Трудность 2: Транспортный вопрос
8 июня 2024 г., 16:23
***
19.12.1964, 00:00.
Ночь. Улица. Буран. Телефонная будка. — Я потратила все силы, но ничего не смогла сделать… — невысокая кудрявая девушка, кутаясь в шерстяной шарф, обреченно качает головой. Из таксофона раздаётся мужской голос. — Где ты сейчас? И где он? — тон встревоженный. Почти паникующий. Девушка вглядывается в бушующую за стеклом метель. — Я на той же улице. Напротив его дома, в телефонной будке. Голос в трубке оживляется. — Что с…? — Я… Он… — голос девушки на миг вздрагивает и понижается до шёпота. Она нервно сглатывает, — Он сказал, что убил её. А потом сбежал, как только я потеряла сознание. Даже примерно не представляю, что он собирается делать с ручкой… Её Цвет… Кажется, это именно то, что ты искал. В трубке — напряжённое молчание. — Прости. Я сейчас же уезжаю из города. Пожалуйста, не ищи меня. Не рискуй попусту. Лучше иди в милицию. Голос в трубке — поражённо затихает. — Хотя… Кого я обманываю. Ты всё равно сделаешь по-своему. Девушка вешает трубку и, выйдя из автомата, меланхолично опускается на стоящую рядом скамейку. Слившись с обомлевшей толпой, она тихо шепчет, не отрывая взгляда от едва заметных проблесков тёмно-зелёных огней на скрытом метелью ночном небе. — Не благодари, мой мальчик. Не благодари.***
20.12.1964, 9:03.
— Кхе-кхе-кхе! Еле откашлявшись, Айдар наскоро отворил форточку. Как только лёгкие очистились от дыма, незадачливый повар обернулся, оценивая результат. На потолке теперь виднелся небольшой след копоти от столба огня, пару секунд назад вырвавшегося из кастрюли. Сама же кастрюля изрядно почернела, а рис заметно подкоптился. «Может, всё-таки стоило сначала водой, а потом маслом? А, впрочем, какая разница — не сгорел, значит нормально! Всё равно потом промывать буду!» Щёлкнув костяшками пальцев, юноша вновь ринулся в бой с гордо поднятой головой и кухонной лопаткой в руках. Мысль о том, что временное сожительство стоит начать с совместной трапезы пришла Айдару в голову ещё вчера вечером. И причём совершенно спонтанно. Ненароком вспомнив о всех эпизодах в столовой, он подумал и решил, что им может быть лишь два объяснения: либо заслуженный артист Кирилл Олегович Троянов совершенно не умеет готовить и всегда приходит на работу голодным, либо просто очень любит его бесить. Заглянув по утру в холодильник и оценив количество продуктов и готовых блюд, юноша пришёл к выводу, что ближе к реальности был скорее второй вариант, чем первый. «Но всё-таки, как-то неприлично было бы ничем его не отблагодарить…» — решил он тогда и, встав пораньше, пошёл на ближайший рынок за свежей курицей. Сейчас, стыдливо пряча испорченную кастрюлю под раковину, чтобы затем поспешно переложить рис в другую, он уже начинал немного жалеть о таком решении. «Впрочем, как говорят у нас дома: напялил фартук — накрывай на стол!» К аккомпанементу скворчащей сковородки, бурлящей в кастрюле воды и беззаботного свиста снегиря за разукрашенным морозом окном вскоре присоединилась знакомая мелодия. Это была запись песни из одного мюзикла, в котором Айдар играл где-то в июле. Через некоторое время из ванной комнаты раздался шум текущей воды пополам с приглушённым мужским подпеванием. Юноша чуть приподнял уголки губ и тихо усмехнулся. «Не думал, что он из тех, кто поёт песни в душе…» — не успел он вдоволь надивиться, как все мысли тут же растворились в весёлой мелодии и приятном певческом голосе. Кирилла. На собственный у Гончарова была аллергия. Тихо наслаждаясь морозным утренним ветерком, подпевая в такт лёгкому мотивчику и то и дело проверяя находящиеся на плите ёмкости на наличие новых возгораний, Айдар постепенно закончил приготовление своего кулинарного горе-шедевра. «По крайней мере, на этот раз я спалил только кастрюлю!» — вздохнув, стерев пот со лба и водрузив тарелки на стол, юноша направился к комнате хозяина квартиры. Приятная музыка уже успела стихнуть, оставив Айдара наедине с занесённым над дверью кулаком. Стука, впрочем, не последовало — едва юноша успел замахнуться, как створки уже распахнулись прямо перед его лицом. Кирилл появился в проёме, в халате и с мокрыми после душа волосами, по-прежнему полусонный. Лениво потянувшись и зажмурившись в сладком зевке, он поначалу не обратил внимания на посторонний