Substitution

      На перемене после музыки Чан зашёл в туалет с Чанбином покурить. Но вдруг ребята услышали странные звуки, исходящие от самой дальней кабинки. «Кто-то блюёт’’ — подумал Чан и предложил Чанбину выйти, на что тот согласился. Как только ребята вышли, кто-то вышел за ними вслед, и когда Крис обернулся, он впал в ужас. У туалета стоял не кто иной, как Ян Чонин. С растрёпанными волосами и нездорово бледным цветом лица. Он выглядел очень уставшим и больным, но когда заметил, что ребята ещё не ушли, то улыбнулся. Но сделал это наигранно, что заметил только Чан, ведь он прекрасно знал «50 оттенков улыбки Чонина». — П-привет, Чани-хён! Привет, Со Чанбин! — всё с той же улыбкой говорил Ян. — Приветик, Йени! Выглядишь уставшим, ты сегодня спал? — спросил Чан, внимательно наблюдая за реакцией Чонина. — А? Д-да, — с дрожью в голосе ответил Нинни, хотя его самого трясло не меньше. — Пошли, Чан, мы тут не за этим. — раздражённо процедил Бин. — Свали с дороги! — прикрикнул Со на младшего. — Д-да, простите, — Ян быстро поклонился и убежал.

***

— Эй, зачем ты на него накричал? — спросил Крис со слегка расстроенным выражением лица. Он очень переживал за младшего. — А тебе есть до него дело? — скептически поднял бровь Со. — Пошли Лино искать. Он вроде на третьем этаже был, — сказал Чанбин совершенно безэмоционально.       Чан молча поплёлся за Бинни. И вскоре они наконец нашли так называемого Лино, который пялился на своего бельчонка, стоящего у двери кабинета биологии вместе с Чонином, который выглядел ещё хуже, чем у туалета. — Наконец-то, мы тебя нашли! Я уж думал, что ты на другой стороне этажа! — сказал Со. Хо переключил взгляд на Бинни и Чана. — О, вы уже тут? — протараторил Минхо. — Почему ты не пошёл с нами покурить? — спросил Чанбин. «Мой брат ещё и курит? Ебать, как много я о нём не знаю’’, — застыл в мыслях Ли, параллельно раздумывая об ответе. — Так вы и не предлагали? — высказался Хо с вопросительным выражением лица. — Лол, чувак, мы всегда на этой перемене ходим, — выронил Со. — Что ты прикопал… — Чан не успел договорить и застыл в шоке, увидев, как Чонин падает в обморок на руки Хана. Хо и Крис в момент оказываются рядом с младшими; Чан дрожащими руками хватает очень лёгкое тело Нини и несёт в медпункт, а Ли обеспокоенно расспрашивает Хана, в порядке ли он. — Он не ударил тебя, пока падал? — переживал Хо.— Н-нет, — ответил напуганный Сони.       После ответа Минхо и Хан вместе побежали к ребятам, оставляя Чанбина наедине со своими мыслями.

