Мёртвый город

— Сегодня направляемся в сад. Там оставлю Николаса и поеду дальше. – говорит голос Сангинария, который слышит Николас, еле открывающий свои сонные глаза. — Гавриил присмотрит за ним до нужного времени. — Ты все на него не спускай. Он силен, но ему тоже нужно отдыхать от нас. – отвечает голос Бернарда, чавкая. — Тем более, у него все еще сердце и душа болит из-за Везельвула. — Ты прав. – угрюмо продолжил Сангинарий. — С того дня прошло так много времени, но рана Гавриила никак не заживает. И у меня тоже. – после этого раздался сильный стук о дерево, из-за которого Николас уже точно проснулся, вздрогнув от страха. — Извини. – холодно сказал Сангинарий, посмотрев на испугавшегося Николаса. — Он не в настроении. – кратко сказал Бернард, поедая новый кусок мяса. — У тебя почему голова все еще Везельвулом болит? – снова обращаясь к Сангинарию, сказал Бернард. — Он предал меня! Он предал тебя тоже! Он всех нас предал, Бернард! – удивительно эмоционально говорит Сангинарий, смотря на Бернарда. — Магдалина, которую я любил и люблю больше своей жизни пропала без вести. Вдруг это он ее убил? Вдруг она стала одной из его слуг или еще чего хуже?! – после этих слов Бернард очень медленно и печально проглотил кусок мяса, положив оставшийся кусок на пень. — Я не прощу ему никогда и ничего. После упоминания некой Магдалины Николас очень удивился и застыл то ли в шоке, то ли в ужасе. Бернард, увидя это, подумал, что Николас испугался столь грозного Сангинария, поэтому решил увести его и продолжить разговор без Николаса. Встав с травы, Бернард помог Сангинарию подняться и посмотрел на перепуганного Николаса. — Мы лучше в стороне побудем. Извини. Если хочешь поесть, то еда вон там. – указав на чугун, в котором лежит приготовленное утром мясо, Бернард начал уходить с поляны, уводя с собой и Сангинария. — Анубис, присмотри за ним. – обращаясь к коню, сказал Сангинарий и опустил свою голову. Николас остался на поляне один вместе с конем Сангинария. Тяжело вздохнув, парень в панике и страхе лег обратно на траву, укрывшись плащом Сангинария. Что его напугало совершенно непонятно – имя девушки или устрашающий мужчина, который все время до этого был холодным и практически безэмоциональным. Что бы то ни было, Николасу очень страшно и тревожно. Для себя он решил узнать позже у Сангинария одну очень важную вещь, но для начала подождёт, пока он вернется. Сангинарий же вместе с Бернардом вышли из леса и сели под большим деревом перед тропой, по которой вчера он верхом ехал вместе с Николасом в гости к Бернарду. Сангинарий выглядит очень подавленным и убитым после слов о девушке, а Бернард, сидящий рядом, очень обеспокоен настроем своего друга и не имеет понятия, как может его подбодрить сейчас. — Почему ты так уверен в том, что ее забрал Везельвул? – послышался довольно логичный вопрос от Бернарда. — Всякое могло случиться. Вдруг, просто пропала. — В нашем мире никто не может пропасть просто так, Бернард. Учитывая то, что такая тварь, как Везельвул, еще жива, то все мои подозрения падали и падают на него! – очень взволнованно и злобно говорит Сангинарий, смотря на друга. — Возможно, я себя просто убеждаю в этом и на деле это неправда. Просто, зная то, как сильно он всегда хотел мне насолить. Тем более, он один из первых узнал о моей любви. Гавриил бы точно ничего не сделал с ней. – взявшись за голову, Сангинарий закрыл глаза и нахмурился, чувствуя очень сильную боль. — Голова по швам расходится уже который год. — Я склоняюсь к тому, что это не он. Я не отвергаю твой вариант, но и принять его не могу. Не может ведь абсолютно весь мир идти против тебя, Сангинарий. Может, она тебя просто разлюбила и убежала к другому. – печально отвечает Бернард, понимая, что его версия ничем не лучше версии самого Сангинария. — Хоть и сердце у тебя не человеческое, но любишь ты теплее любого человека. — Наверное, из-за этого и не могу никому полюбиться. Я после ее пропажи