элемент в интерьере со вкусом обставленного коридора. Однако стоило только взгляду проясниться, как лицо его тут же вытянулось в гримасе притворного удивления. — Королёк? Вот так встреча! Коллега, позвольте спросить, что же привело Вас на порог моей опочивальни в столь ранний час? Простите, я сейчас не в настроении для репетиций. Пусть и глубоко ценю Вашу преданность своей работе и Ваши методы! — Айдар на секунду застыл на месте, непонимающе хлопая ресницами. А когда до него дошла суть сказанного он, беззлобно фыркнув, сложил руки на груди. — Спасибо за комплимент, товарищ Троянов. Рад, что мои «методы» Вам так же по душе, как и мои песни! — Кирилл нервно дёрнул бровью, словно бы только сейчас осознал, что его раскрыли, — Иди переодевайся, я завтрак приготовил. Кирилл невольно нахмурился. К счастью или нет, юноша, отвернувшийся посмотреть время на часах, этого не увидел: — Я что сказать-то хотел… Короче, спасибо за ночлег, извини за неудобства, паспорт сделают — сразу же съеду! Надеюсь на понимание! — высказав всё на одном дыхании и взмахнув напоследок «по-домашнему» завязанной косичкой, юноша быстрым шагом удалился на кухню. Едва дверь за его спиной успела захлопнуться, как тишину разрезала вибрация телефонного звонка. «Странно, а чего это он не звонит, а вибрирует? И, главное, почему висит здесь, на кухне, а не в коридоре там или прихожей, как у всех? Хотя когда это у Кота вообще что-то было как у всех…» Помедлив пару секунд, Айдар всё же снял трубку. На другом конце провода ожидаемо — кто ещё мог позвонить ему в такую рань? — раздался знакомый, задорный и вместе с тем до жути усталый мужской голос. — Утречка, Кот! Ну что, как там у вас дела с твоим новым компаньоном? Небось, опять как кошка с собакой? Хех, я б на твоём месте лучше нюх как следует навострил… Ты же знаешь, он у нас парень — огонь! Не ровен час, у тебя от его жгучей натуры где-нибудь случится пожар. Как тогда, в июле. В словах режиссёра, пополам с еле сдерживаемым смехом, сквозила какая-то по-своему грустная ирония, даже ностальгия. Но Айдару сейчас было не до воспоминаний, ибо в глаза, как на зло, опять бросилась выпирающая из-под раковины ручка непоправимо испорченной кастрюли. «Товарищ Одинцов, да вы, однако, телепат!» — нервно усмехнулся юноша про себя. — Я чего звоню-то… — в голосе режиссёра показались нотки нервозности, — Кхм… Помнишь Павлушку? Да-да, того кудрявого мальчонку из СОТЕСа, который у Костика фотик вечно «одалживает»? Так вот… Он у меня на кухне сейчас сидит. Одинцов сделал секундную паузу, отвлёкшись на что-то, после чего чуть тише продолжил: — Говорит, Маринка, сестра его, уже как с сентября пропала. А позавчера вот… Эх, даже не знаю, зачем я вообще тебе рассказываю. Может и не наше это дело, но всё-таки… Хватай там своего компаньона и шуруйте быстро ко мне. Чует сердце, что-то здесь не чисто. И варенье вишнёвое захвати, у меня кончилось. После этих слов в трубке послышались короткие гудки. Вот так номер. Не успели с одной пропажей начать разбираться, как начальник уже новую подкидывает. Повесив трубку на место, сбитый с толку юноша вернулся к столу, решив отложить этот разговор. Для начала им с Кириллом стоило позавтракать. Кирилл тем временем, стоя перед зеркальным шкафом и подбирая рубашку, уже в который раз прокручивал в голове события вчерашнего вечера. «Компаньона, да? Ну, что я тут могу сказать… Спасибо Вам, о великодушный товарищ Одинцов, за то, что так своевременно решили мне его даровать!.. Эх, Валера-Валера. Годы прошли, а жизнь тебя ничему не научила. И все-таки: золотистую или серебристую — вот в чём вопрос…» Размышления прервал оклик с кухни. — Чего ты там возишься так долго? Не слышал, чтобы сегодня где-то показ мод проводили! Давай быстрее! Еда стынет, а дело не ждёт! — хмыкнув, Кирилл таки остановил свой выбор на серой рубашке. «Выражаясь твоим языком, Королёк — это практичнее. Сегодня нам важно быть незаметными. С твоим-то чувством стиля тут проблем не возникнет. Едва ли хоть кто-то в здравом уме примет тебя за актёра!» Ухмыляясь во весь рот, Кирилл застегнул последнюю пуговицу и, всё ещё насвистывая себе под нос мелодию из утренней передачи, зашагал на кухню. — Тебе столько хватит? Или ещё? — едва Айдар встал из-за стола, расплываясь в улыбке и явно