план», последовательное исполнение которого и привело их в столь щепетильное положение. Только от осмысления всех этих фактов юноше уже хотелось как следует выругаться. Но к его сожалению — и к счастью напарника — положение не позволяло. Когда шум шагов и гулкие «удары в бубны», наконец, смолкли где-то вдали, Кирилл осторожно приоткрыл дверцу кабинки, внимательно оглядываясь вокруг. Не обнаружив никого и ничего подозрительного, он с облегчением выдохнул. И тут же резко притянул Айдара ближе. — На потолке есть вентиляция. Я подсажу, дальше объясню по рации. Вперёд! Не дожидаясь ответа, он вытолкал его наружу. — Сдурел?! Как я, по-твоему… Я ж не пролезу! Что ты вообще… — зашипел Айдар, взывая к благоразумию напарника. — В капитанское платье пролез, значит, и тут пролезешь! Запрыгивай-запрыгивай, дело не ждёт! — весело пропел Троянов, — А обо мне не беспокойся. У меня есть план! С этими словами он подмигнул и, подставив плечи, легонько махнул головой в сторону приоткрытой решётки. Юноша обречённо вздохнул. «И как мы до этого докатились? Помнится мне, начиналось всё куда менее гротескно…»***
За неделю до этого.
19.12.1964, 10:14.
— Да не туда, чёрт возьми! Куда ты её крутишь, кретин? Назад, я сказал! Режиссёр, сердито взмахнув рукой, обречённо хлопнул себя по лбу: сколько ни грози пальцем этому горе-декоратору, стращая увольнением, сколько ни заставляй его лично закручивать каждую гайку, он всё равно продолжит крепить мачту как хочет. Возможно, режиссёр и проявил бы к нему чуть больше понимания и снисхождения, если бы не пробирающий до костей мороз и шквалистый ветер, так и норовящий сорвать шапку с многострадальной головы и унести её далеко за горные хребты. И не тот факт, что мальчишка, будто нарочно, после оклика ещё сильнее накренил злосчастную мачту не туда, куда нужно. Ещё раз оглядев декорацию корабля, Одинцов разочарованно вздохнул — неправильный наклон мачты явно был наименьшей из проблем. Одно радовало: часть декорации, отведённая под сегодняшнюю сцену, выглядела не так ужасно. — И как успехи? Может, всё-таки отпустишь пораньше, если помогу? Говорил же, что не придёт! — Одинцов раздражённо вздохнул, повернув голову. За его спиной уже в пятый раз за три часа стоял старый знакомый. Высокий рыжий мужчина, задумчиво вертящий в руках сигарету и с трудом подавляющий ехидный смешок. Поймав на себе ответный взгляд, пообещавший ему за такие слова вместо отпуска смерть от тысячи порезов бутафорскими кинжалами, он наигранно-обиженно надул щёки и наконец поднял руки в примирительном жесте. Быстро вскарабкавшись на мачту сей заслуженный артист, не слушая возмущений, оттолкнул декоратора, с энтузиазмом принявшись поворачивать мачту в нужном направлении. — Да-да, юнга, вот так. А теперь закрепи вот здесь и вот здесь… Что значит хлеб твой ворую? Да я тебя от прогулки по доске только что спас! — хохотнув и с силой хлопнув паренька по спине, артист соскочил вниз так же быстро, как до этого взобрался, и, ухмыляясь, как чеширский кот, вновь встал рядом с режиссёром. — Чтоб я без тебя делал, деятельный ты наш. Знаешь, между прочим, давать ложную надежду очень некрасиво. Я не говорил, что прогулка отменяется. Кирилл, услышав это, бросил на старого друга удивлённый взгляд. — Дело твоё, конечно, но предупреждаю сразу — я с камерой на Вы! Горе-работничек, неспособный отличить зад от переда, был сыном их оператора. И только потому до сих пор у них работал, что мать негласно пообещала уйти из проекта в случае увольнения отпрыска. Одинцов насмешливо посмотрел на него исподлобья. — Помнишь, этот дятел кривокрылый мне недавно крышу на голову опрокинул? И, якобы «случайно», ещё инструментами сверху припечатал? Я не злопамятный, не думай. Просто ещё не помер и память у меня хорошая. А что до оператора… — режиссёр хитро сощурился, — Сам научишься, нового