закрылся ото всех, кроме тебя и Гавриила. – тяжело вздохнув, Сангинарий поднял голову и начал смотреть вдаль, на широкие поля. — Не то, чтобы я был веселым и до появления Магдалины в моей жизни, конечно, но все же. — Кстати, Николас на нее очень похож. Может, родственники? Не спрашивал? – резко вспомнил Бернард то, что хотел сказать еще вчера вечером своему другу. — Ты лучше спроси, вдруг правда они одна семья! — Надо. Когда я увидел его в первый раз, то сразу заметил сильную схожесть. Буду рад, если они окажутся родственниками и мне расскажут все. – усмехнулся Сангинарий, уже пришедший в чувства. — Да и чувство то же было. Хотя ощущаю почти всех людей одинаково. Я имею в виду тех, кого к Гавриилу потом привожу. — Ну вот! Родственники! Я уверен! – улыбнувшись, Бернард приобнял Сангинария и крепко прижал его к себе. — Может, наконец-то узнаешь, что с твоей Магдалиной. — Ты прав. – легко улыбнувшись, Сангинарий спокойно остался сидеть в объятиях Бернарда и смотреть на яркий горизонт. Просидев в тишине около 15 минут, Сангинарий резко сжался и схватился за свою грудь, из-за чего Бернард безумно сильно испугался. Взяв Сангинария за плечи, Бернард начал обеспокоено спрашивать, что случилось. Сквозь свои громкие вопросы и кряхтение Сангинария, оборотень услышал громкие крики Николаса и ржание Анубиса. — Беги к Николасу. Только быстрее. – все также крепко держась за грудь, Сангинарий освободился от рук Бернарда и начал подниматься на ноги. — Я подойду немного позже, приведу в порядок дыхание. Бернард послушался Сангинария и быстро побежал к Николасу и Анубису, чтобы защитить их от чего-то, настолько сильно излучающего ужас, что поразило Сангинария в самую грудь. Сангинарий после ухода Бернарда простоял несколько секунд, тяжело дыша. Как только дыхание начало приходить в норму, мужчина выпрямился, убрав руку с груди. Сангинарий провел по воздуху рукой, после чего его ладонь уже крепко сжимала рукоять горящего ярко-рыжим пламенем меча, полностью сделанного из огня, который никак не обжигал руки Сангинария и его самого в принципе. В арсенале мужчины есть еще несколько мечей, но сейчас в его руке один из сильнейших, потому что противник его будет очень уж сильным – это Сангинарий понял из-за адских болей в груди, которые никуда не ушли, но он их мастерски начал игнорировать. Пройдя в лес с горящим мечом, Сангинарий вышел на поляну и поднял особо озлобленный взгляд на незванного гостя, на его ужасающую улыбку и блестящие красные очки, висящие на шее, а еще на противные глаза зелено-синего цвета. Этот человек противен не по внешности, а по тому, что он делал и делает все еще. Но все же он очень красив. Но красив он очень обманчиво. — Везельвул. – сохраняя хладнокровное спокойствие в своей голове, говорит Сангинарий. Хладнокровие в голосе – самое лучшее, что может быть во время боя или любого другого волнительного момента. Несмотря на ужасный гнев и ненависть в сердце, Сангинарий никогда в жизни не слушался его во время боя, он всегда отдавал приоритет только своему холодному и сосредоточенному мозгу, чтобы точно одержать победу, или же остаться живым. — Сангинарий! Сколько лет да сколько зим! – воскликнул гость, переведя взгляд с Николаса и Бернарда на Сангинария. — Мой старый друг! Я могу даже братом тебя назвать! – будто бы специально льет в огонь масло он, пытаясь вывести Сангинария из себя. — Может, мы обнимемся? – Везельвул пошел к Сангинарию, широко улыбаясь во все свои клыки. — Ни на шаг ко мне не подходи. – резко выставив свой меч перед врагом, Сангинарий сделал очень серьёзное предупреждение. — Как тебе только совести хватает называть меня другом и тем более братом? — Какой же ты негостеприимный. – посмеявшись, сказал Везельвул и улыбнулся. — У меня нет совести, Сангинарий. Никогда у меня не было ее. Ты думаешь, будь у меня совесть, я бы пришел к тебе? – спокойно говорит мужчина, смотря на Сангинария слишком довольным взглядом. — А ты не