Арти

После ужина, уделив некоторое внимание обрадованным таким положением вещей сыновьям, Арти наконец-то остался наедине с Молли. И нет, не в спальне ради того, о чём можно было подумать, исходя из его прошлого поведения, а в столовой, за чашкой чая, для обещанного жене ещё утром разговора. Молли, что очевидно, нервничала, теребя в пальцах кухонное полотенце, и то и дело бросала на мужа выжидающие взгляды. — Молли, сладенькая, — Арти чуть поморщился от этой самовольно проскакивающей привычки добавлять к имени жены слащавые эпитеты, но продолжил даже не сбившись, — хочу с тобой посоветоваться. Молли в ответ уставилась так, словно у него в один миг на голове рога выросли. Что, впрочем, не удивительно. Как с запозданием подсказала память, Артур не был особым сторонником демократии и обычно ставил жену в известность об уже принятом решении. Ни о каком «посоветоваться» речи не шло. Патриархальный уклад во всей красе. Даже у магглов в эти годы равноправие полов ещё по большей части было чисто номинальное. Касаемое скорее политических, имущественных и экономических сфер. А уж в застрявшем в средневековье магическом мире, роль женщины в семействе была вполне однозначной. Дети, кухня и, за неимением церкви, снова дети, точнее процесс их воспроизведения. Но это только в браке. До свадьбы маги и ведьмы равны как в праве на образование, так и на получение работы, ведение бизнеса, голосование за очередного министра, да хоть баллотирование на место этого министра. После свадьбы же — всё, баста. Точнее, мужчины продолжали жить как жили, а права женщин урезались до самого минимального минимума, который им позволялось иметь с разрешения мужа. Жесть! Как, интересно, при таких исходных данных канонная Молли умудрилась построить Артура и загнать под каблук? Нет, понятно, конечно, что он был тюфяк тюфяком, но всё же. Да этой героической женщине памятник при жизни поставить надо. Почему только фикрайтеры мира Артёма любят из неё монстра похуже приснопамятного Волдеморта делать? Ах да, потому что она дочку умудрилась выгодно замуж пристроить. Действительно, жу-у-у-уткое злодеяние. На костёр ведьму! Ату её, ату! Арти нахмурился, в очередной раз обещая себе, что не позволит этой тихой и скромной девушке превратиться в канонную бой-бабу, но тут же тряхнул головой, собираясь с мыслями. А то сказал, что посоветоваться надо, а сам уже которую минуту столбом застыл, о другом совершенно думает. Так, стоп. Память, миленькая, а выдай-ка сводку по родственникам, чтоб вновь впросак не попасть. Живы там братцы Моллины или уже померли, то бишь пали смертью храбрых во славу Света? Как с батюшкой её, лордом Пруэттом, дела обстоят, и с изгнанием из рода? Память Артура скрипнула шарнирами и соблаговолила поделиться тем, что балагуры Фабиан и Гидеон живы-здоровы, но Артура любят не особо, поэтому в Нору заглядывают с неохотой и только в его отсутствие. Ну, тут парней можно понять, учитывая потребительское отношение Уизли к их любимой сестрёнке. Лорд Пруэтт, кстати, гневался по той же причине. От рода, как это описывается в фанфиках, Молли никто не отлучал. Ей просто отказали от дома и лишили наследства, с одной стороны в качестве наказания за девичью дурость, а с другой надеясь, что Артур был просто очередным охотником за богатой невестой и бесприданницу тут же бросит. Кто ж знал, что Дамблдор своей волей их прямо в Хогвартсе во время учебного года магическим неразрывным браком повенчает? Причём под соусом спасения девичьей чести, невольно поруганной любвеобильным Артуром. Так что к самому директору с претензиями не подкопаешься. Бесчестье дочери действительно ударило бы по репутации Пруэтта сильнее, чем скоропалительный брак. Вот и оставалось моллиному батюшке только локти с досады кусать, потому как на попятную уже не пойдёшь. Правда, с годами лорд немного оттаял и к рождению третьего внука даже подарок прислал. Молли, на радостях расчувствовавшись, сына в честь папеньки Персивалем и нарекла. Но на том дело и застопорилось. Новых подвижек к сближению тесть Артура делать не спешил, и даже в Министерстве, доведись им столкнуться, делал вид, что понятия не имеет, кто перед ним. Артуру такое обращение было по барабану, да и Арти ни жарко, ни холодно. Хотя он, опять-таки, с высоты доставшегося от Артёма опыта, мог понять лорда. Может, покажи Артур, что он из себя что-то стоит, окружи Молли заботой, предоставь достойный