порываясь произнести что-то воодушевляющее, как Кирилл, вальяжно развалившийся напротив, припечатал его обратно к стулу лаконичным: — Не буду. Там в морозилке ведёрко с мороженым стоит, подай мне его. И чайник из холодильника достань, — пока радостная улыбка медленно сползала с лица юноши, сменяясь выражением вселенской детской обиды, Кирилл окидывал кухню безразличным взглядом. Ненадолго задержавшись им на пятнах копоти над плитой, он еле слышно удручённо вздохнул. — Я приготовил тебе завтрак в благодарность за то, что ты позволил пожить у себя. Встал в пять утра, купил на рынке самую свежую курицу, всё утро мучился с этим рисом… И ты… Не будешь, — сжав зубы, Айдар молча засверлил Кирилла убийственным взглядом. Перестав рассматривать пятна на потолке, заслуженный артист повернулся и, подняв бровь, раздражающе спокойным тоном парировал: — Не буду. А ты впредь не будешь подходить к плите. Ибо, что-то мне подсказывает, Валера погорельцам не сильно обрадуется, — Айдар, так надеявшийся, что Кирилл не обратит внимания на копоть, после этих слов густо покраснел от смеси возмущения и стыда, но всё же, не желая сдаваться, выпалил: — То, что я разок спалил к… — Айдар, запнувшись, быстро поправил себя, — Небольшие затруднения в процессе готовки никак не влияют на качество еды! Юноша в расстроенных чувствах отвернулся от стола. «Да и вообще, я же её даже не спалил! Только подкоптил слегка! Потом новую куплю…» Кирилл, бросив беглый взгляд на тарелку с золотистым пловом, тихонько цокнул языком и сухо подытожил: — Дело не в качестве. Просто у меня полдник вместо завтрака. Так что неси уже чайник и мороженое. Кто-то там говорил, что дело не ждёт! Пока Кирилл довольно уплетал свою порцию замороженного крема, Айдар, буравя его взглядом и доедая вторую тарелку плова, прокручивал в голове телефонный разговор. Ну, или скорее телефонный монолог Одинцова. «И причём здесь вообще варенье? Ещё и вишнёвое… Он же в курсе, что у Кирилла аллергия?» — взглянув на наручные часы и по привычке отметив про себя время, юноша решил, что пора бы уже начать этот разговор. — Слушай, тебе тут Валерий Иваныч звонил. Просил передать… — Не «просил передать», а позвонил и передал напрямую. Подвинь сахар, — пока Айдар, недоумённо хлопая глазами, передвигал сахарницу, Кирилл, окуная ложку с шоколадным мороженым в стакан, пояснил: — У меня в каждой комнате по телефону висит, — закинув в чай два кубика сахара, артист сделал большой глоток и довольно сощурился, — Так что мог и не подслушивать. В очередной раз. Айдар прикусил губу. — А про варенье… Это он к чему? Троянов в ответ непринуждённо махнул рукой. — А это у нас «знак тревоги» такой. На случай непредвиденных ситуаций. «Малина» — всё нормально, не торопись. «Клубника» — всё сложно, но не критично. И «вишенка» — у нас ЧП, вызывай милицию, пожарных, всю военную гвардию во главе с Алым Коршуном и желательно запроси атаку с воздуха! У Айдара, вновь не понявшего очевидного сарказма, побледнело лицо. — Если это настолько срочно… — сжав зубы от волнения и негодования, юноша как ошпаренный подскочил с места, тут же бросившись загружать тарелки в посудомойку, — Тогда чего мы до сих пор сидим да чаи гоняем?! Кирилл, докинув в чашку ещё пару кубиков сахара, осушил её в пару глотков, не переставая довольно щуриться. Бодро вскочив на ноги, он размял плечи и, бросив взгляд на тёмное небо за окном, задумчиво произнёс, словно бы сам себе: — А зачем ребёнку ехать с утра по темноте к едва знакомому режиссёру?.. — он на пару секунд застыл, напряжённо что-то обдумывая, после чего резко вернулся к своему привычному беззаботному оскалу. — Чего стоишь как истукан? Переодевайся и вперёд! — Уже переоделся. А ты про шарф не забудь. Простынешь, я помогать не буду — мне прошлого раза хватило! — сказал Айдар, стоя посреди коридора во всей своей безвкусной зимней экипировке. Кирилл закатил глаза. — Ну уж нет. Я не могу сосредоточиться, пока ты одет как прораб! Переодевайся давай! — Во-первых, не указывай мне, что носить! Во-вторых — у меня нет другой одежды, что я, по-твоему… Эй! Чего удумал? Пусти меня! — но Кирилл уже не слушал. Он проворно подхватил напарника под локоть и настойчиво потянул в сторону гардероба, задорно насвистывая мелодию из утренней пластинки.***
20.12.1964, 11:07.
