Тело

      На что способна личность, лишенная эмоционального восприятия мира? Появится ли сверхчеловек, или же это будет означать тотальный крах человеческого рода?       Идеальная машина, расчётливая, генерирующая более совершенные модели принятия решений, продумывающая каждый шаг без времени на сантименты! Чувства — что за жалкая насмешка над формой жизни?       Каждый преступник, будь он даже последним бесстрастным рационалистом — голоден до признания, иначе откуда у всех такое отчаянное желание быть пойманными? От гениев преступного мира до мелких пешек, с разницей только в размере собственного эго — первые мнят себя богами революций, а последние приправляют свои поступки виной, как обжоры — еду специями, куда ни посмотри — повсюду следы эмоционального безумия: поэзия, литература, живопись, да даже эта чертова скрипка — Страдивари явно знал толк в красивых страданиях! Привязанность равно привычке, дружба — всего лишь биохимические импульсы, возникающие в коре головного мозга в ответ на продолжительные и одобряемые нами действия представителя нашего вида, и рассеивающиеся спустя время порознь, что до любви — как можно столетиями отрицать очевидность, что все это лишь набор примитивных химических элементов, количество которых хватит и десяти секунд написать на доске, происходящих у них в мозгу, повторяющий свой сценарий снова и снова?       Так на что способна личность, лишенная эмоций? Способна ли она будет воспринимать этот мир?       А будет ли этот мир после нее?..       Жесткие подушечки пальцев, встречающиеся друг с другом в беспокойном танце под ритм мыслей, вдруг замерли и соединились вместе, когда дверь в комнату с шумом открылась. Шерлок резко перевел взгляд на посетителя, хотя узнал твердую поступь его шагов еще в коридоре. Темная бровь неодобрительно изогнулась — его только что отвлекли от увлекательнейшей беседы с самим собой, но гримаса раздражительности на лице тут же сменилась новой — тревожной, когда он увидел лицо Джона.       — Что-то случилось?       Джон все еще стоял в дверях, шумно выпуская воздух из легких, словно до этого момента был вынужден пробежать внеплановый марафон. Пальцы сжимались в кулаки и разжимались снова, сильно, до побелевших костяшек. Он так сильно старался выглядеть спокойным, от чего казался еще более встревоженным.       — У крыльца стоит карета британской королевы? За нами выехали все главы террористической организации Лондона? Быть может, Скотланд-Ярд наконец сумели раскрыть последнее дело самостоятельно? Иначе я не вижу причин для такого страшного выражения лица. Ну, что? Хорошо, твоя взяла — я в крайней степени растерянности. Боже, Джон, не молчи! — всплеснул руками Шерлок и глаза его вдруг расширились. — Миссис Хадсон вновь печет свои ужасные кексы с изюмом?!       Джон поджал губы в узкую полосу, так, что слегка обнажились верхние зубы, и вновь шумно выдохнул. Наконец он смог взять себя в руки, прочистил горло и беспокойно одернул подол своей темной куртки. Шерлок развел руки в стороны и выразительно вскинул брови вверх, ожидая ответа. Капли грязи на внутренней стороне левой штанины, — подумал он. — Он явно щадил правую ногу при ходьбе — встревожен больше, чем кажется.       — Джон, если ты сейчас не скажешь мне, что произошло, я буду вынужден..       — Все это правда, — перебил его Ватсон не своим голосом.       Шерлок так и замер на полуслове.       — Правда, — переступил с ноги на ногу Джон и, спотыкаясь на своих же словах, продолжил. — У меня не получалось. Не получалось ни с кем, Шерлок.. Не получается и сейчас.       — Не получается что? — терпеливо отчеканил каждое слово Шерлок, вновь начиная перебирать пальцами от видимого только ему беспокойства.       