найдёшь — мне уже без разницы. Я после твоей выходки с Соловьёвым уже ничему не удивлюсь. Кирилл загадочно хмыкнул. За отстранение продюсера Соловьёва он ни капли не жалел и начинать не собирался. Избавление от балласта корабль не потопит. — К слову. Раз ты так хочешь уйти пораньше — на здоровье, отпускаю, — Троянов с интересом склонил голову, — Только заклинаю, не пропадай потом, как эта звезда! Я сейчас и про Сабурову, и про твоего треклятого… Не успел режиссёр договорить, как за их спинами что-то с грохотом и громогласным «чёрт!» повалилось на скользкий лёд. Взору резко обернувшихся на шум собеседников предстала вполне ожидаемая картина. Знакомый юноша, чьё лицо причудливо сочетало в себе монголоидные и европеоидные черты, потирал ушибленные колени и что-то крайне недовольно бормотал себе под нос. Подняв с земли ручку, он быстро забросил её обратно в неизменную синюю сумку. Сумка была явно поношенная, зато крайне искусно обшитая. Чем-то даже похожая на дамскую, она никак не сочеталась с общим стилем одежды владельца, что всегда несколько раздражало его старшего коллегу. При виде ручки Кирилл чуть прищурился. Что-то в узоре на её корпусе показалось ему странно знакомым. — Вспомнишь Луну — вот и блики сверкнут. Ничего не сломал, Королёк? — Айдар Гончаров отрицательно покачал головой, то ли не обратив внимания на сарказм в голосе коллеги, то ли вовсе его не заметив. Кирилл шутливо погрозил ему пальцем, облокотившись о корпус декорации и не спуская с губ плутоватой ухмылки: — Опасно заставлять команду ждать! По-твоему, Риан остался бы в живых, опоздай он к выходу? Капитан не терпит нарушения порядка! Юноша, вызывающе вздёрнув подбородок и сверкнув актёрским запалом в глазах, задорно парировал: — Не терпит Королева. А капитан Лихра, вот, сделал бы поблажку. Он ведь к Риану питал слабость… — заслуженный артист заинтересованно поднял бровь, — Ценил его боевой дух и преданность команде. Поправите, если не прав, товарищ Троянов? Гончаров расплылся в улыбке, всем видом показывая свою готовность схлестнуться в очередном словесном поединке. Однако в следующую же секунду ему в затылок прилетел крепкий снежный ком. Кирилл прикрыл рот рукой, сдерживая смех. Вскрикнув и резко обернувшись, дабы взглянуть смельчаку в лицо, юноша тут же застыл, с удивлением обнаружив у себя за спиной сгорбленную фигуру зло ухмыляющегося режиссёра. — Отличное начало. Хоть в этот раз сценарий чаем не облили. А теперь — марш на грим! Оба! И так три часа уже просрали! Погода не ждёт. С этими словами режиссёр повернулся к главным спорщикам площадки спиной, скрывшись в направлении палатки-гримёрки, у которой стояли, кто покуривая сигарету, кто потягивая горячие напитки из термоса, кто увлечённо болтая о чём-то с коллегами, остальные артисты. Активно жестикулируя, Одинцов велел нескольким из них подняться на палубу для съёмок первой сцены. Айдар, ещё раз потерев ушибленный затылок, бросил взгляд в сторону Кирилла. Тот с задумчиво-отрешённым выражением лица всё ещё вертел в руках незажжённую сигарету. Мысленно вздохнув, юноша щёлкнул пальцами над правым ухом старшего коллеги, прервав его раздумья обеспокоенным голосом. — Идёшь? Нам скоро на выход. Кирилл, чуть вздрогнув и тряхнув головой, вышел из своего странного оцепенения, вновь сверкнув привычной хитрой полуулыбкой. — Как докурю. Мне там только переодеться осталось. Делов-то. Не то, что тебе, — он, щурясь, окинул Айдара взглядом с ног до головы, — И переодеться, и косицу эту ненаглядную спрятать, и белила с прочей косметикой… Айдар, буркнув себе под нос привычное «опоздаешь — убью» и взмахнув напоследок этой самой длинной чёрной косой, бодро зашагал в сторону гримёрки. Как только угловатый силуэт скрылся из виду, Троянов молча щёлкнул зажигалкой и, сделав первую затяжку, потянулся за чем-то в карман.***
19.12.1964, 12:03.