«Энергосеть — худшее изобретение в истории человечества!» Пожалуй, это была самая мягкая мысль, какая бы могла прийти в голову человеку, застрявшему под вечер в сотне метров над землёй на целых восемь часов. О, она не отпускала Айдара всю позавчерашнюю ночь. Однако стоило ему вновь оказаться в наземном транспорте, стоило пейзажу за окном вновь смениться на этот до жути серый и приземлённый, как в голове засвербела другая. Такая, за какую стоило бы немедленно извиниться перед Нитевидным. Мысль о том, что застрянь он в «карусели» хоть на неделю — всё равно предпочёл бы её любым трамваям и электричкам. Он никогда не придерживался лозунга «Будущее за Энергосетью!», как многие его коллеги по театральной сцене в ныне покойном МАЛЕГОТе. Даже наоборот: юноша ненавидел то, как её развитие повлияло на жизнь брата и остальных двухцветных. Но чувство прекрасного всё равно внушало ему эту грешную мысль. Ведь любой человек, будь он хоть двухцветный, хоть невосприимчивый, будь он за Энергию или за Цвет, согласился бы, что из окна «карусели» открывался просто поразительный вид. Что на сам город, что на горы, его окружавшие, казавшиеся с высоты птичьего полёта синими, как небо в ясные дни. В такие моменты свободного и будоражащего сознание полёта в голову всегда приходила одна и та же мысль — какой же он, Верхногорск, всё-таки красивый! «И без Энергосети ты бы никогда этого не понял» И, конечно же, не стоило забывать о том, что в наземном транспорте были недостатки и помимо пейзажа за окном. Внеплановая остановка определённо не вписывалась в план «добраться до дома Одинцова как можно быстрее». — Граждане, пожалуйста, оставайтесь на своих местах! Предоставьте билеты и паспорта! — Вот же ж… Паспорта-то зачем? От обиды и злости у Айдара невольно сжались кулаки. А вот Кирилл, нервно постукивающий пальцами по обивке сиденья, объявления об остановке, казалось, даже не услышал. Юноша, обречённо вздохнув, уже приготовился щёлкать пальцами, как тот, даже не повернув головы, сухо произнёс: — К Валере заедем чуть позже. Пока есть дело поважней. Не обсуждается и отлагательств не требует. Айдар, уже успевший сложить пальцы в «крестное знамение», на пару секунд застыл, молча хлопая глазами. После чего возмущённо прошептал: — А раньше сказать не мог? Произнеся это вслух, Айдар тут же мысленно хлопнул себя по лбу — конечно же не мог! Кирилл ведь ещё месяц назад упоминал о своих подозрениях насчёт прослушки в квартире. Впрочем, возмущение юноши от этого факта ничуть не приуменьшилось. — Неужели это так важно, что… — не успел он высказать претензию, как Кирилл уже выдал ему ответ. — Я бы сказал, чрезвычайно важно. Как никак, твоя карьера на кону. А может даже жизнь. Кирилл многозначительно подмигнул, а юноша вновь застыл на месте с открытым ртом. Придя в себя, он заговорил уже чуть более спокойно, но всё ещё с нотками замешательства в голосе. — Сабурова пропала, Одинцову срочно нужна помощь. Мои карьера и жизнь могут подождать! Мужчина раздражённо вздохнул, подавив в себе желание закатить глаза. Повернувшись лицом и наклонившись к юноше так близко, что они едва не стукнулись лбами, он тихо произнёс: — Нет, Королёк, не могут. Айдар склонил голову набок и нахмурил брови, продолжая буравить коллегу недоверчивым взглядом. — И почему же? Кирилл несколько секунд помолчал, глядя на него с явным раздражением. После чего отстранился и, быстро сунув билеты в руку стоявшего неподалёку кондуктора, подскочил с сиденья. Под изумлённый вздох Айдара он спокойно вытащил из кармана пальто кинжал, маркированный глифами намерений. Вчитавшись в угловатую надпись Айдар невольно сглотнул. «Подкинь, и попадёшь, куда хочешь? Кажется, я