не хочу

— Ну, пока. Юля, что привела Лизу в уборную уже крепко обхватывает тело перед собой, а сама Лиза готовится закрывать лицо руками. Не проходит и пяти минут, как безостановочные удары не приносят боли. Не потому что прекратились, а потому что уже каждая часть тела привыкла. Девочки кажется замечают что брюнетка уже не особо то и способна разговаривать, так что напоследок кто-то харкнул рядом с её лицом, и хлопнул дверью. Лиза же поднимается на локтях, достает из рюкзака сигареты, и закуривает одну рядом с подоконников. Дверь в туалет открывается. — Юль, я же попросила за мной не идти, — сигарету резко за спину прячет, и смотрит в сторону входа, — Ой. Медведева прищуривается, начиная высматривать какую-то странность в лице брюнетки. Подходит ближе, и рот открывает в удивлении, на что Лиза смешок кидает. — Ебануться. Это кто тебя так? — руку тянет к губе разбитой. — Девочки с класса, — Кира вдруг уголки губ приподнимает, и Лизу лицом к окну поворачивает. Сначала хочется закричать, и спросить как никак, что же мать его происходит. Но через пару секунд блондинка выхватывает сигарету из чужих рук, и затягивается. — А с виду правильная такая, — возвращает обратно, и смотрит с насмешкой, — Так кто именно отпиздил? Могу разобраться. Брюнетка на это брови в удивлении поднимает, и дымом давится. Кира смеется, волосы её приглаживая. — Лучше не лезь в это, может я и заслужила, — ладонью область груди потирает, решается на то, что бы вопрос задать, — Тебе ведь нравится Чикина? Блондинка вмиг улыбку с лица теряет, и глазами бегать начинает по всему туалету. У Лизы внутри лишь радость за подругу, и боль от непонимания одноклассников. — Мы переспали с ней на одной вечеринке, — застывают обе в этот момент, — Но мне нравится кое-кто, явно не блондинка. Кира подмигивает Лизе, оставляет листок со своим телеграмом, и уходит, бросив наконец своё «напиши потом как ты, кисуль». Она кажется нравится Кире. Сердце перестаёт стучать на пару секунд. Она думала что та её ненавидит, так как общается с Захаровой — а у них отношения отнюдь не самые приятные. Но может она не так поняла, и это про кого-то другого. Думать об этом в любом случае не хотелось. Хотелось только придти домой, подумать о «как же я ненавижу Кристину», и просто лечь спать. Но ноги сами себя домой не дотащат, а голова не сделает сама уроки. Досадно. Кристина уже явно собиралась идти домой, как вдруг среди вешалок заметила темную фигуру. — Если это та «эмо», убейте меня. Мысль сама по себе произносится вслух, но тот человек кажется её не слышал, ведь продолжает спокойно надевать черную куртку. Захарова ближе подходит, всматривается, и понимает что да, это та самая «эмо». Но рядом почему-то стоит Кира, и они обе молчат. Кристина знает что блондинке нравится кто-то из своего класса, но кто — та рассказывать не решалась, а то мало ли. Неожиданно, Кира начинает говорить. — Кисуль, ты меня тоже пойми, — она удерживает один рюкзак на своих плечах, и второй держит в руках, — Она охуенная, но в моем вкусе, — замолкает, и мычит, думая о чем-то, — Ты, вообщем. Кристина думает, что попала в какой-то отвратительный ситком. Кира прямо сейчас призналась в симпатии «эмо», называет ее каким-то хуем кисулей, и держит чужой рюкзак. Она определённо заполучит сердце брюнетки, ведь имеет опыт. И Захарова честно не знает, что в этом всём ее злит больше остального. Она решает специально споткнуться, что бы те голубки ее заметили. Кира резко поворачивает голову на звук, эмо делает то же самое. Они втроём удивлённо пяляться друг на друга. — Зай, ты чё тут делаешь? — Лиза первый раз видит что бы Медведева смущается, из-за чего выглядит будто неправильно. — Неважно, главное что я вижу что ты тут делаешь, — Кристина даже не скрывает в голосе злости. — Ты называешь ее «заей»? И шумахер честно хочет соврать, что ее тошнит от голоса брюнетки. Или что он просто противный, некрасивый настолько, что хочется заткнуть уши. Признать что она бы послушала сказки с такой озвучкой — последнее что она сделает. Приятный, высокий но при этом слегка хриплый голос обволакивает уши, и Крис понимает почему Медведевой так нравится эмо. — А ты уже ревнуешь? Мм, не знаю как тебя зовут, — никого из них это явно не смущает, видимо ожидали. — Не ревную, Лиза меня зовут. Та кивает, и начинает одеваться, пока блондинка