— Что, правда? — изумлённо ахнула молодая статистка, широко распахнув глаза. Её собеседница, статная дама средних лет, утвердительно кивнула, сбивчиво продолжив свой рассказ. — Да-да! Спала себе спокойно и тут вдруг просыпаюсь. А вокруг гул стоит такой… Странный. Как будто — Люб, ты не смейся — шаман над ухом в бубны бьёт! Где-то рядом, а где, непонятно. Вроде и на улице, а вроде и нет? И больше ведь не слышно ничего. Только гул и эти удары… Всё ближе и ближе, всё громче и громче. И вдруг — тишина. Прям загробная. А потом резкий грохот и такой взрыв громкий!.. Я сперва даже подумала, что как в сорок девятом будет… Кошмар какой-то — аж на Ленинском слышали! На другом конце города! Потом милиционеры приехали, из квартир всех повыгоняли. А, главное, так толком ничего и не сказали… Младшая статистка задумчиво нахмурилась. Задать вопрос она не успела, поскольку её опередили. — Это поэтому Сеть обесточило? Айдар, едва вышедший из гримёрки обратно в прохладное декабрьское утро, заинтересованно повернул голову в сторону перешёптывающихся статисток. Заметив его, дама вежливо улыбнулась: — О, доброе утро, Айдарка! Да, видимо… Пожалуйста, скажи, что я не сумасшедшая! Ты ведь тоже слышал тот гул? Ах, да, Люб — мы с ним, можно сказать, соседи! В одном квартале живём. Ну, который эвакуировали, — пояснила она младшей. Айдар от этих слов дёрнулся и изумлённо воскликнул: — Так, постойте. Что значит, «эвакуировали»? — Ну, как что… То и значит: оцепили и не пускают никого, кто без документов и пропуска. Говорят, из Ленинграда следователей вызывать будут. Хулиганов искать. От обеспокоенного взгляда дамы юноше сразу отчего-то сделалось очень стыдно и неловко. И непонятно, отчего конкретно: не то оттого, что он, похоже, как-то умудрился проспать очередную катастрофу, не то оттого, что только сейчас узнал о своём, приобретённом на неопределенный срок, статусе бездомного. Не сутки, а сплошной цирк. Сначала застрял в «карусели» на всю ночь, потом опоздал, теперь, оказывается, вообще без жилья и документов остался. «Вот же… И паспорт новый теперь минимум месяц делать…!» Айдар мотнул головой и, поймав на себе взгляд уже младшей статистки, постарался успокоиться. «Так, без паники. К концу дня что-нибудь придумаю!» — Наверняка снова эти «чайники». Им, ненормальным, только повод дай. Повезло ещё, что просто обесточили, а не как тогда, — женщина, вздохнув, сокрушённо покачала головой, — Но жаль, конечно, что с эвакуацией так поторопились… — Да ничего, Свет Вячеславна. И не с таким справлялись, — вежливо отмахнулся Айдар, уже глядя на наручные часы. Выход через пятнадцать минут, а заслуженный как сквозь землю провалился. «И ещё ведь хватило наглости что-то там про пунктуальность брякнуть!» Распрощавшись со статистками, достав из сумки термос и сделав небольшой глоток, молодой человек, не найдя лучшего выхода, направился к костру. Нет, кофе ещё не замёрз. Просто именно там обычно собирались приятели его нерадивого коллеги. Подойдя, он ожидаемо вновь наткнулся на оживлённый разговор. — Ну не, всё равно странно! За годы ни одной смены не пропустила, а тут целых три… Какая ангина! Забыл, как она в тот раз с гипсом припёрлась? — Мужики, к вам Кирилл на погреться не залетал? Конечно, было неловко и с какой-то стороны невежливо вот так резко прерывать чужой разговор, но время поджимало, а опаздывать второй раз за день Айдару хотелось куда меньше, чем прерывать очередной поток сплетен. Услышав его, мужчины, сидевшие на брёвнах вокруг костра, вдруг резко притихли и дружно уставились на молодого актёра. Айдар немного смутился, но взгляда не отвёл. — Да буквально минуту назад, — наконец ответил один из артистов, еле сдерживая смех, — Просил передать, что вас передвинули на полчаса. И что из-за неявки Королевы, её