видел похожий в каком-то каталоге. И стоил он больше, чем весь наш фильм!» Заслуженный артист, в свою очередь, сверкнул довольной белозубой ухмылкой и, наигранно хмурясь, протянул: — Что, за день все реплики из головы вылетели? Тогда напомню: «без Королевы не выйдем из порта, без Королька выйдем только ко дну»! Кирилл взмахнул кинжалом, и в воздухе напротив него тут же образовалась тонкая рябь. Тряхнув головой, молодой актёр вновь поднял на коллегу вопросительный взгляд. Тот, в свою очередь, только пожал плечами. — Чего сидим, кого ждём? Решай давай, пока я добрый. Ты со мной или в паспортный стол? — произнёс он, недовольно поморщившись. Пассажиры вокруг постепенно начали отходить от шока, и некоторые уже даже сердито ворчали что-то себе под нос. Насколько бы сильно Айдару не хотелось в этот момент присоединиться к общим возмущениям, восторг от возможности впервые испытать НЗ-артефакт всё же оказался сильнее. Юноша вскочил с места, изо всех сил стараясь не показывать своего предвкушения. Кирилл, хохотнув, по традиции подхватил его под локоть. — Хороший выбор. А теперь закрой глаза и представь что-нибудь приятное… — подмигнул он, подбрасывая кинжал в воздух. Айдар так и сделал, и через секунду почувствовал лёгкий толчок в спину. После чего его лицо резко обдало холодным ветром…***
20.12.1964, 11:22.
Перед тем, как открыть глаза, Айдар ожидал увидеть перед собой всё, что угодно… Кроме знакомого Тверского бульвара. Удивлённо нахмурив брови, он огляделся по сторонам, ненароком заметив боковым зрением, как Кирилл вновь тянется за чем-то в карман. «Почему сюда?» От обстановки понемногу становилось не по себе. Слишком уж вокруг было непривычно тихо и пусто. А ведь до эвакуации на Тверском бульваре было почти не протолкнуться. Самый центр города, как никак. Перед Новым Годом здесь, наверное, и вовсе бы стояла суматоха несусветная. Утверждать Айдар не брался, ибо в Верхногорск приехал всего четыре месяца назад. Новый Год ему здесь встречать пока не доводилось. Вход на главную площадь проходил сквозь ряд высоких арок, увешанных яркими новогодними гирляндами — к сожалению, потухшими после вчерашнего взрыва. А пройдя сквозь неё, можно было выйти к увешанному столь же тусклыми теперь афишами, большому кинотеатру «Свеча». Посреди площади красовалась роскошная зелёная ель, наряженная по случаю наступающего года Змеи в пёстрые жёлто-красные тона. При взгляде на неё Айдар почему-то первым делом вспомнил об их с Кириллом давнем разговоре. — Ты случайно не об этой ёлке мне недавно рассказывал? — с подозрением сузив глаза, юноша осторожно пихнул коллегу в бок. Тот, окинув главную площадь взглядом, по-мальчишески весело усмехнулся. — Которую с 58-го все норовят то сжечь, то заморозить, то украсть, то заклевать? — Айдар кивнул, — Ага, об этой самой. И знаешь, что-то мне подсказывает… Кирилл вытянул вперёд руку в чёрной кожаной перчатке и, к изумлению молодого актёра, обнажил красивую перьевую ручку. — Хех… Что в этом году долг соблюдения традиции ляжет на нас! Юноша в спешке расстегнул сумку, чтобы убедиться, что глаза ему не врут. И правда: ни хрустального шарика, купленного вчера вечером на вокзале, ни подарочной ручки там не оказалось. «Вот же!..» — Ты… Ты копался в моей сумке?! — возмущённо прошипел Айдар, пытаясь выхватить перо из рук Кирилла. Тот, ухмыльнувшись ещё шире, уклонился, ловко перебрасывая её из одной руки в другую, аки заправский цирковой жонглёр. — Конечно же нет! Как ты мог так обо мне подумать? — расхохотался он, подняв руку над головой, — Считай, я просто прибрал к рукам упавшую вещь. Айдар замер с протянутой вверх рукой. Да, в этих словах была правда — вчера, когда он