уровень жизни, Пруэтт бы и пересмотрел своё отношение к браку дочери, но Артур же пентюх пентюхом был, только и мог что в перерывах между строганием детей в маггловских приборах ковыряться. Как тут благородному лорду смириться с таким мезальянсом и принять зятя с распростёртыми объятиями? Гордость поколений предков за плечами не позволит. Ознакомившись с краткой информацией по семейному положению и хитросплетениям родственных уз, Арти притянул взволнованную девушку к себе на колени (отчего в штанах заинтересованно шевельнулось, но он усилием воли приказал либидо заткнуться) и продолжил начатый разговор: — Помнишь, мы давно собирались ремонт в доме сделать? Молли осторожно кивнула. Помнить помнила, но «мы» там и не пахло. Она давно уже просила мужа сделать что-то с уменьшающейся, пропорционально появлявшемуся на свет потомству, жилплощадью, но слышала только невнятные отговорки. А если пробовала упорствовать, то её быстро затыкали поцелуем и утягивали в постель. — Вот я и подумал, что время-то подошло. Дети растут, да и в количестве прибавляются, — Арти благоговейно накрыл широкой ладонью ещё даже не намечающийся животик Молли, — а места больше не становится. Наоборот, всё меньше и меньше. Молли вновь согласно кивнула, практически затаив дыхание, не решаясь подать голос и сбить супруга с речи об осуществлении её мечты. — У меня как раз и отпуск скоро. Будет время заняться. Да и деньги на ремонт я давно откладывал. — Правда? — радостно подпрыгнула девушка и наградила мужа поцелуем, тем самым невольно поколебав выдержку Арти. — Да, но милая, знаешь, если я раньше думал просто немного расширить помещения и достроить пару комнат для наших близнецов, — Арти вновь ласково погладил животик девушки, — то недавно, после того как я прочитал одну маггловскую книгу, у меня созрел план полной перестройки. А согласись: стройка, тем более масштабная и длительная — не место для маленьких детей и беременных ведьмочек. Нахмурившись при упоминании магглов, Молли всё же кивнула, согласившись с тем, что аргументы мужа действительно серьёзные. Правда, она так до сих пор и не понимала, в чём Артур намеревался с ней посоветоваться, если по-прежнему просто ставил в известность, не особо интересуясь, а чего конкретно она хочет от перестройки и не делясь планом будущего дома. — Так вот, как раз и надо прикинуть да решить, малышка, кто из наших родственников сможет принять тебя с мальчиками в гостях ориентировочно на месяц сроком? — Ох, — поняла мужнино затруднение Молли и задумчиво накрутила на палец рыжий локон. — Тётушка Мюриэль? Я могу попробовать договориться о том, чтобы она пустила нас пожить во флигеле. Но целый месяц? И ты уверен, что у нас хватит денег на то, что ты задумал? — Так, жена, — шутливо нахмурился Арти, — что ещё за вопросы? Кто из нас добытчик — ты или я? Сколько бы денег ни потребовалось, это моя проблема, где их достать. А насчёт месяца, то это я с запасом время назвал. Мало ли как пойдёт. Лучше я вас раньше в новый дом заберу, чем придётся повторно договариваться о продлении сроков пребывания у той же Мюриэль, которая та ещё склочная мегера. — Артур! — возмущённо воскликнула Молли, но вскоре рассмеялась. — Ладно, ты прав, но больше не говори так. — Хорошо, моя милая, как пожелаешь. Арти взял руку девушки в свою и поцеловал пахнущие ванилью от выпечки пальчики, потом перевернул ладонь и, прижавшись щекой, коснулся губами запястья, прямо там, где бился начинающий учащаться пульс. Молли зарделась, но руку не отняла. — Ты такой странный последние дни. — В чём же? Арти действительно был интересен взгляд со стороны. Он понимал, что безбожно палится, ведя себя совершенно не естественно для предыдущего владельца тела, но хотел послушать мнение хорошо знавшего Артура человека. — Не знаю. Мягкий такой. Ласковый. С сыновьями возишься, а к железякам этим своим мордредовым не спешишь. — Просто понял, что ты и дети для меня важнее этих железяк. Разве это плохо? — Хорошо, — удовлетворённо вздохнула разомлевшая в мужниных руках Молли, прижимаясь теснее и укладывая голову Арти на плечо. Арти улыбнулся, понимая, что зря беспокоился. Что бы он ни сказал или ни сделал, теперь Молли найдёт оправдание любым странностям, потому что нет ничего желаннее для романтично-наивной в душе девушки, чем внимание любимого человека. Он подхватил Молли на руки и, поднявшись со стула, понёс в спальню. Закреплять результат.