сцена вынужденно отходит первому помощнику! Айдар зло сплюнул. «А то я думаю, чего это он сегодня так старательно меня избегает!» Опустившись на свободное место у костра, юноша вновь отхлебнул немного кофе из термоса. Над костром потихоньку закипал чайник. А на улице вновь поднимался ветер, явно обещающий к ночи обратиться в белую метель. Для Айдара это означало только одно — сегодня придётся работать вдвое усерднее. И вчетверо реактивнее. — К слову, — мужчина, только что получивший от некого Стаса гарантию на бесплатные креветки после работы, заинтересованно повернул голову в сторону юноши, — Ты не в курсе, куда это Сабурова пропала? При упоминании знакомой фамилии Айдар слегка встрепенулся. — Ася Богданна? Как это, «пропала»? — артист в ответ лишь смущённо почесал затылок. — А ты не заметил? Третий день ни слуху, ни духу. Начальник негодует. Вы же там, вроде как, неплохо общаетесь? — на этой фразе мужчина многозначительно подмигнул. Айдар, к его разочарованию, на сей жест даже бровью не повёл, — Может, хоть ты нам скажешь, что там с Королевой стряслось? Юноша отрицательно покачал головой, тихо буркнув себе под нос озадаченное «сам хотел бы знать», и вновь уставился на разгоревшееся пламя костра. Не был он, на самом деле, хоть сколько-то хорошо знаком с их главной звездой. Она помогла ему влиться в коллектив и встала на его сторону в конфликте с бывшим начальником, Соловьёвым. А ещё устроила Кириллу скандал, когда тот забрал у неё романтическую сцену. Слухи в ВЕРКСе разлетались со скоростью звука. Вот и вышло так, что едва болтуны оформили все эти факты в слова, как на студии их вмиг окрестили тайными любовниками. Всех троих. В самых разных вариациях. Но, несмотря на мнение сплетников, Айдар не питал к своей коллеге ничего, кроме лёгкой благодарности. Да и она сама, по всё тем же слухам, давно уже была помолвлена с каким-то высокопоставленным военным. — Гонец сообщает, что ваша Королева взяла отпуск по болезни! А вот и Кот собственной персоной. Оглядев всех присутствующих вороватым взглядом, и наконец остановившись на Айдаре — насупившемся, точно сварливая жена на припозднившегося супруга — он хитро приподнял уголки губ. — И передаёт первому помощнику приказ подняться на борт. Вперёд и с песней, Королёк, мы отправляемся грабить и творить бесчинства! Кирилл подхватил явно не разделяющего его энтузиазма юношу под локоть и чуть ли не вприпрыжку зашагал в сторону декорации корабля, не обращая внимания на недоуменные взгляды артистов.***
19.12.1964, 14:25.
— Всё, снято! Расходимся радовать животы! Расходимся, разбегаемся, разлетаемся, пока варево не остыло! — крикнул режиссёр, махая рукой оператору. Айдар втянул воздух сквозь сжатые зубы и возмущённо вскинул подбородок. — «Расходимся»? Да вы же ничего по сценарию не сняли! Почему Кириллу опять отдали сцену Мюрин? Сабурова в курсе вообще? Все статисты, усиленно растиравшие окоченевшие от холода пальцы, после этого высказывания синхронно метнули взгляды в сторону режиссёра и молодого актёра. Казалось, их взгляды источали настолько яростный жар, что все вместе они вполне могли бы разморозить озеро. Одинцов лишь удручённо закатил глаза, намеренно игнорируя вопрос о главной актрисе. — Здорово, конечно, что тебе на этом холоде всё ещё не плевать, но не все тут такие же самоотверженные трудоголики, чтобы ради работы голодать и конечности отмораживать. И кого, по-твоему, потом назовут тираном, если мы сейчас начнём заново? На самом деле, Одинцов и рад был бы дать Айдару хоть тысячу дополнительных дублей. Но время уже поджимало, а погода меняться в лучшую сторону даже и не думала: наоборот, небо почти полностью скрылось за тучами, а ветер всё крепчал и крепчал. «Только бы до бурана не дошло, как вчера…» — подумал режиссёр, поплотнее