споткнулся о то ведро и упал, ручка действительно выпала из его сумки. А потом укатилась куда-то в глубину коридора. Прямо вместе с проклятым стеклянным шаром. Юноша вздохнул, раздражённо потёр переносицу и сердито сложил руки на груди. — Ай, пёс с тобой! Лучше объясни, что мы тут делаем! И что у тебя тут за дело такое, что можно даже к режиссёру не торопиться? Кирилл всё ещё продолжал ухмыляться. Однако после этих слов в его взгляде что-то неуловимо переменилось. Он как-то странно прищурился, косясь на предмет в своих руках. — Объясню, Королёк, с удовольствием объясню. Только сам для начала соизволь объяснить: где ты достал такое красивое пёрышко? — Айдар слегка стушевался, нервно перекатывая между пальцами лямку сумочки. Мужчина язвительно скривил губы, — Дай угадаю. Шло в подарок к той стеклянной сфере, которую ты купил на вокзале за десять рублей, потому что цыганка сказала, что она укажет тебе судьбу? Юноша дёрнулся, запинаясь в словах от сердитого смущения. — Не за десять, а за семь! И не себе купил, а сестре! Причём здесь вообще… Кирилл прервал его своим фирменным снисходительным тоном, в котором так и читалось сдерживаемое «научись уже отказывать торгашам». — На данный момент, в общем-то, не причём, — дождавшись, пока взгляд Айдара раскалится до такой степени, что с его помощью можно было бы вскипятить чайник, он продолжил, — Но пусть пока побудет у меня. Так, на всякий. Ты же не против? Едва собеседник успел открыть рот, чтобы выразить протест, как Троянов вновь продолжил. — В общем, мне надо сбегать до одной квартиры в районе выброса и кое-что забрать. Минут двадцать уйдёт. Если много не болтать, конечно. Артист почти вприпрыжку направился в сторону от главной площади. К жилому комплексу. Айдар, беспокойно переводя взгляд с напарника на окна пустых квартир и нити тонких улочек, где то тут, то там временами мелькали милиционеры, поспешно зашипел как можно тише, хватая мужчину за рукав. — Кирилл… Кирилл, стой. Да подожди ты! Там милиция повсюду! Это же самоуб… Троянов приложил палец к его губам, многозначительно подмигнув. После чего наклонился ближе, шепча на ухо. — Ты же хочешь найти Капитана? Айдар энергично закивал, вновь попытавшись что-то произнести. Но и в этот раз не сумел — стоило ему открыть рот, как напарник в тот же миг прислонил к его губам ладонь, заставив юношу на пару секунд поражённо застыть на месте от такой наглости. — Хорошо, что хочешь. Тогда выражусь так: раз вызвался мне помогать, будь добр — делай, как я говорю. Без глупых вопросов и лишнего крика. Понял? Славно! — Кирилл отстранился, убрав пальцы с губ возмущённого до глубины души юноши, и непринуждённо добавил, — У меня есть план. Звучит так: зашёл, взял, вышел. Не участвуешь — не задерживаю! Артист выхватил из рукава расписной кинжал и тут же закинул его в карман напарника. Не дожидаясь ответа, он вновь спокойно зашагал в сторону комплекса. Внутри всё бурлило от жгучей смеси злости, смущения и замешательства. Но доставать кинжал из кармана Айдар не стал. «Ну уж нет, так просто ты от меня не отделаешься! Одинцов сказал присмотреть — значит, буду присматривать хоть до посинения!» Сжав кулаки, юноша упрямо продолжил следовать за коллегой. Тот шёл уверенно. Так, словно бы уже сотню раз проделывал этот маршрут, по пути скрываясь от милиционеров. Айдар не уставал поражаться его умению в одни моменты быть скрытным и незаметным, а в другие, наоборот, центром всеобщего внимания. Поначалу юноша успокаивал себя тем, что Кирилл ищет в этом районе какую-то другую, одному ему ведомую квартиру. Однако через некоторое время на горизонте замаячил знакомый красный автомат. Тот самый, который Айдар раньше видел