Мир после войны

      Агата хотела хлопнуть дверью перед её носом, но будь проклята её неконтролируемая доброта к однокурсникам.       Блэк молча кивнула, приглашая её в дом. По лицу блондинки было видно, как она удивлена, что было довольно оправданно.       — Агата, кто там? — спросила Джинни, всё так же сидя в окружении подушек, но уже присоединилась к Пэнси к поеданию карамельного попкорна.       Блэк не стала отвечать, просто они уже оказались рядом с ними. Паркинсон вскочила на ноги и поджала губы.       — И зачем она пришла? — Луна нахмурила брови.       Агата молча пожала плечами и, скрестив руки на груди, взглядом говорила ей, чтобы она объяснилась и поскорее покинула их дом.       — Агата, для начала я попрошу тебя присесть, — брюнетка молча послушалась. — Я всё рассказала Теодору, и мне страшно представить, на что способен его гнев. Грэхем, чёртов мудак, использовал на мне империус, поэтому я наплела чушь Теодору, поэтому я разрушила вашу любовь, — она снова лила слезы, горькие слезы.       Агата сжала челюсть до болезненного скрежета. Сердце стучало так громко, запредельно близко. Слеза скатилась по щеке, оставляя холодный след после себя.       Она уткнулась лицом в ладони.       Луна стояла с приоткрытым ртом, как и Гермиона. Но не Пэнси, Джинни и Анжелина. В глазах юных девушках играли языки пламени.       Берегись, Грэхем, и не попадайся к им на глаза, ими будет управлять жажда, жажда мести и отмщения.

***

      Гарри Поттер жил неподалёку от дома своего крестного отца, буквально в нескольких минутах от их дома.       Располагался он в удобной, довольно просторной квартире. Сириус неоднократно настаивал на том, чтобы он переехал к ним, но Поттер не хотел их тревожить и решил купить квартиру рядом, тем самым часто их навещая. Сириус не стал спорить и согласился со своим крестником.       Сегодня он вернулся с работы пораньше. Деятельность Мракоборцев не легка, но очень интересна. Ему нравилось ходить на места преступлений и наказывать жестоких преступников. Первый месяц, и Поттер смог посадить одного преступника.       Гарри успел приготовить себе макароны, включить телевизор и удобно устроится на диване.       Но только Поттер хотел протянул вилку с макаронами в рот, как в дверь требовательно постучали, и он замер от неожиданности.       Он со стуком оставил тарелку с едой на столе.       Взяв в руки палочку, он подошёл к входной дверь и, открыв её, был удивлен.       — Привет, Потти, — Пэнси подмигнула ему и без приглашения зашла во внутрь.       За ней зашли Луна, Агата, Джинни и Анжелина. Самой последней была Гермиона, она улыбнулась ему, поджав губы.       Он уже догадывался, что речь идёт не о дружеском визите друга, раз в этом деле замешена королева мести Пэнси Паркинсон.       — Гарри, ради Мерлина, найди нам Грэхема Монтегю и поскорее, — Анжелина посмотрела на Агату, которая сидела на диване и кусала губы. — Этот идиот, применил империус на Дафне, после чего она сказала Теодору ту ложь, которой он поверил.       Гарри сжал кулаки. Он думал, как можно найти глупого слизеринца. Точно, каждую палочку регистрируют в Министерстве, так что можно отследить, где было произнесено последнее заклинание.       — Дафна рассказала Теодору, думаем, он уже на пути к нему, — добавила Уизли.       — Я бы не потревожила тебя, если бы знала, что Нотт не осведомлен о проказах Монтегю. Ты и без того устал, — сказала Агата.       Гарри посмотрел на девушек с решительностью в глазах.       — Готовьтесь, сейчас же трансгрессируем в Министерство Магии, иначе мне придется посадить Нотта за использование убивающего заклятия, — сказал молодой Мракоборец, накинув свое черное пальто.

***

Поместье Монтегю.

      Теодор стоял напротив связанного Грехэм. Монтегю смотрел с безразличием в его глаза, что раздражало Нотта.       — Ты разрушил мою жизнь, украл то, что принадлежало мне! — рука Теодора молниеносно ударила парня, от чего он издал глухой кашель.       — Прекрати это ребячество, Нотт. Ели бы ты её любил, то не поверил бы мне, — его улыбка походила на волчий оскал.       — Тебе бы нет, но ты использовал Дафну. Кто тебе позволил использовать мою лучшую подругу? — он ударил его ещё раз.       Гермиона протянула палочку к дверной замку.       — Алохомора, — она взялась за ручку двери и распахнула дверь. — Хорошо, что он не додумался применить запирающие чары.       Все ворвались внутрь.       Теодор стоял с закатанными рукавами, а Грехэм, упавший со стула, выплевывал кровь, не выдерживая металлического привкуса во рту.       — Тео… — его взгляд устремился на неё.       Она стояла в синем свитере, в классических черных штанах и в её любимом сером пальто.       С их последней встречи никто его не называл «Тео». Он не хотел этого слышать из чужих уст, но тут его родные губы, вкус которых он помнит как вчера.       — Агата, прости меня. Я тебе не поверил, я и ему не верил! — он указал палочкой на лежавшего и ухмыляющегося парня, затем пнул его в живот. Грэхем издал болезненный стон.       — Но Дафна… мне и в голову не пришло сомневаться в ней, — его плечи поникли.       Агата подбежала к нему и впилась в его губы. Теодор, не тормозя, ответил на этот поцелуй резкими движениями. Его рука сжимала её талию.       — Как я по тебе скучал, — Теодор прошептал ей губы.       Гермиона кивнула Пэнси в знак того, что пока пара целуется, надо взять Грэхема и проучить.       Ухмылка отразилась на лице Паркинсон. Она подбежала, взяла Монтегю и усадила обратно на стул.       — Так, парочка отходим, королева мести вернулась, — она протянула руку с палочкой. — Грехэм, говорил же тебе Блейз, держись подальше от нас, — она саркастически помотала головой и изобразила грусть.       Гарри не смог не сдержать смешка, на что получила улыбку от брюнетки.       — Слукауф! — парень начал икать после каждых четырех секунд. — Нет, не достаточно. Калворио! — Пэнси знала, как этот слизень любил свои волосы, вот его ранимое место.       Все волосы на голове осыпались на его колени, а остальные на пол к его ногам.       Поттер вскинул брови.       «Надо же было додуматься!» — подумал Гарри, похлопав в ладоши.       Пэнси подняла на него свой пронзительный взглядом и поблагодарила его поклоном.       — Думаю, можно его и не развязывать, — добавила Джонсон, получив согласие от остальных.       Теодор крепко прижал Блэк к себе, уткнувшись лицом в её темные волосы.       — Я тебя люблю, Агата Блэк.       — Я тебя люблю, Теодор Нотт.       Их друзья бурно похлопали им и, подбежав к ним всем вместе, обняли их со всех сторон, покрывая теплом и заботой.