прижимая шапку к голове. — Да я ж не прошу всё заново переснимать! Просто скажите уже, что с… Апчхи! Айдар, сжав покрасневшие от холода пальцы в кулаки, внезапно чихнул. Режиссёр, страдальчески вздохнув, ободряюще похлопал его по спине, вновь сделав вид, что не понял сути вопроса. — Будь здоров. Придёте на досъём через месяц, там и решим. Да-да, я сам уже хочу добить этот клятый эпизод, меня тоже всё не устраивает, но увы и ах: времени нет, погода ни к чёрту, разговор окончен! Поняв, что на юношу эти слова оказали тот же эффект, что удар гороха на фундамент дома, Одинцов, дабы не мотать нервы и плёнку, решил схитрить. — Давай, кончай примадонну строить. Дуй на студию! Отдохни там, погрейся, в столовую сходи… — произнёс он тоном порядочно уставшего, но очень терпеливого учителя младших классов, — Я тоже подойду через пару часов. Дам тебе одно дело. После этих слов выражение лица молодого актёра немного смягчилось, и он примирительно кивнул. — Что ещё за дело? — Узнаешь, — заговорщицки подмигнул Одинцов. Поняв, что большего от него ему не добиться, Айдар решил на некоторое время отложить вопрос о самочувствии Сабуровой, совершив тактическое отступление в сторону студии. Войдя в под завязку набитую людьми столовую, он первым делом настороженно огляделся по сторонам. Не приметив в толпе Кирилла, он одновременно и вздохнул с облегчением, и напрягся: с одной стороны, сегодня к нему в тарелку лезть никто, кажется, не собирался. Но вот с другой: Троянов сегодня вёл себя как-то странно. Даже по своим меркам. Нет, не так. Особенно по своим меркам. Обычно, если у них выпадала совместная смена, он обязательно хоть раз за перерыв подходил к Айдару, чтобы о чём-нибудь поговорить или поспорить. А сегодня, что тогда, с утра, что сейчас, как сцену отыграли, так сразу смылся в неизвестном направлении. «Неужели, он всё ещё злится из-за того, позавчерашнего? Я же просто попросил его извиниться… Тьфу ты! Поди пойми этого Кота!» Кирилла неспроста здесь, в ВЕРКСе, все с лёгкой руки Одинцова величали Котом — сам по себе и себе на уме. А что у него в настоящее время на уме и как оно скажется на его действиях в будущем — одному Нитевидному ведомо. Но сегодня что-то в его поведении всё же отличалось от, если можно так сказать, нормального. И от этого «чего-то» Гончарову было неспокойно. — Айдар Аюрич, ты проснись уже! Еду брать будем или как? Задумавшись, молодой человек не сразу заметил, что уже наступила его очередь. Повариха, невысокая плотно сложенная женщина под сорок, улыбнулась вежливо, с намёком на раздражение. — А? Да-да! Прости, Лейсан Давидна. Мне кашу гречневую и пару котлет. — Ну вот, опять ты со своей формальностью! Зови «тёть Леся», как все. Компот надо, не надо? — ожившись, замахала та руками. Айдар отрицательно покачал головой, указав рукой на ещё не до конца опустошённый термос с кофе. Тёть Леся Давидна понимающе кивнула, протягивая ему поднос с дымящейся кашей. — Приятного аппетита. Тебе что, Стасик? Айдар подхватил поднос и направился к свободному месту, запримеченному им ещё на входе в столовую. Однако не успел он сесть, как над ухом раздался знакомый голос: — Я подсяду? «Быстро, однако, два часа пролетели…» Одинцов, не дожидаясь ответа, отодвинул маленький белый табурет и поставил на стол свой поднос с на удивление крайне скромным количеством блюд. — Значит, слушай. Как я уже и говорил, у меня к тебе есть дело… — Айдар сел напротив, выжидающе уставившись на режиссёра, — Ты ешь-ешь давай, пока Кошак не вернулся. Айдар, наконец вспомнив, зачем пришёл в столовую, взял ложку и нехотя принялся уминать кашу. — Валер Иваныч, ну не томите, выкладывайте уже! Что у вас там за дело-то такое загадочное? Режиссёр же, как назло неспешно, взял в руки солонку и аккуратно посыпал