Мир после войны

      Время близилось к часу ночи, когда группа молодых людей вышла из красочного клуба, направляясь в свои дома.       — Адамо, спасибо за вечер, — Блейз пожал руку своему кузену, получив одобрительный кивок.       Девушки были пьяны, как и парни. Юбка Джинни была не в лучшем состоянии. Капли спиртного напитка капали на подол юбки, но это мало волновало девушку. Самыми трезвыми были Блейз и Гарри.       У именинницы кружилась голова от выпитого алкоголя. Единственное, что она хотела — лечь в кровать, укрыться одеялом и сладко поспать.       Луна стояла рядом с Адамо, со стеклянными глазами смотрела на его профиль.       Фальконе, заметив это, улыбнулся. Он взял её руку и прикоснулся губами к тыльной стороне её ладони. Горячее дыхание заставило её покрыться краской.

***

      Теодор Нотт жаждал быть с ней в её день рождение, ровно как год назад. Его сердце разрывалось на части. Голос в голове смешивал все мысли. Нотт не мог отпустить её. Её парфюм, улыбку, до боли красные глаза.       — Хозяин, к вам пришла мисс Гринграсс, — домовой осторожно заглянул в комнату к Теодору.       Сердце забилось с бешенной скоростью. Он оставил стакан с крепким коньяком на тумбе рядом с кроватью и быстрыми шагами направился к подруге.       — Привет, — поздоровалась Дафна. — Как ты? Может, пора поговорить? Теодор смотрел в пол.       Нотт боялся правды. Он боялся, что окажется не прав, что зря разбил сердце девушки, но с другой стороны он не хотел знать о её отношениях с Грэхемом. Правда, даже не услышанная, уже разрывала его сердце.       Теодор не мог долго бежать от правды, поэтому он пригласил Дафну присесть на диван и дать подруге рассказать всё, как было.       Дафна, прежде чем начать говорить, поджала губы и подняла руку, демонстрируя кольцо. Нотт расширил глаза, но после улыбнулся и обнял её.       — Роджер? — шепотом спросил Нотт, всё также обнимая её.       — Да, — блондинка всхлипнула, чем заставила Теодора отпустить её.       — Не плачь, глупышка, — он усмехнулся. — Пора уже завести семью.       — Я уезжаю, Теодор. В Румынию, ему предложили прекрасную работу. Надеюсь, что ты будешь меня навещать, — она похлопала его по плечу. — Надеюсь, с Агатой, — при упоминании Блэк вся краска с лица парня испарилась. — Теодор, Грэхем, чёртов кретин, применил империус на мне! Агата, ничего не делала, чёрт побери! — Дафна вскочила на ноги, хватаясь за голову.       Теодора Нотта будто окунули в горячую воду, облили кислотой. Он молча стоял, не зная, что сказать.       — Я хотела тебе рассказать, но ты всячески отказывался разговаривать на эту тему, а Агата и так ненавидит меня, — она скрестила руки на груди. — Меня мучает совесть, мучает бессонница! — горячие ручьи слёз текли по её щекам, охлаждая её душу.       Гринграсс освободила свою душу от этой тяжкой клеветы на Агату Блэк.       Дафна заметила, как друг смеётся со слезами на глазах. Она посмотрела на него, приоткрыв рот, дабы что-нибудь сказать.       — Теодор, ты в порядке? — она хотела коснуться его плеча.       Он лишь крикнул, бросая вазу со стола на пол, но его крик походил на рык. Гринграсс не помнила, когда ещё видела Нотта таким злым, ей страшно было подумать, что он может сделать с Монтегю при первой же встрече.       Парень, схватив свою черную джинсовку, вышел из поместья, громко хлопнув дверью.

***

      Сириус Блэк собирал маленький чемодан. Буквально один свитер, брюки и черная рубашка.       — Луна, может всё-таки фиолетовую рубашку? — спросил Сириус, смотря в зеркало рубашкой в руках.       — Пап, если тебе так нравится фиолетовая, возьми. Тебе всё идёт, отец, — она обняла его сзади.       Сириус не раз задумывался о её схожести с матерью. Он так её любил, казалось бы, кто может завоевать сердце Сириуса Блэка, парня, который не искал серьёзных отношений.       — Я тоже скучаю по ней…— он повернулся к дочери и обнял её в ответ.       Смерть Марлин была тёмной печатью в голове Луны, как мучало её проклятье. Её кости рассыпались на мелкие частицы, никто не мог ей помочь. Луна и Агата днями сидели рядом с ней, не желая оставлять её наедине с болью.       «— Позаботьтесь друг о друге, я всегда буду с вами, в ваших сердцах, и следите за отцом, ему очень идёт фиолетовая рубашка…»       Агата наблюдала за ними через дверной проем. Она всегда думала о Луне, хотела защитить её, помочь и просто быть рядом, поэтому она не хотела делиться с ней своими проблемами, нагружая её.       — И долго вы будете тут сопли лить? — она ворвалась в комнату, сметая следы от слез со своих щек. Луна усмехнулась, как и отец.       — Агата права, такси и Бирмингем ждёт, и передавай дяде Римусу привет! — она взяла чемодан отца, помогая спуститься по лестнице.       — И Нимфадоре, — добавила Агата.       Сириус крепко обнял своих дочерей так, что аромат остался у него в голове. Сестры Блэк махали своему отцу, пока такси не сдвинулось с места.       — Он заслуживает быть счастливым, — прошептала Луна, после чего Агата обняла её за плечи.       — Как тебе идея пригласить девчонок на ночевку?       — Отличная идея, сестра!       Благодаря подарку от Пэнси, Луна успела написать Джинни и Гермионе, а Агата самой Паркинсон.       К шести часам вечера все должны были прийти, поэтому Агата решила испечь черничный чизкейк.       Дом наполнился сладким ароматом выпечки и ванили, что радовало Луну. Она успела привести комнату в порядок, приготовить несколько мягких подушек и чистых одеял. Без домового эльфа девушки справлялись неплохо. Конечно, иногда человек устает и морально и физически.       Анджелина собрала девушек вокруг себя. Луна и Агата еще не были приглашены на свадьбу, даже не знали о сделанном предложение Уизли. Джонсон собиралась им рассказать в клубе, но, как ни странно, девушка выпила немало, и память решила отдохнуть.       — Держите, — она протянула сестрам конверт с приглашением. Луна подняла одну бровь и принялась открывать приглашение.

Приглашаем на торжественную церемонию бракосочетания Фреда Уизли и Анджелины Джонсон в 19:00…

      Не дочитав текст, написанный на приглашении, они ринулись обнимать Анжелину, да так, что повалили её на груду подушек.       Джонсон залилась от смеха, как и все, находившие в комнате.       — Я очень рада за вас! Фред большой молодец, потому что наконец-то решился на этот шаг, — сказала Луна.       Паркинсон ела попкорн, молча лежа на подушках.       — Кольцо красивое, — сказала брюнетка, указывая на него взглядом, закидывая ещё один попкорн за щеку.       — Согласна, — солидарно произнесла Анжелина, вытягивая руку, рассматривая кольцо.       От света бриллиант переливался, показывая себя во всей красе. Пока девушки разговаривали, не подбирая особые темы, говоря обо всём подряд, в дверь постучались четырежды.       Агата решила спуститься и открыть дверь человеку, который был готов снести эту дверь.       Блэк, открыв дверь, так же открыла дверь своим эмоциям.       Перед ней стояла Дафна Гринграсс с растёкшейся тушью и красными от слез глазами.