***

      Чан был категорически против того, чтобы оставлять Чонина одного, поэтому остался в медпункте. — Скажите, что с ним? Он придёт в норму? Его жизни что-нибудь угрожает? — Чан выглядел очень взволнованно и безумно. — Мы думаем, что у него давление, недосып, и я предполагаю, что у него анорексия, — сказала медсестра. — Анорексия?! Вы уверены?! Можете померить ему давление? — Кристофер был на грани срыва, его не устраивал ни один из вариантов того, что же происходит с младшим. — Тише, тише, это только моё предположение. Просто мальчик выглядит очень болезненным, сейчас померю ему давление.       Медсестра закатала рукав огромного мягкого свитера, и им с Крисом открылся вид на изувеченную руку Чонина. Вся рука младшего была в шрамах и порезах разной глубины и давности. Чан был шокирован — в этот раз в обморок упасть мог он. Он побледнел и пошатнулся, ему предложили присесть. Чану не верилось, что этот милый лисёнок, всегда одаривающий каждого встречного своей яркой улыбкой, делал с собой такое. — Ого, давление 60 на 90 и пульс 120! Такое ощущение, будто он что-то принимает. Я беспокоюсь за него, мальчик явно не в порядке. Вы сможете за ним последить и постараться помочь? Думаю, он долго в таком состоянии не протянет… — прежние хладнокровие и безразличие на лице медсестры сменились на беспокойство. — Да. Конечно, я обещаю, что сделаю всё возможное, — Чан был совершенно серьёзен. — Извините, наверное, я слишком многого прошу, но мне интересно, нет ли возможности узнать его рост и вес? — Крис был не в силах сохранять спокойствие; ему хотелось скорее поговорить с Нини и узнать, что же у него такого происходит, но он понимал, что на него нельзя давить. — А, да, сейчас посмотрим, — девушка проверила данные веса и роста Чонина с прошлого года, которые уже тогда заставляли насторожиться. — Его параметры ниже нормы, я бы сказала, что это предстадия анорексии, но я бы хотела, чтобы он пришёл на этой неделе на взвешивание. Всё равно скоро данные придётся обновлять, год заканчивается. — Хорошо, спасибо! Я постараюсь его уговорить, — Чани пообещал себе, что ни за что не бросит младшего и обязательно поможет ему, пусть даже пока не знает как.       И только Бан Чан закончил говорить, тут же встаёт Чонин. — А? Где я? — поворачивая голову из стороны в сторону, спросил всё так же нездорово выглядящий Йени. — Нини! Ты очнулся! Я так рад! Ты в медпункте. — успокаивал его старший — На перемене ты упал в обморок в руки Хана, а я отнёс тебя сюда. Хани и Ноу пошли на урок. — Простите! Я доставил столько неудобств всем вам! Мне очень жаль! — воскликнул хриплым и уставшим голосом младший. — Я… Сильно тяжёлый?.. — еле-еле прошептал Чонин. Он даже не подумал, что кто-то его вообще может услышать. — Малыш, ты как пёрышко, — с как можно более серьёзным лицом пытался сказать Чан, но Йени всё равно заметил на его лице беспокойство. — П-правда? — с неподдельным интересом и смущением спросил младший. — Да, — на этот раз голос Чана звучал ещё убедительнее и в то же время нежно. — Чонин-и-и, я давно за тобой наблюдаю и… Я хотел бы стать твоим другом, — сказал с сомнением старший. — Моим? Другом? Ты уверен, что тебе нужна такая обуза, как я? — Чонин выглядел очень расстроенным, но в то же время… Счастливым? — Да, именно ты. Я никогда не считал тебя обузой и давно хотел подружиться, но если ты не хочешь, я всё пойму, — сказал, уже настроившись, Чани. — Я-я согласен! — в момент, когда Чонин говорил, его голос надломился. — Ура! Нини, ты не поверишь, как я рад! — вскликнул Чан и попытался улыбнуться как можно милее, хотя, как мы знаем, по-другому он и не умеет. — Я-я-я тоже р-рад, — смущаясь, заикаясь и радуясь внутри, сказал Йени. — Ой, я совсем забыл спросить самое важное. Как ты себя чувствуешь? Мне сказали, что у тебя очень низкое давление и высокий пульс, — улыбка на лице Чана сменилась на обеспокоенное выражение лица. — А-а, т-точно, прости, я соврал тебе сегодня в туалете, у меня б-бессонница второй день. И-извини, что не сказал сразу, — глаза младшего забегали по кабинету, а голос дрогнул. — Ох, ты не обращался к врачу? Это может быть опасным для тебя, — Банчан далеко не дурак, чтобы не понять, что младший нагло врёт, да и пульс высокий он не оправдал, но он только начал налаживать с ним отношения, поэтому давить было нельзя. — А, я б-боюсь… — еле слышно прошептал Нини. — Лисёнок, таких вещей не стоит бояться. Хочешь, я схожу с тобой? — Чан зашёл уже слишком далеко, чтобы отступать. — Н-не стоит! Спасибо большое за предложение и совет, я обязательно схожу на днях! — сказал Чонин с очередной фальшивой улыбкой. — Хорошо! Я очень рад, что ты согласился! — воскликнул Чани. Хоть он и сомневался в словах младшего, ему хотелось верить, что тот говорит правду.