дымящуюся толчёнку. Сгорающий от любопытства Айдар недовольно нахмурил брови. Одинцов деловито потёр ладони. — Чрезвычайной, Айдар Аюрьевич, важности! Такое дело, уверен, под силу лишь Вам, с Вашим очаровательно хмурым личиком, красивыми глазками и чудной улыбочкой! Айдар чуть не поперхнулся. — Что, простите? Режиссёр при виде неподдельного замешательства на лице юноши тихо усмехнулся, спрятав лицо за кружкой с компотом. — Для начала напомни-ка мне: какими именно мечами пользовался экипаж атамана Мюрин? Айдар ответил без промедления. — Ирландскими обоюдоострыми! Двухцветные члены экипажа использовали направляющие! Режиссёр кивнул в знак согласия. — Блестяще! Молодец, отлично изучил матчасть! — юный актёр, удостоившись пары шутливо-восторженных хлопков в ладоши, неловко ковырнул остывающую котлету ложкой, — Так вот, Айдар. Мне требуется направляющий меч. — Ясно. Погодите-ка! — отвлёкшись на промелькнувшую в дверном проёме лохматую рыжую голову, молодой человек не сразу уловил смысл сказанных Одинцовым слов, — Где я его, по-вашему, должен достать? — Успокойся, с пиратами сражаться не придётся. Надеюсь. А вот насчёт дракона не обещаю. В общем, рядом с нашим ВГГУ есть исторический музей. Там заправляет одна почтенного возраста дама. И у неё как раз имеется в распоряжении старинный меч — Риановскому брат-близнец, разве что узор затёрся. Он мне нужен как образец для реквизитора. Сразу скажу: Коту она ничего не отдаст. Его после той истории больше к артефактам не подпускают. — А чего сами не сходите? —поинтересовался Айдар больше для вида, уже догадываясь о причине. Режиссёр удручённо вздохнул, подтвердив его мысли. — А мне Эвелина Марковна бойкот объявила за поездку по загранице. Вот, небось, наслушалась ваших разговоров и тоже в предателей меня записала! Валерий Иванович невесело усмехнулся. Айдар сочувственно кивнул. — Тогда почему именно я? Одинцов резко повеселел. — Потому, Айдарушка, что ты ей как раз очень даже нравишься! Она на твой спектакль в том году до Ленинграда аж неделю в плацкарте тряслась. Со всей женской половиной нашей бухгалтерии. Так что давай, вперёд и с песней! Похлопаешь перед ней глазками, поулыбаешься немного. А если ещё и рот откроешь… Не то, что меч — весь музей с собой заберёшь! Айдар, поджав губы и беззлобно фыркнув, отставил опустевшую тарелку в сторону и взглянул на наручные часы. «Ещё и пяти нет…» — Скажите честно — вы просто хотите, чтобы я забыл про разговор на озере, да? Режиссёр, залившись смехом, отставил тарелку на край стола, так и не притронувшись к толчёнке, и развёл руками в стороны в знак признания поражения. — Раскусил меня, чертёнок! Ну, что я могу сказать… Надо же как-то наказывать людей за опоздание! И можешь не торопиться: на ближайшие две недели ты свободен, — Айдар, как громом поражённый, уставился на Одинцова в ожидании объяснений, — Там Энергосеть обесточило. Здесь, за городом, с электричеством перебои. В общем, не меня благодари, а погоду! Режиссёр пожал плечами, показывая таким образом, что разговор окончен. Разочарованно вздохнув, Айдар по привычке ухватился за лямку синей сумочки. «Две недели без работы и дома в закрытом городе в ожидании нового паспорта. Кирдык мне…» С такими невесёлыми мыслями молодой советский актёр твёрдо зашагал к выходу.***
19.12.1964, 21:15.
Стоило входной двери киностудии в очередной раз с хлопком закрыться за спиной, вероятно, последнего на сегодня сотрудника, как Одинцов тут же без сил рухнул в кресло. Сердце колотилось как отбойный молоток, едва ли не до шума в ушах. Где ж его носило так долго? Дверь, как по заказу, медленно отворилась, явив взору режиссёра знакомую рыжую голову. — Ну что, есть новости? — Ага. Одна плохая, вторая хуже, третья ужасная. С какой начать?***
19.12.1964, 21:25.