перестаёшь быть выскочкой, которая всем мешает. Чего добился за эти десять лет? Нашел свою девку? Как же ее звали... – сделав задумчивое лицо на несколько секунд, Везельвул начал смеяться, чувствуя себя королём положения. Сангинарий откровенно устал слушать противные речи Везельвула. Он принял решение заткнуть его, и огненный меч насквозь пронзил живот Везельвула, от чего тот мигом свалился, схватившись за живот. Смотря на Сангинария разъяренным взглядом, Везельвул сжал свою руку на месте свежей раны, из которой сильнее начала течь удивительно темная кровь. — Ты остаешься таким же прямым и твердым. До встречи, Сангинарий. – после этих слов Везельвул исчез, оставив после себя несколько жужжащих мух. Быстро убив назойливых насекомых мечом, Сангинарий убрал его, подкинув в воздух. Нахмурившись, мужчина остался молча стоять посреди поляны и смотреть на след, оставшийся от большого тела Везельвула, а в особенности на кровавое пятно. — Сангинарий... – тихо сказал Бернард, в ужасе смотря на своего друга. — Сангинарий, не нужно ничего с ним делать. – Бернард прекрасно знает Сангинария, поэтому его намерения уже может предугадать. — Ты сам был бы рад порвать его на куски, Бернард. – нарушив молчание, сказал Сангинарий и посмотрел на Бернарда горящими бордовыми глазами. — Я удивлен, что он сам решил прийти. К нему. – указав на Николаса, Сангинарий перевел свой ужасающий взгляд на бедного испуганного парнишку. — Мы выезжаем сейчас. — Почему именно к нему? – интересуется Беранрд. — Почему? — Он особенный. Такой же, какими и мы были когда-то. – посмотрев на Бернарда, Сангинарий глубоко вздохнул и закрыл глаза. — Не видел, что становится с теми, кто попадает к Везельвулу? Решил копировать Гавриила, но не в благих целях... – Сангинарий, открыв глаза, уже спокойным взглядом посмотрел на Бернарда. — И нам нужно срочно ехать. Анубис быстрый, как смерть, доедем за несколько дней. Сангинарий подошел к своему коню и отвязал его от ветви. Без лишних слов мужчина подошел к Николасу и, схватив его за руку, отвел к Анубису и помог на него залезть. Сангинарий вернулся к тому месту, где сидел Николас и забрал свой плащ, сейчас же надев его на себя. — Мы еще встретимся. Приходи в сад. – обратился к Бернарду мужчина и легко улыбнулся, чтобы с ним на плохой ноте не расставаться. — Жди нас там. — Сангинарий, как же быстро расстаёмся. – печально начал Бернард, поднявшись на ноги. — Хоть и свидимся через несколько дней, да все равно тоска уже на душе! – сжав Сангинария в крепких объятиях, Бернард закрыл свои глаза. — Лишь бы вы доехали хорошо. В любом случае, ты сможешь защитить себя и парнишку. – Бернард улыбнулся и, открыв глаза, взглянул на друга. — До встречи, Сангинарий! До встречи, Николас! – посмотрев на Николаса, оборотень ему помахал и вернул взор на Сангинария. — Удачи вам, друзья! — Пока, Бернард! Надеюсь, мы ещё встретимся! – с улыбкой сказал Николас, ничуть не понимая своих чувств в данный момент. Сангинарий молча кивнул и пожал руку Бернарду в знак прощания. Подойдя к коню, мужчина залез на него и глубоко вздохнул, направив Анубиса к выходу из леса. Тяжелая и долгая дорога предстоит Сангинарию и Николасу. Тяжёлая по длине своей и тому, сколько времени понадобится, тяжелая еще и потому, в каком настроении будет Сангинарий верхом скакать к спасению своему и Николаса. Ненависть, гнев, желание одержать победу – всё это горит в нем самым жарким пламенем. Николас же совершенно ничего не понимает, не знает, что ему чувствовать и как быть. Волнение из-за возлюбленной Сангинария, непонимание нынешней ситуации и очень сильные переживания за жизнь собственную и жизнь нового приятеля Сангинария. Какой сад? Куда они столь стремительно скачут? Кто этот Везельвул, которого Сангинарий так сильно ненавидит и, скорее всего убил бы, не будь рядом Бернарда или Николаса. Бедный парень не знает, что ему делать, но точно понимает, что Сангинарий его спасение, пришедшее из неоткуда.