каждое утро, когда расшторивал окна кухни. И почему-то именно вид этой небольшой красной будки заставил его подсознательно напрячься. Сразу вспомнились те слова, произнесённые Кириллом в электричке. «От этого дела зависят мои карьера и жизнь? И что это должно было значить? Уж не в мою ли квартиру он собирается залезть? Это же бред! Что там может быть такого, чтобы так рисковать? Не коллекция же самой убогой одежды за историю Союза по версии г-на Троянова, ей-богу!» Айдар нервно усмехнулся, после чего, почувствовав резкий рывок за шиворот, в последнюю секунду скрылся за углом от очередного милиционера. Стоило им, чудом оставшись незамеченными, закрыться в припорошенной снегом телефонной будке, как Кирилл тут же перехватил руку младшего коллеги, задрав рукав и обнажив запястье с часами. — Почти одиннадцать… Если ты всё ещё планируешь петь, советую заткнуть уши! — с какой-то странной веселостью и предвкушением в голосе прошептал он, торопливо вставляя в свои уши затычки и протягивая юноше такие же. Айдар, решив отложить вопросы на потом, молча последовал совету. И не зря: через несколько секунд где-то позади, в паре кварталов от них, прогремел оглушительный взрыв. Юноша не успел ничего сказать, как напарник уже прижал его к стенке, торопливо шикнув. Где-то рядом, подняв в воздух вихрь снега, пронеслись сразу две милицейские машины. «Неужели среди милиционеров нет ни одного двухцветного или восприимчивого? Хоть один из них ведь должен был почувствовать Цвет Кирилла! Может, кто-то закрыл будку энергетическим барьером? Но кто, зачем и…» — И сколько уже можно затыкать мне рот?! Айдар нахмурился, неловко отодвигая чужую ладонь от своего лица. Кирилл, смотрящий на падающие снежинки сквозь промёрзшее стекло, этого даже не почувствовал. Как только опасность скрылась где-то в направлении источника взрыва, Троянов осторожно приоткрыл дверь, проверяя местность на наличие пеших патрульных. Никого не обнаружив, он вздохнул с облегчением, вытаскивая затычки из ушей. — Нам на второй. Чем быстрее, тем лучше. Давай, не стой столбом! Подтвердив все самые худшие опасения Айдара, он указал на здание напротив. Юноша сделал глубокий вдох, потом медленно выдохнул, аккуратно развернул напарника за плечи к себе лицом и, вытащив из его руки одну из затычек, вставил её обратно в его злосчастное правое ухо. После чего дал волю голосу. — Ты, может, удивишься, но я сегодня закон нарушать не планировал! А если бы и планировал, то в первую очередь спросил бы зачем! Это что было, а? Эй! Не-не-не, никуда ты не выйдешь! Отвечай! Айдар резко дёрнул напарника на себя за воротник модного пальто, не давая ему в очередной раз увильнуть от ответа через бегство. Кирилл, не желая терять время, раздражённо затараторил, активно жестикулируя. — Да на здоровье! Видишь ли, от одного доверенного лица мне довелось узнать, что вчера кто-то устроил в твоей квартире деловое рандеву с крайне громким и неприятным финалом. Этот «кто-то» хотел тебя подставить и, скорее всего, похитил Кэпа. Мне нужно осмотреть твою квартиру на наличие улик, пока сюда не прилетели следователи. А прилетят они уже через час, так что надо торопиться! И да — я взорвал новогоднюю ёлку. Доволен? Всё, пусти живо, времени в обрез! И челюсть подними, не искушай мух. Закончив, он аккуратно поддел Гончарова за подбородок. Тот, инстинктивно дёрнувшись, выпустил воротник из рук, после чего заслуженный артист тут же устремился в сторону знакомого здания, перед этим громко хлопнув дверью автомата. Всё ещё не до конца осмысливший услышанное, но отчётливо запомнивший одну фразу, Айдар поспешно ринулся за ним. — Постой, постой… Что ты сделал с ёлкой?!***
20.12.1964, 12:15.