«Интересно, Валерий Иваныч вообще рассчитывал на то, что я принесу меч уже сегодня?» Довольно улыбаясь, Айдар бросил взгляд на наручные часы, и тут же удивленно вскинул бровь. «Полдесятого… Сбегал туда-обратно, называется!» Холодные электрические лампочки, наспех вкрученные на место энергофонариков, моргнули в знак сочувствия, на миг погрузив коридор в темноту. После чего вновь отразились от металлической поверхности ведра тусклыми бликами. «Опять та новенькая уборщица забыла слить воду…» Из-за двери напротив доносятся приглушённые голоса. «Спорят о чем-то? Ну-ну. Я-то думал, цапаться с Кириллом — моя рабочая обязанность!» Насупившись и едва слышно вздохнув, изрядно подуставший Айдар уже собрался было постучать. Но стоило ему занести руку, как до него начал доходить смысл услышанного. «Пропала? В каком смысле, пропала? И что… Эй, что ещё значит — всё пропало?!» Да, подслушивать молодой актёр с детства считал зазорным. Но в тот момент ему показалось, что не сделать этого сейчас было бы наоборот неправильно. Не мог же он, в конце концов, просто пропустить всё мимо ушей и спокойно уйти, когда дело касалось пропажи человека! Заглянув в замочную скважину, он принялся внимательно вслушиваться, ловя каждое слово и движение. — А родные, родные? Хоть мать-то что-нибудь знает? — взлохмаченный, взвинченный, сам на себя непохожий, Одинцов, нервно закусив ноготь, ходил из одного конца комнаты в другой. — Нет. Я спрашивал, но она только жаловалась, что дочь давно не приезжает, — ответил Кирилл, молча наблюдая за лихорадочными метаниями режиссёра, — Я не спрашивал подробно. Иначе она бы точно что-то заподозрила. Одинцов резко прервал его. — Даже не думай! Если кто-то узнает, что она исчезла… Или тем более про письмо… Съёмки сразу свернут, даже разбираться не станут, кто прав и виноват! Финита ля комедия, товарищ Одинцов! Им сейчас только повод дай… Вздрогнув всем телом, невысокая сгорбленная фигура режиссёра тихо рухнула в маленькое кресло. Кирилл присел рядом, на краешек стола, молча протянув чётки и неловко похлопав страдальца по спине. Одинцов, глубоко вдохнув, медленно выдохнув и, сжав ниточку здравомыслия в похолодевших пальцах, чуть более ровным тоном подытожил: — На звонки не отвечает, в квартире не обнаружена, на студии не появляется третий день, хотя график забит. Мать и друзья ничего не знают… Сдаётся мне, Королева пропала без вести, Ватсон! Режиссёр криво ухмыльнулся и, ещё раз вздохнув и поправив очки, угрюмо уставился на чётки в своих руках. Кирилл, с непривычно серьёзным для него выражением лица, вскочил на ноги и подошёл к невысокому стеллажу, стоявшему в углу комнаты. Бездумно пробежавшись пальцами по корешкам книг, он загадочно сощурился. — Весьма прискорбный вывод, Холмс. В таком случае, нам просто необходимо выяснить причину… Повернувшись, он растянул губы в многообещающей улыбке. Одинцов, недоумевающе подняв бровь, бросил на старого друга удивлённый взгляд. —…вернуть Королеву на борт и вновь ринуться в бой. Я правильно Вас понял? Не дожидаясь ответа, Кирилл подбросил взятую с полки книгу в воздух. Прежде чем приземлиться обратно в протянутую руку, книга успела сверкнуть под тусклой лампочкой золотыми буквами на пузатом корешке: К.О.Троянов, «Королева морей». — И да… Кажется, госпожа директор всё-таки не устояла перед чарами Королька! Айдар, которого услышанный разговор здорово шокировал, ненадолго погрузив в ступор, последней фразы не расслышал. Лишь когда голоса внезапно смолкли и из кабинета послышались приближающиеся шаги, юноша резко пришёл в себя. Сорвавшись с места он, по своей обыденной неуклюжести зацепился ногой за ведро с водой и, поскользнувшись, больно шмякнулся на пол. Из поясной сумки опять что-то вылетело, с перестуком укатившись по плиткам в недра коридора. «А я уж думал, день не может стать хуже. Хоть ногу не сломал, уже неплохо!..» Недовольные мысли резко оборвал скрип дверных петель. Айдар инстинктивно поднял взгляд, потирая ушибленный затылок. Из тёмного дверного проема, освещенного тусклым мерцанием звёзд-лампочек, сверкая хищной улыбкой и по-хулигански весело подмигивая, ему навстречу плавно вышагнул Кирилл. — Ай-яй-яй, товарищ Королёк. Опять подслушиваем? Как невежливо! Сделав