Джон хотел что-то сказать, но запнулся. Вместо этого он выдохнул воздух из легких в неровную улыбку, перевел свои глаза на потолок, словно больше не зная, куда смотреть в этой квартире, а затем провел ладонью по лицу, стараясь смахнуть с себя невроз механическим путем. Теперь его взгляд был устремлен под свои ноги, он вновь прочистил горло, втянул носом воздух и поднял глаза на Шерлока.       — Быть с кем-то. У меня не получается быть с кем-то.       — А как же..       — Дай мне договорить! — с непривычной резкостью повысил голос Джон, и Шерлок послушно замер, словно его поставили на паузу. — Два года. Два. Года. — процедил Джон, втягивая ноздрями воздух. — Два года, Шерлок. Меня как будто.. выключили. Я не помню этих чертовых двух лет, не помню себя в них. А потом я встретил Мэри и подумал, что нашел спасение.. Но я опять ошибся.       Шерлок не изменился в лице, лишь зрачки его чуть расширились.       Слова явно давались Джону нелегко, и он вновь прочистил горло, но скорей для того, чтобы дать себе чуть больше времени. Он посмотрел на Шерлока и впервые за все это время не стал отводить взгляд в сторону.       — Мы с Мэри больше не вместе.       Шерлок открыл было рот, но снова закрыл, забыв, что хотел сказать до этого. Он мучительно нащупывал в своей голове хотя бы какие-то слова поддержки, но все его мысли — привычно стремительные, и спешащие на помощь в любой ситуации, — предательски путались и скакали, словно тысячи шариков от пин-понга.       — Эм-м.. М-мне жаль, Джон, — наконец выдавил Шерлок. — Если ты хочешь поговорить об этом..       — Ты — последний, с кем я хотел бы говорить об этом! — в сердцах выпалил Ватсон, делая пару уверенных шагов навстречу. — Потому что это — твоя вина!       — Моя вина? — нахмурился Шерлок и заговорил быстрее обычного. — Я всего несколько дней в Лондоне, как я могу быть виноват в том, что ты расстался со своей невестой? Я восхищен твоей верой в мои худшие качества, но в некоторых случаях ты явно меня переоцениваешь.       — Ты.. — выпалил Джон, в обвинении направляя на своего друга указательный палец. — Когда ты рядом, моя личная жизнь катится к черту! Словно для нее просто нет места! Все девушки, что у меня были — сбегали через пару недель, а Мэри.. — Джон вновь поднял глаза к потолку, словно искал в нем поддержки, набрал в легкие воздуха и вернул взгляд на Шерлока. — Я был убеждён, что женюсь на ней. Но ты опять все испортил.       — Мэри сбежала? Мне показалось, я ей понравился, — с нарочитым спокойствием поинтересовался Шерлок, смотря на друга не мигая.       Джон нервно усмехнулся и натянул на лицо вымученную улыбку — Шерлоку совсем не понравилась эта улыбка.       — Я не вернусь, Шерлок, — после мучительно долгой паузы произнес Джон. — Я пришел, чтобы сообщить тебе об этом. Я не вернусь.       Шерлоку не понравилось состояние Джона, не понравились его обвинения, и его тон, прозвучавший на удивление холодно, не понравился еще больше.       Шерлоку вообще категорически не нравились последние минуты.       — Не говори ерунды, поверь, я понимаю, как трудно быть тобой, Джон, что ни день — такой калейдоскоп эмоций! Ты до сих пор злишься на меня, но это пройдет, дай себе время.. — так же спокойно заговорил Шерлок, и лишь скорость его слов выдавала беспокойство.       — Прощай, Шерлок, — перебил Ватсон, задержал на голубых глазах взгляд чуть дольше, чем было необходимо и закрыл за собой дверь.       Шерлок так и остался сидеть с открытым ртом на своем кресле.       Весь упорядоченный хаос его мыслей вдруг замер и, оседая вниз встревоженной пылью, сосредоточился только на последних минутах его жизни.       — Ше-ерлок!       Звонкий голос Миссис Хадсон проник в комнату и заполнил собой все пространство, Шерлок мимолетно скривился от этого.       — К тебе пришел мистер Лестрейд! — щебетала старушка, открывая дверь перед Грегори и окидывая его любопытным взглядом, словно видела впервые. — Господи, вы только посмотрите на себя! Вы же весь промокли! Неужели на улице такой сильный дождь?!       — Дождь — не самое страшное, с чем мне приходится сталкиваться на улицах Лондона, — натянул вежливую улыбку Грег.       — Уж я то знаю, о чем вы толкуете, мистер Лестрейд, — заговорщически понизила голос миссис Хадсон и легонько ткнула полицейского локтем, как делают старухи, повествуя свежие сплетни. — Мой покойный муж, мистер Хадсон, торговал наркотиками прямо за моей спиной, а когда я узнала об этом..       — То начали прикрывать его, как сделала бы любая добропорядочная жена на вашем месте? — улыбнулся Грег.       — Как вы догадались? — просияла миссис Хадсон. — Я уже рассказывала вам эту историю? Простите мне мою старушечью память! Может быть чаю? Я как раз заварила свой фирменный..       — Благодарю, не стоит, — оборвал мужчина и настойчиво закрыл перед ней дверь, бессловесно сообщая, что диалог окончен. За дверью послышались ее быстрые шаги и удаляющийся голос. — Шерлок..       По-хозяйски пройдя в помещение, Грегори скользнул глазами по двум креслам, стоящим друг напротив друга, и после недолгих размышлений тяжело приземлился на место Ватсона. — Шерлок?       — М-м? — промычал детектив с дивана, пребывая в понятной только ему прострации.       — Нужна твоя помощь. Опять.. — Лестрейд подбросил тонкую папку с документами в сторону Шерлока в надежде, что тот ее поймает, но папка приземлилась ему на живот. — Что, даже не взглянешь?       — М-м, — отрицательно промычал Шерлок, не отрывая взгляда от невидимой точки перед собой.       Лестрейд на мгновенье растерялся, но секундой позже заставил взять себя в руки и продолжил.       — Труп на берегу Темзы, сегодня утром. Мужчина, лет тридцать пять.. не больше. Одет в классический костюм, при себе — ничего. На теле ни царапины, ни следов удушения. Скотланд-Ярд склоняется к отравлению, тело ждет экспертизы, но я хотел бы, чтобы ты все же взглянул на него..       Ничего не изменилось в Шерлоке, разве что ресницы беспокойно дернулись. Несмотря на отсутствующий вид, Лестрейд знал, что детектив его внимательно слушает, поэтому откашлялся и продолжил.       — Мы зашли в тупик, - Грегори встал с кресла, машинально одергивая свои серые брюки. — Посмотри отчет и перезвони мне.       Задержавшись в дверях, Грег не смог перебороть свое любопытство и вновь повернул голову к детективу.       — Я не узнаю тебя, неужели за два года твоя душа не истосковалась по расследованиям? О чем ты так сосредоточенно думаешь? Аж жила на виске напряглась..       — Я думаю над труднейшим заданием в моей практике, сложность которого превышает все дела, расследуемые мной до этого и, возможно, все дела, что будут раскрыты позже..       — Речь идет о массонском ордене? — напрягся Грег, в недоумении склоняя голову набок. — О тайном правительстве? Господи, Шерлок, что-то серьезное?!       — Речь идет о человеческих чувствах, друг мой, об эмоциях.. об этой безумной паутине, что оплетает ваши нейромедиаторы, — с театральной тоской произнес Шерлок, соединяя пальцы вместе.       Лестрейд облегченно выдохнул, но потом вновь натянул на лицо маску озабоченности.       — Тогда это единственная задача, которая тебе не под силу, Шерлок. Набери мне, когда посмотришь фотографии.       Когда дверь за инспектором захлопнулась, Шерлок моментально отвел взгляд от потолка и выудил из кармана махрового халата телефон. 09:00 ШХ Как проходит рабочий день? 10:32 ШХ Не обманывай себя, тебе не доставляет удовольствие сотый раз выписывать старику Макфрису очередные таблетки от геморроя. 11:40 ШХ Оказывается, желудочная кислота может расщепить бритвенное лезвие. Ты знал об этом? 12:22 ШХ За последние два дня количество просмотров твоего блога достигло отметки 2. Подумал, что ты хочешь знать об этом. 13:00 ШХ Ты все еще злишься?       — Особенно сильные боли возникают, когда я хожу в туалет..       Джон Ватсон, облаченный в белый врачебный халат, который был явно мал ему по размеру и откровенно стеснял грудную клетку, уже приготовился в очередной раз понимающе кивнуть на жалобы пациента, но вместо этого невольно перевёл взгляд на вибрирующий телефон.       — Я прошу прощения.. — скомкано пробормотал он, пробегая глазами по новому сообщению и в раздражении прижимая большой палец к кнопке выключения устройства. — Пожалуйста, продолжайте.       — Вам нужно ответить? — встревожился пациент, кивая на мобильник. — Я подожду..       — Нет-нет, ничего важного, продолжайте, — натянул вежливую улыбку Джон и скрестил пальцы вместе. — Так на чем мы остановились? Боли при мочеиспускании..       Время тянулось мучительно долго, и каждый раз, когда Джон вскидывал взгляд на настенные часы — ему казалось, что оно подшучивает над ним, один раз он даже привстал на кресло и заменил батарейки в них, но к его разочарованию ничего не изменилось. Пациенты текли в его кабинет рекой, словно на Лондон в один день решили обрушиться все вирусы этого мира, и каждый раз, когда в кабинет заглядывала медсестра, сообщая о новом приёме, Джон протяжно вздыхал и потирал переносицу. После выключения телефона, он стал в два раза чаще переводить взгляд на него, вопреки всякой логике и здравому смыслу.       Когда стрелки часов замерли на отметке шесть, Джон, уже как несколько минут собранный и одетый, с облегчением закрыл дверь своего кабинета и покинул здание больницы. Настойчивый ветер тут же забрался под одежду и покрыл мурашками все тело, и Джон, приподнимая воротник своего серого пальто, невольно подумал о Шерлоке. От этих мыслей что-то неприятно защемило где-то в центре груди, но Джон поспешно отогнал эти мысли прочь.       Долгожданное облегчение от окончания рабочего дня слишком быстро сменилось тоской, и чем ближе он подходил к своему дому, тем сильнее ему не хотелось туда заходить. Проворачивать ключ в замке, подтянув старую дверь чуть-чуть на себя, входить в прихожую, где не горит свет, ставить на кухне кастрюлю на газ, а на стол - одну тарелку, а после лежать в кровати, отсчитывая бестолковое тиканье настенных часов в ожидании чего-то.. Ощущая себя самым одиноким человеком Лондона, он повернул направо и побрел в противоположную сторону, мимо безразличных домов, зажигающихся окон с чужими силуэтами и красочных вывесок, вниз, по знакомой улице, лавируя между людей, чьи лица размывались у него перед глазами как на испорченных снимках, навстречу сам не зная чему. Ветер вновь заполз под воротник, но на этот раз он ему не мешал. Джон достал телефон из кармана и, уставившись на черный экран, зажал кнопку включения. Чувство тоски превратилось в волнение, но Джон не смог объяснить себе почему, да и не сильно хотел. Наконец его лицо осветилось тусклым, голубым светом, а зрачки слегка сузились. У вас одно непрочитанное сообщение. Джон моментально нажал кнопку «открыть». 17:56 Мэри За вещами я заеду на неделе. Оставь ключи консьержу, пожалуйста.       Джон несколько раз перепроверил входящую почту, тяжело вздохнул и сунул телефон обратно в карман. Волнение сменилось разочарованием, а разочарование вновь подтянуло собой уже знакомую тоску. Через некоторое время к этому дуэту добавилось чувство вины, которое Джон испытывал очень ярко последние несколько дней. Вины перед женщиной, которая появилась, пожалуй, в один из самых трудных периодов его жизни, зажглась в темноте, как маяк, подсвечивая путь одинокому кораблю в штормовом море, зажглась как последняя спичка, теплом которой он грел пальцы, когда ничего больше не осталось.       А он опять выбрал Шерлока.