и брюнетка рядом просто стоят застывшие. — Не хочу показаться нетактичной, но почему ты так отреагировала когда нас увидела? Кристина мысленно фыркает на такие формальности. Неудивительно, что ее зовут Лиза. Елизавета — настоящая королева. — Потому что я не хочу, что бы какие-то дед инсайды воровали у меня лучших подруг, — и усмехается себе под нос. — Ладно, теперь я хочу показаться нетактичной. Сказала, как отрезала, думает Крис, и поправляет лямку рюкзака на правом плече. — Не обижайся, но тебе лучше с Чикиной быть, — она осматривает Лизу сверху-вниз, — Блондинки явно поинтереснее будут. — Негопницы тоже поинтереснее будут, — и фыркает, вперёд уходя, — До завтра. Захарова поворачивается на недовольную блондинку. — Могла и более вежливую отхватить. — Могла и момент не портить. Я почти ей встречаться предложила. — Не делай ошибку. — Это ты не делай ошибку, и не лезь. — Я не делаю ошибку. — Делаешь. — Где же я виновата? — Ты скрываешь то, что она тебя привлекает. Кристина агрессивно смотрит на Медведеву, говорит что она не права, и уходит к себе домой. Туда, где ее всегда ждёт мама. С криками, обычно. И брат тоже очень ждёт. Со спорами. А батя так тем более еле терпит. С ремнем, дожидается Захарову. Ей семнадцать уже, а она всё никак себя защитить не может. Остальных — на раз два, даже перед папой. За ее тушку никто кроме Киры не подумает. А Лиза думает. Каждый день смотрит в окно на качели, где сидит одинокая девушка, и держит себя в руках. — Лишь бы не выйти, лишь бы не выйти. Каждый раз повторяет одно и то же. Мама кричит что она до боли похожа на наркоманку, и что будущего у нее не будет. Уйдет потом из семьи, как и отец ее. А Лиза терпит. За других бы не терпела, за себя — запросто. Ей бы свою Кристину.... Она первый раз за два года не сдерживается, и выбегает на улицу, где солнце уже давным давно посажено и небо тёмно-синего цвета. В кармане куртки спутанные наушники; винстон тонкий с ментолом; пачка яблочных жвачек; и шестой айфон. Она бежит по ступенькам, будто от проблем убегает. По сути, так и есть, дома у нее ничего кроме них нет. Окна подъездные перед глазами мелькают, а она всё с девятого этажа бежит прямиком вниз. Ноги сплетаются уже, сил почти нет, но она наконец добегает до кнопки открытия двери. Ветер резко холодный в лицо бьёт волосы развивая. Кристина смотрит на чужую фигуру совсем рядом, и замирает. Лизе безумно идёт ночь. С луной, что цветом на чужую кожу смахивает; волосами, что на космос смахивают, звёздами засеянный; с глазами, в которых блики — это все планеты, что вообще существовать могут. В груди тепло разрастается неожиданно, и кажется даже начинает греть. Кристина понимает сразу. Понимает, что пусть лучше Лиза будет с Кирой, чем с ней, такой некрасивой. Её фигура хрупкая к качелям приближается, и Захарова думает, что та куда-то очень спешила, судя по дыханию. Зачем тогда подходит? — Тебе, — замолкает, воздух глубже втягивая, — Не холодно? Кристина глазами цепляется за силуэт девушки рядом, и не может ничего сказать. Спустя пару секунд, Лиза садится на соседнюю качелю, и уже на небо смотрит. Интересно получается. Лиза на небо, Кристина на Лизу, а небо на них двоих. Смеется, с глупости двух девушек. — Ненависть согревает ровно так же, как и любовь, — Крис вздыхает тяжело, вдруг эту фразу произнеся. Лиза на это молчит, лишь взглядом облизывает кажется шатенку. — Меня ненависть не греет. — плечами пожимает. Захарова думает, что ей первый раз жаль брюнетку. У той глаза такие грустные, и губа только зажившая. Она уже знает про случай в туалете ведь Кира — не умеет молчать о ситуациях с Андрющенко. — Привыкнуть можно даже к холоду. — Захарова вот например, уже давным давно. Качеля рядом начинает раскачиваться. — Даже тот, кто привык к холоду, всегда будет хотеть уткнуться в что-то тёплое. Поэтому меня к Кире тянет. — она не решается сказать «после твоего холода». — А меня наоборот, тянет к холодным, надменным персонам, — слишком палевно, — Мне... Мне Чикина нравится. Качеля Лизы вдруг тормозит одним движением ноги. Она пялит в одну точку пару секунд, а после встаёт. — Я ей намекну. Крис хочет схватить ту за запястье. Попросить остаться рядом. Она даже подумает о том, что бы на колени встать. Теперь, плюс одна проблема в копилку. Юля для Киры как младшая сестра, она точно Захарову убьет.