try to hide

До нового года осталось чуть меньше недели. Сугробы на улице с каждым днём становились всё больше и больше, а температура воздуха стремительно опускалась, заставляя каждого одеваться ещё теплее, чем прежде. Жители Эссо немного приободрились к Новому Году, на время перестав сходить с ума из-за Вермина, который сбавил обороты. Лиза решила, что в этом году встретит праздник так, как мечтала давным-давно, ещё в далёком детстве, и предоставит этот шанс остальным жителям города, ведь те уже забыли, что такое нормальный Новый Год. В этот раз она планировала сидеть за одним большим столом со всеми своими друзьями. Да, пожалуй именно так она могла наконец назвать людей, которые почему-то вмиг стали гораздо важнее, чем были раньше. На самом деле, теперь абсолютно всё стало важнее. Андрющенко будто начала оживать и видеть ценность там, где не видела её прежде. И девушке от этого было так хорошо на душе, слово она сделала глоток свежего воздуха и смогла на треть выбраться из пучины скопившегося в её жизни за столько лет дерьма. Кристина. Именно она стала началом чего-то нового и такого необходимого. Лиза безумно рада тому, что Захарова появилась в её жизни. — Лизок, мы опаздываем, чего залипла? — еле проговаривает с набитым ртом Кристина, быстрее запихивая в себя оставшуюся кашу. — Смотри, дорогая, ещё немного и тебе кабину разорвёт, — многозначительно смотрит на чужие щёки. — Притормози, у тебя не челлендж «Съешь тарелку манки за минуту». — Мы опаздываем на собрание, — чуть возмущённо. Осознание сказанного приходит только через пару секунд. — Ты не пойдёшь, да? — разочарованно. — Насчёт этого… Ты прости меня за те слова. Я не знаю, почему прогнала такой бред, будто это и не я вовсе была. Моё мнение, тем не менее, плюс-минус останется прежним. Но я не хочу, чтобы вся эта тема с Вермином портила наши отношения. — Думаю, мы поняли друг друга, — лёгкая улыбка. — Давай жри быстрее, любовь моя. Мы реально опаздываем, нехорошо, — вскакивает со стула, наспех ставя грязную тарелку в раковину и убегая одеваться. — Захарова, не привыкай к милым прозвищам, — угрожающе и достаточно властно. В её стиле. — При других я всё ещё просто Лиза для тебя, — неспеша убирает посуду, заходя в комнату. — Я помню, — Кристина резко оказывается рядом, ловким движением руки притягивая девушку к себе за талию, — но сейчас здесь никого нет, — кротко, но с желанием целует, смотря на Лизу как-то слишком невероятно. — Даже не думай, — чуть поджимает губы, сдерживая улыбку, и обвивает своими руками чужую шею, придвигаясь ближе к уху, — на потрахаться у нас времени нет, мы же опаздываем, — шепчет так, что блондинка вздрагивает, прикрывая глаза. — Блять, ты самая лучшая, — резко берёт чужое лицо в свои ладони и вновь целует, теперь уже настойчиво и долго. — Я думаю, ребята не поймут, если ты не придешь на собрание, которое сама же и организовала, — нехотя прерывает столь приятный момент Лиза, прерывисто коснувшись указательным пальцем чужого кончика носа. — Побежали уже, гроза района. Кристине, все еще витающей где-то очень далеко в облаках, ничего не оставалось, кроме как, до сих пор расплываясь в нежной улыбке, летящей походкой пойти вслед за своей красотой, которая в очередной раз скрыла от девушки свои переживания, накатывавшие каждый раз, когда дела начинали касаться тайны еë второй личности, которую она бы даже под страхом пули отказалась открыть перед Захаровой, чтобы не разломать еë жизнь пополам. *** Стены школы встретили Захарову не очень приветливо. Первая же лужица от кусочка растаявшего снега на полу — и она уже шлифует кафель своим лицом. — Твою-то дивизию, Захарова! — всплеснув руками, завопила вахтерша, пока Лиза, по-доброму смеясь, протягивала блондинке руку помощи. — Так а че вы здесь не убираетесь, — потирая ушибленное место, проворчала девушка. — Вот сами так и пизданëтесь когда-нибудь. — Убираю не я, а уборщица, — причитая, покачивая головой из стороны в сторону. — Но кто ж знал, что у тебя шило в жопе раскалится настолько, что ты припрешься в школу в субботу! У мойки выходной. — Зло не дремлет, у него нет выходных, — с важным видом блондинка подняла указательный палец правой руки вверх, вставая с пола. — И у нас с красотой тоже, — подхватывает до ужаса молчаливую Лизу под локоть и быстрым шагом направляется в свой штаб. Дверь Кристина решила открыть резко, чтобы наверняка застать бездельников врасплох. Только вот врасплох ее застала сама дверь. А точнее Мишель, решившая выйти из штаба в тот же самый момент, как Захарова полностью перенесла вес тела на дверную ручку. И вот она снова рисковала распластаться на полу, но благо у Гаджиевой хорошая реакция, поэтому она успела удержать и подругу, и саму себя. — А вот и