Терпишь?

я так хочу еще раз прикоснуться к твоим ключицам, шее и губам хочу упасть в тебя и задохнуться давай разделим боль напополам всю ночь с тобою просидим мы на балконе и будем разговаривать о всяком забудем мы на миг о телефоне и эта ночь нам точно будет знаком. знаком того, что нужно идти дальше оставив боль, сомненья на потом ведь только так, мы перестанем ждать реванша и будем нежиться в объятиях с котом.

****

— Девушка? — удивлённо спрашивает Кира, а потом затихает, понимая, что Захарова сзади все слышала. Понимает, что это конец, будто эта фраза как долгий прием героина - убивает любовь со всех ее боков. — Девушка,— так же четко повторяет Кристина, незаметно подойдя сзади Медведевой, смотря прямо в глаза Лизы. Будто ищет ответы на свои вопросы, будто бы не зная, что она их никогда не получит. Взгляд Андрющенко меняется и она будто в агонии хватает свою бывшую за руку, боясь, что это мираж, боясь, что больше такого момента не будет. — Крис,— тихо шепчет Лиза и ее глаза открываются от шока. Слезы ручьем катятся по щекам, оставляя мокрый след. Ей хочется прижать, обнять свою Захарову. Она больше не видит в ней ту девушку, от которой бежала. Сейчас перед ней взрослая, осведомленная Кристина, но глаза настолько пустые, настолько безразличные, будто бы одним своим видом просящие ласки, любви и заботы. — Кристина, что же с тобой стало? — А что с тобой стало, Лизонька? —и это нежное, едва слышное произнесённое имя, сказано с такой теплотой, с такой любовью, что у Лизы больше не остаётся что на притворство. Она смотрит на Вивьен, смотрит, показывая лишь одним своим взглядом - «Уходи» и этого достаточно, что бы Эйвери подошла к ней и спросила, может ли та идти в машину. Ответом стает «Да» и Виви уходит, делая большую ошибку. Андрющенко хватает Захарову за руку, тащит куда-то за угол и целует. Целует так, будто бы это самый сладкий, самый преданный плод этого мира, будто бы одним поцелуем можно высказать все слова этого мира. Это было больше, чем обычный поцелуй, это было на грани с игрой в смерть, в которой, увы, победителя на определить. — Да или нет? — хрипло спрашивает Кристина, задыхаясь в своих чувствах. У нее кружится голова от родного запаха, и рук, которые уже успели по-хозяйски расположиться на талии. — С тобой всегда да,— резко и внятно отвечает Лиза, после этого они обе замолкают, начиная целоваться ещё с большей нежностью и в этих поцелуях читается неведомое им обоим чувство понимания и покоя. Чувство, которое перевернет жизнь Андрющенко, которое поможет Крис не умереть. — Что здесь происходит? — слышится знакомый, английский тон, и Лиза начинает смеяться, утыкаясь лбом в плечо Кристины. У Вивьен на глазах непонимание и даже слезы, которых Андрющенко упорно не замечает, продолжая смеяться, а от взгляда Эйвери у Кристины мурашки по коже, потому что она помнит такой-же взгляд у себя, ровно семь лет назад. Слёзы её были, слёзы обиженного ребенка, который сам не знает, за что он наказан. — Я знаю, что у тебя тоже другая, Виви,— отвечает ей Лиза, выдыхая и разворачиваясь лицом к девушке. — Давай признаем, что ты охладела раньше, чем я. — Лиза,— выговаривает ей Эйвери, злясь, злясь непонятно на что. Она знала, про что идёт речь и у Вивьен кровь стынет в жилах от осознания того, что это правда. — Что ты, мать твою, несёшь? — Не спрашивай, если не воспринимаешь правду,— едко отвечает Андрющенко, подходя к Виви ближе, со счастливыми, полными восторга от поцелуев с Крис глазами. — Я тебя поняла,— и этой фразой Вивьен обозначает, что все кончено. И этой фразой Лиза понимает, что ее жизнь медленно, но успешно возращается к тому, с чего она начинала, только теперь у нее есть деньги и взрослая Захарова. Кристина ничего не понимает и сама дрожит, но продолжает смотреть на свою Лизу. Они молчат и Андрющенко хватает ее за руку, выводя с угла, замечая стоящую Киру, которая почему-то смотрит в сторону машины, где курит Юля. Андрющенко хмыкает, понимая, что нужно взять дело в свои руки и зовёт жестом к себе Чикину. — Вам стоит поговорить,— шепчет Лиза им обоим, а сама продолжает крепко держать Захарову за руку. Они так и молчат, чудом доставшись до тех самых подъездов. Место жительства Кристины все так же не поменялось. Клацает чайник и Андрющенко прокашливается, садясь на стул. — Крис,— ловко начинает Лиза, но не знает, о чем говорить. Она в мучениях думает о том, что сказать. Думает об без форменном спокойствии, которое окутало ее сразу же после поцелуя. — Не говори ничего,— Захарова подходит к ней, хватая за скулы, и смотрит прямо. — Сначала я расскажу тебе. Сначала я расскажу, как я употребляла такое количество, что меня уже должны считать мертвой, я расскажу, как я сутками не спала и звонила тебе, как ждала каждый вечер, как пыталась найти успокоение в алкоголе и наркотиках. Лиза, блять, да я жила тобой. Да, я вела себя как конченная психопатка, но поверь мне, без тебя я просто умирала. Знаешь, такое чудесное высказывание : «Боль проходит с кровью, через сердце и голову.»