театральную паузу, артист уже хотел было что-то добавить, но не успел. — Можно, я тоже помогу? Прошу вас! Айдар резко вскочил на ноги и посмотрел на режиссёра с мольбой. Тот застыл как вкопанный с выражением немого удивления на лице. Юноша перевёл взгляд на старшего коллегу. Кирилл, не ждавший в ответ такой экспрессии, на секунду тоже замер, подняв бровь. Впрочем, удивление быстро прошло, уступив место знакомой нахальной ухмылке. — Что, тоже хочешь поиграть в сыщика? — бросил он небрежно, с оттенком насмешки. Айдар дёрнулся от этих слов, как от пощёчины. — Я хочу и дальше тут работать! С вами работать! С тобой, с Сабуровой! Хочу, чтобы фильм вышел! Таким, что все дышать бы забыли! А ты что? Хочешь, чтобы я просто взял и ушёл? Хрена с два! Одинцов и Троянов медленно переглянулись, после чего синхронно окинули юношу взглядами с ног до головы. Немая пауза продолжалась дольше десяти секунд и Айдар, поначалу стойко смотревший коллеге в глаза, уже начал нервно вертеть головой, от стеснения за свой чрезмерно эмоциональный выпад. Кирилл сощурился. В его взгляде мелькнул тот самый неясный, лучистый огонёк, подобный которому Айдар видел там лишь раз. В день проб. В тот самый день, когда они впервые играли вместе. — О, рыцарь ты мой. Без страха и упрека, без коня и без седла… — его язвительная интонация звучала натянуто, будто он усиленно пытался под ней что-то скрыть. Айдар собрался было продолжить спор, но вдруг вспомнил, что за несколько утомительных часов действительно успел позабыть об одной важной проблеме. И тут же захотел съёжиться от внезапного прилива стыда. «Так до сих пор ничего и не придумал…» — Ты о чём? — режиссёр бросил заинтересованный взгляд из-под очков, всё ещё перебирая пальцами чётки. Айдар, испытывая неимоверно сильное желание провалиться под землю, всё-таки признался. — Кхм. Тут такая ситуация… В общем, я не был дома со вчерашнего дня. В квартал не пускают, а у меня там паспорт остался. Я теперь ни билет купить не могу, ни гостиницу снять. Из родных в городе одна сестра, и та в общаге. В общем… — Айдар вздохнул и, опустив голову, уткнулся взглядом в свои промокшие ботинки, — Ночевать негде. Кирилл хмыкнул. Впрочем, после следующей же фразы Одинцова улыбка тут же слетела с его лица. — Вот оно что… Ну, раз ты так хочешь помочь Коту в поисках — почему бы тебе не пожить немного у него? — Эй! — возмущённо воскликнул заслуженный артист, дёргая режиссёра за воротник. Тот и бровью не повёл, невозмутимо поправив пиджак. — Что? Тебе нужна компания. В поисках, в быту! Я просто ускорил… — Не твоя квартира, не твоя компания! Не тебе…! Режиссёр и артист ещё добрую минуту пререкались, пока последний в конце концов не успокоился, отвернувшись от товарища и надев на лицо самое оскорблённое выражение из возможных. Валерий Иванович же вновь повернулся к неловко переминающемуся с ноги на ногу Айдару. — Значит, решено. Слушайте внимательно! Тебе, Кот, — режиссёр задумчиво провёл большим пальцем по щетинистому подбородку, глядя на Троянова, — Я вверяю наше будущее и будущее фильма. А вот Вам, Айдар Аюрьевич… — означенный сглотнул слюну. Одинцов произнёс его имя с тем хитрый прищуром, что никогда не сулил стоящему напротив ничего хорошего, — Я вверяю его жизнь и здоровье! Режиссёр подтолкнул Кирилла навстречу новому напарнику. На лице заслуженного артиста в тот же миг, вместо извечной гримасы чеширского кота, образовалось не менее озадаченное выражение, чем у стоящего напротив молодого актёра. Небрежно откинув со лба мешающую чёлку и смахнув несуществующую пыль с лацкана золотисто-оранжевой рубашки, он оглядел Айдара с ног до головы. Юноша про себя отметил, что впервые видит старшего коллегу настолько сбитым с толку. Впрочем, в следующую же секунду к нему вновь вернулся его прежний оскал. — Что ж, Королёк… Устраивайся с комфортом, чувствуй себя как дома! — он сделал небольшую паузу, подходя ещё ближе, — Ты пожалеешь, уж не сомневайся. Почти пропев эти слова, Троянов схватил Айдара за рукав и чуть ли не вприпрыжку потянул его к выходу. Одинцов устало прислонился спиной к стене, тяжело вздохнул и, молча перебирая чётки, так и смотрел новоиспеченной парочке вслед до тех пор, пока за ними с грохотом не захлопнулась дверь.
