Запись в дневнике Августы Штандер, 11 марта 1918 года. (1)
26 ноября 2022 г., 14:34
Милая моя доченька Марта!
Сегодня тебе могло бы исполниться пять лет, и я снова решила написать, как мне тебя не хватает. Надеюсь, на Небесах, рядом с Иисусом и девой Марией тебе хорошо видно, как я молюсь за тебя. Передай, пожалуйста, бабушке и дедушке, что их я тоже люблю. И что очень бы хотела быть сейчас вместе с вами. Если бы не моя глупость, я бы успела на тот трамвай, и мы бы уже были все вместе. Но твоя мама всегда была неуклюжей копушей. Наверное, поэтому твой папа так не спешит к ней сейчас, даже после всех этих лет. Да, папа прислал письмо. Оно пришло три дня назад. С ним все хорошо, золотце. Он уже покинул фронт, но не может сейчас вернуться. Он не написал почему. Но ты-то и сама это знаешь, ты же сейчас все видишь, и от тебя он не может ничего скрыть. В память о тебе он наверняка не стал бы отрекаться от тех клятв, которые мы давали друг другу. Значит, и я не буду додумывать зазря. Вчера заходила тетя Камилла. Принесла немного еды и новости. Новости я не помню, милая доченька, и рассказывать нечего. Когда я поела, то была так зла на твою тетю — ведь если бы она не пришла, то я бы и не вспомнила, что надо есть. Так бы и умерла, сидя над твоей колыбелькой. И сейчас была бы с тобой. А колыбелька все такая же красивая, только рушники немного пожелтели. Я бы не заметила, но тетя Камилла попыталась их снять. Ах, как я на нее зла, дорогая моя Марта. Думала, что после ее ухода напишу твоему папе. Расскажу, как хорошо в нашем маленьком чистом домике. Напишу, что убираю каждый день и жду его прихода. Что устала быть одна и была бы рада даже тому, чтобы он наконец снова назвал меня непутевой и накричал. Но решила написать тебе. Что мне, дурехе, жаловаться ему на свои горести, когда он только вернулся с фронта, где… (строка размыта, предложение обрывается). Тетя Камилла обещала зайти и завтра, но я очень надеюсь, что она забудет… или что за вечер на наш маленький, чистый домик, с такими уютными занавесками, начищенными до блеска кастрюлями и натертыми полами, упадет английская или французская бомба. Я очень скучаю, моя милая Марта. Но скоро мы будем вместе. Я верю.