? Так вот, моя боль прошлась от пяток до самых ушей и обратно, днём за днём усиливаясь. Да, я знала, что ты когда-то вернёшься. Но сейчас ты заявлешься, показывая свою новую девушку, а потом берешь и целуешь меня так, будто я твое спасение. Я ненавижу тебя за все сто процентов. У Лизы не хватает слов. Она часто дышит и смотрит на свою бывшую девушку, а потом нежно дотрагивается до ее руки, будто бы этим жестом ломая весь барьер Кристины. — Послушай меня, мне было так тяжело смотреть на тебя, на вечно пьяную, на вечно безразличную,— тихо начинает Андрющенко, поглаживая Крис по руке. — И я поступила как трусиха, я сбежала, да, черт возьми, я так жалела об этом, но у меня не было выбора. Ты бы убила меня, останься я, а мне так этого не хотелось. Не хотелось умирать и физически, и морально рядом с тобой. Мне было легче без тебя и я практически забыла все, но ты никогда до конца так и не уходила у меня с головы. Я помню все наши ласки, все наши поцелуи, черт, я помню как ты нежно говорила «Лизонька», как ты целовала меня за ухом, как ты смотрела на меня. Ты смотрела на меня так, будто я весь твой мир и я хочу это вернуть, слышишь? Я встречалась с Вивьен, да, я позволила себе эти отношения, но буквально четыре месяца назад я узнала, что она мне изменила. И именно тогда мои чувства к ней окончательно пропали. А неделю назад мне сообщили, что моя мать умерла и я все поняла, я поняла, что это не просто знак, это просто указание ехать в Россию. Я люблю тебя, Кристина. Я люблю тебя так, что у меня сносит голову, что даже спустя семь лет я никогда не забуду всех твоих слов. Черт возьми, я люблю тебя, слышишь? Захарова ничего не отвечает, смотрит ошеломлённо, прямо, а потом начинает целовать ее, придерживая за скулу. Теперь этот поцелуй отличается от первого: это поцелуй, который обозначает все, что происходит между ними. Лиза понимает, что хочет этого больше, чем что-либо. Это ее мир, отдельный, невесомый. В этом мире миллиарды голосов, но Андрющенко хочется слушать только ее голос. Миллиарды глаз, но утопать хочет только голубых глазах Кристины. Миллиарды людей, но во сне увидеть она хочет видеть только свою любимую. Она аккуратно хватает Кристину за руку и ведёт в знакомую комнату. Крис ничего не понимает, но поддается, ложась на спину и не прекращая целовать Андрющенко. В один момент Лиза легко отпрятнула от нее, слегка улыбаясь на тонкий вздох Захаровой. Медленными скользящими движениями девушка спускается вниз, ведя кончиками пальцев по оголенной коже. Каждое прикосновение отдается слабой реакцией в виде тихих всхлипов и мурашек, но даже этого Лизе достаточно, чтобы расплыться в улыбке. Спустившись уже к низу живота, Андрющенко с пол минуты смотрит на свою возлюбленную, примечая взгляд полный решительности и похоти, так что она дотрагивается до тонкой линии кружева и в одно движение стягивает белье вниз. Лиза внимательно наблюдает за каждой эмоции Кристины, ведь кончики ее пальцев находились в опасной близости с самым сокровенным и недоступным местом. Долго не раздумывая, она накрывает неприметный бугорок клитора, массируя его круговыми движениями, от чего из уст слетают уже отчетливые стоны. Не прекращая своих действий, Андрющенко поддается вперед и примыкает к пунцовым губкам, целует нежно, оттягивая нижнюю губу Захаровой. Она кончиком языка ведет по подбородку, шее и достигнув впалых ключиц, проводит по ним своим влажным язычком. Параллельно этому каждое движение ее руки становится ритмичным, более резким и настойчивым, заставляя свою Кристину брать нотки повыше. В один момент ноги Захаровой начинают дрожать и она громко вскрикивает, сведя их, от чего Лиза усмехается и практически сразу же накрывает её губы своими. Кристина пытается отдышаться, обнимая Лизу за шею. — Хочешь... — освевшим голосом начала Крис, но рот ей заткнули ещё одним поцелуем и она с жаром ответила. Андрющенко обперлась об тело любимой так, что бы сохранялось некое расстояние. Кристина не пыталась его сократить, хотя и все это время обвивала ноющими руками шею Лизы, что бы та не отдалялась сильнее. Вторая рука Андрющенко куда-то исчезла, однако Захарова заметила это лишь тот в момент, когда дыхание Лиза в поцелуе сделалось прерывистее, и спустя минуту комнату пронзил ещё один стон, а потом жаркий, невероятно чувственный поцелуй. — Я люблю тебя,— тихо говорит Андрющенко, ложась рядом и вздыхает. Теперь она будет счастлива и она это знает. — И я тебя, — отвечает ей Кристина, обнимая свою возлюбленную, засыпая в ее объятиях.