Разруха в некогда довольно ухоженной небольшой квартире явно намекала на то, что Кирилл не соврал насчёт «рандеву с неприятным финалом». Мало того, что вся мебель выглядела так, словно её только что достали из клетки, полной голодных бешеных тигров, а все картины, шкафы и шкафчики теперь валялись на полу вместе со своим содержимым, так ещё и мороз в доме стоял похуже, чем на улице. И недаром — ни в одной оконной раме не было стёкол. Даже все двери, помимо входной, плашмя лежали в коридоре. Причём не снятые с петель, а вырванные прямо с ними. — Мать моя, да что за… Что за шабаш тут вчера прошёл?! — у Айдара, кажется, даже глаз от такой картины невольно задёргался. Кирилл же, как всегда, был невозмутим и весел, точно кот, поймавший на редкость крупную мышь. — Думаю, всё просто. Твои приятели перебрали, зашли не в ту квартиру и опять подрались тут с медведем, — протянул он, пиная осколки чайного сервиза. — То, что я один раз спел на цыганской свадьбе, ещё не значит, что я открою дверь любому медведю! — фыркнул в ответ Айдар, вздёргивая подбородок. — Медведю, может, и не откроешь. Зато гадалке… — парировал Кирилл, заливаясь хохотом. — Хватит уже! Гадальные шары и перья для письма ещё никого не убивали! — резко прервал его юноша, уже предчувствуя, куда идёт разговор. — С чего такая уверенность? А вдруг… — хмыкнул Кирилл, приглашающе махая рукой в сторону проёма, на месте которого раньше стояла дверь. Айдар беззлобно закатил глаза, проходя на кухню. — Никаких «вдруг». Что бы ты там себе не надумал, тебе показалось! Троянов замолчал. Но не потому что ему было нечего ответить. А потому что его взгляд уже успел зацепиться за один крайне необычный элемент, не вписывавшийся в общий интерьер помещения: небольшой цветочный горшок на окне. Учитывая грандиозную разруху, стоявшую в квартире, был удивителен сам факт того, что цветок не просто не упал на землю — с него за эти два дня не опало ни листочка. — Надо же, два дня на морозе! Чудо, что уцелела… — Айдар, от радости, казалось, не увидевший в положении горшка ничего странного, уже протянул было руки, чтобы поднять его. Однако коллега почему-то его остановил. — Погоди радоваться. Дай-ка осмотрю… Оттолкнув юношу в сторону, он принялся разглядывать «чудо» со всех сторон. В самом горшке не было ничего необычного. Обычное глиняное кашпо, расписанное акрилом. О цветке — пышной и ароматной комнатной гардении, едва начавшей сбрасывать потускневшие золотые лепестки, того же сказать было нельзя. Её явно растили с любовью, чётко следуя всем советам из книжек по садоводству. Кирилл приложил максимум усилий, чтобы сохранить нейтральное выражение лица и не заулыбаться. Не сейчас. Ведь сейчас был важен вовсе не вид растения и не его красота… Важно было то, что обнаружилось под его роскошной листвой. То, при виде чего лицо старшего сразу же растянулось в зловещей ухмылке. — А вот и оно! Он весело сощурился, выудив из кашпо продолговатый чёрный предмет, чем-то напоминавший дверную ручку с кнопками. — Это ещё что? — удивлённо пробормотал Айдар, разглядывая странную штуковину. — А это, Королёк, — всё ещё ухмыляясь, протянул Кирилл, — Новейшее портативное прослушивающее устройство! — Порта… Меня прослушивали? Зачем? — недоумённо воскликнул юноша. Он бы ещё понял, если бы они наткнулись на жучок в квартире того же Одинцова или даже самого Кирилла — как-никак, те год назад вернулись из заграничной поездки, породившей вокруг них множество подозрений и слухов. Было бы неудивительно, если бы как раз ими заинтересовались государственные органы. Но причём здесь вообще он, простой артист, известный разве что в узких кругах ленинградских театралов? Троянов в ответ на его восклицание лишь отрицательно покачал головой, передавая юноше найденную «улику». — Такой жучок нужен для записи, а не для прослушки. Зачем не знаю, но поставили его максимум позавчера. Айдар чуть сощурился, с подозрением глядя на коллегу. — Остальное объясню как доберёмся до Валеры. Не хочется, знаешь ли, чтобы наш разговор вдруг прервали бравые милиционеры, — невозмутимо добавил Троянов, после чего вновь наклонился к юноше, вынимая из его кармана расписной кинжал. Но только он собрался подкинуть его в воздух, как руку вдруг перехватили. — Подожди. Кирилл вопросительно вскинул брови. Айдар быстро обогнул его и, подойдя к подоконнику, аккуратно, словно драгоценное дитя, поднял глиняное кашпо. Заслуженный артист удивлённо захлопал глазами и всё-таки не смог сдержать улыбки. «Неужели эта мелочь и правда стоит риска?» — тряхнув головой, Троянов вернулся к своему излюбленному ехидным тону: — Подарки от Кузнецова это святое, да? Даже со спины было видно, как у Айдара от этих слов покраснели уши. — Ой, отвали уже! — как-то слишком быстро выпалил он в ответ, прижимая горшок к груди, — Кидай уже свой ножик. Валер Иваныч нас теперь точно прибьёт. Так пусть хотя бы быстро! Заслуженный артист непринуждённо присвистнул, мысленно празднуя маленькую победу. После чего бодро подхватил надувшего щёки юношу под локоть и, наконец, подбросил кинжал в воздух.