наши опоздавшие, — чуть укоризненно осматривает надутую Кристину и еле сдерживающую смех Лизу. — Вы где были? Я уже собиралась вас искать идти. — Знаешь как мы до сюда добирались? — шумно выдыхает Андрющенко, приземляясь на своë кресло. — На лыжах блять. — Я знала, что вы любители нестандартных развлечений, просто думала, что немного в другом русле, — Виолетта не могла сдержаться. Она готова была поклясться, что эти двое выглядели как женатая пара. -А мы во всех руслах, — по-клоунски передразнила девушку Захарова, откидывая в угол верхнюю одежду и лыжные ботинки — Да, только вас обеих в речном по весне найдут, если вы еще раз так пошутите, — пробурчала Лиза, кидая неоднозначный взгляд на Кристину, которая и без слов всë поняла. — Реально, давайте ближе к делу, — конечно, было немного обидно, что брюнетка так сказала. На самом деле, блондинке казалось, что абсолютно все, особенно их близкие, догадываются о том, что они с Андрющенко уже давно чуть больше, чем просто подруги. Но тем не менее, Лиза сразу обозначила грани дозволенного. Показывать другим, что вы в отношениях, но при этом в них не состоять — глупо. Кристина это понимала. Но не понимала, как тогда она должна воспринимать то, что между ними происходит. Они не друзья, но и не пара. Хоть ей и было сказано, что она может считать брюнетку своей девушкой, об официальных отношениях речи не шло. Так что это всë значит, и когда для них всë будет понятно, без всяких точек с запятыми, троеточий и вопросительных знаков? Захаровой хотелось верить, что у Лизы есть причины так поступать. И она верила, во всë, что ей говорили. Наверное, слышать оглушающую правду после такого слепого доверия будет слишком тяжело и больно. — Ну если ближе к делу, то никто из нас не узнал ничего нового, — растроенно посмотрела на Кристину девочка из 9В. — Да, каждый из нас по несколько раз просмотрел дела жертв. Ничего необычного, — поддержала Мишель, нервно теребя в руках ручку, бесцельно глянув мельком на Лизу. Однако, девушка не поспешила отводить взгляд. Андрющенко сидела отдельно ото всех неподвижно, наблюдая за активной дискуссией остальных, смотря исподлобья и едва заметно кусая щëки изнутри. В моменте Гаджиевой стало жутко, и она поспешила перевести внимание на Виолетту, которая отчаянно пыталась превратить примитивную зацепку во что-то невероятно загадочное. Но образ близкой подруги засел в голове. Она выглядела как хищник, наблюдавший за своими жертвами, которые думают, что создают гениальную ловушку, даже не подозревая, что в ловушке уже они сами. Мишель решилась еще раз украдкой посмотреть на Лизу. И в этот раз они столкнулись взглядами. Брюнетка смотрела как-то странно, будто с подозрением и страхом одновременно. Становилось не по себе. Для самой девушки Гаджиева сейчас выглядела так же странно. Она будто была отдельно от всей компании. Словно являлась тем самым героем из фильма, который умнее остальных, и по началу не все верят в его догадки, которые потом в итоге окажутся правдой. Обычно, таких персонажей убивают первыми. А что если Мишель узнает обо всëм раньше той же самой Кристины? Что она будет делать с этой информацией? Как отреагирует? Скажет ли Захаровой, что любовь всей еë жизни — еë самый заклятый враг? Обо всëм этом даже думать страшно. Единственный выход — убрать Гаджиеву. Но такого исхода Лиза и представить себе не могла. Она уже не тот человек, которым была раньше. Сейчас она не готова идти по головам ради своей тайны. Наверное. Проверять, если честно, не хотелось. Поэтому Лиза, скорчив непонятное лицо, театрально пожала плечами, мол «я вообще в ахуе с того, что здесь происходит, мне просто стремно». Надо сказать, что Гаджиеву данная сцена немного успокоила. Брюнетка все так же угрюмо наблюдала за остальными, как и десятью минутами ранее, но теперь это не выглядело столь же пугающе. Мишель списала всë на свою усталость. В конце-концов, она всю ночь рылась в деле Вермина и всëм, что его касается, уснув только под утро. — Больное воображение, — шепнула себе под нос девушка, расслабляясь. Лиза ведь никогда не отличалась особой доброжелательностью. Да и вероятно она точно так же устала от всего этого, как и остальные. И сейчас Мишель уже не думала о том, что всë, что она прочла по несколько раз сегодня ночью, полностью подходило под описание Лизиной внешности. Не вспоминала о том, что Захарова упомянула в своей истории вишневую гигиеничку, которой абсолютно точно пользовался тот, кто скрывался под маской Вермина. И пока Кристина не скажет о том, что в запахе этой гигиенички можно уловить нотки шалфея и миндаля, Гаджиева даже не подумает обращать на это слишком много внимания. А вообще, помнится, когда-то она подарила Лизе точно такую же, сделанную на заказ.