***

— Как я понимаю, это конец? — спрашивает Вивьен, оглядывая Лизу и девушку, которая стоит у нее за спиной. — Прости, Виви,— слышится тихий, но достаточно сухой ответ Андрющенко. Эйвери кивает, смотря на нее прямо. — Я благодарна тебе за все. Ты всё ещё достаточно близкий человек для меня, так что я надеюсь, что мы друзья? — Да, мы друзья,— Вивьен улыбается, будто бы тоже почувствовав облегчение. Облегчение от того, что теперь всё стало на свои места. И они обнимаются последний раз, Эйвери уходит, а Лиза берет свою девушку за руку. — А теперь, мы идём к Кире, потому что мне кажется, или у нее тоже есть новости для нас,— Андрющенко подмигивает, вспоминая, что Юля так и не вернулась в квартиру после похорон. Значит, теперь в мире на одно счастье больше.

***

— Теперь мы снова встречаемся,— улыбается Юля и нежно смотрит на свою возлюбленную. Кира тоже улыбается, а потом отдает всем чай, присаживаясь напротив Лизы. — Ну, рассказывай,— тихо говорит Медведева, не прекращая улыбаться. И начинается долгий рассказ о том, как Андрющенко семь лет бежала от счастья. Если я решусь описать вам весь разговор, то мне придется не спать неделями. А так, как вы цените своего автора, то суть объяснения состояла в том, что Лиза решила выбрать себя, она нашла умиротворение в себе, она не верила никому, она прошла через многое и не хотела снова обжигаться этим, и даже сейчас у неё в приоритете она сама, она по прежнему уникальна, ценит своё время и не тратит силы на тех, кому это вовсе не надо. Только изменилось одно. Теперь она снова ощущает на себе влюбленный взгляд Кристины и держит под столом ее руку. И теперь она снова смотрит на выбритые виски Киры, улыбаясь ей своей самой яркой улыбкой. Сбоку от Медведевой счастливая Юля, которая теперь дополнит ту пустоту в Кире, которая только могла быть. И пусть им прийдется пройти многое пройти, но они пройдут это все вместе. И они вместе будут смотреть неприятностям в глаза, стойко выдерживая все трудности. Лиза и Кристина без конца спорили и редко соглашались. Вечно ссорились. Терзали друг друга ежедневно. Но их объединяло одно: они с ума сходили друг по другу.

Конец

. Спасибо, что были с моей работой до конца.